Рядом, вместе, навсегда

…Вечер удался на славу: щедрые запасы бутылочек со сливочным пивом, половина из которых уже была открыта, а половина ждала своего часа; пара бутылей с обжигающим огневиски, доведенным до нужной температуры; удобные кресла и диваны, подушки с которых уже сползли на старинный ковер дома №12 по Гриммолд-Плэйс; пылающий камин, отбрасывающий отблески на погруженную в жаркий полумрак гостиную. — И тут я говорю этой крысе: «Слушай, еще одно слово…» — активно, пусть и несвязно жестикулируя, Рон махнул рукой в сторону, отчего из стакана выплеснулась добрая половина напитка. — Упс… — Рон глупо улыбнулся, вызвав у Гарри приступ пьяного смеха. За плечами у них обоих было удачно завершенное дело, которому они посвятили последние полтора месяца — работая, правда, по отдельности и редко видясь не только друг с другом, но и со своими женами. Совместный праздничный ужин вчетвером тоже откладывался: Гермиона уже три дня как уехала в Берлин на Конференцию по ЗПиС У.О. МаС («защите прав и свобод униженных и обделенных магических созданий»), а у Джинни были сборы, которые она никак не могла пропустить — так что друзьям ничего другого не оставалось, как завалиться в бывший особняк Блэков и отметить успех вдвоем. Празднование шло бурно, и Гарри с огромным удовольствием просто лежал на спине, ни о чем не волнуясь, ощущая себя в полнейшей безопасности. Его глаза ярко горели зеленым — сказывалась и радость, и опьянение, а неловкие и широкие жесты Рона и его истории, рассказываемые заплетающимся языком, веселили сверх меры. В очередной раз счастливо отсмеявшись, Рон перевел взгляд с Гарри на камин и стоящие рядом ряды бутылок и неловко поерзал в кресле: — Я представляю, что наши нам устроят, если узнают… — Не узнают… Пару часов назад же выходили на связь — наши подруги крепко заняты. Утром мы с тобой — Гарри изобразил широкие замахи волшебной палочкой — вжик-вжик, и все. — Да, «вжик-вжик»… Если бы с Герми было так просто. Ты не представляешь, в кого она превращается, если я что-то делаю не так! — Рон обиженно поморщился. — «Рональд, я отдаю тебе все свободное время, в то время как могла бы помогать бедным, несчастным, испытывающим ужасные притеснения на протяжении веков…» Он комично приложил руки к груди в молящем жесте и закатил глаза вверх, и Гарри зашелся от хохота. — Ты не представляешь, что бывает, если она обижается! — Рон перешел на полушепот. — Ну, ты понимаешь… Ничего такого. На неделю. Если не больше! — сделав круглые глаза, он откинулся на спинку кресла. Гарри пьяно захихикал. — Слушай, ну тогда представь ее, но еще и с характером Уизли — и поймешь, с кем мне приходится иметь дело… Эти ее «Гарпии», бесконечные тренировки и сборы, пересказы особо острых моментов… Нет, ну ты знаешь, я люблю квиддитч, но мне ведь хочется иногда… Просто ласки. Без всяких там бладжеров и снитчей… Рон понятливо закивал головой, совершенно не придавая значения тому, что речь идет о его младшей сестре. — Еще по одной?.. — Наливай, дружище! * * * …Спустя пару-тройку кругов, еще десяти-пятнадцати бутылочек пива, бесчисленного количества тостов, историй и просто воспоминаний Гарри и Рон дошли до того порога, за которым следовало полное отключение мозга и блаженная дремота. — Ну я ей… и говорю… «Слушай, Герми… Ну пожалуйста…» — Рон полусонно что-то бормотал, полностью растекшись по креслу и закрыв глаза. Гарри тоже был не в лучшем состоянии и постоянно поправлял норовившие съехать на нос очки. На его лице блуждала глупая улыбка. Рон нечеловеческим усилием умудрился поднять голову и сфокусировать взгляд на Гарри: — Нет, ну ты представляешь, а? Ты представляешь, что приходится испытывать малышу Рону? — Э-э-э? — промычал Гарри и фыркнул. — Малышу Рону? — Ну, Рону… младшему? Ну, ты понимаешь! — и Рон пьяным жестом похлопал себя по низу живота. — Ах-ха-ха! — залился булькающим смехом Гарри. — Так слушай, может, вся проблема… в том, что Рон Уизли у нас, это, «малыш»?.. Бедняга… Гермиона. — Гарри глупо хихикнул и указал пальцем в сторону штанов Рона, сам не понимая, что он несет. Рон вскинулся: — Я тебе покажу «малыш»! Ничего и не малыш! — неловко приподнимаясь в кресле, Рон одновременно потянулся к пуговицам брюк, вытаскивая костяные кругляшки из петель. Справившись с этой непростой задачей, Рон поднялся на ноги — брюки сползли до щиколоток, обнажив полосатые широкие трусы — едва не упав, Рон стянул их вниз двумя руками. Перед взглядом Гарри, абсолютно не понимающего, что вообще происходит — в голове раздавались салюты и все виденное ужасно смешило — возник длинный член его лучшего друга. Кровь постепенно приливала к нему, сглаживая контраст между белоснежной кожей и ярко-рыжими волосами в паху. Большие яйца забавно болтались между ног, покачиваясь в такт движениям Рона, который принял гордую позу и уставился на Гарри, явно ожидая одобрения — у того это вызвало лишь очередную порцию смеха. — Ах так! — протянул Рон обиженно и рванулся вперед. — Ну тогда посмотрим, чем может похвастаться «Мальчик-который-выжил»! Рон, однако, совсем забыл о брюках, сковавших его и так не слишком уверенные движения, и, покачнувшись, рухнул прямо на заливающегося смехом Гарри, заставив того громко охнуть. — Слезь с меня, чертов… мутант!.. — Не переставая пьяно смеяться, Гарри пытаясь сдвинуть в сторону почти двухметровое тело, но оно не собиралось сдаваться. — Я - кто?.. — задыхаясь, спросил Рон, и начал возиться на своей добыче, пытаясь одной рукой схватить непослушные конечности противника в железный захват и не забывая другой разыскивать пряжку ремня на брюках Гарри. — Мы тут еще посмотрим, кто из нас малыш! — Рон, прекрати!.. — скорее изображая борьбу, чем воспринимая все серьезно (а кто в таком состоянии способен хоть что-то воспринимать серьезно?) Гарри отчаянно трепыхался, чувствуя, как рука Рона опасно близко подобралась к его члену, немного окрепнувшему от всей этой возни… В бок ему упиралось еще что-то, горячее и твердое, и Гарри даже не мог понять, что бы это могло быть. — Ага! — издав крик ликования, Рон наконец расстегнул пуговицы на брюках Гарри и охватил рукой член друга, выпуская его наружу. Посмотреть на него, правда, не удалось, но затуманенное алкоголем сознание подсказало ответ — член у Гарри был несколько меньше, чем у Рона. — Хорошо смеется тот, дружище — запинаясь, воскликнул Рон — кто смеется последним! С этими словами он гордо приподнялся, не слезая, впрочем, с Гарри и уселся тому на грудь, посматривая на поверженного противника. Переводя дыхание от смеха и борьбы, Гарри, до этого зажмурившийся в притворном ужасе, приоткрыл один глаз — и увидел в паре сантиметров от своего рта то, о чем друзья во время потасовки как-то забыли. Рон так и не застегнул на себе брюки, а это значит, что прямо перед лицом Гарри горделиво пламенел полностью вставший член Рона. Он был удивительно ровным и действительно большим; при должном желании его можно было бы назвать одним словом — аккуратный. Розово-алый от притока крови, он сочетался по цвету с отличительными для Уизли рыжими волосами в паху, создавая иллюзию пожара. На кончике крупной головки застыла прозрачная капля, в которой причудливо играли отблески каминного огня. Сознание Гарри было настолько затуманено — или наоборот, настолько свободно — от принятой дозы алкоголя, что увиденная картина не вызвала в нем ни отвращения, ни ужаса, ни четкого ощущения неправильности. Абсолютно не осознавая, что он делает, без всякой задней мысли, Гарри, хитро улыбаясь, лишь высунул наружу кончик языка — чтобы слизнуть эту привлекательную, прозрачную каплю… Рон с шумом вобрал в себя воздух через нос и заерзал на груди Гарри — его яйца прошлись по обнаженной коже шеи лежащего снизу друга, а член дернулся. Рука сама по себе опустилась вниз, обхватив ноющий от напряжения член, и сделала пару резких, мощных движений — вперед-назад, вперед-назад. Гарри заворожено наблюдал за тем, что происходит сверху: как Рон, прикрыв глаза, придвигается ближе, опираясь на одну руку рядом с головой Гарри; как судорожно входит воздух в приоткрытый, искривленный страстью рот; как веснушчатая рука крепко и сильно обхватывает горящий огнем член, оказавшийся так близко к губам Гарри… Рон что-то шептал, приоткрывая глаза, но Гарри никак не мог разобрать слова — и даже не хотел, не думал об этом. Ритм движений друга все ускорялся и ускорялся, в голове у Гарри не было ни единой мысли — и со звериным рыком, сотрясаясь в конвульсиях, Рон излился прямо на лицо лежащего внизу Поттера: первый залп перламутровой спермы попал на знаменитый шрам и заляпал очки; последующие попали на нос и рот, заставив Гарри автоматически облизнуть губы и почувствовать соленый, горьковатый вкус… Тяжело дыша, Рон не моргая смотрел вниз, нависнув над Гарри. Тот же водил кончиком розового языка по губам, собирая невесть откуда взявшуюся жидкость, бессмысленно улыбаясь и глядя наверх, прямо в лицо Рону — Гарри мог поклясться, что губы того шептали что-то навроде «Наконец-то…», но Гарри мог ошибаться. Да-да, наверняка он ошибается… А что вообще происходит?.. Гарри не успел довести эту мысль до конца, потому как почувствовал резкий захват вокруг своего члена. Откинув в немом стоне голову назад, Гарри не видел, как Рон сполз ниже, задевая обнаженной промежностью стоящий колом член Гарри, выпущенный из штанов ранее — но почувствовал облегчение от возможности вдохнуть полной грудью. Впрочем, совсем скоро это ощущение сменилось на другие, гораздо более сильные. С членом Гарри что-то происходило. Кто-то орудовал пальцами по всей его длине, иногда неловко задевая ногтями особенно чувствительные места. Гарри скребся пальцами по ковру, не прерывая, впрочем, столь изысканной пытки. Пальцы его ног поджимались, а бедра самопроизвольно приподнимались выше, призывая к большему. Внезапно ощущения видоизменились — теперь его член обхватило нечто горячее, мокрое, влажное, волшебно-потрясающее. Пытаясь определить, что стало источником столь мощного удовольствия, Гарри старательно, в несколько рывков приподнял тяжелую голову — и увидел копну ярко-рыжих волос, ритмично двигающихся вверх-вниз над его тазом. Душа Гарри наполнилась спокойствием и теплом, а когда копна волос приподнялась, открывая взору сменившего позицию Рона, Гарри ощутил еще большее ликование и радость от вида лучшего друга. Затуманенные то ли выпитым алкоголем, то ли испытываемыми ощущениями голубые глаза Рона встретились с горящим зеленым взглядом Гарри. Рон выпустил на мгновение член Гарри изо рта и широко улыбнулся другу — Гарри ухмыльнулся в ответ и снова откинулся на спину. Волны удовольствия разбегались по всему телу, Гарри стонал и мотал головой из стороны в сторону. Его руки устремились прямиком к центру событий — наткнувшись на горячую кожу и шелковистые волосы, пальцы Гарри поспешили помочь, направить, ускорить и задать нужный ритм происходящему… Через несколько мгновений — или часов — удовольствия Гарри выгнулся дугой, крепко прижимая к тазу лохматую голову, слыша краем уха сдавленный всхрип, вибрации от которого столь сладко пробежали по всей длине члена, и излился прямо в теплую, влажную глубину горла Рона. Почувствовав, что на него вновь рухнуло нечто тяжелое, Гарри из последних сил фыркнул — и провалился в кружащуюся перед глазами темноту. * * * Гарри проснулся, по всей видимости, от стука собственных зубов. В комнате было жутко холодно — пошарив вслепую руками, он не обнаружил рядом ни малейшего намека на одеяло, зато наткнулся на чей-то бок. Крайне неохотно прикрыв один глаз, Гарри мутным взглядом прошелся по комнате, распознавая собственную гостиную. С чудовищным усилием приподняв голову, Гарри недовольно охнул, увидел раскиданные повсюду бутылки, давно погасший камин и отвратительно громко храпящего рядом Рона Уизли, который, по всей видимости, пытался раздеться перед сном… и перестарался. Гарри резко отвел взгляд от белеющей задницы друга — в голове что-то хрустнуло, и Гарри снова охнул от приступа головной боли. Неловко помогая себе руками Гарри сумел подняться — с его брюками тоже было не все в порядке, как оказалось. Придерживая их руками, он побрел в сторону ванной, морщась от похмелья, ужасных запахов и какой-то болезненной разбитости. Проклиная все на свете, Гарри оперся на край раковины, не решаясь взглянуть в лицо последствиям вчерашней ночи. Впрочем, герой он или не герой? Гарри мучительно приподнял голову и уставился на свое бледное отражение. Пара прядей его волос была склеена какой-то гадостью — она же залепила одно из стекол очков. Гарри брезгливо провел рукой по лицу и почувствовал стянутость кожи в нескольких местах. Внезапно перед глазами у него встала картинка: огромный, покрасневший от натуги член прямо у него под носом и какая-то большая рука, резко ходящая по нему… Гарри широко распахнул глаза и резко склонился над раковиной, опустошая содержимое желудка. Совершив еще несколько подобных наклонов, Гарри открыл кран и плеснул в лицо воды, заодно прополоскав рот. Почти мгновенно он ощутил в нем какой-то непривычный вкус — и снова охнул. Позволил воде бежать, Гарри присел на краешек унитаза, прижимая руку ко рту. В голове у него прояснилось, и он в ужасе наблюдал, как перед его мысленным взором разворачиваются события прошлой ночи… Нет, Гарри не был в ужасе от того, что двое мужчин… Нет, он даже не мог заставить себя об этом подумать. «…Рон! И он! Рон!..» По спине распространялся холодок (да что там, холод Арктики), в горле пересохло (впрочем, учитывая количество выпитого, вряд ли это объяснялось лишь паникой), голова шла кругом (как будто других ощущений ему было мало)… И Гарри никак не мог сосредоточиться на произошедшем, совершенно не зная, с чего начать. «С того, что он… получил заряд… спермы на… лицо?» — желудок снова сжался. «С того, что его лучший друг доставил ему удовольствие… отсосав… ему?» — на сей раз задрожали руки. «С того, что ему это… жутко понравилось?!» — ходуном уже заходили колени, и Гарри сжал их — одновременно защемив член, который предательски начал пробуждаться к жизни. «О нет!» — Гарри стремглав бросился прочь из ванной, на автомате влетая в гостиную. — О нет! — сказал он уже вслух, увидев перед диваном тело второго фигуранта вчерашних событий. Рон не переставал храпеть, подложив одну руку под голову. Другая расслаблено лежала вдоль тела — заканчиваясь аккурат рядом с обнаженной задницей, нахально торчащей в воздухе. Гарри сморщился от урагана мыслей и эмоций, порожденных этой картиной, и спешно зашарил взглядом по комнате в поисках какого-то покрывала. Рон тем временем заворочался — открытые взгляду мышцы напряглись, заставляя Гарри сбиться с дыхания — и приподнял голову, осоловело и сонно всматриваясь в фигуру перед ним. — О, Гарри! — вяло ворочая языком, произнес Рон. — Все в порядке? — спросил он, улыбаясь так, как он улыбался всегда после сна. Гарри помнил. Он с Роном провел долгие годы в соседних кроватях. И в палатке. И потом, на службе. Справляясь с комом в горле, Гарри тихо сказал: — Нет-нет. Все хорошо. Спи. Не переставая улыбаться, Рон уронил голову на ковер. — Ты знаешь… - пробормотал он. — Я видел такой сон, ты не поверишь… Гарри замер с покрывалом в руках, но продолжения не последовало. Аккуратно, пытаясь не разбудить друга, он подошел ближе и укрыл его. Взгляд его упал на закатившуюся под подушки дивана палочку — взяв ее, Гарри тихо произнес заклинание и разжег камин, одновременно приоткрывая форточки на окнах. Пятясь назад, не отрывая глаз от спящего друга, в волосах которого играли отблески разгорающегося каминного огня, Гарри дошел до двери и вышел из комнаты.