Темные времена

Из поврежденного истребителя его вытащили штурмовики и швырнули на гладкий полированный пол ангара. Он неудачно приземлился, закричал, поперхнулся, судорожно хватая воздух сжатым горлом. Штурмовики обступили его, перевернули на живот, контрольная панель на летном костюме впилась в ребра. Он попытался приподняться, но его вдавили в пол сапогом. – Не двигайся, сволочь, - предупредил голос. Они прижали его коленями к полу, жестко фиксируя руки, ноги и спину. С него сняли шлем, летный жилет и пояс с оружием. «Мой световой меч», подумал он отчаянно. Он стал сопротивляться, инстинктивно пытаясь освободиться, убежать, но его снова опрокинули на пол лицом вниз. Он вдохнул воздух и почувствовал запах кожаной обуви. Кожа? Офицер. ...через запах его собственного страха. Его руки были крепко связаны за спиной. ...нет ...не снова ...нет... Его грубо вздернули вверх за руки, поставили на ноги. Ему не хватало воздуха, он задыхался. Ноги подкашивались, не удерживая тело, но ему не дали упасть и повели к темной фигуре, которая бесстрастно стояла все это время. Люк мгновенно проснулся от ужаса, дернулся на мягком сиденье. Он нервно выдохнул, когда понял, где находится; все еще в кабине своего истребителя, и направился обратно на Адралию. Он поднял козырек шлема и растер глаза ладонями, пытаясь развеять затянувшиеся образы его кошмара. На комм прозвучал запрос, он улыбнулся, когда прочитал вопрос от Арту. - Я в порядке, Арту, просто плохой сон. Свист. Люк засмеялся, несмотря на учащенное сердцебиение. – Да, Арту, это было что-то с чем-то. Он отошел от кошмара и посмотрел на извилистые огни гиперпространства. Его беспокоил сон, он казался таким реальным. Он физически чувствовал все: прижавших его солдат, пол под лицом, тяжелые ботинки на спине, руки, тащившее к Темному Лорду. Он даже ощущал запахи; его собственный едкий запах страха, полироль кожаных сапог. Он понюхал переработанный воздух, сморщил нос. Ну, может быть, это просто запах кокпита вторгся в его сон; ему нужен был душ. Он улыбнулся и покачал головой. Просто сон. Все это. Невинный... – Скоро будем на месте? - спросил он, игнорируя шепот разума. Арту защебетал ответ сопровождая рядом свистов. Люк улыбнулся, читая. Всего лишь пять минут до выхода из гипрепространства. – Я уверен, что Хан вернулся, и я совершенно уверен, что Трипио все еще цел. Еще одна серия гудков. – Я знаю, что Хан угрожал в последний раз, но на самом деле это ничего не значит. Он слегка засмеялся, его сон и образы начали исчезать, пока он болтал с дроидом. – Кроме того, - напомнил он Арту, - было время, когда ты угрожал Трипио своими электродами. Люк усмехнулся электронным хихиканьям. Были времена, когда Арту проявлял человеческий характер. Он выпрямился, когда подошло время для выхода, в животе заурчало. Он проголодался. – Арту, - снова сказал он, когда он просмотрел свою консоль. – Проследи за левым двигателем, напряжение колеблется, попытайся стабилизировать его. Арту согласился. – Вот именно, - сказал Люк, улыбаясь. – Выключи субсветовые двигатели. Внезапное замедление и звезды из сплошной полосы превратились в точки. Люк улыбнулся, когда увидел зеленую Адалию, она словно приветствовала его. Он просмотрел на приборную доску, нахмурился и постучал по одному из приборов. – Арту, проверь щиты, на задних показывают снижение на 20 процентов. Последнее, чего он хотел бы, сгореть при входе в атмосферу. Маленький дроид ответил. – Я знаю, что мы получили повреждения. Переустанови мощность из гипердвигателя и активируй щиты. Он нахмурил брови, хоть Арту начал работать, показатели еще просели на несколько пунктов. – Нет, не так. Может, проблема с самими щитами? Арту заработал и Люку оставалось только ждать результата. Он улыбнулся, когда показатели внезапно выросли и цифры засветились зеленым цветом. – Вот и все, Арту! Он включил комм. – Адалия контроль – это Красный пять. Запрашиваю векторы захода на посадку. – Красный пять – это контроль, ожидайте. Ожидать? Он ждал, слушая тишину. Он постучал пальцами по приборной доске, успокаивая себя. – Адалия, это Красный пять... – начал он снова. – Красный пять – это контроль. Мы запрашиваем подтверждение того, что устройство отслеживания вашего истребителя отключено. Люк вздохнул. Ведж был таким балаболом. – Это Красный пять, я без жучков. Повторяю, без жучков. – Принято, Красный пять. Можете заходить с чарли-один-альфа. – Чарли-альфа, принято, контроль. – Поверхностный ветер составляет два-шесть-ноль в десять. Будьте внимательны, облако вулканического пепла распространяется через сектор ноль-восемь-ноль. – Распространение облаков, принято контроль. Чарли-один-альфа загружено и закреплено. – Принято, Красный пять... Добро пожаловать обратно лейтенант-коммандер. – Принято, контроль. Он снизил скорость при заходе в атмосферу планеты. Истребитель трясло пока он проходил через верхние слои, в атмосфере Люк направил корабль на посадку между вершинами гор. Когда он опустил посадочные стойки, то увидел небольшую группу из пожарных экипажей, медиков и техников, ожидающих вдргу ему понадобиться помощь. В стороне стояла Изабель Джаконти; ее лицо было мрачным. Он застонал. Она никогда не простит его за пропавшую счетверенную пушку. Он выключил все системы и двигатели истребителя и открыл кабину. Сегодня утром запах серы был сильным, но воздух вс ервно для него был свежим и прохладным. Он вздохнул, когда лестница была установлена ​​на фюзеляже, и Иззи поднялся рядом с ним. – Ты заставил нас поволноваться, Скайуокер, - прокомментировала она, передавая Люку бутылку воды, которую она схватила у ожидающего медика. – Остальные? - спросил Люк, открыл бутылку и долго пил. Внезапно он понял, что посадочная площадка была устрашающе пуста, и бросил взгляд в сторону открытых дверей ангара. Пространство за пределами казалось пустым, лишенным. – Вернулось пять, с тобой - шесть. – Дерьмо, - вздохнул Люк, он расстегнул ремни шлема, снял и передал Иззи. Он знал, что потери были большими, но все же кто–то сумел вернуться живыми, несмотря на все силы Империи. Они сдерживались. Они могли бы пребить всех. – Ведж? – Он в порядке, - заверила Иззи. – Еще Нара, Хобби и Янсон. Новенький иланец тоже. Люк растрепал взмокшие волосы и поморщился от маслянистого чувства. Он чувствовал себя грязным и измученным, хотелось только быстро принять душ, что-то съесть и упасть на кровать, но он знал, что впереди процедура и протокол. Командный штаб хотел бы знать, что произошло. Вопросы. Еще вопросы. «С какой эскадрой вы летаете?» Он вздохнул, заставив голос Рована испариться и сосредоточился на том, что говорила Иззи. – Ты ранен? Он покачал головой, внезапно почувствовав тупую боль в ребрах, куда врезались ремни безопасности во время боя. – Нет, я в порядке. Бывало и хуже. Иззи махнула ожидающим медикам и пожарным. – Начальство тебя ждет, быстрее дойдешь - скорее выйдешь. Правда⁈ – Хорошо, - выдохнул он, вручая Иззи пустую бутылку и поднимаясь с места. Он указал на остывающий истребитель. – У меня несколько пробоин, - сознался он. Главный инжинер посмотрела на него. – Расскажи мне, что я не видела собственными глазами, - сказала она, спускаясь вниз по лестнице, чтобы дать ему возможность спуститься. Сапоги Люка поднимали пепел, пока он обходил корабль вместе с Иззи. - Ну, у меня были проблемы с движком. Напряжение прыгало. Также проблемы с задними щитами, мы перенаправили энергию с гипердвигателя, но это не помогло. Арту сделал кое-что, поэтому вам нужно будет говорить с ним. – Да, да, - заметила она, прищурившись на дроида, когда ее экипаж вынимал Арту из гнезда. – Что-нибудь еще? – Да, сзади пробоина, – Люк нырнул под конус носа истребителя, заметил, что Хан наблюдает за ним из люка «Сокола». Он улыбнулся и помахал своему другу; он знал, что вернется. Соло поднял руку в знак признательности, на его лице появилась нахальная ухмылка. Люка нахмурился; Хан почувствовал облегчение, увидев его, но его улыбка казалась вымученной, ненастоящей. – И я потерял счетверенную пушку, - медленно сказал он Иззи, отрывая взгляд от друга, задаваясь вопросом, что случилось с Ханом. Он знает. Невинные. Ты почувствовал их... Желудок скрутило, но Люк заставил себя указать на поврежденный конец крыла, где когда-то находилось оружие. – Мне жаль. Иззи пожала плечами. – Ничего не поделаешь. Люк развернулся к Иззи, явно не ожидая такого ответа. Это было не в ее характере. Она не кричала на него за повреждения корабля, не срывалась на техниках из-за потерянных пилотов. – Изз, все в порядке, ты... Люк замолчал, живот неожиданно сжало и посмотрел через плечо механика и увидел его, сидящим на упаковочном ящике. Он наблюдал за ним. Рован. – Что он здесь делает? - прошептал он. Мужчина смотрел на него, сам он ничего не выражал. Иззи взглянула на Рована. – Не знаю, но он сидит здесь с тех пор как мы прибыли. Ждет меня. Он ждал меня. – Разве это не он вернул тебя? Спросила она заинтересовано, с нотами благодарности в голосе. Все в Люке взбунтовалось на такой вопрос. Он оторвал взгляд от своего мучителя, борясь с эмоциями, внезапными образами и чувствами, которые мелькали у него в голове; Рован положил руку ему на щеку, нежно утер пот, кровь и слезы, когда успокаивал его. Дроид завис за спиной, тихий шум, когда он ударил его разрядом в спину. Он сглотнул. – Да, – он отвернулся, вытеснив воспоминания. Этот человек, вероятно, знал его лучше, чем даже Хан и Лея, знал о нем вещи, которыми он никогда не хотел бы делиться с другим существом. – Не надо, Люк, не бойся. – Люк? – переспросила Иззи, она положила свою руку на его, нахмурилась, когда он вздрогнул от ее прикосновения. – Эй, ты уверен, что тебе не нужен врач? «Никаких врачей, Люк, больше не будет помощи, пока не сообщите нам информацию, которую мы можем использовать. Альянс или Сопротивление...» Он сделал шаг назад, закрыл глаза и отпустил воспоминания. Теперь не было ни времени, ни места, чтобы передать эти чувства, или человеку, который сидел в нескольких метрах от него. Он вздохнул, немного потупился и открыл глаза. – Я в порядке, Иззи, просто устал. Она улыбнулась, меняя выражение лица, но он знал, что она не поверила ему. Он знал, что здесь происходит что-то еще; что она не сказала ему. Это было видно по их глазам. ...Дейд... ...наблюдал за ним... Они все знают. Невинные – Похоже, прибыл твой транспорт, - сказала она ему, чувствуя облегчение. Он посмотрел на приближающийся лендспидер и невольно застонал, узнав водителя. Это был Хаслам, его конвоир на Раимаре. Этот день не мог стать еще хуже. – У меня приказ доставить тебя в командный пункт, –сказал он с отвращением. Люк проигнорировал его и забрался на заднее сиденье, наклонившись, чтобы поговорить с Иззи. – Увидимся позже. Скажи Хану, чтобы он оставил мне пива. – Конечно, Люк, – она отвернулась от него и свистнула своей команде. – Давайте, ребята, загоним эту развалину в ангар! Хаслам запустил двигатель, и лендспидер сорвался веред. Люк не мог удержаться от желания обернуться и взглянуть на Рована. Майор стоял, глядя ему в след.

***

– Ты поступил хорошо, мой друг, - промурлыкал Палпатин. Его голограмма возвышалась над его учеником, стоящим на коленях. – – Альянс повстанцев уже понял, что друзья могут быть непостоянными, четыре системы отказались от их поддержки. Вейдер не ответил, зная, что его хозяин не закончил злорадствовать. Он размеренно вдохнул, ожидая продолжения речи Сидиуса. – Я обещал Императорское возмездие за Кусреан, и вы его осуществите. Продолжайте поиски повстанческих застав, уничтожайте этих боевиков, идентифицируйте пилотов, которые принимали участие в рейде и устраните их. Люди должны быть умиротворены. Вейдер колебался, но Палпатин увидел это; он улыбнулся, когда его ученик ответил. – Да, мой мастер. – У тебя есть что рассказать мне, лорд Вейдер? – заинтересованно спросил Палпатин. Он говорил как самый близкий друг, и Вейдер знал, что у него нет выбора, кроме как ответить правдиво, несмотря на все его опасения. – Я считаю, что пилот, который уничтожил объект, был тем же юнцом, который уничтожил «Звезду Смерти». Глаза Палпатина вспыхнули, он наклонился вперед. –Ты уверен? – Его присутствие в Силе безошибочно,– неохотно признался Вейдер. – И ты позволил ему проскользнуть сквозь пальцы на Эскаале. У мальчика большая склонность к созданию хаоса, не так ли? – довольно рассмеялся Палпатин. – Это может сработать в наших интересах: он слабый, этот акт убийства потрясет его. Он будет искать утешения в Силе и оставить себя открытым, его легко будет проследить. У вас, кажется, есть... связь с ним, друг мой. Обратите внимание на Силу, слушайте, что она шепчет вам. Используйте это и найдите его. А затем приведи его ко мне, и мы покажем ему, что значит бросить вызов его Императору. – Как прикажете, владыка, - ответил Вейдер. Связь с Имперским Центром была разорвана, и Вейдер поднялся, размышляя о коротком разговоре. Все еще они не признали в пилоте его сына, но все же они кружили вокруг правды, называя Люка «юнцом», и Вейдер не был уверен в планах Палпатина относительно своего сына, как только они его задержат. Но ты знаешь. Он заберет твоего ребенка, и он извратит его, как и тебя. Тихий гнев разгорался внутри, он сжал кулаки. «Ты позволил этому Темному Лорду поработить свой разум до сих пор... до сих пор ты тот, кого поклялся уничтожить». Кеноби был дураком, ослепленным Кодексом джедаев, слишком укоренившимся в его благочестивых способностях не увидеть силу и власть, которые Сила могла действительно предложить; безграничный потенциал роста и расширения, глубины и красоту ее темноты. Это то, что поддерживало его, и его сын. Его сын, который продолжал ускользать от него, чье присутстви манило и дразнило. Его сын, который однажды предстанет перед ним и признает его. «Я... не предам... Альянс... как... ты предал... моего отца». Люк был храбр, но он погряз в обмане. Он нуждался в руководстве своим отцом, и, если шепот Силы был прав, также нуждался в защите. Вейдер поднялся по ступенькам в свою комнату для медитации и сел. Когда створки камеры закрылись, и шлем с маской были сняты с головы, он вздохнул, позволив воздуху гореть в поврежденных легких. Он закрыл глаза, потянулся к Силе и стал искать среди смещающиеся узоров своего странствующего ребенка. Люк не мог долго молчать или скрываться. p.s Да!!! Да!!! Кто молодец⁈ Я! Кто там ставил на 2022 год? Вы ошиблись. Принимаем новые ставки. На 33 главу. Если честно, то проды нет давно, не просто давно, а 4 года. Я в печали. Может к пенсии переведем остаток. Надеемся. Как всегда – моя чукча, буква много, знаков еще больше, так что правим.