Кредо убийцы

ღоОоღ

- Сесть! Встать! Упор на руки! Раз-два! – командовали Наруто и Саске, расхаживая вокруг девушек, и иногда присаживались на корточки напротив них, заставляя стараться лучше. – Быстрее, Харуно! - Мне… Больно, - тихо простонала Сакура, ощущая невероятно крупную дрожь в руках и ногах во время выполнения очередного упражнения. Она едва сдерживалась от того, чтобы не упасть на землю, закрыть глаза и, наконец, отдохнуть. С каждой секундой во всем теле усиливалось чувство, словно мышцы горели, а восприятие реальности и команд улетучивалось. Пот пропитал одежду, неприятно-соленые капли стекали по вискам и лбу, попадали в глаза. Поднявшееся в самую высокую точку солнце раскалило песок так, что тот жег ладони, и припекало затылки. Во рту пересохло от жажды и теплого тяжелого воздуха. Казалось, была раздражена каждая клеточка тела, хотелось скинуть одежду и броситься прямо со скалы в протекающую под ней реку. Но Сакура не могла себе такого позволить, не могла сдаться и показать слабость. Она коротко глянула на Хинату и даже улыбнулась. Брюнетка изредка жмурилась от болевых ощущений и пота, заливающего глаза, но ей было определенно проще: тело Хьюги оказалось весьма гибким - сказывались годы обучения танцам и занятия с придворным учителем по фехтованию. А вот Харуно во всем с раннего детства приходилось полагаться только на себя… - Неправильно, - командным тоном оборвал ее Саске. В следующий момент парень уже находился на земле, показывая верную технику. Он без прежнего издевательства разговаривал с ученицами, прикасался к их телам, направляя, хотя от него веяло холодом, недоверием и безразличием. Когда Сакура повторила за ним, ей определенно стало легче. Тут же на щеках девушки вспыхнул стыдливый румянец: в самом начале она противилась, пытаясь спорить и выполняя упражнения для растяжки так, как привыкла делать в одиночестве в поместье Хьюга. Но противопоставлять свои жалкие тренировки идеальным техникам Саске и Наруто было глупо. Это Харуно усвоила моментально. Хината же чувствовала невероятное волнение, от которого временами путала лево и право или части тела. Краснела, опуская глаза, но потом вновь приступала к заданиям. Иногда брюнетка расплывалась в улыбке: дебаты Узумаки и Учихи по поводу того, могут ли выполнить девушки очередное упражнение или нет, подходит ли оно в комплекс к остальным и прочие разногласия о методах обучения казались весьма забавными. Особенно веселило, когда ассасины внезапно сами начинали демонстрировать друг другу техники и приемы, но, оказываясь поочередно правы, едва ли не дрались. Однако легкой для самих себя тренировку ассасины назвать не могли. Видеть, как слабы девушки, как противятся непривычным упражнениям или неправильно выполняют заданное, было сложно. Они оказались строгими учителями, даже Наруто мог прикрикнуть, если его раздражение достигало грани. - Хината! Колени выше! Сколько раз можно тебе говорить, даттебае! – не сдержавшись, окликнул во время бега ученицу блондин. Та в очередной раз покраснела и, будто извиняясь, кивнула головой. Тяжело вздохнув, Узумаки присел на камень в тени и провел ладонью по лбу. Взял кувшин холодной воды, который недавно принесла Ино, и сделал несколько глотков. От накатившего удовольствия по спине от затылка пронеслась толпа мурашек, воздух стало куда легче вдыхать. Но расслабление было недолгим… Только сейчас его тело и разум начали понимать всю непривычность сложившейся ситуации: он и Саске ни за кем не гнались, не выслеживали, не убивали… А сколько зла вершили тамплиеры, пока они находились здесь!.. На мгновение эта мысль взбесила Узумаки, заставила разозлиться на Сакуру и Хинату, на их неопытность и слабость. Обостренное чувство справедливости не позволяло парню даже представить, что где-то там плачет ребенок, смотрящий на отца, которого убили тамплиеры за неуплаченные им пошлины за простой проход в город… Но ассасин тряхнул головой, прогоняя темные мысли, ведь их миссия была невероятно важна для Братства и народа в целом. Он вытерпит. Да и сам Узумаки понимал – они с Какаши единственные могли контролировать трудный нрав и силу Саске. Хатаке стал мастером ассасинов, да и уже давненько вышел из того возраста, когда был способен взвалить на плечи заботу одновременно о двух ученицах. Оставался Наруто со своей способностью легко и быстро сходиться с людьми. - Быстрее. Быстрее! Сакура, ниже корпус, да, вот так, - голос Учихи вновь оторвал блондина от размышлений о задании. Тут же Узумаки расплылся в широкой улыбке: процесс тренировки поглотил Учиху. Какаши не мог ошибиться, сказав, что из него выйдет хороший учитель. Мгновенно волна воспоминаний накрыла блондина. Его мысли унеслись в прошлое, когда они были совсем детьми. В голове возник образ комнатки средних размеров на нижнем уровне замка. Серая, неуютная. Минимум мебели и голые каменные стены: пара кроватей и по два сундука у подножья каждой, круглый стол и несколько стульев. После смерти отца, которого все считали героем, пожертвовавшим жизнью ради товарища, Наруто остался сиротой, и Какаши взял его под свое крыло. Мальчик практически не ощущал одиночества, пока находился в окружении взрослых и других детей, но стоило оказаться в этом неприветливом помещении – мысли наваливались и давили на юного Узумаки. Но однажды на пороге показался Хатаке, а за его спиной стоял еще один мальчик, крепко державший в руках единственную вещь – огромный, по сравнению с ним, меч. Новый сосед, как пояснил тогда учитель и закрыл за собой дверь. Угрюмый брюнет не разговаривал, изредка поднимал тяжелый взгляд на активного Наруто, который хотел познакомиться и подружиться, но потом вновь смотрел в одну точку, сидя в углу кровати и поджимая ноги под себя. Как-то раз Узумаки не выдержал игнорирования со стороны Саске и схватил лежащий рядом с тем меч. Эффект от этого действия оказался более чем необычный: Учиха взбесился. Тогда ребята сильно подрались, и именно та перепалка заложила первый камень в крепкий фундамент дружбы. Каждый день занятия начинались ровно в шесть утра. Строгая женщина будила мальчишек, не давая и шанса вновь закрыть слипающиеся глаза. Друзья умывались, пили молоко и ели горячие лепешки. Затем их отводили в библиотеку, где давно ждал Какаши, читающий какую-то старую книгу. Обычно Наруто влетал в помещение без стука и с шумом плюхался на скамью перед учителем, за ним, размеренно шагая, входил Саске и занимал свое место. Они изучали все известные науки, языки и, конечно же, Кредо. - Эй-эй, Саске! – шепотом позвал Наруто, низко склонившись над столешницей. - Чего тебе? – так же тихо отозвался Учиха и, когда блондин с шаловливым выражением лица поманил пальцем, принял точно такое же положение. - Есть мысли относительно того, как выглядит учитель без повязки? – спросил Узумаки. Это стало их любимой темой, небольшой шалостью. Тихо переговариваться, сидя на высокой скамейке и болтая ногами, представлять лицо Какаши, придумывать бои и случаи, в которых тот мог получить шрам. Мальчишеским фантазиям не было предела, в их глазах разгорался огонь интереса и мечтаний о великих приключениях и походах, о сражениях и новых землях. Особенно заговорщицкими эти разговоры казались ранним утром или зимними вечерами, когда на стенах и столах зажигались свечи. В какой-то момент Хатаке переставал делать вид, что не слышит шепота, полного мальчишеской наивности, бил учеников по головам огромным кодексом и отправлял на тренировочную площадку, где сгонял с них десять потов, постепенно превращая в искусных убийц… Им было больно, сложно, страшно и непонятно, но сейчас они осознавали цену тем тренировкам, отточившим их умы, взрастившим их силу. - Отлично постарались, девушки! – весело подбодрил завалившихся на траву и обессилевших Сакуру и Хинату. Те не могли произнести ни слова и лишь вяло помахали парню ладонями, слабо улыбаясь. - Чего лыбишься? – хмыкнул Саске, отбирая у ассасина кувшин и делая несколько больших глотков. - Да так… Вспомнил, как ты получал кодексом по своей эгоистичной башке, - все так же весело подмигнул девушкам ассасин. Учиха поперхнулся, закашлялся, разлив некоторое количество воды на рубашку. Ученицы захихикали, стараясь заглушить смех прижатыми к губам ладонями. Наруто же, не сдерживаясь, засмеялся в голос. Учиха развел руками, заметив, что стал предметом всеобщей веселости, затем недовольно свел брови на переносице и, хрустнув костяшками на кулаках, потянулся к шее друга. - Что ты опять несешь? – почти серьезно произнес он, а сам еле заметно улыбнулся, вспомнив, как получал в детстве от учителя. Узумаки шутливо отбивался от попыток брюнета расправиться за это напоминание, а затем сделал серьезное лицо, чуть приподняв брови, и кивнул в сторону лежащих на траве Сакуры и Хинаты. Саске не понял этого, а на вопросительный взгляд последовала новая порция кивков. После пришло осознание намеков блондина, и Учиха посмотрел на учениц, долго и изучающе. Изнеможенные, они жадно пили воду, а следом вновь откинулись на спины и стали тихо переговариваться между собой. Закатив глаза, Учиха отпустил друга, поправил рукава и, хмыкнув, безразлично уставился на горизонт, туда, где над горами парил свободный орел. - Кхым-кхым, девушки, - кашлянул в кулак разозленный упрямством Саске Наруто. Сакура и Хината заинтересованно уставились на него, а брюнет насторожился. И не зря. - Саске хочет вам что-то сказать, - добавил он, хитро улыбнулся и поспешно отошел в сторону. На всякий случай - у Учихи тяжелая рука… Пара взглядов обожгла ассасина. Особенно взгляд зеленых острых глаз. Сакура поняла намерения Наруто, и теперь ее окутала надежда, что Саске скажет им хоть слово. Все же очень старались… Она смотрела на него, в черные глаза, ощущая очередной прилив волны уважения, заставляющей восхищаться исходящими от этого парня силой, уверенностью и превосходством. В груди заколотило, когда внимательный взор отметил, как слегка приоткрылись тонкие губы, словно вот-вот с них сорвется сухая похвала. Но в следующий момент искривились в короткой усмешке. - Пора в замок, иначе пропустим ужин. Безразлично брошенные слова резанули, словно лезвие меча, отсекли веру в собственные силы и навеяли мысли о безнадежности стараний. Зрительный контакт был разорван, а с Харуно словно спали чары, наведенные черными глазами, в мозгу вновь что-то щелкнуло. - Да как же… - растерянно начала она. Нахмурившись, девушка глянула на погрустневшую Хинату и цыкнула. Хотела догнать учителя вслед за недовольным поступком друга Наруто, но внезапно остановилась. - Ладно, Сакура, пойдем, - с трудом поднялась с земли Хьюга, отряхнула одежду и поспешила за парнями. - Э-эй, - протянул Наруто, когда брюнетка поравнялась с ним, и оглянулся: – Ты идешь, Сакура? Девушка приподнялась на локтях, скорчившись в лице. Компания впереди остановилась, выжидающе смотря на нее. В конечном счете, Харуно поддалась слабости, простонав: - Я двигаться не могу…

ღоОоღ

Широкая ладонь коротким движением набрала песок. Песчинки защекотали кожу, медленно просыпаясь сквозь пальцы, и, слегка сияя в лучах солнца, пылью разлетелись в пространстве над обрывом. Мужчина поднес руку ближе к лицу, смотря сквозь золотистую пелену на деревню, лежащую под его ногами. Поднявшись с колена, он поправил черный плащ с капюшоном и повязку, скрывающую половину лица, глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Теплый ветер, недавно осушавший кожу, в полете прохладно ласкал щеки и трепал волосы. Скала оказалась весьма высокой… Мягкие сапоги бесшумно ступали по пыльной дороге, внимательный взгляд с толикой грусти и безразличной усталости скользил по стенам и плоским крышам низеньких домов, лошадям, монотонно жующим свежее сено, простым и открытым людям. Пара мужчин в белых одеждах на дороге заставили встрепенуться, чуть ссутулиться, немного ниже опустив голову, и положить руку на рукоять большого меча на поясе. Остаться без их внимания не получилось, но, не отреагировав на оклики, чужак зашагал быстрее. Толпа казалась спасением, но даже там ассасины не отставали. Тогда пришлось бежать. Толчок о каменную плиту и перекладину, пара прыжков по крыше, кувырок. Тормозя в узкой улочке о стены соседних домов подошвами и руками в перчатках, он приземлился на землю и сделал кувырок, возвращая телу равновесие. Мальчик, сидящий на лавочке, удивленно уставился на незнакомца, приоткрыв маленький испачканный ротик. Мужчина медленно выпрямился и, приставив указательный палец к губам, протянул жуткое: - Ц-ц-ц… Ребенок испуганно сглотнул, сжался, тогда чужак удовлетворенно хмыкнул и вышел на дорогу, по пути поправляя повязку на лице. Давно знакомая тропа, ведущая по склону вверх к замку, никогда еще не казалась ему столь длинной…

ღоОоღ

Это чувство появилось внезапно, словно в темноте зажегся и потух ярко-алый факел. Оно резануло по оголенным нервам, пробралось в мозг, устраняя в нем совершенно все мысли, кроме одной… - Ты чего? – удивленно приподнял бровь Наруто, уставившись на внезапно остановившегося Саске. Тот был серьезен и хмур. Он до боли в глазах смотрел куда-то вперед, чувствуя, как все тело напрягается, а по мышцам проходит давно забытая дрожь. Скинув с плеча руку еле идущей Сакуры, Учиха в пару шагов преодолел расстояние от одного конца коридора до другого. - Спятил? Осторожнее нельзя? – простонала Харуно и благодарно улыбнулась Хинате, которая тут же оказалась рядом, помогая бонне стоять на ногах. Розововолосая посмотрела на брюнета, не понимая, откуда вокруг него появляются столь большое напряжение и… злость? Саске не ответил, да и, казалось, уже не слушал; ступил на мраморный бордюр и за следующую пару секунд, словно кот, взобрался по колонне и стене на крышу. Его разум сковало странное предчувствие грядущей опасности, тело охватило предвкушение, какое он мог испытывать только во время убийства или охоты. Радужки начали приобретать алый цвет, их взгляд остро всматривались вдаль. Кулак нервно сжался. Что-то приближалось… Кто-то был совсем близко…