Октябрь 1995: "Привет" из прошлого...
28 апреля 2014 г., 17:28
Октябрь 1995, спустя несколько дней...
Прошло несколько довольно интересных деньков, за которые случились не менее интересные события, и я даже не знаю, с чего начать...
Когда Катрин проснулась, у нас состоял разговор, хотя я бы это назвал обмен вопросами, поскольку она первая ими меня засыпала, особенно теми, касающихся меня самого, коих была основная масса. По началу приходилось проявлять осторожность, дабы не вспугнуть ненароком и так едва отошедшую от той ночи слепую девушку, что с охотой выслушивала мои ответы.
Правда, вскоре от этой меры предосторожности пришлось отказаться.
Едва я, вскользь, помянул про то, что шесть лет мотался меж трех школ, то она, с извинением, перебив, спросила, не был ли я тем самым пятикурсником Абадонной, что держался ото всех в стороне в Шармбатоне. Это, признаюсь, немного поставило меня в тупик, поскольку я ее уже считал обычной, а тут нате вам... И тут она начала рассказывать про себя.
Итак, моя юная собеседница оказалась дочкой венецианского успешного колдо-предпринимателя, занимавшегося всякими целительными вещами: начиная от зелий до прочих лечебных штучек. Но, хоть и был, как поговаривали обычные еще в первой половине этого столетия, "буржуй", но нравов был этак средневековой эпохи, то есть чистокровность, "магглы = грязь" и т.п. Даже свою единственную дочь, Катрин, обручил когда ей еще и недели не исполнилось (в согласии с традициями, естественно). И, конечно же, юная сеньорита Авелин росла живым пособием по тому, как нарушать все эти "заплесневелые" устои — сколь в нее не вбивали все эти ценности, все вышло с точностью да наоборот. А уж из попытки воспитать гордость стала развиваться независимость.
Если вкратце, то девочка росла бунтаркой, каких только свет видывал. Когда ей стукнуло около семи-восьми, то на празднике ее дня рождения она, наконец, встретилась с тем, с кем ее обручили заранее и лишь раде того, чтоб сеньор Авелин смог добиться довольно высокого положения. Как на то отреагировала маленькая наследница? Внешне — промолчала и вообще старалась быть более-менее лояльной ко всем гостям и будущему "суженному", который тоже не шибко рад был такому сюрпризу. А вот в душе — дала себе обещание смешать дорогому papá все карты, ведь, если по окончанию школы свадьбы не будет — adios всему, что он так хотел. Но, пока приходилось "терпеть".
В одиннадцать свои она получила письмецо из Шармбатона, и была несказанно этому рада, поскольку ее мечтой было выучиться и свалить из семейного гнезда куда подальше...
Попав на Guerre, к легкому разочарованию девочки (а она надеялась на Salut), та вскоре махнула на это рукой, ведь и по боевой линии можно неплохо проложить себе независимую дорогу в жизни, тем более что с целебными вещами знакома не понаслышке... И, едва началась первая учебная неделя, как по школе прошелся слушок о том, что здесь снова тот странный парень, который ни разу ни с кем не даже два слова не перекинул и что он уже здесь второй раз обучается, то есть, обо мне...
И тут я вспомнил свой второй и последний год в Шарме, когда одна первокурсница постоянно за мной этаким хвостиком ходила, пытаясь развести меня хоть на какой разговор. И, черт возьми, ей это частично удавалось, не всегда, но все же. Правда, это даже беседами назвать трудно было: я был немногословен, но ее это не волновало...
А когда я оттуда ушел, то вскоре забыл про нее, до этого дня...
Катрин была сильно расстроена моим переводом в Хогвартс, но не унывала и надеялась, из года в год, что когда-то мы снова встретимся, даже если это будет всего на пару минут или короткий обмен взглядами... Этому, частично, не суждено было свершиться; нет, я не говорю, что мы не встретились (сейчас), а то что увидеть что-то она уже не сможет...
Когда она закончила школу несколькими днями после начала воцарения тьмы, при возвращении домой, она попала в аварию, и лишилась зрения. Сие событие дошло и до семьи жениха, и тот ("Та еще сволочь." — сказала она), не моргнув глазом, объявил о расторжении помолвки, но Катрин на это было глубоко наплевать, для нее все почти кончилось.
Да и кончилось бы плачевно, не скажи старый слуга совет: если не можешь помочь себе, то хоть кому-то, ради этого стоить жить, даже не видя мира, его можно ведь ощутить... Сии слова воодушевили девушку осуществить давно задуманный план, и она это сделала — ушла из дому, куда укажет ветер. К несчастью, или к счастью, наши пути пересеклись в том зловонном переулке, где она попала в лапы тем мордоворотам, и с которыми разобрался я...
С того разговора мы решили двигаться вместе, удаляясь каждый раз все дальше на восток. Тем более, вместе идти сподручнее, а я уж мог научить, насколько это возможно, действовать, используя все чувства (даже без зрения в наличии). Не обошлось и без курьезов, когда она чуть-чуть сдвинулась ни туда, и послала вместо разоружающего "Бомбарду" в находящийся не так уж далеко склад пиротехники. То-то, я скажу, был фейерверк. Авелин, хоть и не видела, но радовалась звукам этих взрывов, пока мы спешно улепетывали подальше от этого района Милана, пока не решили переждать в одной из простеньких гостиниц...
