«Имитатор»

Шериф Хартли припарковал свой джип у западного сквера Хиллс-Рока. Это был небольшой парк на окраине города - прямо на огромном холме, откуда открывался вид почти на весь город. Ему вспомнилось прошлое. Вспомнилась жена, которая уехала от него, бросив с маленькой дочерью. Вспомнился Сан-Франциско и парк "Золотые Ворота", куда он также приезжал и смотрел на город. Только вот Сан-Франциско был намного больше Хиллс-Рока. И там были места, где можно спрятаться. Хотя бы от самого себя. Шериф подошел к ограждению на самом краю холма и взглянул на город. Солнце уже было наполовину скрыто линией горизонта. На небо хлынули красные и оранжевые краски. Некоторые улицы скрыли тени деревьев и домов. Однако и сейчас можно было видеть большое количество патрульных машин, объезжающих улицы Хиллс-Рока. Обычно в это время народу в городе больше. Именно в девятом часу вечера из общежитий и домов вылезают студенты, гуляют группами или просто влюбленные парочки. А сейчас. Практически абсолютная пустота. Только фургоны репортеров на главной улице доделывают свои дела и уезжают в мотели и гостиницы. Или запоздавшие студенты и учителя покидают учебные здания, садятся по машинам и уезжают по домам. Мысли и сожаления шерифа перебил телефонный звонок. На дисплее высветилось имя его дочери. - Ребекка... - начал шериф, вспомнив утренний разговор. Ему казалось, что нужно извиниться перед дочерью. - Пап, я еду домой, - перебила отца Ребекка. Судя по голосу, она не держала на него зла. Такое чувство, что она и не помнила утреннего разговора. Шериф выдохнул. Ему же лучше, не надо закатывать ужасно драматичные разговоры с объяснениями, которые он терпеть не мог. - А, ладно, - быстро изменился в голосе шериф. - У меня еще много работы. Так что буду поздно. Запирайся - ключи у меня есть. - Хорошо, - ответила дочь. Судя по звукам, доносящимся из телефона, она едет в автомобиле. - Пап, я очень устала. Сразу лягу спать. Ты мог бы не будить меня? Хочу отоспаться. А завтра тоже не нужно будить меня. Мне ко второй паре. Так что можешь уезжать на работу, не заходя ко мне. - Э... ладно, - ответил шериф Хартли. - Я постараюсь не шуметь. Отдыхай, милая. Я люблю тебя. - Да-да, до завтра, - бросила Ребекка и повесила трубку. Шериф опустил глаза. Дочь редко говорила ему, что любит. И вообще была не многословна в ласковых выражениях. Это очень расстраивало его. Чем старше становится дочь, тем дальше отдаляется от отца. А ведь она - единственная, кто у него есть. И меньше всего на свете ему хотелось бы, чтобы она бросила его. - Эй, шериф? - послышался голос сзади. Шериф обернулся. Перед ним стоял молодой человек студенческого возраста. Невысокий, очень накаченный. Аккуратно уложенные волосы. И одет он был очень... не по-студенческому. Слишком опрятно и официально. Шерифу понадобилось несколько секунд, чтобы понять, кто это. - Мика? - с удивлением спросил шериф. - Вообще-то Микаэль, - улыбнулся парень и протянул ему руку. - Микой меня давно никто не называет. Добрый вечер. - Да уж. Добрый. - Шериф пожал парню руку. - Ты... ты что делаешь, Мика?.. Микаэль? - Ищу сенсации, как обычно. Решил начать с вас. - Начать? - не понял шериф. - Что начать? - Хотел задать вам пару вопросов. - Вопросов? - Шериф искренне не понимал, что ему от него надо. Он знал Микаэля. Но знал как Мику. Парень из Сан-Франциско, который приехал учиться сюда вместе с его дочерью Ребеккой. Шериф помнил, как хорошо они общались. Ребекка приехала изучать кино, а Мика, то есть Микаэль, - тележурналистику. Они очень хорошо общались с Ребеккой. Но последние год-два шериф стал реже видеть их вместе. А затем Микаэль и вовсе отстранился от семьи Хартли. И вот теперь он здесь. Ни следа от того мальчишки, который приехал сюда три года назад. Теперь это взрослый мужчина в отличной форме. Шериф даже немного застеснялся его дорогого костюма и идеального тела. - Ну да, вопросов. Страшно становится в последнее время в городе, не так ли? Убийства, репортеры, ФБР. Напоминает какой-то фильм ужасов, вы не согласны? - Да, наверное... - А что насчет полиции? У вас есть подозреваемые в этих убийствах? - Ну, - начал шериф. Он до сих пор не понял смысла этих вопросов. - Да, есть немного... постой, Мика, а зачем... - А что насчет жертв? - перебил его Микаэль. - Жертвы были знакомы или как-то связаны? - Да вроде бы нет... Я просто не понимаю, для чего тебе... - Тогда эти убийства совсем теряют логику, не так ли? - вновь перебил его парень. - Среди студентов ходят разговоры о том, что эти преступления по почерку напоминают знаменитые сцены из различных классических фильмов ужасов. Как вы можете прокомментировать это? - Что ты делаешь, Мика? - не выдержал шериф, прямо задав вопрос. - Как что? - пожал плечами Микаэль. - Репортаж. Разве вы не знали, Мистер Хартли, что меня назначили главным новостным редактор в студенческом Дэйли? Если оправдаю их ожидания, они могут позвать меня в качестве репортера в прямой эфир. - Так ты... журналюга что ли?! - удивился шериф. Он терпеть не мои этих вечно что-то капающих крыс, которые готовы наплевать на гордость и чувства других людей ради сраного репортажа. - Выражаясь вашим языком, да, - улыбнулся парень. - Вы ответите на вопрос, шериф? - Не буду я ничего отвечать! - разозлился шериф. В гневе он выглядел очень забавно и нелепо. Будто обиженный ребенок. - Люди хотят знать правду. Они имеют право знать. - Парень изменился в лице. Кажется, он воспринял отказ шерифа как вызов. - Или полиция Хиллс-Рока настолько бессильна, что у них нет ни единой зацепки? Сколько еще трупов должен пережить Хиллс-Рок, чтобы вы наконец нашли маньяка? Это взбесило шерифа. Он стал еще больше похож на злого моржа из мультиков про Дятла Вуди. Неужели этот парень, который стоит сейчас перед ним, и правда тот самый Мика, которого он знал? Который так любил семью Хартли? Который отлично общался с Ребеккой и даже в какой-то момент пытался ухаживать за ней? Этот милый и дружелюбный парень теперь сильно разочаровал шерифа. Будто перед ним стоял кто-то другой. - Знаешь что, сынок... - начал шериф, надвигаясь на парня. Его уши покраснели, видимо от гнева. - Лучше убирайся-ка отсюда, пока этот самый маньяк не порезал тебя на кусочки! Микаэль сделал шаг назад от шерифа и достал из внутреннего кармана пиджака маленький диктофон, по размерам не больше зажигалки. Он нажал на кнопку, тем самым остановив запись. На его лице появилась самодовольная улыбка. - Спасибо за интервью, шериф. Я обязательно процитирую вас в завтрашнем выпуске, - язвительно сказал Микаэль, с неким презрением смотря на шерифа Хартли. Шериф же был окончательно сломлен. - Жителям нашего города будет очень интересно узнать истинное лицо шерифа Хартли. - Что с тобой стало, Мика... - разочарованно спросил шериф. В его глазах читалась истинная обида о том, что этот милый и хороший паренек превратился в это. - Люди меняются, шериф, - просто ответил парень. Слова шерифа его ни чуть не задели. Даже наоборот, порадовали. - Особенно в публичной профессии. Вам бы пора это выяснить. Ребекка ведь учится на киноведческом? Вскоре она тоже вырастет. Как я. И станет не той милой девочкой, которой вы привыкли ее видеть. Как привыкли видеть и меня тоже. Люди растут и меняются. Таковы законы жизни. И вам ничего с этим не поделать. Что ж, шериф, еще раз спасибо за уделенное время. Побегу в редакцию - готовить материал. А вам удачи в ловле убийцы. Дайте знать, как найдете хоть какую-то зацепку. Со своей фирменной - лживой, неестественной - улыбкой Микаэль протянул шерифу свою визитную карточку. Шериф посмотрел ему в глаза с особой злобой и ненавистью. Слова о дочери задели его. Он вырвал визитку из рук парня. Но улыбка не сошла с лица Микаэля. Он кивнул, развернулся и вскоре скрылся за деревьями. Шериф еще долго стоял. Окончательно разочаровавшийся в жизни. "Люди растут и меняются". Ему не хотелось в это верить. Не хотелось верить, что его дочь, его любимая Ребекка, тоже станет такой. Не хотел, но понимал, что это вполне может произойти. Жизнь полна разочарований. И шериф Хартли убедился в этом в очередной раз. Сколько же дерьма свалилось на него! Полная безысходность. Шерифу захотелось просто взять и исчезнуть. От всех проблем. Надолго. Навсегда.

***

Тина Альмаро шла по прохладной вечерней улице жилого района Хиллс-Рока. Вокруг было множество общежитий, обклеенных греческими буквами. На улице не было никого. За все время, пока она шла от своего общежития, ей встретился лишь один парень. Ну и патрульная машина проехала мимо. Словно мертвый город. Никого. На какой-то момент ей даже стало страшно. Ветер шуршал кустами, и было вечное чувство, что кто-то наблюдает оттуда. ШРРРРРР. Непонятный треск послышался позади, и Тина резко обернулась, уставившись в густой кустарник, растущий перед одним из общежитий. - Эй, какого хрена? - крикнула она своим потрясающим голосом с легкой хрипотцой. Признаться, напуганной она выглядела еще сексуальней. Тина несколько секунд смотрела в темный кустарник. Затем оглядела темную улицу. Вечер уже успел накрыть Хиллс-Рок. И сегодня стемнело гораздо раньше, чем обычно. Девушка еще раз убедилась, что вокруг никого нет, и направилась дальше. Пройдя несколько домов, она остановилась возле трехэтажного дома с огромными греческими буквами на лицевой части - "Пси Гамма Альфа". Тина поднялась на веранду и подошла к парадной двери. Справа от входа был установлен домофон. Тина нажала на кнопку с цифрой "14". Пошел звонок. Но ответа не последовало. Странно. Тина еще раз нажала на цифру "14". Снова нет ответа. Девушка спустилась с веранды и достала свой IPhone. Нашла в контактах имя "Стив Стоун" и нажала "Вызов". Звонок идет. Гудки. Но ответа тоже нет. Что-то не так. Может, он в душе? - Отлично! - развела руками девушка и убрала телефон в карман. Она подняла голову и посмотрела на идеальное звездное небо. Вдруг ее внимание что-то привлекло. Она резко изменилась в лице. На крыше общежития виднелась фигура парня. Тина присмотрелась. Это Стив. Он стоял прямо на краю крыши. Смотрел на небо. - Стив... - прошептала Тина и ринулась к дому. Забежала на веранду вновь и начала барабанить по двери. Никто не открыл. Тина прошла вдоль веранды и вышла на задний двор. Побежала к задней двери. К счастью, она оказалось не запертой. Девушка зашла на темную просторную кухню. Здесь никого. Она выбежала в коридор, откуда попала в гостиную. Какой-то парень спал на огромном диване перед плазменным телевизором, по которому шел футбольный матч. Черт! Где же тут лестница? Девушка подбежала к парню и попыталась разбудить его, крича "Проснись!" и хлестая его по щекам. Парень пробубнил что-то во сне и отвернулся от нее. Тина увидела арку в холл. Здесь парадная дверь - в которую она стучала, минутой ранее. А вот и лестница - прямо напротив двери. Девушка ринулась наверх. Сначала на второй этаж, затем на третий. Осталось найти лестницу на крышу. Она побежала вдоль коридора. Вдруг из-за одной из дверей вышел парень. Абсолютно голый, с мокрыми волосами. Увидев Тину, он сразу же вздрогнул и прикрыл руками свое достоинство. В недоразумении встал посреди коридора и начал пялиться на нее. - Эй, а ты... - начал он. - Да что я там не видела?! - Тина злобно оттолкнула его в сторону и побежала дальше по коридору. Она добежала до окна в самом конце коридора - тупик. Черт! Она выглянула в окно и увидела круглое окошко на внешней стене - прямо между третьим этажом и чердаком. Там и должна быть лестница! Тина открыла самую крайнюю дверь и оказалась в другом коридоре, в конце которого - лестница. Да! Это она! Девушка быстро пробежалась по ступенькам и оказалась на чердаке, заполненном всяким хламом. Посреди чердака располагалась вертикальная лестница к люку, ведущему на крышу. Девушка, не задумываясь, полезла наверх. - Стив! - крикнула Тина, оказавшись на крыше общежития. Парень все еще стоял на самом краю - еще шаг, и его нет. - Стив! Отойди оттуда! Тина медленно подошла к краю - парень же стоял на крыше пристройки. Их разделяли полтора метра высоты - пристройка была чуть ниже, чем основная крыша, где находилась Тина. - Стив, пожалуйста! - кричала она. - Посмотри на меня! Слышишь? Посмотри на меня! Стив медленно повернулся к ней. По его щекам льют слезы. Он весь дрожит. Трясет головой. - Я... я не хочу... - дрожащим шепотом промолвил он. - И не надо! - Тина потянула ему руку. - Дай руку - я помогу слезть! - Я... я не хочу... больше жить... - произнес он, изливаясь слезами. - Она снится мне... я... я не могу спать... я вижу ее... везде... в зеркале... у себя в комнате... в голове... она повсюду... Элис повсюду... - Нет-нет-нет, Стив, это... это не выход! - Она все еще держала руку, протянутую к Стиву. Но он не хотел хвататься за нее. - Пожалуйста, Стив, не надо... слышишь? Я... мы... мы найдем способ справиться с этим! - Нет... - плакал он. - Не найдем... Она повсюду... везде... - Стив! - не переставала Тина. - Пожалуйста, дай руку! - Нет... не хочу... - Стив! Я серьезно! Я не для того пришла сюда, чтобы смотреть на твой труп, расплющенный по газону! - Уходи... я не хочу, чтобы ты видела... я хочу вниз... я пойду вниз... - Я не уйду, Стив! Ты же понимаешь! - Тина не сдавалась. Ее рука твердо была направлена к парню. Но он не реагировал. Слезы, дрожь... Он словно был в трансе. - Послушай меня, Стив! Ты не можешь сделать это! Подумай о своей матери, а? Если не обо мне или о своих друзьях, то хотя бы о ней! Она ведь живет одна, так? Я правильно помню? Стив не отвечал. Лишь слезы ручьем лились по его щекам. - Я спрашиваю тебя - так? - более жестко спросила Тина. Парень еле кивнул. - Хочешь, чтобы ее удар хватил? Ты - единственный сын! Ее надежда! Она отправила тебя сюда, чтобы гордиться тобой! Чтобы ты заставил ее гордиться! И ты хочешь сейчас прыгнуть, как последний трус?! Только идиоты прыгают, запомни это! А умные остаются! Умные и сильные борются со своими проблемами! Со своей болью! А я тебя знаю, уж поверь! Ты сильный! И ты не сделаешь подобной глупости! Ты не прыгнешь! Чтобы потом никто не говорил, что Стивен Стоун слабак, что он не смог справиться с собой! Что он прыгнул, как последний, жалкий трус! Тина замолчала. Она сказала все, что могла. Больше аргументов не осталось. Теперь дело за ним. Она не опускала руку. Рука уже онемела, но Тина держала ее. Она ждала, что Стив схватиться за нее. Или прыгнет. Тишина. Стив думает. Он не знает, что делать. Немая сцена. Как в кино. Кажется, что время длится вечность. Тина боится. Стив боится. Как вдруг... - Прости... я не могу... да, я слабак! Я не могу... - прошептал он. В глаза Тины читался ужас. - Я не могу... не могу прыгнуть... Он хватает ее за руку. Она тянет его обратно на крышу. Облегчение! Как камень с души! Тина расслабляется. Помогает подняться наверх и обнимает. Она одновременно и рада, что он залез, и ненавидит его, что он хотел прыгнуть. Но так или иначе, она счастлива, что смогла переубедить его. Он плакал в ее объятьях. Она чувствовала, как его горячие слезы заливали ее блузку. Она гладила его по голове. Как ребенка. Ребенка, который совершил оплошность. Но она не собиралась наказывать его. Она собиралась успокоить его. Успокоить и любить. Это был настоящий Стивен Стоун. Тот, каким его еще никто не видел. И для Тины было важно, что он открылся именно ей.