Я не дам тебе забыть

Звуки утреннего города, доносившиеся из открытого окна, говорили о том, что наступил новый день, и было бы неплохо проснуться. Конечно, легко говорить, если ты всю ночь провёл в своей постели и крепко спал, а вот в случае с Исабелль всё было по-другому. Мало того, что этой ночью ей не удалось сомкнуть глаз, так ещё пришлось присматривать за пьяным Бартоном. Клинт позвонил и попросил о встречи, сказал, что подумал и хочет поговорить, но к тому времени, когда девушка приехала в кафе, где должна была состояться встреча, мужчина уже успел напиться и ввязаться в драку. Не ясно, что бы с ним сделали те громилы, но вовремя подоспевшая Белль смогла убедить их не трогать забияку, которого выдала за своего брата. Уведя Бартона из кафе, Исабелль не решилась везти его в таком состоянии в ЩИТ. Девушка прекрасно понимала, что как только они появятся на территории базы, полковник узнает о выходке своего агента и о пособничестве, которое она ему оказывала и вот тогда… Её в лучшем случае лишат работы, а вот о том, что будет с Клинтом, думать не хотелось. Умудрившись вытянуть из пьяного Бартона нужную информацию, Исабелль отвезла мужчину к нему домой, где он благополучно отключился, а вот взвинченная всем произошедшем девушка, так и не смогла уснуть. Она всю ночь просидела в кресле, наблюдая за спящим на диване Клинтом и вздрагивала каждый раз, когда он принимался, что-то бормотать во сне. Осторожно поднявшись на ноги, Белль потянулась, разминая суставы, которые затекли от долгого пребывания в одном положении, а после осмотрелась по сторонам. Судя по обстановке эту квартиру Бартон приобрёл после гибели родни или она была у него до того, как он обзавёлся семьёй. Вряд ли они ютились впятером в двух комнатах, к тому же здесь не было ничего, что могло бы говорить о том, что когда-то здесь жила заботливая хозяйка и обитали дети, только то, что могло быть памятью о близких. Взяв из соседнего кресла мягкую игрушку, Исабелль грустно улыбнулась и направилась к камину, на котором стояло несколько рамок с фотографиями. Вот, Бартон, видимо где-то в парке, а вот изображение женщины, которая когда-то была его женой. Лора… На фото у неё были чёрные волосы, правильные черты лица, нежный взгляд и добрая улыбка. Она была очень красивой. Тяжело вздохнув, девушка перевела взгляд на соседнюю фотографию и закусила губу. На снимке был запечатлён Бартон со своими детьми. Здесь Клинт был таким счастливым, таким, каким Исабелль его никогда не видела, да и вряд ли увидит. Даже если ей и удастся помочь мужчине, он никогда не будет прежним. Хорошо, если ей удастся вернуть ему, хоть толику той радости, которая блестела в его глазах на этом фото… - Белль… - хриплый голос Клинта отвлёк девушку от размышлений. Обернувшись к агенту, она уже собиралась пожелать ему доброго утра, но он даже рта раскрыть ей не дал. – Что ты здесь делаешь? – злобно поинтересовался снайпер, быстро подходя к Исабелль и выдёргивая из её рук плюшевого зайца. – Как ты вообще сюда попала? - Ты шутишь? – тихо спросила брюнетка, которую такой напор просто напросто сбил с толку. - Прекрати строить из себя дуру, - лучник схватил девушку за локоть и, не обращая внимания на то, как она поморщилась, крепко сжал. - Клинт, мне больно, - Белль попыталась вырваться из хватки агента, но все старания привели к тому, что он лишь крепче сжал её локоть. Его пальцы так сильно впивались в её кожу, что можно было не сомневаться, что на память от этого захвата останутся следы. – Да пусти же меня! - Я спрашиваю, что ты тут делаешь? – повторил свой вопрос Бартон, резко встряхивая девушку. – Как ты сюда попала? Кто дал тебе ключи? Тебя что, Фьюри подослал? - Ты что, с дуба рухнул? Никто меня не подсылал! Ты сам позвал меня! - По-твоему я совсем идиот? – грозно пробормотал снайпер. - По-моему ты просто ужрался до потери памяти, - огрызнулась Исабелль, яростно посмотрев на мужчину. – Посмотри на себя, ты же последние мозги пропил! - Знаешь, я бы мог вызвать полицию, а мог бы пристрелить тебя за проникновение на чужую территорию, но я поступлю гуманно. Я забуду о случившемся, а ты в благодарность, оставь меня в покое! Хорошо? - Послушай, а может, ты дашь мне объяснить? – попросила Белль, однако Бартон не стал её слушать. Продолжая удерживать девушку за руку, он потащил ей к выходу. – Клинт! Подожди! Дай мне сказать. - Не стоит! Не нужно тратить на меня время. Иди, тебя ждут люди, которым действительно нужна помощь. - Клинт… - Я сказал проваливай! – буркнул лучник, выталкивая девушку на лестничную площадку и закрывая дверь перед её носом. - Бартон! – Исабелль стукнула кулаком в металлическую поверхность. – Открой, болван! – потерев увеченный локоть. – Отдай хотя бы туфли… - немного подождав, брюнетка поняла, что ей ничего не добиться. По крайней мере, не сейчас. Нужно было подождать, пока этот идиот придёт в себя и всё вспомнит. Говорить с ним сейчас равносильно вхождению в клетку к голодным хищникам. - Ну, ладно, - шмыгнув носом от обиды, Белль погрозила пальцем в сторону железной двери. – Ты ещё придёшь! Ты ещё будешь извиняться, а я подумаю, простить тебя или послать в задницу! Затаившись у двери, Бартон дождался, когда Исабелль вошла в лифт, а после направился на кухню. Нужно было выпить кофе и желательно принять холодный душ. Возможно, после этого головная боль отступит, и воспоминания о вчерашнем вечере вернуться. Хотя бы частично. Должен же он понять, почему у него так болит правый бок и отчего у него сбиты костяшки на руках? Впрочем, вряд ли вчера произошло, что-то такое, чему можно было удивиться, однако, Клинт сильно ошибался. Он понял это через пару часов, когда взял свой телефон и увидел последний исходящий вызов на номер, который ему дала Белль.

***

- А я тебе говорю, что это дурацкая идея! – в очередной раз высказался Уилсон. Они со Старком уже пятнадцать минут спорили о новом способе, который поможет произвести впечатление на Исабелль. В принципе сама идея была очень даже ничего, но проблема была в том, что подал её Тор, а значит, она считалась ничейной - это раз и воспроизвести её в реальность они могли оба – это два. - Да почему же дурацкая? – кипятился гений. – Очень даже хорошая! - Нет! – возразил Сэм. – И знаешь почему? Если бы я был девушкой, мне бы не понравилось летать под облаками с придурком в железных доспехах. То ли дело, когда тебя удерживают не металлические, а настоящие руки. И потом, крылья это так романтично и естественно. - Может это и романтично, но зато я летаю быстрее, - огрызнулся Энтони. – И в отличие от тебя у меня нет шансов наглотаться жуков и мошек во время полёта! Прислушиваясь к спору приятелей, Баки покачал головой и, взглянув в сторону громовержца, пробормотал: - Зря ты натолкнул их на такую мысль, как показать Исабелль Нью-Йорк с высоты птичьего полёта. В борьбе за право кто это сделает, они девушку либо убьют, либо покалечат. - Да брось, - отмахнулся Тор. – Я вообще не понимаю для чего им спорить. Пусть сделают это по очереди, а потом спросят, с кем ей понравилось летать больше. - Боюсь, ей не понравится ни с тем, ни с этим, - как можно тише пробормотал Баки, чтобы спорщики его не услышали. – Я тут покопался в её личном деле и выяснил, что она боится летать. Более того, Исабелль никогда не поднималась на борт самолёта и если путешествовала, то делала это на чём угодно, кроме летательных аппаратов. - Тогда может предупредить их, чтобы они зря не спорили? – поинтересовался Тор, кивая в сторону приятелей. - Нет, - довольно улыбнулся Баки. – Я хочу посмотреть настоящее шоу! Со спецэффектами! И потом, если они, в борьбе за даму не удосужились узнать о её предпочтениях, то это уже их проблемы. Почесав затылок, Тор мысленно согласился, что товарищ прав, однако стоять в стороне и наблюдать за тем, как два болбеса в порыве добиться желаемого могут перестараться и подвергнуть здоровье и жизнь девушки опасности тоже негоже. Нужно хотя бы присматривать за ними, чтобы они не натворили чего-нибудь такого, от чего Исабелль потом будет вздрагивать при каждом шорохе или заикаться. - Слушай, Баки, я вот сейчас на тебя посмотрел и понял, ты ведь не собираешься болеть ни за одного из них, - усмехнулся громовержец и вопросительно уставился на друга. - Ты как всегда прав, - отозвался Джеймс. – Я в этом споре голосую за то, что ни у Старка, ни у Сэма, ничего не выйдет. А ты? - А я за Тони, но, - здоровяк пожал плечами. – Пожалуй, на всякий случай, я возьму на себя роль незримого хранителя. Мало ли что? Должен же хоть кто-то присматривать за тем, чтобы Исабелль, во всей этой кутерьме, не пострадала. Распахнувшаяся дверь, прервала диалог спорщиков и наблюдателей. Войдя в кабинет, агент Хилл подозрительно осмотрела собравшихся. Под её пристальным взглядом, всё постарались принять беззаботный вид и усиленно, словно она могла прочесть их мысли, принялись думать обо всём, кроме того, что имело отношение к Исабелль. - Мари, не могла бы ты не разглядывать нас так, словно мы заключённые, а ты строгий надзиратель, который пытается понять готовим мы побег или нет, - пробормотал Старк, очаровательно улыбаясь. – У тебя, безусловно, прекрасный взгляд, но когда ты так смотришь, всем становится не по себе. - Барнс, Уилсон, вас срочно хочет видеть директор Фьюри, - произнесла Мари, не обращая внимания на слова миллиардера. – А вы мистер Старк вместо того, чтобы без дела слоняться по базе, съездили бы домой, и уделили внимание своей супруге. Должно же ваше присутствие хоть кому-то приносить пользу. Прежде чем Энтони успел ответить, агент Хилл вышла в коридор и направилась в кабинет своей подруги. Не смотря на то, что работали они в одном здании, видится, им почти не удавалось. Мари даже не могла выкроить время, чтобы разузнать, как у Исабелль продвигаются дела. Хилл надеялась, что им удастся обсудить это в ближайшие выходные, однако один вчерашний разговор, который она мельком услышала, заставил её передумать и выяснить всё раньше. Мари слышала, как полковнику Фьюри кто-то докладывал о том, что агент Бартон не посещает врача, однако потом, директор сам нанёс девушке визит, и она сказала, что это не так. Чёрт! Во что эта девчонка опять вляпалась? Агент Хилл нутром чуяла, что у подруги, что-то происходит, но что? До кабинета Исабелль оставалось всего ничего, поворот и несколько шагов. Повернув за угол, Мари остановилась, как вкопанная и с удивлением посмотрела на открывающееся её глазам зрелище. Ей навстречу шла подруга, что собственно не преступление, но вот её внешний вид… На девушке были потёртые джинсы, огромного размера футболка, в которой Белль всегда ходила по дому и ещё… Исабелль была босиком. - Какого чёрта тут происходит? – агент Хилл развела руками. – Тебя что, из дома выгнали или случилось, что-то такое, что ты рванула на работу, в чём пришлось? - Мари, не начинай, - выдохнула Белль. – Поверь, у меня была причина выйти на улицу в таком виде, однако если бы я знала, что моя прогулка затянется до утра и мне придётся сразу идти на работу, то я бы обязательно приоделась соответствующем образом. - Что стряслось? Опять, проблемы с родителями? - Если бы, - насупилась Исабелль, вспоминая сегодняшнее утро. – Бартон… - Ясно, - пробормотала Хилл, хватая подругу за руку и затаскивая её в один из ближайших кабинетов, чтобы иметь возможность поговорить с глазу на глаз. Заметив, как Белль зашипела, Мари ослабила свою хватку, а после, увидев тёмные следы на коже девушки, охнула. – Это откуда? Это что, Бартон? Что он тебе сделал? Поняв, что было бы неплохо успокоить подругу до того, как она поднимет панику и обвинит Клинта во всех преступлениях, Белль принялась торопливо рассказывать Хилл о событиях прошедшей ночи и сегодняшнего утра. Она была уверена, что Мари можно было доверить такие подробности, как пьяный агент и его драка в баре и не боятся, что она донесёт начальству. - Ты ненормальная, - дослушав до конца, агент Хилл покачала головой и посмотрела на Белль, как на малое дитя. – Дорогая, я же тебе говорила, что ты не можешь всем помочь и Бартон, как это не прискорбно относиться именно к этой категории. Все прекрасно видят, что он не желает, чтобы его спасали. Скажи, он ведь не посещает сеансы? – получив в ответ отрицательный кивок. – Я так и думала… Тогда объясни мне, зачем ты рванула посреди ночи к нему на помощь? Ты реально думала, что он станет с тобой разговаривать? Исабелль, не мучайся, если Бартону так хочется на зачистку, то он делает всё, чтобы попасть на неё. - Какая зачистка? – насторожилась Белль, пристально глядя на подругу. Судя по тому, как та закусила губу, и отвела взгляд, это было что-то серьёзное, возможно даже очень серьёзное. – Мари, о чём ты? - Забудь, - торопливо произнесла Хилл. – Это к тебе никаким боком не относится, так что можешь не переживать. - Не переживать? – девушка нервно хохотнула. – Ты издеваешься? У меня сложный пациент, к которому я всеми силами стараюсь найти подход. Думаю, как ему помочь, как вытянуть его из того болота, в которое он себя загнал, а как оказалось мне и париться не стоит, так как его ждёт, какая-то там зачистка. Оригинально! Ничего объяснить не хочешь? Мне, кажется, я имею право знать. - Исабелль, не кипятись, - попросила Мари. – Клинта отправили к врачу, в надежде, что он захочет, изменится, и его предупредили, что если он продолжит подвергать свою жизнь опасности, то его спишут в инструктора насовсем. Вот и всё. - Точно? – тихо спросила Белль. - Да, отозвалась Хилл, мысленно проклиная себя за то, что соврала подруге. Не могла она сказать ей всей правды. Исабелль ещё не готова к таким открытиям и потом, она же отчаянная, узнает и с головой уйдёт в проблемы Бартона, а это ничем хорошим не закончится. - Ладно, - выдохнула Белль, слабо улыбаясь. – Разберёмся! Дай мне, пожалуйста, что-нибудь обуть и ключи от своей машины, - пожав плечами. – Пока есть время, хочу забрать свои вещи и привезти сюда. - Издеваешься? Тебе придётся ехать на другой конец города! - Не придётся. Я позвонила Алексу и попросила, чтобы он привёз мою сумку и дела пациентов. Мы встретимся в нашем кафе, позавтракаем. Не волнуйся, к первому сеансу я буду здесь. - Чёрт с тобой, - проворчала Мари, вытаскивая из кармана ключи от своей ласточки и вручая их Исабелль. – На заднем сидении есть пара кроссовок. И ещё… Ради бога, сделай так, чтобы мне потом не пришлось искать свой автомобиль на штраф стоянках. - Я постараюсь, - Белль обняла подругу и, выскочив в коридор, торопливо направилась по своим делам, на которые у неё оставалось всего пару часов.

***

Минут через тридцать Исабелль сидела в своём любимом кафе, и нетерпеливо поглядывая на часики, ожидала появление брата. Девушке было немного стыдно, за то, что она заставила Алекса подняться так рано и тащиться на другой конец города с её вещами, но у неё просто не было выбора. Во-первых, не могла же она весь день ходить босиком и появиться перед пациентами в домашней одежде, а во-вторых, Алекс всегда приходил на помощь к своей старшей сестрёнке. Ни разница в возрасте, ни родительское воспитание не смогли вырыть между ними пропасть. Александр мало интересовался тем, что ему пытались навязать, он был эдаким бунтарём, который посмел пойти против устоявшихся в семье традиций. Ему было плевать на высший свет, на наследство, которое сулил отец. Алексу было чуждо всё то, чем увлекались, так называемые, воспитанные и приличные люди. Он ненавидел гольф, которым бредил папа, терпеть не мог теннис, которым увлекалась мама. Он не понимал ни родителей, ни их занятий. Единственная кем он искренне восхищался это Исабелль. Алекс буквально боготворил сестру. Она была для него самым ярым примером для подражания. Белль научила его биться за поставленные цели до последнего и даже если не удаётся получить желаемого, ни в коем случае не отчаиваться. Сделав глоток крепкого кофе, Исабелль улыбнулась и помахала появившемуся в поле ей зрения брату. - Привет, виртуоз! Ну как, выспался? - С тобой выспишься, - Александр опустил на один из свободных стульев сумку с вещами сестры, а после, поцеловал Белль в щёку и уселся напротив. Потерев переносицу, парень хитро посмотрел на сестру и усмехнулся. – Ну? - Что ну? – девушка недоуменно посмотрела на брата. – Если ты про завтрак, то я заказала тебе блинчики. - Нет, я про твой вчерашний побег посреди ночи, - пожав плечами, Алекс поблагодарил официантку и с огромным удовольствием принялся уплетать свой завтрак. – У тебя что, кто-то появился? Поперхнувшись кофе, Исабелль удивлённо посмотрела на младшего братишку и, покачав головой, улыбнулась. Ох уж этот Алекс! И чего ему так не терпится свести её с кем-нибудь? Он постоянно пытается познакомить её со своими друзьями и даже пару раз устраивал ей якобы случайные свидания. - Чего ты себе напридумывал? – Белль тихо вздохнула. – Просто позвонил один знакомый и попросил о помощи. - У тебя с ним что-нибудь было? - Алекс! – девушка возмущённо посмотрела на парня, но он в ответ лишь усмехнулся и хитро прищурился. От этого взгляда Исабелль стало не по себе. Она вдруг почувствовала, что начинает краснеть. Странно… С чего бы это? У неё же, правда, ничего не было с Бартоном. Более того, она даже не думала о нём, как о мужчине. Но если так, то почему же её одолевает лёгкое смущение? - Что? – Александр довольно улыбнулся и, запустив ладонь в волосы, взъерошил свою шевелюру. – Было?! - Нет, - торопливо возразила Исабелль. – И вообще, у меня никого нет, а это… Это просто один из моих пациентов. - Ну-ну, - Алекс отодвинул от себя пустую тарелку и, взяв чашку с кофе, поинтересовался: - А твой пациент в курсе, что твой рабочий график не бесконечен? Ты ему намекни, что работаешь не круглые сутки и по ночам предпочитаешь спать. - Перестань, - мягко попросила Белль. – Там очень тяжёлая ситуация. Врагу не пожелаешь того, что пришлось пережить этому человеку. - Только не говори, что его похищали Марсиане, - улыбнулся Александр, припоминая одного парнишку из школы, который ходил на сеансы к Исабелль, надеясь таким образом получить освобождение от тех уроков, на которых проводили научные опыты. - Алекс, - брюнетка укоризненно посмотрела на брата. – Если бы это… - Белль вдруг захотела, хоть с кем-то поделиться своими переживаниями, по поводу судьбы агента, от которого, казалось, отвернулись все, кто мог. Он такой несчастный, такой одинокий, но вот только проблема в том, что его это устраивает и он сам отворачивается от любого, кто хочет ему помочь. - Знаешь, он потерял всю свою семью. Жена, трое детей… Их убили. Убили у него на глазах. Это ужасно. Видеть, как те, кто тебе дорог, умирает и не иметь возможности помочь. Он до сих пор винит себя и не хочет жить. Единственное, что удерживает его в этом мире – жажда мести. Она захватила его настолько, что он не видит ничего, кроме неё. Я хочу ему помочь. Вот только он никому не доверяет и не считает, что у него есть проблема, которую нужно срочно решать. Внимательно выслушав сестру, Алекс побарабанил кончиками пальцев по столу, и устало вздохнул. От него не укрылось, с каким трепетом в голосе, Исабелль говорила о том парне, которой стал причиной её ночного ухода из дома. Он был ей симпатичен, хотя она никогда в этом не признается, потому как у неё есть пункт, между доктором и пациентом никаких отношений, кроме профессиональных. Чёрт… Если его догадка верна, то дело плохо. Если он всё же прав и этот парень не безразличен Исабелль, то она с головой кинется на его спасение, забыв о себе, а вот чем это для неё обернётся не ясно. - Как я понял, он не хочет ни с кем разговаривать, но тебе всё же позвонил, - получив утвердительный кивок. – Вы поговорили? - Нет, - нахмурилась Белль, припоминая все последние события, которые с ней приключились. – Прежде чем я приехала, он успел напиться и ввязаться в драку. Пришлось улаживать эту проблему и тащить его домой, а там он отключился. - Ну, а утром? Утром вы поговорили? - О! – рассмеялась брюнетка. – Это мой самый любимый момент! Утром он проснулся, увидел меня и, не вспомнив о том, что сам просил приехать, устроил скандал и вытолкал меня за дверь. Босиком! Откинувшись на спинку стула и не обращая внимания на оборачивающихся в его сторону посетителей, парень громко захохотал. Одной рукой он взлохматил свои светло-русые волосы, а кулаком другой руки, постукивал по подлокотнику плетёного стула, тем самым выражая свой восторг от услышанного. - Алекс, - Исабелль нахмурилась, но веселье брата было таким трогательным и немного детским, что она не сдержалась и присоединилась к нему. - Прекрати, - смеялась девушка. – Думаешь, весело топать на работу босиком? - Не знаю, - выдохнул парень. – Я, в отличие от тебя, не пробовал! Скомкав салфетку, Белль запустила бумажный шарик в брата и, показав ему язык, пробормотала: - Я тебе это припомню! - Лучше скажи, что ты будешь делать со своим пациентом после того, что он учинил? – поинтересовался Алекс, пристально посмотрев на сестрёнку. - Буду делать всё, чтобы он позволил мне помочь ему, но, - девушка наморщила нос и рассмеялась. – Сперва всыплю ему, чтобы было неповадно лишать меня обувки! - Я и не сомневался, - улыбнулся парень, а после, приняв серьёзное выражение лица, продолжил. – Обещай, что не ввяжешься в неприятности и если что-то случиться, то обязательно расскажешь мне или позовёшь на помощь. - Перестань, - отмахнулась брюнетка. – Что может случиться? - Исабелль, я серьёзно, - выдохнул Александр. Осторожно накрыв ладонь сестры своей рукой, парень пожал плечами. – Ты мой самый близкий человек и я не хочу, чтобы с тобой, что-то случилось. Я понимаю твой порыв помочь, но когда ради этого тебе нужно одной, ночью мчаться куда-то через весь город, я готов стать эгоистом и послать твоих пациентов к чёрту, чтобы они и не думали подвергать тебя опасности. - Алекс… - Белль тихо вздохнула. По её губам скользнула ласковая улыбка, а в глазах заблестела нежность. Девушка прекрасно знала, что для брата она очень много значит, но всё равно слышать это снова, было очень приятно. Осознание, что тебя кто-то любит, что ты не одинок… Это не купить ни за какие сокровища мира. - Ты самое дорогое, что есть в моей не удавшейся жизни, - произнесла брюнетка. – Ради тебя я пойду на всё, но не проси меня обещать того, что я не в силах выполнить. - Ты ненормальная, - усмехнулся Алекс, понимая, что сестра для себя уже всё решила и не отступиться от намеченной цели. Она всегда шла напролом и добивалась того, чего хотела, проблема лишь в том, что все её достижения не приносили ей радости. Исабелль делала это для того, чтобы заслужить внимание папы и мамы, чтобы доказать им, что она тоже достойное продолжение их рода. Она научилась играть в гольф не хуже отца, несколько раз представляла школу в соревнованиях по теннису и побеждала. Исабелль, чтобы постараться найти с отцом общий язык, даже пошла на то, что выучила всё, что можно о пауках, хотя страдает арахнофобией. Такой дочерью, как она можно было гордиться, но… Зря Исабелль занималась тем, что пыталась стать достойной своих родителей, они это не оценили. Она добилась блестящих успехов, но положила в жертву всё, что ей на самом деле нравилось. - Я знаю, - девушка пожала плечами. – Алекс, я столько лет занималась тем, что мне, по сути, чуждо, а тут… Я чувствую, что это моё, что я должна ему помочь. - Что в нём такого, что ты готова забыть о себе, о своей безопасности? - Он неуравновешенный и психологически нестабильный хам! Он постоянно на меня орёт, оскорбляет, позволяет себе критиковать мою внешность и ещё… - брюнетка мило улыбнулась. – Он никогда не называет моё имя полностью. Он зовёт меня Белль и говорит, что мне очень идёт. А ты как думаешь? - Я думаю, что ты сумасшедшая, - усмехнулся Александр. – Но я всё равно тебя очень люблю! - Я тебя тоже, - отозвалась девушка, мельком взглянув на часы. – Всё! Мне пора! - Беги! – вздохнул парень. – И будь осторожна. - Хорошо, - Исабелль подхватила сумку с вещами и торопливо направилась к выходу, оставляя брата в одиночестве, размышлять над тем, чем обернётся для неё её ново поставленная цель и, что из этого выйдет, если ей удастся достигнуть очередной вершины.

***

Закончив тренировку, которая сегодня, как ни странно, прошла спокойно, Бартон убирал своё оружие в шкаф, попутно размышляя над тем, что ему делать дальше. С трудом, но мужчина всё же припомнил, что произошло прошлой ночью и теперь ему было жутко стыдно. Он же сам позвонил Белль и попросил её приехать. Более того, он, правда, был полон решимости, поговорить с девушкой, но ему было страшно от того, что может такое случиться и она его не поймёт и именно поэтому Клинт решил пропустить пару стаканчиков для храбрости. В общем, когда Белль приехала, храбрости в нём было хоть отбавляй, она то и была причиной разбитых костяшек и огромного синяка, который красовался у него на боку. Господи, вот о чём он только думал? Мало того, что если про его похождения прознает Фьюри, ему устроят взбучку или чего похуже, так он ещё и девушку мог подвести под неприятности. Она же… Белль ведь не раздумывая, бросилась на его защиту и счастье, что те верзилы не тронули её, а наоборот, даже помогли ей дотащить его накаченное алкоголем тело до такси, а если бы… Резко захлопнув дверцу шкафа, Клинт помотал головой, отгоняя от себя жуткие картинки того, что могло бы быть, если бы на месте тех ребят из бара, оказались какие-нибудь отморозки. Тогда бы Белль пострадала ни за что и он бы себе этого не простил. Покинув тир, Бартон направился в кабинет Исабелль. Он был полон решимости извиниться, за всё, что натворил и особенно за сегодняшнее утро, когда вместо того, чтобы поблагодарить девушку за заботу, обидел её и выкинул из дома, как нашкодившего котёнка. Поднявшись на нужный этаж, лучник замер у нужной ему двери, а после, постучав, вошёл в кабинет. - Можно? - Агент Бартон, - наигранно удивилась Исабелль. – Ты решил почтить меня своим присутствием? Это так мило. Я польщена! - Белль, перестань, - снайпер тяжело вздохнул, и послал желание огрызнуться, как можно дальше. Он понимал, что девушка, скорее всего, обижена, и потом, она имела на это полное право, следовательно, ему нужно держать себя в руках, чтобы вместо извинений не устроить очередной скандал. – Послушай, я понимаю, что заслужил всё, что ты хочешь мне сейчас сказать, боле того, я с этим согласен. Утром я повёл себя очень не красиво, да и ночью… Не знаю о чём я только думал. Просто пойми, когда я увидел тебя в своей квартире, с игрушкой Никки в руках, у меня просто крышу сорвало. Вместо того, чтобы попытаться вспомнить или выслушать объяснения, решил, что тебя подослало начальство или кто-то из моих друзей. Мне очень стыдно за своё поведение. Правда. - Брось, не извиняйся, - усмехнулась Исабелль и, махнув рукой, направилась к тумбе, на которой стояла кофеварка. – Давай, лучше поговорим. Кажется, ты хотел мне вчера, что-то рассказать? Я слушаю. Чуть нахмурившись, лучник засунул руки в карманы спортивных штанов и слабо покачал головой, давая девушке понять, что он не настроен на душевные беседы. Поздно… Его порыв излить ей душу прошёл. Мужчина снова не хотел, чтобы хоть кто-то лез к нему с утешениями, сочувствием и прочими соплями. Не стоит доверять этой девчонке самое сокровенное, её и так в последнее время стало слишком много в его жизни. - Прости, я так понимаю, ты не собираешься со мной говорить? – брюнетка внимательно посмотрела на агента. – Что ж… Имеешь право, но так как у нас ещё много время до конца сеанса, а заняться нечем, я расскажу тебе, как я провела сегодняшнюю ночь, - налив себе кофе и сделав глоток бодрящего напитка, девушка продолжила. – Началось всё очень даже не плохо. Я легла спать и даже успела уснуть, но потом раздался телефонный звонок и просьба приехать. Наспех собравшись, я бросаюсь почти на другой конец города. Я нервничаю, волнуюсь, постоянно смотрю на часы и переживаю, что добираюсь до места встречи слишком медленно. Мне неуютно и стыдно, что человек попросил о помощи, а я заставляю его ждать. - Белль, - начал было снайпер, но девушка так на него посмотрела, что он тут же заткнулся. - Ну, так вот! К тому времени, когда я приехала в тот захолустный бар, этот засранец успел напиться и нарваться на драку с тремя здоровыми амбалами. Ты скажешь, что любая другая ни за что бы не полезла, - усмехнулась Исабелль, глядя на виноватое лицо агента. – Но, я - это я! Разве я могла бросить того, кто не просто нуждается в помощи, а ждёт ей и именно от меня. Ты знаешь, когда я упрашивала парней оставить этого недоумка в покое, я молилась только об одном, чтобы забыв про него, они не переключились на меня. Слава богу, ребята оказались приличными и даже помогли мне запихать этого кретина в такси. Боясь, что ему влетит от начальства за такое состояние, я узнала, где живёт этот придурок, отвезла его домой и всю ночь сидела в кресле и смотрела, как он спит. И вот утром, он просыпается и вместо благодарности, я получаю порцию криков, оскорблений, несколько синяков на руке, а в завершении, он вытолкал меня на улицу и даже не позволил забрать обувь! Нет, ну не сволочь? - Послушай, Белль, - возмущённо вздохнув, снайпер подошёл поближе к девушке. – Я, конечно, всё понимаю, но ты палку-то не перегибай. Не спорю, я не ангел, но за время своего рассказа ты меня шесть раз оскорбила. Может, хватит? Поставив чашку на тумбу, Исабелль подняла взгляд на агента и, удивлённо изогнув брови, пробормотала: - Ты что, считал? – рассмеявшись и покачав головой. – Правда? Господи, да ты действительно псих! – приняв серьёзный вид. – Слушай, если я оскорбила твои тонкие чувства, то ты не стесняйся, поори на меня. Я уже привыкла, а тебе глядишь полегчает. Вот, что она творит? Зачем? Он же просто хотел попросить прощения, а эта девчонка делает всё, чтобы снова вывести его из себя. Чего она добивается? Ей нужно, чтобы он взбесился и опять сорвался? Господи, как же хотелось порой взять и врезать этой стерве, вот только Клинт прекрасно понимал, что это не лишит его проблемы, да и потом он бил только тех, кто угрожал его жизни, а эта… Эта, мать её, угрожает его нервной системе. - Что ты за человек? – сквозь зубы процедил мужчина. – Я же пришёл попросить прощения, а ты… - закусив губу и покачав головой. – Белль, я просто хочу извиниться. - А что толку от твоих извинений, если ты уже через десять минут снова начинаешь хамить, орать и оскорблять? – выкрикнула девушка, ткнув пальцем в грудь агента. – Ты что думаешь, попросил прощения и человек забыл о том, что ты плюнул ему в душу? - Да, ты сама нарываешься, - рявкнул Бартон, злобно посмотрев на Исабелль. – Какого хрена ты вообще ко мне лезешь? Я просил, чтобы ты держалась от меня подальше, но нет! Ты же настырная! Тебе же нужно влезть в чужую жизнь и всё там испортить! - Твоя жизнь была испорчена до меня! - С твоим появлением стало только хуже, - в запале крикнул лучник. – Ты… Ты как пиявка, которая если прилепилась, то не отцепиться, пока сама не захочет. Возмущённо вздохнув, Исабелль сжала ладошки в кулаки так сильно, что ногти впились в кожу. Да, как у него только язык повернулся такое сказать? Она же… Она же хочет помочь, а он говорит о ней так, словно она ему саму себя навязывает. Белль стало так обидно и в то же время, она разозлилась на агента так, что, не отвечая за свои действия, кинулась в драку. Девушка изо всех сил молотила по его груди кулаками, надеясь на то, что ощутив не только душевную боль, но и физическую, мужчина наконец-то поймёт, что он ещё способен чувствовать, а значит он жив. - Белль, ты чего? – опешил Бартон, не сразу сообразив, что нужно защищаться. – Перестань! Ты спятила? – его слова не произвели на девушку никакого впечатления, более того, она умудрилась нанести ему удар по скуле, который отрезвил мысли лучника. – Ну, всё! Сама напросилась! Снайпер хотел всего лишь перехватить руки Исабелль и донести до неё, что их разговор зашёл слишком далеко, но вместо этого, он обхватил брюнетку за талию, крепко прижал к своей груди и впился в её губы яростным поцелуем. Белль охнула и попыталась отстраниться, но он не позволил. Мужчина чувствовал, что удары, которые она обрушила на его спину, становились слабее, девушка как-то обмякла в его объятьях, а через какое-то мгновение ответила на его поцелуй. Подсознание попыталось робко намекнуть на то, что всё происходящее не вписывается в первоначальный план по успокоению Исабелль, но этот намёк развеялся, как дым. В голове не осталось ни одной мысли, за которую можно было бы зацепиться и вырваться из пучины страсти, которая возникла неизвестно откуда. Это было, что-то невероятное, то ли забвение, которого порой не хватало, то ли бальзам, для израненной и истосковавшейся по ласке, души. Одной рукой Бартон крепко прижимал к себе девушку, а другой принялся изучать её фигуру. Сперва его ладонь скользнула вниз, вдоль талии, потом по бедру, а после, на миг замерев, ринулась вверх, попутно задирая юбку. - Клинт… - выдохнула Белль, разрывая жаркое сплетение губ и утыкаясь носом в шею агента. – Постой. Так нельзя… - бормотала девушка, пытаясь уговорить скорее себя, чем мужчину. – Я доктор, а ты мой пациент и всё это неправильно. - Не думай о правилах, - произнёс лучник, немного отстраняясь и осматривая брюнетку цепким взглядом. Расстегнув замок на её блузке, Бартон хищно улыбнулся и, притянув Исабелль к себе, принялся покрывать её шею требовательными поцелуями. Шумно вздохнув, Белль запрокинула голову и прикрыла глаза. Она буквально плавилась под жарким прикосновением губ, ладони мужчины, скользившие по её талии, вызывали дрожь в коленках и заставляли крепче держаться за плечи агента. Где-то на уровне подсознания девушка понимала, что это не правильно, что нужно остановиться, потому как это не выход, а очередной тупик, вот только сопротивляться внезапному порыву не было ни сил, ни желания. Руки Бартона, бесцеремонно изучавшие её тело, заставили позабыть обо всём и сосредоточиться на ощущениях. Вот он провёл кончиком языка вдоль её шеи, миг и его губы устремились к плечу, оставляя за собой цепочку из поцелуев, ещё миг и он избавляет её грудь от бюстгальтера, отбрасывая деталь гардероба в сторону. - Боже, Клинт… - хрипло пробормотала девушка, почувствовав, как мужчина, предварительно задрав и без того короткую юбку, приподнял её и усадил на край кухонной тумбы. – Дверь… - вспомнив, что кабинет не заперт на ключ, Исабелль попыталась отстраниться, но Бартон не дал ей этого сделать. – Сумасшедший, нас же могут застукать. - Сомневаюсь, что их это удивит, - выдохнул лучник, сжимая в своей ладони упругую грудь девушки. Осторожно прикоснувшись кончиком большого пальца к набухшей горошине соска, мужчина усмехнулся, когда Белль тихо застонала и непроизвольно потянулась к нему за поцелуем, однако Бартон отстранился, от чего у брюнетки вырвался вздох разочарования. Быстро стащив с себя футболку, снайпер бросил её на пол и, приспустив спортивные брюки, притянул Исабелль поближе к краю тумбы, на которой она сидела. Резким движением руки, разорвав кружевные трусики, мужчина толкнулся вперёд, плавно проникая в разгорячённое ласками тело девушки. - Клинт… - выдохнула Белль, обхватывая торс агента ногами. Поглаживая Бартона по груди, брюнетка покусывала губы, и пристально смотрела в его потемневшие глаза, в которых было столько страсти, что начинала кружиться голова. Нежные прикосновения ладоней, разбудили давно забытые ощущения и эмоции. Лучник уже и не помнил, когда он в последний раз чувствовал такую ласку, такую заботу, от которой начинало щемить сердце. Хрипло вздохнув, мужчина стянул с волос брюнетки резинку и, запустив ладонь в крупные локоны, рассыпавшиеся по спине, утянул девушку в горячий поцелуй. Отвечая на жаркое слияние губ, Исабелль тихо постанывала и выгибалась навстречу быстрым и сильным толчкам. Удовольствие, которое дарил ей тот, кто ещё несколько минуть назад её почти ненавидел, тёплой волной распространялось по всему телу. В крепких объятьях Бартона было так спокойно, что беспокойство по поводу сложившейся ситуации отступило далеко на задний план. Её уже не интересовало то, что их могут застать, то, что между ними вообще не должно быть всего того, что сейчас происходит. Сильные руки мужчины, которые обнимали её, его губы, прикосновение к которым мутили разум это всё, о чём могла думать Исабелль. - Клинт… - жарко прошептала девушка, царапая крепкие плечи мужчины и до боли закусывая губу, чтобы не дать громкому стону удовольствия вырваться из её груди. По телу прокатывались нежные волны экстаза, которые заставляли забывать обо всём. Все сомнения, все разногласия, что были между ними, стёрлись из памяти. Не хотелось думать ни о чём, ни о том, что было, ни о том, что будет дальше. Хотелось лишь одного, чтобы этот момент не заканчивался никогда. Чувствуя, как девушка вздрагивает в кольце его рук, Клинт покрепче сжал её в своих объятьях и в пару резких толчков довёл себя до кульминации. - Белль… - хрипло простонал мужчина, утыкаясь носом в шею брюнетки и прикрывая глаза. В голове шумело так, что не было слышно ни сбившегося дыхания, ни дикого биения сердца, которое, казалось, вот-вот выскочит из груди. Не осталось ничего, кроме ощущения нежности и душевного покоя, которого не было уже давно и которого так не хватало. Осторожно поглаживая агента по волосам, Исабелль оставляла на его крепком плече невесомые поцелуи. Сейчас Бартон был таким спокойным, таким нежным и ласковым. - Клинт, - тихо пробормотала брюнетка, чуть отстраняясь и заглядывая в серые глаза мужчины. Проведя кончиками пальцев по его щеке, девушка улыбнулась. – Нужно одеться, пока нас, правда, не застукали. - Ты так переживаешь за свою репутацию? – усмехнулся лучник, опуская Исабелль на ноги и принимаясь приводить себя в порядок. - Нет, - брюнетка пожала плечами. – Просто не думаю, что начальству понравится такой поворот. Меня могут уволить, а я не могу позволить себе менять место работы. - Почему? – поинтересовался снайпер. - Моим родителям это не понравится, - отозвалась брюнетка, оправляя одежду и собирая остатки своего белья с полу. – И вообще, не хочу лишний раз привлекать к себе их внимания. - Что, через чур опекают? – вопрос остался без ответа, да и вообще у Белль был такой рассеянный вид и полный тоски взгляд, что становилось ясно, эта тема ей не приятна. А вот интересно, что же могло такого случится, если она не горит желанием говорить о своих близких? Хотя если судить по её словам, они могут быть слишком заботливыми, могут быть настойчивыми и навязывать свой взгляд на жизнь. В общем, чего бы там не было, но у Белль, как и у него, есть причины не говорить о своей семье. Стоило подумать о последнем, и перед мысленным взором снайпера возник образ Лоры. Чёрт! Он же… Он же только что изменил своей жене. Вот так вот запросто, ни о чём не задумываясь взял и… Господи, а Белль? Как он поступил с ней? Просто взял, даже не поинтересовавшись, хочет она этого или нет. - Я… Мне нужно идти, - пробормотал мужчина, натягивая на себя футболку и жалея, что не может испариться в воздухе. Исчезнуть, скрыться, чтобы никого не видеть и не слышать, но… Если уж от пронзительного взгляда Исабелль можно было спастись, то от голоса совести, который сейчас просто кричал о низком поступке снайпера – нет. - Клинт, - девушка подошла к агенту и осторожно дотронулась до его плеча. Почувствовав, как мужчина вздрогнул, брюнетка убрала ладонь и прикусила губу. – Что-то не так? Я тебя чем-то обидела? - Нет, - Бартон торопливо обернулся, но так и не решился посмотреть Исабелль в глаза. – Прости, но мне, правда, пора. - Клинт, - ошарешенно пролепетала Белль, провожая сбежавшего агента удивлённым взглядом. И как это называется? Как вообще назвать то, что сейчас произошло? Допустим можно объяснить случившуюся между ними связь тем, что Бартону не хватает внимания и ласки, а ей… А у неё просто давно никого не было. Вот только как объяснить его побег? Что произошло? Что она снова сделала не так? Исабелль на все сто была уверена, что в том, что Клинт сейчас так быстро убежал, виновата она.