Я не дам тебе забыть

Чем ближе они подходили к кабинету полковника Фьюри, тем сильнее начинала нервничать Исабелль, что радовало мало. Нет, Мари понимала, что нагоняя, а их позвали именно для этого, не избежать, но не хотелось, чтобы разговор с директором вогнал подругу в преддепрессионное состояние. - Так, стой! Выполнив неожиданную просьбу, Исабелль удивлённо посмотрела на агента Хилл. - Что-то не так? - Нет, всё так, - вздохнула Мария. – Слушай, запомни то, что я сейчас скажу. Всё, чтобы тебе сейчас не пришлось услышать это просто выговор, который не имеет никакого отношения к тому, что ты плохой специалист. Просто, как я тебе уже говорила, у нас тут не приветствуются чувства между коллегами и… Короче, не приветствуются. Однако, как ты понимаешь, агентов это волнует мало. Директор не доволен, ругается, ворчит, но поделать ничего не может. - Мари, ты это к чему? – устало поинтересовалась Белль. - К тому, что он и сейчас будет ругаться, ворчать и тому подобное, а ты слушай, но не прислушивайся! Делай вид, что согласна, не перечь. Увольнять тебя не будут – это раз. Полковник не идиот и он тоже видел, что Бартон исправился – это два. Просто… Ну, просто ему по статусу полагается быть суровым и тому подобное. Поняла? - Не то чтобы да… - начала Исабелль, но Мария не дала ей договорить. - Значит, просто слушаешь, поддакиваешь, а в мыслях повторяешь, что ни директора, ни кого-то там другого, не касается то, что происходит между тобой и Бартоном за пределами базы. Так понятно? - Ага! – кивнула девушка и решительно вздохнула. – Не переживай, я справлюсь. Помню, что за территорией базы я не доктор, а свободный человек. - Молодец, - обрадовалась Мария, надеясь, что подруга не забудет эту установку, когда будет разговаривать с начальством. – Теперь можем идти. Войдя в кабинет полковника, Исабелль мельком осмотрелась вокруг, отмечая про себя, что находиться в такой обстановке немного неуютно. Всё как-то слишком… Слишком, чисто, слишком идеально, слишком строго. Нет, понятно, конечно, что она пришла к первоклассному вояке и стратегу, а не к начальнику цирка, но… «Хоть бы пару картин на стену повесил» - тоскливо подумала Белль, понимая, что сейчас будет не самый приятный момент в ее жизни. - Сэр, вы просили зайти, - произнесла Мари. - Да, - Фьюри оторвался от документов, которые лежали перед ним, и поднял взгляд на девушек. – Как вы себя чувствуете мисс Эспосито? Как работается на новом месте? - Спасибо, всё замечательно, - отозвалась Белль, чувствуя, что у неё начинают дрожать колени. - Никто не обижает, ни пристаёт? - Нет, - пожав плечами. – Тор взялся меня охранять, поэтому… В общем, самоубийц еще не нашлось. - Жалоб нет? – увидев, что девушка отрицательно качает головой, Ник побарабанил кончиками пальцев по гладкой поверхности стола и продолжил: - Мисс Эспосито, напомните мне, какую должность вы тут занимаете? - Доктор… - выдохнула брюнетка. – Если быть точнее — психолог. - И что входит в ваши обязанности? Сказать по правде, Исабелль начинала немного нервничать. Все эти вопросы… Нет, они были уместны, но задавали их так, словно это завуалированный допрос и в следующий момент её обвинят в каком-нибудь страшном преступлении. Полковник был очень спокоен и это пугало. А ещё раздражало то, как он смотрел в её сторону. Словно её тут нет, словно она невидимка какая-то. Вспомнив слова Мари, девушка взяла себя в руки и мысленно настроилась на продолжение беседы. - В мои обязанности входит помогать агентам разобраться с трудными ситуациями, которые сложились в их жизни, помогать побороть свои страхи… В общем, сделать всё, чтобы люди могли вернуться к нормальной жизни, - заправив за ухо прядь волос, Исабелль сама того не ожидая, добавила: - А что, у вас какие-то сомнения в моём профессионализме или поступили жалобы на мою некомпетентность? — заметив, каким взглядом на неё посмотрел директор Фьюри, Белль успела пожалеть о том, что ляпнула. Мария, кажется, тоже была немного шокирована. Эх! Поздно отступать обратно и объяснять, что ты совсем не это имела в виду. - Жалоб нет, - нарушил молчание Ник. – Более того, как я уже успел заметить, вы помогли вернуться встрой трём агентам. Под вопросом пока только Бартон… - А что с ним не так? - быстро пробормотала Исабелль, не обращая внимания на то, что она только что перебила своего начальника. – Насколько мне известно, агент Бартон входит в норму. Его агрессия, пропала. Он стал охотней общаться, идёт на контакт с доктором, нашёл общий язык с друзьями. О мести, о поисках предателя и о том, чтобы свести счёты с жизнью и речи не идет. Я могу смело утверждать, что агент Бартон может вернуться к своей должности, - решительно вздохнув. – И зачистка памяти ему не нужна. - Даже так, - директор мысленно усмехнулся и внимательно посмотрел на девушку, которая, кажется, и сама боялась того, что смеет возражать. – И откуда же вы узнали про зачистку? – мельком взглянув на агента Хилл. – В деле Бартона об этом ни слова не говориться. - Кстати, да, - нахмурилась Исабелль. – Мне было бы гораздо удобней работать, если бы от меня не скрывали важные детали, касающиеся моих пациентов. Очень сложно помочь, когда ты не знаешь всего того, что произошло, что предпринималось до твоего вмешательства и, что будет, если ты не справишься. - Это так важно? - Для меня — да, - отозвалась девушка. – В каждом деле свои методы и стратегия. И я считаю, что с проблемой агента Бартона, пусть ещё не до конца, но я справилась! - Не отрицаю, - выдохнул полковник. – Однако, сегодня случилось то, что заставило меня усомниться в этом. Вчера Бартон был возвращён в команду, а сегодня он ввязался в неприятности и… - То, что произошло сегодня это моя вина, - быстро произнесла Исабелль. – Агент Бартон не ввязывался в драку. Его просто избили. - За, что на сей раз? – полюбопытствовал полковник. Закусив губу, Белль опустила взгляд, размышляя, как продолжить разговор. О том, что Фьюри в курсе того, что происходит между ней и Клинтом, сомневаться не приходилось. Она даже была уверена, что директор знает, о том, что случилось этим утром, но ведь то, что он знает, не отменяет его вопросов. Нужно было, что-то отвечать… - Это из-за меня, - робко пробормотала Исабелль. - Правда? – Ник внимательно посмотрел на растерявшуюся девушку. – И что же случилось? На вас напали, и Бартон вас защищал? А нападавших опознать можете? - Чего их опознавать? – брюнетка пожала плечами. – Я их знаю. Это люди моего отца. - А почему люди вашего отца напали на агента Бартона? «Издевается» - тоскливо подумала брюнетка. Она уже заметила, что от всего происходящего её нервозное состояние стало усиливаться. Что происходит? К чему все эти вопросы? Он ведь в курсе, что происходит, тогда зачем ломает комедию? Почему бы сразу не перейти к делу? - Агент Бартон немного повздорил с моим отцом. Думаю, вы знаете по какому поводу, а если нет, - решительно вздохнув. – То это не так уж и важно, потому как касается это только меня и… И Клинта. - Мисс Эспосито, а вы помните, что здесь не приветствуются служебные романы? - Да. - Но позволили себе нарушить это правило. - Полковник, скажите, пожалуйста, у вас есть замечание по поводу моей профессиональной деятельности? Может, какие-то жалобы от пациентов или вас не устраивают мои методы? - Нет, - отозвался мужчина, который не ожидал, что эта робкая, чуть напуганная и смущающаяся девушка, засыплет его вопросами, на которые у него только один ответ. Она действительно была хорошим профессионалом в своём деле. Её пациенты приходили в себя, быстрее, чем например другие, которыми занимались коллеги Исабелль. Да, что там говорить, Фьюри прекрасно видел, что Бартон стал наконец-то самим собой и это заслуга этой девушки. Наташа была не права, когда говорила, что Клинту нужно поменять врача. Не нужно! Этот доктор справился, но хвалить её за это не обязательно. - Нет, мисс Эспосито, - повторил Ник. – У меня нет претензий. - Тогда, если вы не против, я бы хотела вернуться к своим прямым обязанностям, - твёрдо произнесла Белль и, не встретив возражений, покинула кабинет полковника. Глядя на закрывшуюся дверь, директор Фьюри мысленно перебирал в памяти его разговор с Исабелль и пытался понять, когда всё пошло не так. Он ведь собирался сделать ей устное предупреждение за шашни на работе, а вышло, что чуть ли не благодарность объявил. И вообще, почему он только сегодня узнал о том, о чём все остальные знают, как минимум месяц, а то и больше. - Хилл, ты ведь была в курсе? - Сэр, вы о чём? – поинтересовалась Мари. - О романе Клинта и твоей подруги, - полковник пристально посмотрел на помощницу. - Знала, - Мария пожала плечами. - Почему молчала? - Потому что я заметила изменения, которые произошли с Бартоном благодаря Исабелль. Я поверила в то, что ей удастся его вытащить. И ей удалось!

***

После разговора с полковником, Исабелль не медля ни секунды, направилась в свой рабочий кабинет. Ей нужно было, как можно скорее остаться одной и придти в себя. Она всё ещё не могла поверить в то, что позволила себе так разговаривать с начальством. Что на неё нашло? Ей же было сказано: слушать, соглашаться и молчать… «Ничего не напоминает?» - усмехнулось подсознание, отчего Белль так и замерла с пустой чашкой в руках перед кофемашиной. А ведь и правда, напоминает. Всю свою жизнь девушка только и делала, что слушала и соглашалась: с тем, что она самая большая нелепость в жизни родителей, что она бездарность и ещё куча всего того, что смогло убедить её в том, что все эти слова правдивы, но так было до встречи с Клинтом. Так случилось, что этот суровый агент, которого она спасала от затяжной депрессии и нежелания жить, сумел вселить в неё веру в то, что всё то, что ей приходилось слышать раньше – чушь. Бартон единственный, если не считать Мари и Алекса, кто смог разглядеть в ней личность, единственный кому было безразлично её происхождение и все прочие глупости, ему был важен её внутренний мир. Клинт стал для Исабелль всем, и она чётко осознала, что никому не позволит вмешиваться в их отношения. Резко распахнувшаяся дверь, заставила позабыть о размышлениях. Удивлённо посмотрев на вошедшую в кабинет Наташу, Белль поставила чашку, в которую только что налила кофе, на тумбу. - Агент Романова? Что-то случилось? - А у тебя здесь уютненько, - отозвалась Вдова, осматриваясь по сторонам. – У остальных специалистов твоего профиля кабинеты поскромнее, а тут… - Нат неторопливо подошла к рабочему столу Исабелль. Средь папок с бумагами и прочими рабочими принадлежностями, стояли маленькие фигурки и статуэтки, которые создавали милую атмосферу. Среди всего этого выделялась рамка с фото, которая тут же оказалась в руках шпионки. Мельком осмотрев снимок, она усмехнулась и подняла взгляд на брюнетку. - Это твой любовник? - Это мой брат, - отозвалась Белль, подходя ближе к Наташе и забирая у неё фотографию Алекса. – Агент Романова у вас ко мне дело? Может, я могу чем-то помочь? - Помочь? – усмехнулась Нат. – О нет! Мои тараканы, слава Богу, в порядке! Даже если бы мне было плохо, я бы не обратилась за помощью к тому, кто ничего не смыслит в психологии. Ты, как я уже успела убедиться, пользуешься дешёвыми приёмчиками и иногда одним местом. Я права? - Что тебе нужно? – спросила Исабелль, понимая, что шпионка пришла не для душевной беседы. Всё это время, которое девушка тратила на то, чтобы вытащить Бартона из того болота, в которое он сам себя загнал, она видела, что Романова, единственная из отряда Мстителей, кому это не нравится. Скорее всего, дело было именно в лучнике. Нат была к нему неравнодушна, но не показывала это. - Было бы не плохо, если бы ты оставила Клинта в покое. Ты пользуешься тем, что он нуждается в помощи, совсем не задумываясь о том, что с ним станет, когда твоя работа закончится. Конечно, зачем тебе об этом думать? Главное выполнить работу, а каким способом и, как это повлияет на пациента не важно. - Что ты несёшь? – рассеянно пролепетала Исабелль. – Я… Я никогда не использовала Клинта в своих целях. Я просто помогаю ему справиться с прошлым. - Ты поэтому полезла к нему в постель? – усмехнулась Наташа. – Милочка, раздвинуть ноги — не значит помочь. Неужели ты этого на прошлом месте работы не усвоила? За что тебя уволили? Не смогла соблазнить своего начальника? Сдержав в себе порыв разреветься от обиды, Исабелль глубоко вздохнула и внимательно посмотрела на Вдову. Кажется, Наташа относится к тем, кто не стесняется в выражениях. Она злиться, ревнует, но… Почему бы ей не попробовать добиться взаимности Бартона, вместо того, чтобы быть здесь и говорить гадости? - Я не собираюсь ничего объяснять, - Белль вернулась к кухонной тумбе и взяла в руки чашку кофе. – Глупо считать, что ты ничего обо мне не знаешь, - мрачно улыбнувшись. – А как ты там себе всё это придумала, как решила для себя – это мне не интересно. Главное, что думают близкие мне люди. Ты, прости, в этот круг не вписываешься. Подойдя к Исабелль вплотную, Наташа чуть прищурилась и пристально посмотрела на девушку. - Если ты думаешь, что я куплюсь на ту игру, которую ты ведёшь, то глубоко ошибаешься. Я насквозь вижу таких, как ты. Ты можешь обмануть кого угодно, но не меня. Бартон, кстати тоже скоро поймёт кто ты. Просто ему сейчас очень одиноко, нужна помощь, а потом… Потом он поймёт, что ты соблазнила его, для своих целей. - Для каких? - поинтересовалась Белль. - Работа? Я попала сюда без помощи Клинта. Какие цели я, по-твоему, преследую? - Можешь, говорить, что хочешь. Ты воспользовалась его состоянием, соблазнила, влезла в его жизнь. Он это поймёт и пошлёт тебя к чёрту! – пожав плечами, шпионка направилась к выходу. Задержавшись у двери, она обернулась. – Ты пустышка! Бартона такие не интересуют. Таких как ты у него было полно по всему свету. Интрижки и ничего больше. Девушки вроде тебя не заслуживают уважения. С подобными тебе только развлекаются и не больше. - Агент Романофф, если у вас нет ко мне никаких дел, то я вынуждена попросить вас покинуть мой кабинет и без направления от начальства, здесь впредь не появляться. Дождавшись, когда за Наташей закроется дверь, Исабелль судорожно всхлипнула и до боли закусила губу. Где-то глубоко в подсознании, тихий голос шептал о том, что это просто слова женщины, которая ревнует, что все обвинения необоснованны, но… Было обидно слушать все эти гадости. Почему и главное за что? Она ведь просто хотела помочь Бартону, а то, что между ними случилось это… - Это не эксперимент, - сбивчиво прошептала Белль. – Это не метод. Схватив лежащую на тумбе сумочку, брюнетка принялась лихорадочно копаться в ней в поисках пачки сигарет. Странно, она же чётко помнит, что они были тут. Ну, да! Она лично положила их утром в потайной кармашек, и сомнения нет… - Бартон! – покачав головой, Исабелль усмехнулась. Теперь понятно, куда испарился её секретный запас. Пожалуй, в другое время, она бы просто улыбнулась и забыла, но не теперь. Сейчас ей нужно было успокоиться, а для этого, как не прискорбно, нужна сигарета. Прихватив с собой сумку, Белль покинула кабинет и торопливо направилась в свою спальню. Там-то ей точно никто не помешает. Там можно будет и покурить, и подумать, и дать волю той бури, которая бушевала в душе девушки и которая за полдня перенесла столько потрясений, что с лихвой хватило бы на месяц.

***

Войдя в свою комнату, Исабелль заперла дверь и, бросив сумку на кровать, торопливо открыла тумбочку. Схватив лежащие на стопке журналов сигареты и зажигалку, брюнетка вышла на балкон. Глубоко вдохнув, она осмотрелась по сторонам. Кое-где виднелась охрана и снайперы, внизу время от времени мелькали служебные автомобили, люди… Интересно, а если бы можно было каждому рассказать её историю и спросить их мнения, много бы народу поддержали Нат? Вспомнив обидные слова шпионки, Белль раскрыла пачку и удивлённо моргнула. Вместо сигарет в чуть помятой упаковке лежали конфеты. - Не поняла… - Сладкое гораздо лучше, чем та отрава, которая была в пачке до этого, - обернувшись в сторону, брюнетка увидела довольного лучника, который стоял на своём балконе и хитро поглядывал в её сторону. В какой-то момент захотелось всё забыть, броситься к нему и найти успокоение в кольце его крепких рук, но, что-то останавливало. Исабелль было стыдно, но на какой-то миг она подумала, а что если Клинт считает так же, как и Наташа? Что если она для него одна из многих? - Что ты тут делаешь? – вздохнула брюнетка. – Бартон, почему ты не в больничном блоке? Ты сбежал? - Дорогая, от нашего гения можно убежать только в двух случаях: либо ты Бог грома и тебя не остановить, либо ты бульдозер и никто, включая Старка, тебе не страшен, - хрипло рассмеялся лучник, пристально разглядывая девушку. – Белль, что происходит? Тебя кто-то обидел? - Нет, - выдохнула Исабелль. – Просто… Просто я сегодня очень устала. Открыв шкафчик, в котором висел огнетушитель, брюнетка достала из него заначку, которую припрятала на всякий случай. - Я бы не советовал. - Клинт, пожалуйста, давай не сейчас, - открыв упаковку, где должны были находиться ещё пара тройка сигарет, девушка удивлённо обнаружила тем пару презервативов. – Что за черт?! - Я подумал, что если ты не любишь сладкое, то пара воздушных шариков тебя развеселит! - Бартон, у меня сейчас не то настроение, - Исабелль решительно перебралась на балкон снайпера и, оттеснив мужчину в сторону, подошла к стоящему в углу креслу. Присев на корточки, она запустила руку под сидение, в поисках последней заначки. Есть! Нашла! Поднявшись на ноги, брюнетка довольно покрутила упаковкой, которую несколько дней назад сама же тут спрятала, перед носом лучника и улыбнулась. Нет, ну то, что искать тайники в чужих местах легко – понятно, но когда, что-то прячут у тебя под боком. - Может не надо? - Клинт, я не маленькая девочка и если я хочу курить… - вытащив на свет божий тонкую кружевную ткань, Исабелль удивлённо развернула её. Подсознание на пару с внутренним голосом громко хохотало над хозяйкой, которая держала в руках красные трусики и недоуменно моргала. – Это что? - Если ты помнишь, я должен тебе, - отозвался Бартон, не спеша, подходя девушке. Пара шагов и вот он уже проводит кончиками пальцев по её щеке, а после осторожно берёт за подбородок и заставляет смотреть в глаза. – Белль, что происходит? Фьюри был слишком строг? Он обидел тебя? – получив в ответ отрицательное покачивание головой, снайпер заключил брюнетку в кольцо своих рук. – Белль, прошу, не молчи… - Наташа, - прошептала Исабелль, а после, не выдержав, уткнулась лбом в крепкую грудь возлюбленного и расплакалась. – Она сказала, что я не помогаю тебе, а использую в своих целях. Будто я специально тебя соблазнила, но это не так… Я действительно хотела помочь. - Тише, глупышка, - улыбнувшись, Бартон чуть отстранил от себя девушку и, посмотрев на неё, принялся вытирать слёзы с её щёк. – Не слушай никого. Ты меня не соблазняла и не использовала. Это всё бред. Мы это знаем, а другие… Плевать, что они там думают. - Она сказала, что сейчас тебе просто одиноко, а потом ты поймёшь какая я, - вздохнула Исабелль, закусывая губу. – А ещё, что у тебя таких, как я… Прости, что говорю всё это, просто её слова. Это так больно. Я боюсь… Боюсь, что ты начнёшь думать так же. - И почему я должен так думать? – поинтересовался снайпер, усаживаясь в стоящее рядом кресло и утягивая Белль к себе на колени. – Если ты помнишь, то это я тебя соблазнил, - почесав макушку и поморщив нос. – Правда, после этого позорно удрал, но потом напросился к тебе в гости. Сам! - Знаю, - слабо улыбнулась Исабелль. – Просто мне страшно от мысли, что может случиться такое, что я тебя потеряю. Покачав головой, Бартон посмотрел на девушку, как на неразумного ребёнка, который верит, что под его кроватью живут монстры и отказывается убедиться в обратном. Вообще-то её можно было понять. Белль столько лет жила с тем, что никому, кроме родного брата она не нужна. Её родители не очень-то заботились о своей единственной дочери и другим почти не давали. Не смотря на то, что Исабелль была им безразлична, они считали её своей собственностью и полагали, что могут распорядиться ею как им захочется. Наивные… Снайпер мысленно усмехнулся, покрепче сжимая брюнетку в кольце своих рук. Он никому не позволит обидеть этого чудного ангела. - Белль, не прекратишь нести чушь, попрошу полковника отправить тебя к психологу! - Что? – хлопнув мужчину по лбу, девушка поднялась на ноги и рассмеялась. – Мне не нужен доктор! Я сама им являюсь. - Ты права, - выдохнул Клинт, резко вскакивая с кресла и подхватывая Исабелль на руки. – Тебе нужен специалист другого профиля! - Бартон! – охнула брюнетка, с беспокойством осматриваясь по сторонам. – Нас могут увидеть и… - Вообще-то Фьюри уже в курсе, поэтому бояться больше некого. И потом… Белль, я уже не раз говорил, что мне всё равно кто и что там подумает. Ты моя женщина и я не собираюсь тебя прятать. Если кого-то и что-то не устраивает в сложившейся ситуации, то этот кто-то может смело идти в задницу! Я понятно объяснил? - Да, - улыбнулась Исабелль, утыкаясь носом в шею лучника. – Я люблю тебя. - Пожалуйста, не забывай об этом, когда тебя пытаются убедить в обратном, - выдохнул Клинт, чмокнув Исабелль в макушку. – Так, а теперь мисс Эспосито, прошу в мой кабинет, на воспитательную беседу. Прежде чем брюнетка успела, что-то ответить, снайпер, продолжая удерживать её на руках, вошёл в свою комнату. Осмотревшись по сторонам, он чуть нахмурился, а после, загадочно усмехнулся. - Так, Бартон, мне не нравится этот взгляд. Что ты опять задумал? - Ничего, - мужчина пожал плечами. – Просто решаю, где лучше провести нашу беседу. - В шкаф не полезу, - буркнула девушка, чувствуя, как начинают гореть щёки. - Что так? Ну, подумаешь, в прошлый раз он грохнулся. Ничего страшного не произошло. - Да, кроме того, что мы остались внутри, - прикрыв глаза, Исабелль покачала головой. – Клинт, я до сих пор помню довольного, ехидного и буквально разрывающегося от комментариев Старка, когда он пришёл на помощь. Второго такого позора я не переживу. - А по-моему было здорово, - поставив брюнетку на пол, лучник притянул её к себе. – Белль, ты только вспомни. Темнота, маленькое пространство, из которого не так-то просто выбраться, - проведя носом вдоль шеи девушки, мужчина вдохнул аромат её разгорячённой кожи и улыбнулся. – Всё это было такой мелочью по сравнению с тем, что рядом была ты. Я сжимал тебя в своих объятиях и вслушивался в твоё дыхание… Знаешь, там я понял, что вот таким вот образом, мог бы провести всю жизнь. Это было незабываемое ощущение. Чувствовать, что ты рядом, знать, что никто не сможет посягнуть на наше пространство, что в следующую минуту тебе не понадобиться куда-то, торопиться и уходить. - Клинт, я ведь и так никуда не ухожу, - осторожно дотронувшись кончиками пальцев до щеки возлюбленного. – Нельзя всю жизнь прятаться в шкафу, из-за страха потерять, а вот не ощутить вкус счастья по настоящему – можно, - вздохнув. – Правда, в шкафу нет тех, кому так не терпится встать между нами… - Их не будет и в жизни, - Бартон поцеловал Исабелль в висок, и пристально посмотрел ей в глаза. – Я никому не позволю встать между нами. Обещаю. - Я в тебе не сомневаюсь, - улыбнулась девушка, обнимая агента и приподнимаясь на цыпочки, чтобы поцеловать его, но Клинт успел прижать к её губам кончики своих пальцев. - Белль, прежде чем мы перейдём к твоему лечению, я бы хотел сделать тебе одно предложение, - пожав плечами в ответ на заинтересованный взгляд брюнетки. - Как ты посмотришь на то, если я предложу тебе переехать ко мне? - Если мне не отказывает память, мы и так живём вместе, - напомнила Исабелль, не понимая, к чему весь этот разговор. – Или ты хочешь сменить место жительство? - Нет, - покачав головой, лучник покрепче прижал к себе девушку. – Белль, меня вполне устраивает твоя квартира. Я имею в виду эту территорию. На кой чёрт нам разные комнаты, если ночуем мы в одной? К тому же, я уверен, уже почти все знают о наших отношениях. - А у нас отношения? – робко спросила Исабелль, закусывая губу и с замиранием сердца ожидая ответа. - Что за глупый вопрос? – наигранно возмутился снайпер, взваливая брюнетку на плечо и хлопая её по попе. – Сейчас я тебе покажу, что между нами есть! - Стой! Клинт, стой, - засмеялась девушка, принимаясь болтать ногами. – Прости, вопрос действительно был идиотским! Я согласна, - шлёпнувшись на кровать, Белль внимательно посмотрела на склонившегося над ней мужчину. – Принимаю твоё предложение. Слабо улыбнувшись, Бартон прильнул к губам Исабелль в нежном и тягучем поцелуе, который в один миг заставил забыть обо всём на свете. В этот момент лучник твёрдо осознал, что не смотря не то, что он до сих пор не сумел закрыть дверь в прошлое, он смог сделать выбор между реальностью и воспоминаниями.

***

Вернувшись в жилую комнату, Бартон закрыл дверь в ванную, где ещё оставалась Исабелль и, сладко потянувшись, осмотрелся вокруг. Сквозь неплотно закрытые жалюзи проникали лучи утреннего солнца и, падая на постель, освещали смятые простыни, глядя на которые можно было понять, что прошедшая ночь была жаркой. Довольно улыбнувшись, снайпер отбросил в сторону влажное полотенце и, натянув спортивные брюки, направился к окну. Подняв жалюзи, он осмотрел освящённую светом комнату и покачал головой. На столе стояла пара бутылок из-под виски, которые были самым основным двигателем той перестановки, которую он и Белль затеяли на ночь глядя, да ещё и привлекли к ней половину отряда Мстителей. Отряхнувшись от воспоминаний, Клинт широко зевнул, отмечая про себя, что он всё-таки не выспался, а после, направился к шкафу, чтобы освободить пару полок для вещей Исабелль, когда раздался стук в дверь. - Войдите, - отозвался лучник. - Можно? – в комнату вошла Нат. Она осмотрелась по сторонам, а после, вернув своё внимание снайперу, произнесла: - Я хотела поговорить с тобой. Знаешь, наверное, ты был прав, и мне не следовало так поступать, но я всего лишь хотела помочь. - Знаю, - кивнул Клинт, решив, что присутствие шпионки не помешает его делам. Открыв шкаф, он осмотрел полки и принялся перекладывать вещи. – Слушай, я тоже вчера был не слишком любезен. Просто… Просто и ты меня пойми, я ведь обидел ребят, которые в свою очередь помогали мне, как умели. Больше всего стыдно перед Роджерсом. Старку то, мои обвинения были до задницы, а вот Стив… - Я думаю, что он давно не злиться, - улыбнулась Вдова, подходя к напарнику и осторожно дотрагиваясь до его плеча. - Дело не в нём, - сглотнул Бартон, легко похлопав Наташу по ладони и убирав её с плеча. – Дело во мне. Я злюсь… Злюсь на себя, на своё поведение. Я творил такое, что могло бы стоить жизни не только мне, но и вам. Спасибо, что ты вовремя меня остановила. Если бы не ты… - вздохнув. – Наверное, Фьюри давно бы уже промыл мне мозги, не попади я к доктору, благодаря твоим стараниям. - Ну, да, - поджав губы, пробормотала девушка. – Как же я могла забыть про доктора и её заслуги. - Перестань, - улыбнулся Клинт. – Белль замечательная. Она вернула мне жизнь, заставила поверить, что в этом мире для меня ещё осталось место. Она просто мой ангел хранитель! - Я сейчас заплачу, - усмехнулась шпионка, усаживаясь на стул. – Давненько я не видела тебя таким романтичным! Вынуждена признать, что эта докторша хорошо на тебя влияет, - оглядевшись. – Ты вон даже обстановочку сменил. Кстати, после перестановки тут стало уютней. - Спасибо, - закрыв шкаф, Бартон прижался к нему спиной и, сложив руки на груди, внимательно посмотрел на напарницу. – Я решил, что так тут будет чуть больше места для двоих. - Для двоих? - Да! Я предложил Белль переехать ко мне. - Даже так? – поправив причёску, Наташа поморщила носик. – Что же… Рада за тебя. - Нат, твои слова звучат, как проклятие, - выдохнул лучник, не понимая, что происходит. Какого чёрта Вдова ведёт себя так? Чем она недовольна? Сама же говорила, что хотела помочь, вытащить его из депрессии, а теперь… - Ты что, ревнуешь? - Ага! – усмехнулась девушка. – Я сама положила глаз на эту докторшу, а ты меня опередил! Глубоко вздохнув, снайпер на миг прикрыл глаза, обдумывая дальнейший разговор. Он прекрасно понимал, что Нат настроена против Исабелль и искренне не понимал почему. Ревность? С чего? Она ведь никогда не давала повода подумать, что у неё есть чувства к нему. Они были просто напарниками и хорошими друзьями. Она всегда его поддерживала, радовалась вместе с ним. Что изменилось сейчас? - Наташа, мы уже давно знакомы. Мы вместе работаем, вместе многое пережили… Ты всегда была моим другом, более того, ты была крёстной матерью моего сына. Тебе всегда были рады в моём доме и ты, как никто другой понимаешь, что я пережил, когда потерял своих близких. Я бы не затеял всё это, если бы Белль была просто попыткой забыться. Она стала для меня всем и… - тяжело вздохнув. – Нат, я сойду с ума, если потеряю её, понимаешь? - Понимаю, - шпионка поднялась со своего места и уже собиралась подойти к напарнику, когда дверь, ведущая в ванную комнату, распахнулась и на пороге появилась Белль. Заметив, что у них гости, брюнетка нерешительно замерла на одном месте и, закусив губу, пожалела, что не может провалиться сквозь землю. В присутствии Наташи было, как-то не по себе, но подсознание вовремя напомнило, что в отличие от этой рыжей, она на территории Клинта находиться на законных основаниях и не должна считать себя лишней. - Доброе утро, агент Романова, - девушка постаралась улыбнуться. - Доброе, - отозвалась Нат. – А мы как раз только о тебе говорили, - неторопливо направляясь в сторону Исабелль. – Должна признать, что была не права. Вчера я повела себя не очень тактично. Надеюсь, ты меня простишь? - Всё… Всё нормально! Правда, всё хорошо. - Ну и чудненько! – обрадовалась Вдова. – Я за вас очень рада! Желаю вам счастья, а теперь извините, у меня тренировка. Когда за Наташей закрылась дверь, Белль поёжилась, понимая, что все эти добрые слова несли в себе совсем другой смысл. Вдова словно сказала: Бойся, теперь тебе не жить! Сомнений в том, что она сама имела виды на Бартона, больше не было. Не понятно только почему она не прибрала его к своим рукам раньше? Почему не стала ему поддержкой и опорой в трудный для него момент, а заявила о себе лишь сейчас? - Знаешь, я её боюсь, - пробормотала девушка, подходя к мужчине и прижимаясь к его груди. – Она смотрит на меня так, словно в следующую секунду накинется и разорвёт на части. - Брось! – усмехнулся лучник, обнимая брюнетку и утыкаясь носом в её макушку. – Нат суровая, недоверчивая, но не дура. Просто, она за меня переживает. - Клинт, - чуть отстранившись, Исабелль внимательно посмотрела в серые глаза возлюбленного. – Она тебя ревнует! - Глупости! Даже если и так, то в мире есть только одна девушка, которая мне нужна, - подхватив Белль на руки. – И это не Наташа! - Я знаю, - бережно дотронувшись до щеки снайпера, Исабелль на миг прикрыла глаза. – Я люблю тебя. - Белль, я… - глубоко вздохнув, Бартон помотал головой, отгоняя от себя лишние на данный момент мысли. – Белль, я понимаю, что тебе, как любому нормальному человеку, хотелось бы услышать в ответ подобное, но… Родная, ты нужна мне. Очень нужна! Я верю, что наступит момент, когда услышав от тебя эти слова, я смогу ответить тебе тем же.