Потерянный ребенок

~ Четыре года спустя ~

В полутемном зале библиотеки лишь потрескивавший в камине огонь нарушал давящую тишину. Том передал собеседнику бокал с виски и устало опустился в глубокое кресло. - Прошло уже четыре года, а мы так и не смогли вычислить, куда старик дел ребенка. - Том, успокойся. С твоим сыном все нормально… - Я не могу этого знать точно! Люциус, - он посмотрел на друга, - Я не чувствую его. Такое ощущение складывается, как будто мальчика вообще нет на свете. Не помогают ритуалы магии крови, ни опрос змей, ни даже все знающие совы! Они просто отказываются покидать совятню! - Мы найдем. У Гарри вот-вот должны начаться стихийные выбросы магии, и мы его отыщем. Непременно отыщем. - Вы постоянно утешаете меня одним и тем же. - Это правда. Мы проиграли сражение, а не всю войну. Подожди. - Я жду, - он устало склонил голову, - что же мне еще остается. - Мы все ждем и волнуемся о судьбе мальчика. - Как глупо все получается, - Том отхлебнул из бокала. – Очень глупо. Наталия мертва, а мой сын неизвестно где. Люциус отвернулся от Тома и с тоской посмотрел в окно. Он считал себя виноватым в сложившейся ситуации, но ему казалось, что в тот момент его поступок был единственно правильным решением. Возьми они сразу ребенка, еще неизвестно, к чему бы это могло привести. - Я успокаиваю себя слабой надеждой, что мой сын сейчас счастлив, где бы он ни был. Эти четыре года проскочили незаметно. Том добился почти всего, чего хотел. Он стал серым кардиналом магической Англии. Через доверенных лиц он направлял политику министерства в нужное русло; подготавливал новых союзников и, как мог, уменьшал власть Дамблдора. С трудом, но ему удалось вычислить того, кто предал его – Регулус Блэк, которого, разумеется, уничтожили, но большого удовлетворения от этого Том не получил. Он добился всего, кроме одного – он так и не узнал, где его сын. Никакие артефакты, никакие темные заклинания не могли указать хотя бы приблизительное местонахождение мальчика. По всей стране у его сторонников было четкое предписание: найти и доставить живым и невредимым Гарри Поттера. Он очень надеялся, что малыш на самом деле счастлив у приемных родителей. И скоро они встретятся. Гарри открыл глаза за несколько минут до того, как раздался стук в дверь. Он сам не понимал, почему, но всегда мог точно определить, сколько сейчас времени. В его каморке не было окон, не было ни стола, ни игрушек. Гарри Поттер жил в чулане под лестницей в доме своей тети Петуньи Дурсль. - А ну, вставай, бездельник, - донесся до него сердитый голос тети. – Да пошевеливайся. - Уже встаю, - мальчик нехотя слез с постели и тут же заправил ее. Оставишь неприбранной, и в нее обязательно заберутся пауки. Закончив с наведением порядка в своей импровизированной комнате, он несмело вышел в коридор. - Доброе утро, тетя Петунья, - ребенок всегда старался быть вежливым. Женщина окинула его оценивающим взглядом и отвернулась. - Садись есть. - Да, тетя, - Гарри пристроился на краешке стула и огляделся. Сегодня они завтракали вдвоем, и это его радовало. Он терпеть не мог своего тупого кузена – тот всегда кидал ему в тарелку всякую гадость или просто переворачивал ее на пол, когда тетя отвлекалась от стола. Несколько минут в кухне раздавались только звон ложек и стук чашек. - Прополи и полей клумбу, - тетя всегда разговаривала с ним сквозь зубы. - Хорошо. - И наведи порядок в своей комнате. Вечером вернется Вернон и проверит. Нам, конечно, все равно, хочешь жить в свинарнике - живи… Весь день Гарри занимался прополкой. Он любил возиться с растениями, и это было единственным занятием, в котором ему не мешали. Стоило ему выйти в сад, как о нем тут же забывали. Мальчик разогнул затекшую спину и осмотрел плоды своей работы. Розы, избавленные от сорняков, радостно тянулись вверх, над ними, хлопая яркими крылышками, летали бабочки. Гарри удовлетворенно улыбнулся. С дороги раздался звук подъезжающего автомобиля, а потом сигнал клаксона, шум открываемой двери, топот ног и радостное: «ПАПА!». Гарри не поворачивал головы. Для чего? Дядя никогда не обращал на него внимания, а если и обращал, то лишь затем, чтобы отругать или наказать. - Дорогой, ты сегодня рано, - раздался довольный голос тети. – Обед готов! Все семейство скрылось в доме, и на улицу снова опустилась ленивая тишина. Где-то вдалеке залаяла собака, ей ответила другая, потом третья. Ребенок встал, смахнул со лба пот, отчего стал похож на трубочиста и направился к дому. - А, это ты, - тетя скользнула по нему взглядом. – Мой руки - и за стол. Мы не собираемся тебя ждать. - Петунья, милая… - в кухню зашел дядя Вернон и замер. – Это что еще такое? Он ткнул толстым пальцев в его сторону. - Ты посмотри на себя. Весь чумазый. Нет, к столу ты в таком виде и не подойдешь. Марш в чулан. Гарри всхлипнул, и по его щеке скользнула слеза, оставляя грязную дорожку. Он умоляюще посмотрел на тетю, но та отвернулась от него. - А ну марш, я что сказал, - дядя схватил его за рукав и силой втолкнул в чулан. – Посиди здесь и подумай, в каком состоянии можно, а в каком нельзя попадаться на глаза приличным людям. Гарри забрался на свою постель и сжался в клубочек. Так он и лежал, тихо поскуливая. Жизнь представлялась ему чем-то не слишком веселым. Через какое-то время дядя вновь уедет на работу, и тогда тетя выпустит его из чулана и, может быть, даст хоть что-то поесть. Единственное, что поддерживало его, это сны. Яркие, красочные сны. В них всегда присутствовал такой теплый мужской голос. Голос всегда называл Гарри малышом. Шестым чувством Гарри знал, что это был голос его отца… Гарри уже привычно открыл глаза еще до того момента, как тетя постучала в дверь. Сегодня было знаменательное событие – день рождения Дадли. А вот его праздники никогда не отмечались. - Парень, у нас нет на это денег. Радуйся, что мы дали тебе крышу над головой, и не проси о большем. Он и не просил, просто иногда ему становилось обидно. В доме не обсуждалось, кем были его родители. И поднимать разговор на эту тему было попросту опасно. - Вставай, нужно помочь убраться на кухне, - тетя еще раз стукнула по двери, и Гарри нехотя поднялся. За окнами светило яркое солнце, большой круглый кухонный стол уже был празднично накрыт, на полу кучкой лежали подарки. - Вытри пыль, да смотри: ничего не разбей, - тетя швырнула в него тряпку, которую он ловко поймал. – И не шуми ты, ради бога, а то Дадли разбудишь. Гарри принялся за привычную работу. Он встал на стул и принялся вытирать фарфоровые статуэтки. - Мам! Пап! Я проснулся, - по лестнице раздался топот, и в гостиную влетел Дадли. – А где мои подарки? - Вот, смотри, мое солнышко, - Петунья подвела сына к горе свертков и ласково потрепала его по волосам. - Ура!!! – Дадли подбежал к внушительной куче подарков и замер. – Вау. - С днем рождения сын! – Вернон с гордостью смотрел на свое чадо. – Петунья, может, выпьем чаю? Не будем ему мешать. - Хорошо, милый. Дадли уселся на пол и принялся срывать упаковку: ролики, книги, машинки. Наконец, он открыл самый последний подарок – маленький телевизор. Теперь он сможет смотреть мультики в своей комнате! Так как подарки закончились, Дадли стало скучно. И тут его взгляд упал на кузена. Одним из самых любимых его занятий было: поймай и побей Поттера. Навязанный невесть кем братец его дико раздражал: своей неуклюжестью, очками, дурацким шрамом и вечно щенячьим взглядом. Он постарался незаметно подкрасться к нему и громко заорал: - Бу-у-у!!! Гарри вскрикнул, взмахнул руками и полетел со стула. Случайно задетая во время его падения стеклянная полка в серванте рухнула, и раздался звон разбитого стекла. Гарри упал на пол, стул с расколовшейся спинкой свалился рядом, тут же он услышал шум шагов и крик тети. - Ах, ты… Вернон! - Что случилось? Петунья… - Дадличек, с тобой все в порядке? - Вставай, щенок. Ты что здесь устроил? – малыш с трудом приоткрыл глаза. Голова раскалывалась, из носа текла тонкая струйка крови. – Я тебя спрашиваю, что ты тут устроил? А ну, вставай, пока я тебе не всыпал. Гарри с трудом поднялся и в ужасе взглянул на груду осколков от разбившихся фигурок, на красное от гнева лицо дяди и перекошенное - тети. -Я не виноват. Меня Дадли напугал. - Прекрати перекладывать свою вину на других. Дадли никогда ничего тебе плохого не делал, и нечего на него наговаривать! - Но, дядя!.. - Ты еще и споришь, урод? Ну, я сейчас тебе всыплю, - дядя принялся расстегивать ремень. Тетя прижала к себе сына, а Гарри в ужасе зажмурился. Комната наполнилась громким гулом, стены задрожали. - Пе-петунья, это землетрясение? - Вернон, бежим на улицу… Гарри снова повалился на пол, не в силах шевельнуться, а вокруг него все ходило ходуном. Постепенно толчки становились все меньше и меньше, шум стихал, а мальчик провалился в спасительную темноту. Гарри пришел в себя в чулане на своей постели, голова была кое-как перевязана бинтом. Он осторожно встал и подергал дверь – закрыто. Прислонившись к щели, он постарался расслышать обрывки разговора. - Пети, это… - Мы же знали о возможности… - Они все в целос… - Что же нам теперь делать? - Не знаю… - Это же может повторяться все чаще и чаще? - С Лили так и было. - Сумасшедшие. Пети… Гарри сильнее прижался ухом к двери. - Я не знаю, дорогой, но нужно что-то придумать. Мне кажется, это вообще не сын Лили. Она всегда поступала странно, но он совершенно на нее не похож. - Но старик написал… - Мало ли кто чего написал? Не чую я его. Сестрица моя была, конечно, сумасшедшая, но родная кровь. А здесь… мальчишка совершенно не такой, как мы, не такой, как Лили. Кстати, она родила именно в тот день, когда мы с ней встречались, но чувствовала она себя хорошо, да и срок у нее еще позволял… Голоса на кухне стали тише: - Избавиться… -…опасно… - Может, приют… Гарри вздрогнул и отскочил к постели. Слово «приют» было ужасающим и противным. Он слышал много жутких историй о детях из приюта: тетя любила пугать его подобными рассказами. Нет, он не желает в приют. Он лучше…лучше убежит. Гарри забрался с ногами на постель и задумался. Бежать. И бежать куда угодно. Голоса стихли, свет через щель больше не проникал, и Гарри понял, что наступила ночь. Он был уверен в том, что ему нужно бежать из этого дома. Только как? Снова подойдя к дверце своего чулана, он потянул ее на себя. Ручка, до этого не поддававшаяся, неожиданно щелкнула, и дверь начала медленно открываться. Подтянув большие старые штаны Дадли, мальчик направился к входной двери. Куда угодно, но подальше. Он же краем глаза смотрел мультфильм про бездомных детей. Надо только найти их…