Исцеление

      Амалия посмотрела на небо. В рваной серо-фиалковой дымке вызывающе яркими белыми огнями далеких солнц сияли звезды. Далекие и холодные, они вызвали у нее ассоциации с одним хмурым пиратом, и она боялась, что это навсегда. - Жаль. Их сегодня мало, - произнесла Робин, проследив за взглядом Амалии. Девушка не стала вникать, чего именно Нико было жаль: ее молчания или полузатянутого неба над ними. - Видишь ту красноватую звезду? Это Альфа созвездия Феникса, - Амалия указала на юг. - Говорят, ее видно даже сквозь тучи. - Интересно, - протянула брюнетка. - Ты разбираешься в астрономии? - Немного, - Амалия опустила глаза и обнаружила всматривающегося в ночную высь мечника. Почему-то ее это не удивило. В зеленоволосом было гораздо больше того, что он стремился показывать. Она снова посмотрела вверх: - У меня было много свободного времени, которое я заполняла книгами. В основном попадались по медицине: те, кто меня окружали, редко интересовались чем-то еще. Но иногда мне здорово везло. У одного из приближенных Кайдо была настоящая библиотека. Когда могла, я читала все, что было мне интересно. В основном научные труды и изыскания.       В самом деле, Амалия не могла заставить себя читать романы. Ей все казалось слишком далеким от реальности. Слишком наивным. А, может быть, она не хотела знать, как это бывает у других нормальных людей... - Вблизи Феникса, еще чуть южнее, есть созвездие Пламени. Они неспроста рядом на небосклоне. Когда умирает один, другой возрождает его. Феникс рождается в Пламени, а Пламя приходит в этот мир, разгораясь от искр с сияющих крыльев Феникса. Однако у каждого из них свой путь. Феникс виден глубокой ночью, а Пламя видно только перед рассветом, оно разгорается ярко с появлением первых лучей солнца и сразу исчезает. Говорят, что это проклятие богов, которые боялись их совместной силы. Они близки, но им никогда не быть вместе. - Ты говоришь о них, как о живых, - хмыкнул Зоро, не верящий ни в богов, ни в мифических существ. - Они и есть живые. Только они существуют на ином плане бытия, отличном от нашего, - это Амалия тоже вычитала в книге у того человека. Ей вообще с ним здорово повезло. Он много знал, многому успел научить ее, даже играть в шахматы. И он никогда не был груб с ней. Он относился к тем мужчинам в ее жизни, которые никогда ее не принуждали. Он был интересен, он был умен. Но этого оказалось недостаточно для Кайдо. Одним далеко не прекрасным утром йонко убил его. И в тот раз Амалия тоже была вынуждена стоять рядом.       Санджи появился возле них неожиданно. А может быть, неожиданно для расслабленной Амалии. Блондин открыл было рот, чтобы выдать очередной комплимент девушкам, но тут его взгляд упал на "поруганную" часть собственного гардероба. Сомнений в том, кто явился виновником сего происшествия, у Санджи, видимо, возникнуть не могло априори. Гневно сверкнув голубыми глазами, он накинулся на мечника...       Завораживающее зрелище длинных стройных ног, мелькающих вперемешку с изящными росчерками мечей Зоро, напоминало Амалии танец. В этом было гораздо больше пластики и красоты, чем в том, что вытворял минуту назад Луффи с командой. Девушка следила за грациозными движениями Ророноа: скользящими, опасными, чувственными. Она наблюдала за уверенными и нарочито небрежными выпадами кока, между делом докуривающего свою сигарету. Танец... Изящный, грозный, мистический.       Она всегда любила танцы. Точнее, смотреть на них. Амалия совершенно не умела танцевать, хотя всегда мечтала научиться. Но она постоянно болела в детстве и юности, молодость провела в закрытой лаборатории, а Кайдо не было дела до ее желаний. К Шанксу Амалия попала опустошенной и уже ни о чем не мечтающей. Да, сейчас она знала, что год провела в полнейшей апатии, провела абсолютно впустую. Именно что, не в пустоте, а впустую. А могла бы... Могла бы столько всего!       Парни обменивались стандартными любезностями "бровастый" и "маримо", команда увлеченно наблюдала за ними, пока Нами не решила вмешаться.       Наблюдая, как Рыжая вклинивается в дружеские разборки, Амалия внезапно ощутила небольшой дискомфорт, попыталась сконцентрироваться и неуклюже упала, потеряв равновесие. Причем, упала на что-то мягкое, успевшее издать недовольный возглас. Девушка обернулась и неожиданно столкнулась нос к носу с удивленной навигатором. Чьи-то крепкие руки плавно подняли ее и поставили на ноги. Амалия услышала низкое: - Ксо, эрокок, где же твое воспитание? Ты же вроде не бьешь девушек!? - Следи за своими словами, пустоголовая водоросль, это ты сшиб прекрасную Амалию-суан! Я коснулся ее чудесной кожи и только! - Эй, чертова завитушка, ты...       Нами, которую Санджи поднял с палубы на свою голову, накинулась на обоих: - Бестолковые мужланы, остолопы! Совсем ослепли?! Вы же оба налетели на нее с двух сторон! Мало вам Санни разносить в щепки, теперь за пассажиров принялись, кретины недоделанные!       Разведя обоих по "углам" палубы, предприимчивая девушка добавила к шишкам каждого приличную сумму за "попытку испортить праздник" в их долги, для убедительности. После этого Рыжая присоединилась к Робин и Амалии. - Ни одного нормального мужчины на корабле! - пожаловалась девушка. - Им только еду, выпивку и трусики подавай... - Вы говорили что-то о Ваших трусиках, Нами-сан? - скелет возник из ниоткуда и туда же исчез, испугавшись гневного личика рыжеволосой.       Амалия наблюдала за этим, пытаясь придти в себя и понять, что произошло. Хмель морочил память, искажая восприятие времени и пространства, но девушка была уверена, что находилась в стороне от Зоро и Санджи. Куда ее понесла пьяная голова и, главное, зачем, осталось для нее тайной за семью печатями. А вот результат сего не заставил себя ждать. На ее запястьях расползались полосы неприятного ярко-розового оттенка, по лодыжке начала сочиться кровь от пореза Сандай Китецу, а ребра жгло от внушительного удара Черной Ноги. Девушка устало улыбнулась про себя и постаралась скрыться, не привлекая к себе внимания.       Она осторожно прошла на корму, стараясь прятать руки от любопытных глаз. Снова быть больной, зависимой и слабой она не могла. Физически не могла. Люди на этом корабле ей действительно нравились. С ними было весело, интересно, спокойно. С ними хотелось быть. И, более того, с ними хотелось быть на равных. С ними не хотелось чувствовать себя пустой и жалкой. С ними Амалия заряжалась силой, а, может, и жизнью... Мысли ее путались, неприкаянно слоняясь по опьяненному сознанию и не находя себе места. Надо сконцентрироваться на чем-то - остановить кровь, иначе она наследит здесь и выдаст себя.       Амалия обернулась - корма была пустой, и задрала юбку платья. Разувшись, она поставила ногу на перила бортика. Порез был длиной с ладонь и проходил от голеностопного сустава вверх по внутренней стороне ноги. Чтобы нанести подобную рану надо было резать мечом под немыслимым углом, а чтобы получить - махать ногами по не менее замысловатой траектории. Эти двое стоили друг друга, черт! Она провела пальцами, смахивая кровь и присматриваясь к глубине пореза. - Весьма соблазнительно...       Ну, конечно, почему она решила, что сможет так легко ускользнуть?       Амалия обернулась. - Интересно, ты правда думала, что Нами не заметит исчезновения следов с запястий, а Санджи не придаст значения собственной порезанной штанине с каплями крови? - Робин мягко улыбнулась, но глаза ее оставались серьезными и пронзительными.       Да, именно на это, как ни странно, она и надеялась. Глупо, нелогично, безрассудно. Все-таки, сакэ сделало свое черное дело, и соображала она плохо. А вот чувствовала все по-прежнему до невозможного остро. - Не хотела портить вечеринку, вот и все, - Амалия взяла себя в руки и улыбнулась в ответ. Судя по тому, что выражение лица Робин не изменилось, этим она ее не впечатлила. Девушка обреченно вздохнула и перевела взгляд на порез: кровь снова собралась на поверхности дрожащей каплей, норовя скатиться вниз и окрасить бортик карминно-красным. Смахнув каплю, она убрала ногу с поручня. - Я так и поняла, - кивнула Нико. - Ты не хотела создавать вокруг произошедшего ажиотаж. Только, ты... - Да, я недооценила тебя, Нами и Санджи, - устало перебила ее Амалия. Признавать ошибки она тоже не очень любила. А кто любил?       Робин отрицательно покачала головой: - Ты недооценила себя. Проблема в том, что именно твое исчезновение привлекло внимание и в некотором роде "испортило вечеринку".       Амалия не знала, что сказать. Она вспомнила, что брюнетка говорила ей совсем недавно, вот так же стоя рядом на палубе ночью: "Не стоит приносить никому не нужные жертвы". В одной этой фразе умещалась половина жизни девушки. Но, если раньше у нее не было выбора, то сейчас... Кому она приносила эти жертвы сейчас? Кто требовал их от нее? Чего она добивалась? Ее жизнь осталась с ней. Ее свобода - протяни руку и прикоснешься. Даже любовь... Ладно, любовь можно не трогать, но остальное!? Почему она упорно отрицает остальное, снова загоняя себя в мрак и холод одиночества и отчуждения? Искаженное восприятие? Страх? Или привычка? Привычка быть жертвой, видеть вокруг только предательство и ложь... Но ведь с Шанксом было не так. С Натаниэлем. С командой Мугивары. Да, они были другими. Только никому из них она не хотела становиться обузой...       Ей и в самом деле лучше уйти и осесть в каком-нибудь тихом местечке, попробовать жить среди обычных людей, нормальной жизнью... Она могла бы преподавать. Амалия много знала и любила рассказывать, хорошо разбиралась в науках и неплохо в медицине. Хотя последнюю по вполне понятным причинам недолюбливала. Она так стремилась быть подальше от людей потому, что привыкла видеть во всех плохое. Ждала, что ее способности вскроются, и ее снова будут использовать. Но и одинокое существование тоже не выход. Это и жизнью назвать было нельзя. Тогда какой в этом смысл? Прятать себя от жизни, чтобы сожалеть о том, что и пожить не успела? - Тебе надо в лазарет, - прервала ее мысли Робин. - Чоппер говорил, что воспаление у Нами серьезное.       Амалия кивнула и двинулась обратно за Нико. Ей действительно будет тяжело расставаться со всеми ими. Она быстро привыкла к их теплой компании. Если бы только она могла остаться...       Среди веселящихся олененка они не обнаружили, так что отправились прямиком в медотсек. Распахнув дверь, Амалия невольно остановилась: освещенный слабым светом настольной лампы, за столиком с книгой в руках сидел Трафальгар Ло. Его невозмутимый взгляд лениво блуждал по ее лицу, задумчиво ища причину ее появления здесь. Татуированные пальцы закрыли книгу и отложили ее в сторону. Бывший Шичибукай скрестил руки на груди, продолжая выжидательно молчать. - Весьма кстати, что ты здесь, - проговорил голос Робин. - Амалия случайно прикоснулась к раненым Нами, Зоро и Санджи и ей нужна помощь. - Как можно случайно коснуться стольких людей? - скептически выгнув бровь, спросил Ло, поднимаясь им навстречу. Амалия ощутила, как ее сердце падает в неизвестно откуда взявшуюся здесь бездонную пропасть... - Раздевайся, - бросил он ей.       Все такой же привлекательный, все такой же непостижимо далекий. Смысла скрывать от Хирурга Смерти свое состояние не было. Амалия нервно сглотнула, натыкаясь блуждающим взглядом на прислоненный к столу Нодати Трафальгара: - Это всего лишь царапины, к тому же, на открытых участках тела, так что раздеваться вовсе незачем. - Я оставлю вас. - Напомнила о своем присутствии Робин и тихо закрыла за собой дверь, отрезая их от остального мира.       Трафальгар уже стоял возле нее: - Я бы хотел посмотреть. - Царапина, - повторила Амалия, пытаясь понять, почему она сопротивляется тому, чего ей сейчас хочется больше всего. - Напомни, кто из нас двоих врач? - ехидно процедил Трафальгар, обхватывая ее руками. - Ты, - тихо ответила девушка, с ужасом понимая, что его ладони перебирают ткань платья, ловко поднимая юбку. Ее бросило в жар, а сотни осмелевших мурашек побежали по коже. Она лихорадочно пыталась вспомнить, что еще было в том проклятом сне, что еще не успело случиться между ними...        Одна его рука мягко легла на ее бедро и заскользила вниз вслед за самим Трафальгаром. Ло пристально посмотрел на порез, почти болезненно вцепившись в лодыжку. Девушка стиснула зубы, чтобы не зашипеть. Что-то, наконец, высмотрев и почти удовлетворенно улыбаясь, Трафальгар небрежно отпустил ее юбку и разогнулся: - Царапина. Хотя, я бы на твоем месте обработал ее сразу.       Амалия не могла понять, что в этом всем не так. Ло был таким, как обычно. Она тоже. И все же, что-то во всей этой ситуации не давало ей покоя. Что он, собственно, делал здесь? Утомился от вечеринки? Сбежал от навязчивого внимания Луффи? Захотел уединения? Так ничего путного и не придумав, она списала собственное напряжение на его близость и свою нетрезвость, поблагодарила Трафальгара и из последних сил развернулась, чтобы уйти.       Ло цепко схватил ее за руку и резко развернул к себе, так что девушка растерялась и непонимающе уставилась на бывшего Шичибукая. Серые глаза пристально смотрели на нее. Амалия почувствовала, как хмельное безразличие покидает ее тело. Он что-то искал на ее лице, и, видимо, не находил, потому что Амалии показалось, что Ло начинал злиться. А еще ей показалось, что мир вдруг стал вращаться вокруг его глаз... - А с этим ты что собираешься делать? Решила оставить все так? - немного раздраженно спросил он. Амалия потеряла дар речи. Неужели он все знает? Но как? Нико? Нет, только не Робин. Она сама? Чем она себя выдала? Хотя, было слишком много всего. Разве что слепой не заметил бы... А она то мучается вопросом "сказать-не сказать"! Она попыталась заглянуть в его глаза, чтобы понять как он к этому отнесся, но ничего не смогла увидеть за серой пеленой холодного тумана... Девушка глубоко вздохнула и выдавила из себя: - Нет, я собиралась сказать. - Когда? Этим надо было заняться в первую очередь! - он демонстративно подтянул ее запястья к лицу, обращая внимание на вспухшие полосы. - Пойдем, - Ло потащил совершенно опешившую Амалию за собой.       Так он об этом?! Сердце ее сжалось в болезненном предвкушении: опять быть рядом и терпеть его невыносимую близость, его обжигающие прикосновения, его пытливые глаза... Снова бороться со своим страхом, пытаясь признаться ему в сокровенном... Мучиться сомнениями и ожиданием "приговора"…       Силы покидали ее, она больше не могла скрывать румянец на щеках и блеск в глазах, она не сможет сдерживать себя, когда его руки будут касаться ее кожи... Амалия собиралась с мыслями, чтобы, наконец, сказать ему... Нет, не сегодня. Завтра. Сегодня он зол. Она чувствовала это, хотя внешне Ло был спокоен и собран. Что-то ему сильно не нравилось, и Амалия резонно решила, что это не самое подходящее время для откровенного разговора.       Все шло как нельзя лучше. Несколько умелых штрихов, и картинка выглядела почти идеально. Трафальгар подменил сегодняшние лекарства Нами, чтобы немного запустить воспаление в ранках на кистях. Так что теперь, когда Амалия забрала все на себя, лихорадка ей была обеспечена. А, насколько он помнил, жар действовал на девушку весьма специфически. Но для верности, Ло добавил немного травм от этих вечных спорщиков. Всего то и понадобилось, что немного "помочь" пролиться сакэ на пиджак Санджи в такой момент, что оба участника сего происшествия были уверены, что это сделал другой. Остальное кок и мечник сделали сами. Трафальгар лишь чуть "подвинул" главную фигуру на доске ближе к эпицентру событий. И, конечно, от Робин не могло укрыться то, что Амалия так предсказуемо пожелала спрятать ото всех. Умница, Нико, на нее всегда можно было положиться в такой ситуации.       Вот и на этот раз, успев отвлечь в положенное время Чоппера, Ло терпеливо ожидал, когда всевидящая брюнетка приведет сопротивляющуюся Амалию ему в лапы. Он бездумно смотрел в открытую книгу, даже не пытаясь читать. Дверь распахнулась - на пороге стояла та, кого он ожидал, а за ее спиной маячила Робин. Ло уловил в ее глазах только усталость, и это его ни сколько не удивило. Они перекинулись парой фраз, и Нико ушла.       Однако на этом ожидаемое по плану и реальность стали сильно отличаться. Трафальгар не мог понять причину напряженности Амалии. Она вела себя сдержанно, то есть как-то особенно сдержано, даже для нее. Ло ожидал мягкости, податливости девушки, но этого не было. Может, прошло слишком мало времени? Может, на ее организм инфекция действовала менее выражено? Черт, неужели он поторопился? Может, стоило дать развиться воспалению в теле навигатора сильнее, а потом перебрасывать его на Амалию? Нет, дольше бы с Нами не получилось. Уже после полудня девушка начала вести себя неестественно, была слишком раздражительна и капризна. Олененок должен был уже к концу праздника обратить на это внимание и заподозрить что-то...       Ло подтащил Амалию к кушетке, силой усадил и начал обрабатывать красно-алые всполохи на запястьях. Девушка изредка вздрагивала, и Трафальгар с удовлетворением наблюдал стайки мурашек, начинавшие покрывать ее кожу. Температура, должно быть, уже далека от нормальной. Отлично. Ло обработал порез на ноге. Затем протянул Амалии витаминки вместо положенных лекарств - она проглотила их, даже не спросив, что это. Так даже лучше, все-таки врать капитан Пиратов Сердца не любил. Он ненароком приложил ладонь к ее лбу: - Останешься сегодня ночью здесь, - тоном, не терпящим никаких возражений, сказал он. - Со мной все будет в порядке, ты же знаешь, - начала Амалия, но он только посмотрел ей в глаза, и она согласилась: - Хорошо, я останусь здесь. - Я зайду чуть позже, проверю, как ты. Посев на инфекцию, который делал Чоппер, еще не готов, так что мы не знаем, что это может быть и чего опасаться, - тут он не лгал, посев занимал в среднем семь суток, хотя для определения могло хватить и пяти. Но, в любом случае, прошла всего пара дней. Даже для предварительных результатов было слишком рано.       Ло достал из шкафчика тонкую длинную рубашку и протянул ее Амалии: - И никаких купаний! Я не шучу, - с этими словами он оставил ее одну в медотсеке. Ненадолго. - Я не помешаю? - его низкий голос обволакивал ее сознание. Амалия посмотрела на него немного рассеянно. Трафальгар, глядя в ее глаза, продолжил: - Я хочу сделать то, что мы не сделали в замке Дэнге.       Повисла неловкая тишина. Амалия поняла, что последние четыре глотка сакэ были лишними, только когда произнесла: - Что именно? Мы много чего там не сделали. - И я жалею об этом. Ты позволишь?       Амалия непонимающе уставилась на его руку. Опять осмотр? Только не сейчас! Ей нужно минут пятнадцать, чтобы действие алкоголя развеялось, иначе... - Амалия, тебя, кажется, приглашают потанцевать... - шепнула Робин, правда каким-то неуверенным тоном. Сначала пьяный мозг Амалии задался вопросом, что именно вызывает такие сомнения у Нико: факт приглашения, его источник или то, что зовут ее именно ТАНЦЕВАТЬ... А потом все мысли девушки испарились в одно мгновение. - Танцевать? - Амалия в ужасе отшатнулась. - Ты вынесла столько издевательств и страданий, но приходишь в ужас от приглашения? - Ло хищно улыбнулся, слегка наклоняясь к ней. - Обещаю, я буду нежен.       Выглядело это жутко. А ощущалось ею еще хуже. Амалия смотрела в серое и не могла отвести взгляд: - Я не умею. То есть, вообще не умею. - Я никогда не принуждаю женщин, - черт, он что, подслушивал ее сны? Почему он упрямо повторяет все свои реплики оттуда? - Но ведь ты хочешь. - Утверждение, не вопрос. До вопросов бывший Шичибукай теперь снизойдет не скоро. Нашел ее изъян... Девушка невольно пожалела, что пиджака кока с ней рядом уже не было. Санджи пошел относить его в каюту, чтобы заодно захватить чистый, на случай, если еще кто-то из обожаемых меллорин замерзнет. И теперь она осталась один на один со своим желанием. - Будешь меня учить танцевать? - спросила Амалия, не веря тому, что происходит. - Я сделаю все сам. Тебе надо будет только расслабиться...       О чем он говорит? Он играет с ней? Или заигрывает? Или это опять ее фантазии? А-ааа. Как сложно, как же с ним сложно! Гребаные мурашки, угомонитесь уже - он же все видит! Танцевать с ним?! Она же не сможет держать себя в руках... Да пошло оно все!        Неотрывно глядя в глаза Хирурга Смерти, Амалия вложила свою ладонь в его руку. Он легко поднял ее, отвел немного в сторону, и его тонкие пальцы легли на ее талию. Трафальгар осторожно приподнял ее и поставил на свои ноги. Затем Ло положил одну ее руку на свое плечо, а другую взял в свою, вытянув немного в сторону. Амалия слышала приглушенные голоса вокруг, чей-то разочарованный вздох, любопытный возглас младшего Ди и тихое, но не менее отчетливое "Немедленно начинай играть, Брук" Робин.       Мелодия полилась на них теплыми мягкими волнами. Трафальгар смотрел на нее, его тонкая улыбка кружила голову сильнее, чем сакэ Зоро. Он плавно начал двигаться в такт музыке, чуть ускоряясь, а затем замедляясь опять. Он кружил ее, размеренно и легко шагая по палубе, даже не замечая ее веса.       Конечно, он был великолепным танцором. Амалия с трудом представляла, что есть на свете что-то, что этот мужчина делать не умеет. Огни палубы смешались в одну световую полосу, позади кружащегося Ло. Мелодия увлекала, делалась пронзительнее и чище. Подушечки пальцев Трафальгара выписывали замысловатые фигуры на ее пояснице, заставляя кровь бежать по жилам быстрее, а сердце громче стучать. И ей нравилось это состояние. Амалия улыбнулась своему наваждению: - Это восхитительно, Ло!       Все кружилось перед глазами Амалии. Кружился Ло, кружился корабль, кружились мугивары за спиной Ло, ее голова тоже кружилась. Девушка подняла голову, чтобы посмотреть на звезды. Они тоже двигались по кругу, только гораздо медленнее. Феникс подмигивал ей красноватой звездой, тоже вальсируя с любимым партнером: Пламя дерзко полыхало оранжево-желтым рядом. И вот тут девушка поняла, что это лишь очередной тяжелый сон, почти на грани бреда. Отсюда, видимо, и ощущение легкого опьянения в голове...       Амалия разочарованно вздохнула и открыла глаза. Перед ней сидел несколько удивленный Трафальгар со скрещенными на груди руками: - Что же такого восхитительного я с тобой делал, позволь узнать? - его тонкая улыбка натянула его губы и ее нервы.       Бежать больше было некуда.