Суицидальное счастье.

Я был в пяти метрах от них, Веард стоял ко мне спиной. — Рейл, прости, мне, правда, жаль!— оправдывался Веард перед молодым человеком. Это был Рейл, бывший парень Веарда. Когда мы только начали встречаться, Рейл долго не мог оставить Веада в покое, как-то раз, мне даже довелось сломать ему нос за то, что он орал на Веарда. Я думал, что мой мальчик его ненавидит. Но в его тоне не было ненависти, только сожаление. Я, видимо, чего-то не знаю? Рейл смотрел ему в лицо и в упор меня не замечал. — Ты уже не первый раз так поступаешь со мной,— голос напряженный, взволнованный. — Я просто был пьян, ты же сам видел, как я глушил водку в тот вечер. — Хочешь сказать, что я просто воспользовался ситуацией?!— ещё чуть-чуть и голос сорвется на истерический плач. Я стоял в оцепенении, не силах даже произнести что-нибудь. Я знаю, о чем они говорили. Неделю назад мы с Веардом поссорились, ничего из ряда вон выходящего, он как обычно, хлопнул дверью и ушел. Так вот где он был... Вот как... Ну, вот и проломлена моя защита. Я. Я, человек, который ничего не чувствует, которого ничего не расстраивает, разбит в прах. Надо что-то сказать, не хорошо же просто стоять у него за спиной. — Вот как...— это единственное что я мог выдавить. Знаете, раньше всегда смеялся над пафосными описаниями того, как душевная боль разъедает изнутри, как сердце сжимается. Я не верил. Дурак. Веард резко обернулся. При виде меня у него начали наворачиваться слезы. — Лари...— выдохнул еле слышно. Мне 21 год, я просто не имею права плакать. Но, кажется, слеза всё-таки скатилась по правой щеке. А может это была просто снежинка? Вдруг боль исчезла, ее заменил гнев. Это было неожиданно даже для меня. — Как ты мог? — я начал повышать голос.— Как ты мог, мать твою?! — Прости,— Веард плакал, почему-то он не мог смотреть мне в глаза, — пожалуйста, прости. — Почему?!— я уже не отдавал себе отчет в том, что делаю и говорю.— Блядь, почему?! Я так люблю тебя! Как ты можешь так поступать?! — я схватил его за плечи и начал трясти. Рейл оттолкнул меня от Веарда. — Оставь его в покое!— голос снова спокойный и... угрожающий? Я не мог просто его проигнорировать. Ни Рейл, ни Веард не успели отследить мои движения. Я обошел Веарда и ударил Рейла по лицу. Он упал на снег, Веард кинулся его поднимать. — Лари! Прекрати! Пожалуйста, успокойся! На снегу появились багряные пятна. Лицо, руки, куртка — всё было в крови. Кажется, я опять сломал ему нос. Я уже собирался что-то высказать Веарду, но меня отрезвила тихая мелодия. Спокойная и печальная... Наверное, сейчас ничего не смогло бы лучше вернуть меня к прежнему состоянию. Спокойный, безэмоциональный. Это снова был я. Вернее почти я. Маленький комочек боли в груди — единственное, что во мне изменилось. Ещё 5 секунд я слушал эту мелодию, потом я вспомнил, это телефон. Надо ответить. Я поднес трубку к уху. — Ну, где вы застряли?— У Клер был обеспокоенный голос. — Я приду через пять минут, — мой голос. Мой спокойный голос. В нем было что-то не то. Клер это заметила. — Что-то случилось?— тревога в голосе.— Вы в порядке? Я не стал ей объяснять. Долго, да и сейчас я всё равно не соберусь с мыслями. Пока я был занят, Веард смотрел на меня. Рейл на Веарда. — Рейл, уйди,— еле слышно попросил Веард,— уходи. Ты мне не нужен. Я ничего не чувствую к тебе. Я тебя не люблю. Если бы я не участвовал в этом, а наблюдал со стороны, мне бы стало очень жалко Рейла. Надо отдать ему должное. Он просто встал, отряхнулся, бросил на прощание "Пошли вы!", развернулся и ушел. Скоро его силуэт скрыла завеса снега. Остались только я и мой мальчик. Только теперь я не уверен, что он Мой. Должен сказать, что за всю жизнь мне ни разу не разбивали сердце. Ни разу, до сегодняшнего дня. — Я не хочу тебя видеть, — я подобрал пакет с выпивкой, развернулся и зашагал в сторону дома Грега и Клер. — Лари!— окликнул меня Веард. Я не обернулся. Клер открыла сразу, такое чувство, что ждала под дверью. Грег стоял в конце коридора. Лицо озабоченное, взволнованное, напуганное. — Что случилось, где Веард? — Голос спокойный, сдержанный. — Он не придет. Думаю, он поехал домой. Я зашел в квартиру, отдал Клер пиццу и бутылки, она даже не задавала вопросы, просто смотрела округлившимися глазами. В тот вечер я пил без остановки и только одному богу известно, сколько сигарет я испепелил. Мне все-таки пришлось изложить друзьям свою историю. Они ничего не сказали. Не вставали ни мою сторону, ни на его. В час ночи я начал засыпать. Завтра на работу... плевать. У меня не было сил. Совсем. Я заснул на кухне. На полу, в уголке. С бутылкой абсента и дотлевшей сигаретой в руке.