Мост

(отбечено) Один умный и тонкий человек сказал мне, что мосты - большое чудо в нашем мире. Они соединяют и спасают, они дарят и отнимают, а еще они могут убить. Но главное то, что они сами по себе абсолютно волшебные создания. Если задуматься, это правда, а еще они просто очень красивы. Все. И неважно, помпезный ли это пролет над заливом или парочка дощечек над соседским ручьем. Первый мост Грых странным образом очень быстро освоился в доме Дурслей, хотя о мире магглов у него были очень примерные представления, дальше обувных полок человеческих гардеробных его интересы обычно не распространялись. Что, надо сказать, было странно, но нельзя же утверждать, что изготовление обуви - самый вдохновенный и трудоемкий процесс. При желании он мог, наверное, питаться книгами, картинами, да мало ли, во что человек вкладывает силы и душу. Но вот было - как было. И о мире магов он тоже не слишком много знал. На вопросы Гарри он обычно отвечал коротко и неопределенно: - Откуда ты взял, что я мажонок? - Вижу. - А другие маги есть? - Полно. - А где же они? - Да везде! И так далее в том же духе. Но зато он перед сном выслушивал нехитрые Гаррины истории, знал поименно Гарриных врагов, а еще зализывал многочисленные синяки и ссадины, безапелляционно заявив, что его слюна - самое лучшее лекарство. Так это было или нет, установить точно не удалось, так как синяки и без того проходили очень быстро. Тетка Петунья тоже ощутила появление чужака в доме, но весьма своеобразно. Развалившуюся обувь она понесла в магазин, и там без звука ей ее поменяли, но когда она и вторую пару принесла через недельку, управляющий посоветовал ей быть осторожнее. Вежливые слова мало вязались с его выражением лица. А уж когда и третья пара вернулась в самом плачевном состоянии, управляющий разве что в лицо ей деньги не бросил и без обиняков заявил, что лучше бы мадам забыть сюда дорогу, а то… Уточнять он не стал. Петунья задумалась, что-то такое перещёлкнуло в ее голове. Она пришла к выводу, что дело все-таки, наверное, не в обуви. Очень правильный вывод, надо сказать. Только вот шаги по устранению проблемы она предприняла парадоксальные: она пошла к экстрасенсу, к некой мадам Джордан. И та подтвердила догадки миссис Дурсль. Опытная шарлатанка сказала ей ровно то, что та хотела услышать: - Сколько живу, мэм, а такой сильной энергетики, как у вас, не встречала! Ваша прана, не находя выхода, уходит в землю - и вот результат! - И что же мне теперь делать? Экстрасенс не стала разводить турусы на колесах, со скоростью калькулятора посчитала, во что обойдется милой леди ее услуги, и выложила ей план действий: чистка кармы, биоэнергетическое воздействие на организм, плюс уроки медитаций. Услышав итоговую сумму, длинное лицо Петуньи Дурсль стало еще длиннее, но надо же что-то с этим делать. Она всегда подозревала, что и с ней не все так просто. Главное, решила она, не стоит посвящать Вернона в эти проблемы, он и так устает на работе. «Придётся как-то выкручиваться, экономить на чем-то», - подумала она и дала свое согласие. Рассчитано все было идеально: кому из нас не нравится думать, что он уникален. И Петунья не была исключением. С тех пор в жизни миссис Дурсль начались большие перемены. Теперь-то она уже не путала «Дхарму» и «Карму» и даже примерно знала, чем «экзистенциализм» отличается от «эксбиционизма». В общих чертах, конечно. А сэкономить можно на племяннике. Пусть спасибо скажет, что его вообще держат в доме. Так уж получилось, что Грых, создавший эту ситуацию, ее же и пытался нивелировать. Он шлялся неведомо где, но всегда притаскивал другу то яблочко, то печенюшек, а то и денежек. На все вопросы мальчика он отвечал ворчливо, что «если много знать - иголки повыпадают». - Так у меня же нет иголок! – неизменно отвечал Гарри. - Вот поэтому и нет, - отрезал гремлин. Не то чтобы Гарри не догадывался, откуда берется это «богатство», но кушать хотелось ужасно, а еще приятно было, что его Грых заботится о нем. И правда, что там выяснять? Когда яблочко такое вкусное, а на монетку по дороге в школу можно купить какую-нибудь булочку? Перед сном он укладывался в чулане, а Грых устраивался рядышком, подставлял беззащитное пушистое пузико, для того чтобы его почесали, и начинал рассказывать. Если о магах он знал все-таки маловато, то о магии немало. Из его неспешных рассказов Гарри узнал о чудесных магических существах. О том, например, что гоблинам – подземным хранителям - руки в рот не клади, оттяпают и не поморщатся, о единорогах – носителях света, о кентаврах – хранителях знаний, да еще много о ком, всех и не упомнишь. Больше всего Грых любил поговорить о гремлинах. По его выходило, что важнее их в магическом мире и нет. Они хранители магии. Ведь бестолковые громады запирают свободные частички магии в дурацких амулетах, да еще норовят припрятать их подальше, а магии в мире не море разливанное нескончаемое, а строго определенное количество, и если так будет продолжаться, то ее не останется вообще. И с магами то же самое: если в чистокровном роду рождается маг без магии, сквиб по-ихнему, то в мире магглов рождается маг. - А почему у магов рождаются сквибы? А я и есть такой маг? – спрашивал Гарри, затаив дыхание. - Магия она же… ну, короче, обижается вроде бы как, вот и получаются сквибы, проклятие родовое называется. А ты не такой, не магглорожденный, у тебя родители оба были магами. - Но… - Вот хоть убей, и я не пойму, как ты здесь очутился. Вроде бы маги своих детей не бросают, да и родственными связями повязаны почти все. Поживем – узнаем, мажонок… - Хорошо бы… На следующий день, не самый удачный в жизни Гарри, случилось то, что надолго изменило их жизнь. После ужина, мытья посуды и строгого выговора Петуньи за испачканные брюки Гарри получил причитающийся подзатыльник и поспешил к себе в чулан. Грых был уже здесь и нервно прохаживался под кроватью, шурша иголками , возмущенно шипя и плюясь. - Что случилось, Грых? Ты просто не в себе, – спросил Гарри, усаживаясь на кровать. - Соседка ваша случилась! – зашипел в ответ Грых. – Это же надо! Эта старая… перечница разводит книзлов!!! Куда только смотрит аврорат?! И не маскирует, старая… хм… нехорошая женщина! Я заглянул на огонек, а они… Пришлось подраться! Я их, конечно, разогнал! Порвал в клочки! Потом они меня догнали, сволочи, пришлось еще раз подраться. - Но ты их победил? – взволнованно поинтересовался мальчик. - А то! В клочки… в обрывки… по садовой дорожке размазал!!! Они же пока еще через забор переберутся, лохи хвостатые! - А мне вот не так повезло, - протянул Гарри. – Меня-то поймали сегодня… Правда я вырвался, а они хотели меня в речку окунуть. Орали, что надо очкатого ссыкуна помыть в реке, но не получилось… Озабоченная мордашка высунулась из-под кровати: - Больно, мажонок? Дай посмотрю! - Да ерунда, - отмахнулся мальчишка, - я не об этом… Сегодня, знаешь, случилось что-то странное… волшебное… - Рассказывай, - скомандовал заинтересованный Грых. - Братец Дадли с приятелями погнали меня к реке. У меня не было другого выбора. Я бежал, бежал, а тут река. И деваться некуда… и вдруг. Мостик! Там его не было. Точно не было. Я пробежал по нему, и его не стало, как и не было! Представляешь? Я сидел в кустах и видел, как они меня на том берегу ищут. Ты чего, Грых? Что с тобой? И правда, с гремлином творилось что-то удивительное. Встав на задние лапы, передние он сложил в молитвенном жесте. И даже его растопыренные иголки светились в полумраке, делая его похожим на солнышко. Если можно считать стоящего на задних лапах рогатенького кота со слабо светящимися лучиками-иголками похожим на небесное светило. - Грыхчик, ты чего? Ты меня пугаешь! - заныл мальчик, не понимая, что происходит. - Мостик, говоришь, - зашелестел как в трансе Грых. – Появился, а потом пропал?!А ты знаешь, мажонок, сколько было магов, которые в юном возрасте без волшебной палочки могли построить мост? Ни од-но-го!!! А знаешь, сколько зрелых, состоявшихся магов могли создавать мосты? Трое!!! И то… они втроем, совместно строили… И то – это считается сказкой! Ты – мостовик, - обвиняющий палец с длинным кошачьим когтем уперся мальчику в грудь. - Я не нарочно, - залепетал перепуганный не на шутку Гарри. – Я не хотел… - Ха! Мажонок! Ты не понял! Это же… ну не знаю, как здорово!!! Мы же теперь… Ух, мы им… - Грых, остынь, я не знаю, как я это сделал, - вполне резонно возразил ему мальчик. - Получилось один раз - получится еще, - отмахнулся Грых. Он еще долго метался под кроватью, обдумывая перспективы, приходя время от времени в восторг. Фыркал, мурлыкал и похрюкивал, что-то там себе неразборчиво бормоча. Гарри так и не дождался дальнейших комментариев, потому что просто заснул. Что-то он устал сегодня.