Мораторий

      Казалось, будто это было вчера: школа, друзья-оборотни, борьба со злом. Но школа закончена, равно как и колледж, на её место пришла работа, друзья-оборотни хоть и есть, но они за сотни миль, а борьба со злом перешла из мистических событий во вполне себе обыденные. Теперь Стайлз Стилински боролся не с канимами, злыми духами или вековыми демонами-оборотнями, а с самыми обычными людьми, у которых необычное хобби — убийства.       Стайлз предпочитал наиболее странные, необычные и сложные дела, от которых отказывались даже самые лучшие детективы, и ради поимки преступника был готов абсолютно на всё. Вот и в этот раз он высветлил и зачесал назад волосы, надел зелёные контактные линзы, позволил пробиться щетине и поменял привычные толстовки на кожаные куртки. Так родился Стив Стивенсон — молодой медбрат, который по наставлению своей больницы прибыл в захолустный городок Крипин Вайли* ухаживать за калекой-затворником.       Однако, этот город не так прост, как могло показаться на первый взгляд — вот уже в течении полугода в нём бесследно пропадали люди. Именно причину их исчезновения должен выяснить Стайлз, а по возможности и поймать преступника. Несколько месяцев тщательной подготовки, и он, полностью вжившись в новое амплуа, приехал в городок на самых задворках штата, оказавшийся по сути небольшим поселением у основания холма. Сам Крипин Вайли выглядел довольно располагающе: аккуратные выбеленные домики, мэрия, совмещённая с офисом шерифа, бакалейная, пекарня, кофейня с витражными окнами, всего пара двухэтажных общежитий, и в самом конце главной улицы у основания холма — невысокая часовня с прилегающей к ней, такой же небольшой, как и все строения в городке, церковью.       Внимательно оглядевшись, первым делом Стайлз решил зайти в офис мэра и отметиться в нём, а заодно и поболтать с шерифом. Изнутри здания были даже более мрачные, чем снаружи, видимо, из-за их возраста, но, благодаря неприкрытым жалюзи или занавесками окнам, света в помещениях было предостаточно, что всё же придавало определённый старинный шарм. Отчасти Стайлзу даже казалось, что он попал в прошлое, во времена дикого запада и лихих ковбоев, но наличие благ цивилизации не позволило его воображению окончательно разыграться. Зайдя в приёмную, первым делом он заметил миловидную, пухловатую девушку на ресепшене, чьё внимание моментально переключилось со старенького компьютера прямиком на него:       — Могу я вам чем-то помочь? — девушка замялась, хлопая большими испуганными глазами.       — Да, добрый день, я — Стив Стивенсон, прибыл сюда из госпиталя Святого Антония по поручению, — он приблизился к стойке. — Могу я увидеть мэра или шерифа?       Девушка нахмурилась, словно не зная, как поступить, и поджала сильнее и без того едва заметные на круглом лице губы. Сделав вид, будто что-то сверяет по записям на экране, она тихо вздохнула и вновь подняла взгляд:       — Мэра Уитфилда сейчас нет в городе, он прибудет только через несколько дней, а шериф Мёрфи вернётся к вечеру, — она глубоко вдохнула воздух ртом, да так и осталась с приоткрытыми губами недоверчиво смотреть на гостя.       — Вот как, — задумчиво выдохнул Стайлз, — тогда не могли бы вы мне подсказать, эм?..       — Бренда…       — Бренда, не могли бы вы мне подсказать, где я могу найти дом мистера Лобо?       И без того большие глаза ещё сильнее округлились.       — Мистера Лобо? — шепотом переспросила она.       — Да, я его новая… — «сиделка» — чуть было не ляпнул Стайлз. — Новый мед-брат.       — Туго вам придётся, мистер Стивенсон, — покачала головой Бренда. — Вы уже четвёртый за шесть месяцев.       — А что такого? Увольняются? — стараясь убавить интерес в голосе.       — Увольняются тоже, — она активно закивала, потрясая вторым подбородком. — Он их выгоняет, но чаще они сами сбегают. Дольше всех мистер Райс продержался, он первым был, но старик его уволил и прогнал едва ли не взашей.       «Взашей», — думалось Стайлзу. — «Старик, калека, и взашей? Любят приукрашать действительность в маленьких городах, тут одними только сплетнями и сыты. А вот разузнать, кто такой Райс, было бы очень даже неплохо, может пригодиться». Так и не дослушав воодушевлённую речь Бренды об ужасном старике-отшельнике, он решился её прервать:       — И всё же, скажите, где именно он проживает?       — Да на самой вершине холма, — махнула рукой небрежно. — Из города его дома не видно, скрыт в деревьях, чтобы добраться, вам придётся церковь обойти и по круговой двигаться к лесу, там тропинка наверх будет, по ней и поднимитесь прямо к мистеру Лобо.       Как можно более дружелюбно улыбнувшись ресепшионистке и поблагодарив за помощь, Стайлз пообещал вернуться к вечеру, чтобы познакомиться с шерифом, и направился по указанному пути. Ту самую «тропинку» он заметил не сразу, так как она едва-едва была протоптана, и ему пришлось даже вернуться обратно, чтобы найти её. Подняться оказалось совсем не сложно, хотя сам холм навевал некий неприятный пугающий холодок, сродни тому, что обычно бывают на кладбище, а высокие практически чёрные ели, не прибавляли данному путешествию оптимизма. Судя по рассказам Бренды и местному лесному антуражу, он предполагал, что обязательно наткнётся на высокие мрачные ворота с черепами и особняк в стиле семейки Адамс, но забора не оказалось вовсе. Лишь небольшая выжженная поляна и посреди неё ветхий двухэтажный дом. Хоть строение и не было старинным готическим замком, построенным из костей младенцев, но серые стены и покосившаяся крыша в качестве пристройки над чердаком создавали довольно мрачное впечатление.       Обречённо вздохнув и подумав, что именно так всё обычно и начинается в фильмах ужасов, Стайлз подошёл к двери и достаточно громко в неё постучал. Ответа не последовало ни через минуту, ни через две, ни даже через пять и около десятка повторных постукиваний. Решив, что хозяин дома наверняка спит, Стилински дёрнул ручку и толкнул входную дверь, которая открылась лишь с третьей попытки. В помещении стояла мёртвая тишина, царил полумрак. «Видимо тут давно не убирались», — пронеслось у него в голове. — «Свет через окна едва пробивается, да и пыли немерено, хотя последний работник съехал только несколько дней назад». Нахмурившись, он сощурился, привыкая к освещению и огляделся: и правда, всё сплошь в пыли, окна даже серые, да и обстановка оказалась, мягко говоря, спартанской. Прямо напротив входной двери — лестница, ведущая на второй этаж, при беглом осмотре удалось выяснить, что при одном неверном движении на ней можно запросто себе что-то сломать. По левую сторону от лестницы проходил узенький коридор, ведущий куда-то вглубь дома. Ещё левее, судя по всему, — гостиная, предсказуемо без двери; по правую же сторону — стена, с достаточно широким проходом в столовую, такую же запущенную, как и весь дом. Сдержав жалобный стон, Стайлз взял себя в руки, бывали задания и похуже, а сейчас необходимо играть свою роль.       Если он правильно проанализировал планировку, то на втором этаже наверняка должна находиться хозяйская спальня. Осторожно двинувшись вверх по лестнице, он без происшествий добрался наверх, где света не было совсем, двигаться приходилось наугад.       — Мистер Лобо? — громко позвал он, стараясь скрыть неуверенность в голосе. — Мистер Лобо, вы тут? Отзовитесь.       Ответом вновь послужила тишина, и Стайлз всерьёз забеспокоился. Вдруг его подопечный при смерти? А может лежит без сознания или страдает от боли? Что, если он уже опоздал? Открыв наугад одну из дверей, он попытался найти выключатель, но безуспешно. Кое-как обшарив в потёмках комнату, при этом едва ли не сломав себе шею, он выбрался снова в коридор и открыл следующую. В этот раз судьба видимо решила сжалиться: прямо напротив располагалось широкое арочное окно, а на его фоне виднелся силуэт сидящего человека.       — Мистер Лобо? — уже с облегчением позвал Стайлз, приближаясь. — Меня зовут Стив Стивенсон, я ваш новый мед-брат, приятно познакомиться.       Он встал совсем вплотную позади фигуры, наконец различая в темноте вместо стула под мужчиной инвалидное кресло. Рука коснулась его плеча, укрытого тонкой истёртой тканью, бывшей некогда пледом, и он постарался развернуть сидящего к себе:       — Вы в порядке, мист…       — Не трогайте меня, — раздался скрипящий глухой звук, ни капли не походящий на человеческий голос.       — Простите, — сразу отдёрнул ладонь, мгновенно собираясь с мыслями и вживаясь в роль. — Я просто хотел проверить, всё ли с вами в порядке. Как вы себя чувствуете?       — Выйдите, — снова скрип.       — Я должен вас осмотреть, — взыграло природное упрямство Стайлза.       — Я сказал вам выйти, — казалось, что каждое слово даётся мужчине с трудом. — И не смейте заходить без разрешения.       — Мистер Лобо, согласно уставу, я должен…       — Всё, что вы тут должны — это слушаться меня, если вас это не устраивает — можете убираться прочь.       Поджав губы и недовольный тем, что увидеть старика в лицо так и не удалось, Стайлз всё же направился к выходу:       — Буду нужен, позовёте.       В этот момент он не задумывался о том, как сможет позвать его мужчина, если тот еле-еле разговаривает. Его мысли занимало лишь три вещи: первая — что вот уже несколько дней старик сидит в своей комнате в темноте, где нет ничего, кроме его кресла, окна и сваленных в углу каких-то коробок, не имея возможности даже спуститься вниз по столь шаткой лестнице, чтобы взять себе хотя бы стакан воды; вторая касалась того последнего мед-брата, который оказался мразью, оставив человека в таком положении и даже не позаботившись о том, чтобы принести ему поесть; и наконец третья — этот самый мистер Лобо прекрасно видел, что Стайлз приехал, через окно, и слышал, как тот звал его, будучи уже на втором этаже, он просто не хотел, чтобы его нашли. «Значит ли это, что старик хочет умереть?», — он нахмурился, вновь спускаясь в прихожую и снимая с себя ботинки. — «Пора бы тут порядок навести». И, закатав рукава, Стайлз направился на поиски швабры. * Creeping valley — Ползучая долина