Моя любовь и ненависть к тебе бесконечны.

***

Тебе так нравится когда я нежно и трепетно к касаюсь твоей кожи, а мне нравится, когда я завожу твои ручки за спину и тяну за волосы к себе, покусывая нежную шею. Она контролирует каждый мой шаг, практически не отходит от меня, это забавно. Мне приятно, что хоть кто-то за меня волнуется и переживает, а не за мои деньги. Не много похабно называть её «кто-то». Она моя девочка. Девочка, к которой всегда будут сумасшедшие эмоции и чувства влечения, азарта. Она уже целый час сидит за столом спиной ко мне и что-то читает, в перерывах поглядывая на телефон. Я знаю на что надеется, но всё кончено. Так и мозгами тронуться можно.. Сказал я, который убивается сигаретами, одна за одной. Ненавижу их, руки полностью пропитаны никотином, они мерзкие и только один плюс, внутри становится легче от едкого жжения. Наверное мои мысли слишком негативные, но моё состояние очень даже наоборот, чего не скажешь по виду. Внутри хорошее настроение смешивается с иронией и азартными идеями, которые я держу в себе уже около недели. За окном страшно и холодно. Сегодня потемнело намного раньше, чем должно было бы мае. Дождь вот уже который день льёт во всю и бьёт вместе с громом и молниями. Погода такая же холодная, обиженная, грустная как и она. -Ты выпила таблетки? - Я задаю тупой вопрос, чтобы начать разговор. Она кивает. Врёт, ну да ладно, будет повод. Окна задрожали после сильного грома и везде потух свет. Молния ударила в дом. Всё залилось темнотой и пропал свет. Она уходит из-за стола и садится со мной рядом на диван. Нет, ну сегодня точно судьба. Даже погода делает всю обстановку. Мы вместе смотрим прямо в одну точку, будто там что-то интересное. Комната залилась только шумом дождя, который бил по подоконнику. Спрашиваю где лежат её таблетки, дабы проверить не лжёт ли, что приняла их. Она жестом показывает, что они наверху. Я встаю и направляюсь в комнату. Кто-то уже прокололся и бежит за мной. Наверное хочет сама мне их принести, чтобы выкинуть 2 таблетки, которые должна была принять. Я её останавливаю и говорю вернуться обратно. Быстро поднимаюсь наверх, иду в комнату. На тумбочке лежит конволюта. Выпита только одна таблетка, которую я вчера ей давал. Улыбаюсь. Ну я так и предполагал. Зато теперь её можно вычитывать как маленькую девочку. Да, я гораздо ебанутее, чем она думает и любой прокол для меня отличный повод повеселиться. Спускаюсь вниз, кидаю на журнальный столик перед диваном таблетки и усаживаюсь рядом. Она пишет, что ей они не помогут. -Это не отговорка. Врач бы тогда не посоветовал их! Мои слова будто проходят мимо. Наверное я не много правда заинтересован в том, чтобы эти чёртовы таблетки были выпиты, поскольку дело касается здоровья. Она прижимает к себе блокнот и ложиться на подушку, прикрывая глаза. Я ухожу к себе. Не просто так, а потому что заранее предугадал её действия. Громко хлопаю дверью и начинаю считать про себя. Наверное это ужасно играть на её нервах даже сейчас, но ведь это так интересно и она уже через считанные секунды стучит ко мне в дверь. Впускаю её. -Чего ты боишься? Я не понимаю. - Она обходит меня и садится на кровать. - Нет, мне же интересно. Ты весь день не отходила от меня держала в поле зрения. Это твоя паранойя? - Я хочу очередного прокола её души. Пытаюсь через темноту всмотреться в глаза. -Действительно. Кто-то вчера планировал подохнуть. - Она ели дописывает трясущими руками, под моим пристальным взглядом. - А я по твоему должна спокойно реагировать? -Ну, я же тебе никто, чтобы ты так волновалась и реагировала. - Завожу в тупик. - Или же всё наоборот? - Мой плохой тон состоящий из сарказма заставляет её быстро выскочить из комнаты. Я ели успеваю схватить её за локоть на ступеньках и прижать к себе. Тянуть не куда и ждать больше не могу. Целую резко, жарко. Она сразу же отвечает мне взаимно и наши языки встречаются, сплетаются. Её сухие губы вновь приобретают жизненный, манящий вкус. В этом поцелуе нет романтических чувств, мы будто доказываем друг другу свою животную страсть. Она закусывает мою губу, растворяясь улыбкой в этом поцелуе, я же закусываю её язык, чтобы не была такой уверенной. Мы отстраняемся друг от друга, пытаясь не задохнуться и захватить как можно больше воздуха в лёгкие. От вечера к вечеру. Жить от ночи до ночи, потому что только в такое время прекрасней заниматься сексом. Ещё эта постоянная темнота, которая влечёт и заставляет маленьких девочек сидеть дома. Дома со мной. Она хитренько улыбается и смотрит прямо в глаза. Её губы первые касаются моих, после она переходит на мою шею. Я зажимаю её волосы, таким образом прижимая к себе. Она нежными руками проводит по моим плечам и целует в щёку. Я улыбаюсь. Это так по детски, по её - целовать меня в щёку. Как штрих от маленькой девочки в таком диком сексе. Я ощущаю требовательные и болезненные поцелуи у себя на шее. Милая увлеклась, но как человек приветствующий такую боль я издаю тихий стон. Она так и не научилась первая стягивать с меня одежду, поэтому снова беру всё в свои руки и быстрыми движениями раздеваю нас. Одной рукой поддерживаю её голову за подбородок, а другой провожу ладонью по её спине, заставляя тело покрыться волной мурашек. Снова целую в перерывах мерзко улыбаясь и подхватывая это увлечённое настроение. Толкаю её на чёрный кожаный диван. Какой же секс! Её глаза даже в этой темноте сверкнули блеском, а ручки потянулись ко мне. Я сверху нависаю над ней, покусывая кожу на ключицах. Губы пропускают тяжёлые вздохи, а её тело полностью подчиняется мне. Я раздвигаю ей ноги и быстро целую несколько раз в губы, покусывая их и слегка оттягивая. -Ты помнишь наш последний секс? - Я тихо, хрипло шепчу ей на ушко. - Мы меняемся ролями, кошечка. - Она всё поняла. Я мучительно медленно вхожу, а ведь это намного хуже, чем когда привыкаешь к постоянной боли. Она изгибается и прикусывает губы, с нереальной силой притягивая меня к себе. Я плавно делаю каждое движение, руками накаляю обстановку. Холодными пальцами провожу он её пупка до шеи, тело отзывается. Она находит мои губы и мы сплетаемся в поцелуе. Он очень нежный, отличающийся от прежних. Такого ещё не было. Её руки скользят по моей спине, чередуясь с ногтями. Приветствую такую боль, кто-то стал настоящей кошечкой. Я делаю толчок во всю длину и на несколько секунд замираю в ней чтобы придать шок её телу. Она сжимает моё запястье и тяжело дышит. Я закусываю мочку её уха и тихонько шепчу грязные словечки не меняя своего темпа. Беру её ручки и свожу их вверху над головой, крепко зажимая, чтобы она как я тогда не прикасалась ко мне. Закрываю глаза и вновь двигаюсь плавно, вдыхая аромат её тела и касаясь руками нежной кожи. Она содрогается от каждого моего прикосновения и толчка. Убираю руку от её запястий и меня заполняют её тёплые ладони, которые касаются моих плеч, шеи, торса. Затем от нежности ничего не остаётся, когда её ручки доходят до моей спины. Снова та приятная боль, она слишком свободно начинает дышать и улыбаться во всю, целуя меня в шею. В глазках играют чёртики, а на моих губах кривая улыбка. Твоё удовольствие заканчивается. Я со стоном выхожу из неё и тяну за волосы её к себе, чтобы поцеловать. Она растерянно смотрит и пытается отдышаться, приводя дрожь своего тела в норму. Вот.. Я так же себя тогда чувствовал. Она понимает за что такое наказание, поэтому отводит взгляд в сторону. Я накидываю халат и иду наверх на балкон, попутно захватывая из шкафа бутылку Bacardi и бокал. Да, сегодня я не буду тем одержимым, что пьёт это дерьмо прямо с горла. Надо не много тормозить. Снова закуриваю и вдыхаю свежий воздух вместе с никотином, затем открываю бутылку и наливаю коричневую жидкость в бокал. Глоток и ещё несколько, вскоре горло получает обжигающий вкус, смешанный с никотином. Смотрю в небо, стеной стоит ливень, молнии и гром уже угасли. От таких сочетаний спасает ветер и дышать становится проще. Но это не на долго, потому что я снова начал анализировать всё происходящее за предыдущие дни. Винить себя сразу во всех грехах, но потом придумывать на них оправдание и вновь возвращаться к прежнем мыслям. Я возможно полный кретин только в любовных чувствах, таких вот как та девочка в гостиной, но что касается реальной жизни - нет. Нужно делать всё взаимно, как к тебе относятся люди, так и ты должен к ним относится. Потому что людям по 40 лет, а они не умеют работать, только плетут интриги и нанимают подобных себе уродов. Будто их жизнь не жизнь вовсе, а какой-то боевик и они главные актёры криминала. Это вот действительно глупо, что из-за таких подонков умирают маленькие девочки и подвергаются опасности ещё живые. Нет, это не глупо, а страшно, больно и не справедливо. После всей такой жизни в реальности, где ты пытался из-за воспитания сдерживаться, казаться спокойным, добрым и воспитываются эти плохие фантазии в голове, которые воспроизводишь потом в реальности и те, кто послабее думают, что по жизни ты жестокий ублюдок. Но признаться, что я такой только в любви - не могу, поскольку тут тоже есть свои нюансы и любовь мне попадалась шлюховатой. Я докурил сигарету, разговаривая молча с самим собой и теперь мне снова паршиво. Допиваю второй бокал и пытаюсь быстрее принять головокружение от ядерной смеси алкоголя с никотином. Наливаю ещё не много и ухожу. Молнии снова начали бить, подыгрывая моим мыслям. Я в слепую спускаюсь по ступенькам, ибо вообще ничего не видно, открываю одно окно и иду через коридор к гостиной. Останавливаюсь возле того дивана, пробегаю глазами вокруг, но зря всё, ничего не видно и плюс потихоньку всё начинает сливаться. -Кошечка - Проговариваю тихо. - Моя - Договариваю я и делаю несколько шагов вперёд натыкаясь на что-то, похоже на стол. - Где ты? Подойди ко мне. - Я замираю, пытаясь найти её по дыханию, но что-то мне подсказывает, что она обо всём догадалась и теперь просто боится быть сейчас со мной. Это ещё лучше. - Я сам тебя найду, не прячься. - Иду вперёд к книжному шкафу с креслами, она скорее всего там. Можно прятаться в темноте, да где угодно, но от меня не получится. Она здесь. Я присаживаюсь на пустое кресло и театрально вздыхаю, наблюдая, за её движениями. Она прижав колени к себе опускает голову вниз. - Подойди ко мне сама, без моей помощи. - Молния бьёт в окно и освещает её грустные глаза. Она встаёт и отрицательно машет головой, осматриваясь во круг, проверяя стол и диван, наверное ищет блокнот. Я останавливаю её и резко тяну к себе, усаживая на колени. Она кривится и выдёргивает руку, прижимая её к себе. - А вот если бы сразу послушалась, то больно не было бы. Я протягиваю ей бокал и настойчиво заставляю выпить. Она слушается и перерывами старается опустошить жгучую жидкость до дна. Я самодовольно улыбаюсь, убираю бокал в сторону и тяну её к своим губам. Холодные губы, манящие вкусом алкоголя не поддавались на мой поцелуй. Я обиженно отталкиваю её, она выходит из гостиной, но не так быстро, девочка! Иду за ней, закрываю дверь на замок, а ключ вытаскиваю, затем обгоняю её и забираю со шкафа те ключи, пока она не видит, которые были спрятаны от меня. Смешная. Поднимаюсь наверх так же само закрываю ванную комнату и свою. Потом как ни в чём ни бывало спускаюсь вниз, беру стул из коридора и усаживаюсь около окна наблюдая за началом нашей игры. Она сперва не обращая на меня внимание поднялась наверх, оттуда доносились звуки шумящих дверных ручек, затем она возвращается обратно. Её рубашка слегла касается тела, она старательно пытаясь прикрыться подходит ко мне. Несколько секунд злобного взгляда сверху вниз и эта девочка убегает в коридор, затем выходит со стулом, ставит его рядом и садится напротив меня. Всё бы ничего, если бы она опять не делала зеркало меня! Я ненавижу это дерьмо и жаль, что я однажды перед ней прокололся, теперь ведь в самую точку всегда бить будет. Я не знаю сколько минут продолжалась эта битва глазами, но мы не отводили взора от друг друга ни на секунду. Даже сквозь всю эту темноту мне видно её глаза. Взгляды сменялись только морганиями. На её лице нет никаких эмоций, только синяки под глазами выдавали всю грусть. Она сейчас ненавидит меня, а я хочу её. -Ты никуда не уйдёшь. Здесь только коридор и пустой второй этаж. Двери везде закрыты. - Я проговариваю каждое слово так же всматриваясь в её глаза. - Ты можешь выбрать меня, а можешь конечно убежать к себе домой. - Моя хитрая улыбка и пьяные мысли наталкивают обидные слова. - Там ты будешь не в безопасности, но зато в одиночестве и призрак твоей подружки тебя утешит. - Я победно прикрываю глаза. Её стул резко отлетает в сторону, она бежит к шкафу и рукой проводит по верху, в надежде на ключи, а затем с озадаченным взглядом и слезами смотрит на меня. -Ничего не нашла да? - Мне на секунду стало её жаль. Она ничего не сможет мне сказать, попросить и написать, это наверное как петля на шею, которая душит, когда не можешь донести свою мысль человеку. Я подхожу к ней в плотную, она не смотрит мне в глаза, а смотрит в пол и упирается спиной в угол. Я поднимаю её голову за подбородок и слегка касаюсь щеки, затем прикусываю её губу. Она уворачивается и что странно не отталкивает, а закрывает лицо руками и прижимается к моей груди. Это как принять свои страхи, спокойно жить и дружить с ними. Она по большому счёту всегда возвращается и идёт к самому большому обителю зла всей её жизни. Как так возможно? Под маленьким и хрупким характером иногда скрывается жёсткий стержень и волевые нервы. Она отстраняется от меня, смотрит в сторону, всхлипывает и вытирая глаза вздыхает, медленно расстёгивая первые пуговицы на рубашке. На её лице дикая усталость, будто бы собирается на ненавистную работу. Я задерживаю её руки и веду наверх. Мне почему-то стало тяжело, потому что мой дьявол кажется заснул в глубине души, напившись и оставив меня наедине с мыслью о том какое я паршивое дерьмо творю. Открываю комнату от которой уже тошнит, как и от стен этого чёртового дома. Тяну её за собой, застёгиваю рубашку и надеваю на себя одежду. День закончен. Она подходит к двери и показывает на замок. -Нет, я не дам тебе сейчас ключи. - Укладываю её в кровать и укрываю пледом. - Я просто выпил не много, мне плохо было, ты знаешь. Извини за нелепую фразу про неё. - Я пошатываясь обхожу кровать и тоже укладываюсь, просовывая холодные руки к её телу, притягивая к себе. - Мне жаль за всё в этот период жизни. За всех, кто ушёл, умер. За тебя, потому что мне страшно и странно принять тот факт, что такое психическое расстройство существует и ты не можешь разговаривать.. Ну, знаешь, это как сломалась твоя любимая игрушка. Только ты живая. - О, чёрт! Мне надо скорее проваливаться в проклятый сон, потому что голова опять разрешает мыслям взять верх и я их говорю блять! Притягиваю её за спину к себе и она прижимает ладонями мою холодную руку. Наверное я злился, злюсь и буду злиться потому, что говорил ей эти пустые намёки о любви, даже в шутку, а она так маскируется, что моментами не понятны её чувства и получается, что я так ничего и не узнаю.