Другой взгляд

Гарри скидывал вещи в безразмерную сумку. Рикки старательно уносил мебель, а Луна Лавгуд сидела на стуле около стола и старательно делала домашнее задание на каникулы. Начались рождественские каникулы – время, когда все студенты уезжают из Хогвартса, за исключением разве тех, кому уезжать некуда. Гарри Поттеру совершенно определённо было куда уезжать – Филипп уже прислал ему письмо, к которому приложил график занятий на каникулы, так что Гарри совершенно точно уяснил: Хогвартс – это каникулы, а каникулы – учёба. Тренировки были распланированы по восемь часов в сутки, так, что Поттеру точно не останется время на отдых. Гарри поджав губы, прочёл письмо и бросил короткий взгляд на Луну: – Кажется, у меня не будет время на отдых… – Тренировки? – сразу же поняла девочка. – Но ты же вернёшься в Хогвартс? – обеспокоенно спросила она. – Хогвартс? Безусловно, Луна, – удивился такому вопросу Гарри. – С чего бы такие вопросы? Впрочем… – он припомнил отношение к нему. Дело в том, что два месяца назад Гарри все обвинили в том, что он зачаровал кошку Филча, Миссис Норрис. Гарри тогда ещё больше закрылся от окружающих, прекратив общаться со своими однокурсниками. Разве что только Гермиона не спешила с выводами, что радовало Гарри. А Рон разочаровал. После нападения на кошку, в начале декабря, по школе пронеслась ещё одна тревожная новость – в лазарет попал Колин Криви. Мальчик, часто раздражавший Гарри Поттера, просящий автографы и снимающий Гарри всё время. Ни у кого не появилось даже тени сомнения, что Гарри избавился от надоевшего ему поклонника. Вечером, войдя в гостиную, Гарри встретил шушукающихся студентов, которые бросали на него неприязненные взгляды. Гарри только что навестил своего поклонника в лазарете, и уже решил разобраться в произошедшем, не обращая внимания на то, что все задавались вопросом, почему Поттер до сих пор не в Азкабане. Гарри прошёл под неприязненными взглядами в сторону спальни, как дорогу ему перегородил Рональд Уизли. – Что, совсем обнаглел, Поттер? Вздумал, что можешь просто так нападать на учеников!? И куда только смотрит Дамблдор! Гарри бросил на бывшего друга неприязненный взгляд, но молча, пытаясь не разозлиться, прошёл мимо Уизли. Рон однако, был настроен решительно – видимо перепутал попытку других учеников вернуть его на место и ободрение. – Рон, я ни на кого не нападал, – сказал Гарри сквозь зубы, – ты верно думаешь, что я шляюсь по Хогвартсу и ищу себе жертв? – Точно! – рыжий бесцеремонно ткнул пальцем в Гарри. – За что ты так с Колином, он всего-то просил у тебя автограф! Ты так хочешь привлечь к себе внимание! – Я ни на кого не нападал, – завёлся Поттер, – и у меня нет настроения слушать твои бредни. Рон, разозлившись на Поттера, потянулся к нему и толкнул, явно провоцируя на драку. Гарри, не поверив, что Рон нарывается на рукоприкладство, отошёл на шаг, и сказал: – Лучше не пробуй, Уизли. Рон, раззадоренный таким заявлением, ринулся на Поттера с кулаком. Конечно, по мнению Гарри, он двигался как черепаха, поэтому на полпути Гарри нанёс стремительный удар в нос Рону, от которого Уизли упал на спину и схватился за нос. Из под пальцев потекла кровь. Остальные гриффиндорцы наблюдали за ними разинув рты. Уизли злобно зыркнул на Поттера, а Гарри, развернувшись, быстрым шагом покинул гостиную, направившись в тот кабинет, который он оборудовал для себя. Всё же лишний раз лучше не злить рыжего своим присутствием. Гарри всю дорогу не мог избавиться от мыслей, сколь же надо быть глупым, что бы поверить в то, что набившийся к нему в друзья Уизли действительно будет ему другом. Настоящим другом. Вот Луна его друг, они сами выбрали друг друга, а не навязывались. Гарри, расстроенный происшествием, влетел в комнату, и к своему удивлению обнаружил там Луну Лавгуд, которая лежала на кровати и читала учебник по трансфигурации. – Луна? – спросил Гарри. Девочка подняла на Гарри удивлённый взгляд: – Гарри? Что-то случилось? – Случилось, – буркнул Поттер и, скинув мантию на тумбу, и туфли, повалился на кровать рядом с Луной. Девушка захлопнула книгу, и испытующе посмотрела на подростка, который разлёгся в паре дюймов от неё. – Гарри, ты должен мне всё рассказать, – бескомпромиссно заявила Лавгуд, – у тебя мозгошмыги завелись! – Завелись. Я подрался с Уизли, – ответил подросток. – Подрался? – Луна нахмурилась, от чего стала выглядеть ещё более удивлённо. – Дал ему в нос, – ответил неохотно Гарри. – Ах, вот оно что, – Луна начала поглаживать Гарри по голове, говоря, – но тебя же считают виновным во всём произошедшем, разве нет? – Считают, – Гарри начал успокаиваться от прикосновения рук Луны, – но я не могу поверить, что Рон поверил в эти бредни! Гермиона же не поверила. – Гермиона – твой друг, логично, что она тебе доверяет, – пожала плечами Луна, – а Уизли? Друг? – Не знаю. Скорее нет, – опять пригорюнился подросток, – я сегодня не вернусь в гостиную. Не хватало еще, что бы МакГонагалл меня на отработки забрала. – Ты будешь здесь? – опять удивилась Луна. – Но здесь я. – Что? – не понял Гарри. – А… – тут только Гарри заметил, что лежит на кровати, рядом с ногами Луны, а она гладит его по волосам. Но что важнее – девушка была в жёлтой пижаме, и улыбалась Поттеру. – Ты ночуешь здесь? – удивился Гарри. Луна кивнула и продолжила поглаживать Гарри по волосам. – Знаешь, это успокаивает, – показала она глазами на свои руки. Гарри покраснел, закрыв глаза, но это не помогло, поэтому он так и лежал, а Луна, разобравшись, что произошло, решила поделиться своим пофигизмом с Гарри: – Не обращай внимания. Если Рон не был твоим другом, то так даже лучше, что ты узнал сейчас, а не тогда, когда от этого бы что-то зависело. В общем, всё хорошо. – Но Рон! – Гарри открыл глаза. – Я не думал, что он не поверит! Он даже обвинил меня в том, что я привлекаю к себе внимание! – У тебя есть Гермиона. Есть Невилл, да и Диггори по-моему к тебе хорошо относится после Хэллоуина! – А ты? – спросил Гарри, хотя сам не мог бы сказать, что хотел этим выразить. – Я? Это даже не обсуждается, Гарри, я с тобой! – нахмурилась девушка. Луна не хотела говорить об этом, в основном потому, что сама ещё не определилась, как относиться к Гарри, который стал для неё очень близок, хотя не так, как друзья... Гарри же хотел знать ответ на этот вопрос, но к сего стыду, сам не мог бы ответить что-то внятное про отношение к Луне. Второй этап войн между Поттером и Луной был за кровать – Гарри решился и позвал домовика, хотя Луна, в силу своего необычного восприятия реальности, не понимала, почему Гарри не хочет спать на своей кровати – места, на ней хватило бы, что бы улёгся целый факультет. По крайней мере, один курс точно. – Но я не могу! – противился Поттер. – Почему? – Это неправильно! – Почему? – Потому что... потому что неправильно, – надулся Гарри. Луна не понимала, почему Гарри упирается, ведь он же спал в одной комнате с тремя друзьями. – Ты… ты не хочешь спать рядом со мной? – девушка применила самое страшное оружие – слёзы. Гарри, увидев в широко распахнутых голубых глазах девушки обиду, не смог больше сопротивляться: – Нет, что ты, как ты можешь так говорить! – наигранно возмутился он. – Просто ты… девочка, да? А я – мальчик… – начал пояснять Гарри. Луна широко распахнула глаза: – Я об этом читала, – она склонила голову в сторону, и улыбнувшись краями губ, продолжила, – но ты же не собираешься меня… со мной… – она провела рукой по своему бедру, от чего Поттер, поняв, на что намекала девушка, тут же покраснел до корней волос: – Конечно же нет! Как ты могла такое подумать! – он нахмурился, оставаясь красным, как рак. – Пусть будет, как ты хочешь. Луна улыбнулась своей победе, и первой залезла под одеяло. Гарри примостился с другой стороны кровати, и подростки заснули… Наутро Гарри уже и думать забыл про Уизли, потому что когда проснулся, обнаружил, что лежит головой где-то на ногах Луны. Девочка же, свернувшись калачиком, сладко спала. Гарри было тепло и уютно, так что он не стал сразу вставать, но по обыкновению своему, покраснел, от того, что Луна дёрнулась под его головой и ещё более сладко заснула. Поттер поднялся с кровати, разбудив этим девушку. Луна проснулась и потянулась, что Гарри нашёл чрезвычайно милым, ещё более внимательно глядя на Луну. Девушка же, открыв глаза, посмотрела на Поттера. Через несколько секунд обмена взглядами, она улыбнулась и спросила: – Понравилось? Гарри не ответил, только отвёл взгляд и покраснел ещё больше. Лавгуд, улыбнувшись ещё больше, отметила маленькую победу над мозгошмыгами Гарри и, поднявшись, начала переодеваться, но в этот раз Гарри вышел превентивно, не став упрекать Луну в безнравственности. Через час подростки уже как ни в чём не бывало, шли в направлении большого зала, на завтрак, и Гарри даже забыл про происшествие с Уизли.

***

Гарри закинул в сумку последние книги и тяжёлый, даже для него, почти в центнер весом, тренажёр – большую гранитную чашу. – Вот и всё, – Поттер оглядел ставший снова большим и просторным зал, с которым у него были связаны приятные воспоминания. – Не всё! – возмутилась Луна, так же, собиравшая свои вещи. – Мы же вернёмся сюда совсем скоро. – Боюсь, придётся подыскать более подходящее место, – покачал головой Гарри. – Из-за этих нападений у меня сердце в пятки уходит, когда я думаю, что ты петляешь по замку одна, – Поттер говорил честно, не думая о каких-либо эмоциях, однако с точки зрения Лавгуд, Гарри выказал ей более чем простую заботу. Девушка ослепительно улыбнулась Поттеру. Гарри, оставив уборку мебели на эльфа, проверил свои вещи и пошёл к выходу следом за Луной. Подростки вышли по коридорам Хогвартса к парадному выходу замка. Дамблдор уже встречал их, вернее всех студентов, но Гарри готов был поспорить, что он неожиданно решил проводить студентов именно из-за него. Рядом с высокой фигурой директора как вечная спутница стояла МакГонагалл. Гарри старательно избегал своего декана, однако баллы, которые он зарабатывал для факультета, вне всякого сомнения, перевели их отношения в холодную войну. Минерва высматривала среди студентов кого-то, понятно кого. Директор был не столь прямолинеен и смотрел на всех уходящих с улыбкой. С ним прощались, желали хорошего рождества и он желал того же в ответ и просто приветливо кивал студентам. Наконец Поттер и Лавгуд поравнялись с директором. Деканша грифиндора тут же незаметно толкнув Дамблдора, спросила: – Мистер Поттер, а куда вы собрались? – Как куда? На каникулы, профессор, – посмотрел ей прямо в глаза Поттер. Тут встрял директор: – Минни, не будь так строга к Гарри. Надеюсь, у тебя всё будет хорошо. И всё же я настаиваю на том, что бы наложить лучшие защитные чары на твой дом, Гарри… – улыбнулся директор. – В этом нет необходимости, директор, – склонил голову Поттер, – мой дом защищён немногим хуже Хогвартса. – Но мы же волнуемся за тебя. Вдруг на тебя нападут, когда тебя не будет дома! Я не могу оставить это так… – Гарри не поверил ни единому слову директора, но ответил первое, что пришло на ум: – Но ведь до прошлого года вы не трудились обеспечивать мою безопасность, директор. Что-то вдруг изменилось? МакГонагалл бросила полный упрёка взгляд на директора, но Дамблдор проигнорировал его и продолжил в том же духе: – Люди побаиваются тебя, Гарри. Ну, ты понимаешь, о чём я. Я бы не ручался за то, что найдутся те, кто решит, что за нападениями стоял ты. Гарри этот аргумент показался железным, однако он не сдавался: – Многие уже считают так. Зачем мешать людям заблуждаться? Не беспокойтесь, мне точно не причинят вреда. – Как знаешь, как знаешь… – Дамблдор покачал головой, так, что Гарри дал бы ему «Оскар» за лучшую роль, столь убедительно старик играл. МакГонагалл тоже не верила ни единому слову директора, и понимала, что Дамблдору позарез нужно выяснить, где прячется мальчик-который-выжил и приставить к нему наблюдение. Весьма сомнительно, что для его охраны, но всё же наблюдение. Гарри, устав от разговора, поторопил директора: – Вы ещё что-то хотели сказать? – О, только пожелать тебе счастливого рождества, Гарри, – улыбнулся фальшивой улыбкой директор и проводил взглядом уходящего мальчика-который-выжил. * * * * * * * * * 07.01.1993. * * * * * * * * * Гарри Поттер проснулся рано, как и обычно, когда у него «каникулы». Филипп, отметивший с учеником новый год, не будил его, но сознание само подняло Поттера и заставило пойти в душ. Потратив некоторое время на умывание, Поттер привёл себя в относительный порядок и пошёл по коридору вниз. Вниз, по большим ступенькам лестницы из полированного дуба. На полпути он оглядел с высоты свой дом – диван был сдвинут к стене, чтобы не мешал тренировкам, а вернее спаррингам. Филипп сидел на диване и листал журнал, явно порнографического характера, судя по обилию обнажённых женщин на страницах. Поттер, привыкший к закидонам своего учителя, только поприветствовал его: – С рождеством, Филипп. – А, ты уже проснулся? – оглянулся наставник. – Тогда и тебя с рождеством. Ну что, марш-бросок на десять километров для разминки? – улыбнулся Филипп. Гарри морально приготовился к пробежке, но напрасно – Филипп улыбнулся и продолжил. – Спокойно, мой юный ученик, обойдёмся сегодня без пробежек. Продолжим закрепление материала, но сначала подарки. – Хорошо, наставник, – смиренно ответил Поттер и приготовился к приятному. Правда, Филипп его удивил тем, что встал, кинул в огонь камина журнал, который тут же загорелся, и вышел из комнаты. Гарри, подумав, что Филипп куда-то ушёл, пожал плечами и подошёл к ёлке, стоящей у камина. Под ёлкой лежали коробки, которые прислали ему его друзья. Гарри в первую очередь открыл его и обнаружил внутри пару шоколадок вместе с запиской и ещё одной коробочкой. Прочитав дежурную записку с поздравлениями, Поттер открыл следующий подарок. От Гермионы. В отличие от Уизли, Гермиона поддерживала с Гарри хоть какой-то контакт и не считала, что за нападениями стоит он. Под обёрткой была, конечно же, книга. Ещё угощение прислал Дамблдор, помимо шоколадок и карамелей, пачку своих любимых лимонных долек. Гарри закатил глаза и решил, что оставит их на всякий случай. Вдруг понадобится… Филипп между тем вышел на кухню и посмотрел на часы. Когда они показывали без десяти секунд семь, он открыл резким движением шкаф для посуды и извлёк из него картонную коробку. В коробке была одежда, которую он с большим трудом достал в магловском Лондоне. Правда, не с таким трудом, как костюм женщины-кошки для своей… ну, это к делу не относится. Филипп извлёк розовое, воздушное, местами просвечивающее платье из коробки, и расстелил его на столе. Следом достал упаковку с белыми колготками и большой бантик. Ровно в семь-ноль-ноль посреди кухни с треском появилась процессия из домового эльфа и Луны Лавгуд. Филипп, опытным глазом оценил подругу своего подопечного — довольно миловидная девочка, блондинка, с глазами немного навыкате, от чего лицо казалось удивлённым. Впрочем, оно и было удивлённым – девочка осматривала кухню, посреди которой она появилась. Луна заметила высокого статного мужчину, явно неанглийской наружности, который с любопытством разглядывал её. Лавгуд встала перед ним и спросила: – А вы – Филипп? – Он самый. Значит, ты и есть загадочная девушка моего воспитанника… – прищурился Филипп. Из писем Гарри он между строк прочитал, что Поттер явно неравнодушен к девочке. Правда, до последнего гадал, что это за девочка, которая умудрилась за несколько месяцев сдружиться с Гарри – подросток не казался Филиппу эталоном доверчивости, да что уж там, Гарри был готов проверять на вшивость любого, кто его окружал. Филипп пристально следил за реакцией Луны на такое заявление, что бы прочесть её намерения. Луна нахмурилась, но потом, решив что-то, ответила в том же ключе: – А вы, значит, таинственный учитель моего друга… Филипп рассмеялся на такое заявление. Луна непонимающе уставилась на расстеленную на столе одежду. – Что это? – Костюм. Гарри просил меня потренировать и тебя… что я могу на это сказать? Если ты согласишься соблюдать секретность, то это вполне возможно. – Соглашусь, – кивнула Луна, но зачем это здесь? – она указала пальцем на одежду. – Я хотел сделать для Гарри подарок на рождество. Ну, а ты как раз самая подходящая кандидатура. – Простите, я правильно вас поняла… – Луна говорила медленно, словно с душевнобольным, — вы хотите подарить Гарри… меня? – она уставилась прямо в глаза Филиппу. – Совершенно верно, Луна, совершенно верно. Тебя, если ты не против, конечно, побыть подарком для Гарри… он так скучал по тебе в последние дни… Луна, оглядев наряд, который ей предлагал Филипп, веско заметила: – И это ещё меня считают ненормальной… мне что, надо это одеть? – Конечно. Ты конечно красива, спору нет, но подарок должен быть в упаковке. – В розовом почти прозрачном платье? – подняла брови Луна. – Точно. – Ну... если для Гарри… – девушка порозовела и начала стягивать с себя платье. Филипп уставился на неё как на восьмое чудо света. Когда девочка избавилась от платья, и осталась только в трусиках, Филипп спросил: – А что, у вас в Англии все девочки без комплексов? – Без чего? – не поняла Луна. – Ты что, не стесняешься? – поднял бровь Филипп. Голый торс будущей ученицы мог его заинтересовать разве только с точки зрения оценки фронта работ по тренировкам, но всё же встреченные им англичанки были так же закомплексованы, как и многие девушки в СССР, пожалуй, даже больше. Так что в профессиональном МГБшнике проснулось любопытство при наблюдении феномена. – Стесняюсь чего? – Луна перевела взгляд на свою грудь, вернее на то место, где она будет через год-другой. Провела по талии руками, и заключила. – Не толстая. Чего стесняться? – Нда… а то, что я тут стою… – Филипп тяжко вздохнул. Луна же распахнула удивлённо глаза и прикрыла грудь, вернее то место, где она будет, рукой, а другой ткнула в Филиппа: – Так вы педофил! – Луна попятилась от Филиппа подальше. Не ожидавший такого обвинения мужчина, опешил на секунду, но возмущённо ответил: – Ты что такое говоришь! Какой я тебе к чёрту педофил! – Но если вы не педофил… – не поняла Луна, – то почему я должна вас стесняться? – Забей, девочка, просто забудь. Хотя обычно девочки стесняются всего, что противоположного пола... – Филипп почесал мочку уха и продолжил другим тоном: – Так, ты ещё не оделась? Бегом, блин, одеваться! – Есть! – Лавгуд быстро натянула белые колготки и розовое, местами прозрачное платьице, после чего надела туфли и Филипп, довольный видом своего подарка, сказал, вытягивая из коробки ленту: – Замечательно, просто восхитительно. Ещё перевяжем ленточкой, и будет вообще шик! Кстати, ты поживёшь у нас недельку. С твоим отцом я уже договорился, – бросил Филипп. – Вы знакомы с папой? – удивилась Луна. – С Ксенофилиусом? Да, знакомы. Хороший мужик, правда, только после первых ста грамм… – Ста грамм чего? – не поняла Луна. – Не важно. Ладно… – наставник развернулся и повязал на шею Луне алый бант. Девочка выглядела настолько мило, что растопила бы любое сердце, только не Филиппа, который в силу своей любвеобильности не замечал таких деталей – раз ухватиться не за что, значит и внимания обращать незачем. Луна переступила с ноги на ногу и подёргала бант, который ей завязал Филипп. Сам же наставник снял чары заглушающие звук и, подталкивая девушку в нужном направлении, повёл её в сторону гостиной. Гарри Поттер уже распаковал все подарки и листал книгу, которую ему прислала Гермиона, когда сзади его окликнул наставник: – Гарри! Мой подарок тебе на рождество! – Филипп широко улыбнулся. Луна тоже. Гарри обернулся и на несколько секунд потерял дар речи – Лавгуд, в розовом платье, сквозь которую просвечивал пупок девочки, с алым бантом на шее и в белых чулках стояла около дивана, на котором расселся Поттер. – Привет, Гарри! – улыбнулась девочка, но Гарри не заметил этого, всё ещё зачарованный красотой своей подруги. Всё-таки за прошедшие полгода гормональные изменения дают о себе знать, и Поттеру всё больше мерещится что-то сексуальное. Например, Луна… Девочка повисла на шее у Гарри, и пока тот был в состоянии шока, звонко чмокнула его в щёку, сказав: – С рождеством, Гарри! – Э… спасибо. Тебя тоже с рождеством, Луна, – всё ещё находясь в шоке, ответил он. Девочка отпрянула от Поттера, и Гарри подробнее рассмотрел свою подругу. Вопреки его ожиданиям, ему не померещилось, и платье действительно было местами прозрачное. Конечно же, это ещё скромно, но… Поттер густо покраснел, поняв, что уставился на свою подругу. Девочка, получая удовольствие от того, что она производит такой эффект, повернулась вокруг своей оси и сказала: – Я буду неделю жить у вас! – Офигеть, – только и сказал Поттер, – Филипп, ты что, решил и Луну потренировать? – Да, как видишь. – А этот наряд… – Гарри ткнул пальцем в девушку, – твоя идея? Готов поспорить, что твоя, – Гарри гневно уставился на своего наставника. Но Филипп узнал всё, что хотел, и не видел смысла отнекиваться: – Да, да, но тебе же понравилось, разве нет? Гарри хотел было сказать, назло наставнику, что нет, но это было бы ложью, к тому же обидело бы Луну. Так что Поттер промолчал. – Ладно, дети, я оставлю вас тут одних, а мне ещё надо кое-кого поздравить сегодня. Гарри, я возьму твою машину? – Спросил Филипп. – Конечно, бери, – отмахнулся Поттер, примерно представляя, кого он собрался поздравить. Если возьмёт «мини», то к деловым партнёрам, а если Феррари, то точно по бабам, и до самого утра его можно не ждать. Филипп ещё раз поздравил Поттера и Лавгуд с рождеством и, прихватив ключи от Феррари, вышел из дома. Гарри не знал, но если бы не Луна, Филипп подарил бы ему очень схожий подарок и даже нашёл подходящую кандидатуру в Лондоне. Судя по всему, найденной Филиппом девушке в это рождество не повезло…