Сборник драбблов к "Играм"

- Тоска-а-а... - уныло тянет Юлька, скривившись. - Только ты, мелкий, мог додуматься отмечать днюху в родительских пенатах. - Я обещал. Маме. Ты ж её знаешь... - Ну да, а сочинить удобоваримую отмазку тебе типа совесть не позволила? Я щас сдохну, такая толпень народу, а смысла ноль - скукота и старпёрство. - Тебя никто не держит. Бессмысленная попытка надавить на племяхину совесть естественным образом не увенчалась успехом, в виду полного отсутствия последней. В конце концов, могла бы и пожалеть именинника, не трепать нервы, мне вполне хватает и ледяного Короля с подобными не озвученными, но великолепно читающимися на кислой морде лица претензиями. Вот и что он изображает опять, а? Не, я давно уже смирился с его бзиком - в кругу семьи держать приличную дистанцию и делать вид, что мы с ним "всего лишь друзья", хотя каждая собака давно в курсе наших далеко не дружеских отношений. Но сегодня чудовище побило все рекорды, успешно притворяясь, что меня и вовсе нет в зоне видимости. Вон и сейчас - с увлечением о чем-то треплется с Пашкой, и мне даже прикидывать не надо, и так заметно, что расстояние между нами максимально возможное в данной комнате. Даже сейчас - в вечерней полутьме, когда все пьяны и всем глубоко на всех похрен. Юлька права. Тоска. Та вздохнула в тон моим мыслям. Поинтересовалась: - Любуешься? - Любуюсь, - не стал отрицать. - И ты полюбуйся. Ему с одновалентным Пашей интересней, чем со мной. Ну не сволочь ли? - Оу, голубки поцапались? - Юлька заинтересовано прищурила один глаз и поудобнее откинулась на спинку дивана. - Неужели у меня появился шанс? А то дурдом какой-то, даже ты отхватил такого классного парня, а мне на него только слюни пускать остается. Не порядок! Я смиренно пропустил мимо ушей это презрительное "даже" и насмешливо хмыкнул: - Никаких шансов, Юль. Его не интересуют девушки, ты забыла? Не забыла, конечно же. Такие, как она, никогда ничего не забывают. Зато успешно игнорируют. - Пф... Спорим? Что и требовалось доказать. Но вредная девчонка всё же оборзела до крайности. - Я не буду спорить на Королёва, - информирую холодно. - И на этом закончим. - Ой, да расслабься, - Юлька по-кошачьи потянулась и лениво растянула губы в ехидной улыбке, - не собираюсь я уводить у тебя твоё сокровище. А вот урвать поцелуй... - и мечтательно закатила глаза, явно в красках фантазируя на полную катушку. - Губенку закати, - раздраженно обрываю сеанс воображаемой порнографии. - Ничего у тебя не выйдет. - А вдруг? Спорим? На штуку. Рублей, разумеется, ты ж у нас не олигарх. - Легко! С одним условием - Ромку не подговаривать! Я уже достаточно взрослый и ученый, чтобы предположить подобный хитрый ход. Ну-ну. Пусть попробует. Забавно будет полюбоваться на расстроенную Юлькину рожу - надо же как-то развеять смертельную скуку. Безбашенная родственница вовсе не стала терять времени даром. Тут же подорвалась и, просочившись сквозь болтающую, мигрирующую и, местами, танцующую под негромкую музыку родню к окну, у которого залип Королёв в компании моего нудного братца, тут же утянула Ромку из комнаты вон. Наверняка соблазнила на тет-а-тет - перекур на веранде. А я, чуток выждав, прокрался следом - подсматривать и любоваться сквозь кухонное окно. Вовремя прокрался... Эти двое с чувством, увлеченно и самозабвенно целовались. Целовались!!! Чёртово двуличное чудовище и моя пронырливая племянница! И кому первому оборвать уши?! Нет, Королёву я, пожалуй, кое-что другое оборву. Например, язык. Иуда... Навешал мне лапши на уши, а сам! С девушкой!!! Вот и кто тут из нас теперь гей?! ...С днём рождения, Костя... Я как раз допивал третий бокал противно-приторного вина - ничего покрепче, к сожалению, не нашлось - когда сладкая парочка наконец вернулась. Юлька с гордой мордой лица продемонстрировала мне "викторию", а Королёв с невинной рожей прошлепал обратно на свой любимый подоконник. Ладно хоть Паши там уже не было, не будет путаться под ногами. Интересно, а кровавый мордобой удачно впишется в формат вечера? Или все-таки предложить сначала выйти? - И как это понимать, Рома? - полупустой бокал очень удобно ткнулся Королёву в грудь. Аккурат напротив сердца, если оно у него имеется, конечно! - Что? - недоуменно. И вжался подальше от меня - поближе к стеклу, как еще не выдавил его своей спиной. - Значит, шарахаться от меня, как от прокаженного, весь день и делать вид, что мы не то чтобы совсем не знакомы, но твоей чувствительной натуре и находиться-то рядом со мной противно - это нормально? Бегать от меня по всему дому - нормально? Или гордо сосаться при луне с Юлькой, а она, если ты не заметил - девушка! Это - нормально?! Или ты уже себе запасной плацдарм готовишь? А? Что? Наигрался?! Королёв вздохнул печально, словно он тут и ни при чем совсем: - Ты в курсе, что у тебя очень странное определение нормальности? - Не увиливай! - Остынь, Кот, - снисходительным тоном. - Мы с ней всего лишь поспорили. Я выиграл! Вот! - и гордо продемонстрировал мне зажатую в ладони фенечку - браслет из игральных кубиков. - Что это? - Выигрыш. Он небрежно пожал плечами. - Поспорили, значит? - Угу... Наивная она такая, мне сложно что ли разок её легонько поцеловать? Конечно, очень наивная! Ну, Юлька... Аккуратно ставлю на подоконник бокал и вытягиваю из Ромкиных рук дорогущий аксессуар. А что? Нормальная такая побрякушка за тысячу рублей. - Ты чего? - Ничего. Отдай. Носить буду. Как метку полного лоха. Королёв тихонько хрюкнул, и я тут же упреждающе ткнул в него пальцем: - Но это ничего не меняет! Пусть спор, фигня - вопрос. Но, блин, Рома! От тебя даже человеческого поздравления не дождешься! - Кот... - Всучил с утра подарок, чё-то буркнул себе под нос и ускакал! И скачешь весь день непонятно где-то там далеко! Тоже, скажешь, на спор?! - Ко-о-отя... - Что-о-о?! Я возмущенно уставился в насмешливые серые глаза, отчетливо понимая, что меня уже несет не на шутку, и хрен знает, как остановиться, а он только хмыкнул и, обхватив меня за шею рукой, дернул на себя, крепко прижимаясь губами к губам. Заткнул типа? Я, стиснув зубы, что-то возмущенно прошипел в Ромкин рот, и жесткое давление послушно смягчилось. Губы дотрагивались слабыми короткими касаниями, уговаривая, упрашивая - и как тут не сдаться? А он целовал бесконечно нежно, неторопливо, неспешно ласкал языком, легко прикусывал мгновенно ставшую чувствительной тонкую кожицу губ и тут же заглаживал, зализывал осторожными влажными движениями. Он целовал, а я таял и плавился. Послушный, пластичный, покорный под бережными ладонями, что не вцеплялись до боли, до бешеной страсти, а уверенно поддерживали. Хранили. Согревали. И только оторвавшись от безумно вкусных губ, я попытался вдохнуть горячий воздух, уткнувшись лицом Королёву в шею. - Я же говорила, что он бесится от твоей дурацкой политкорректности, - раздался рядом довольный девичий голосок. - Юля... уши оборву... Обязательно. Как только отдышусь и найду в себе силы оторваться от Ромкиного плеча. - Не трынди, - самодовольство в Юлькином голосе стремительно прогрессировало. - Ещё и спасибо скажешь за фотки устроенного тут вами шоу. - Привет, - теплый шёпот согрел ухо неприкрытой нежностью. - Попробуем с самого начала? С днём рождения...