Доверься сердцу

- Клянусь, – тихо шепчу я, слегка отрываясь от его губ. Никогда еще я не была так счастлива, как в этот момент. За моей спиной как будто выросла пара прекрасных ангельских крыльев. Лицо Эрика в этот момент почти невозможно описать словами. Он был одновременно удивлен, да что там, просто шокирован моей выходкой, но и безумно счастлив. Я никогда не видела в его прекрасных глазах такого яркого огня.       Я буквально спиной чувствовала, что зал сидит в полном ступоре, а особо впечатлительные дамы упали в обморок. Внезапно на меня обрушилось осознание того, что мы сейчас оба находимся в смертельной опасности. Я неохотно отпрянула от Эрика и посмотрела на Рауля. Он стоял в пятой ложе, не шевелясь и скорее всего не дыша. Его глаза как будто потускнели,и в них стояли горькие слезы предательства. Боже мой, я разбила ему сердце. Я прикусила губу, чтобы не расплакаться, а к горлу подкатил предательский ком. В его взгляде я читала одновременно ярость, злость, ненависть, презрение, а также грусть, тоску и печаль. Меня как будто окатили ведром ледяной воды, и я вздрогнула. Дальше все происходит, как в замедленной съемке. Читаю во взгляде виконта, что это он просто так не оставит. Вдруг я осознала, что не хочу, чтобы он разрушил мое счастье, буду бороться за свою любовь. Свой выбор я сделала, и пути назад нет. На секунду, что кажется мне вечностью, Рауль заглядывает в мои глаза и видит там непоколебимую решимость. Одним легким движением руки он приказывает жандармам действовать. Время возобновляет свой бег, и внезапно в моей голове выстраивается план действий. Я оборачиваюсь к Эрику, он непонимающе смотрит на меня. Но поймав мой взгляд, как будто все понимает. Я стремительно подлетаю к нему, достаю у него из-за пазухи кинжал и перерезаю трос, на котором держится огромная люстра. Она начинает приближаться к земле с огромной скоростью. Рядом с моей головой просвистела пуля, но мой Ангел Музыки спас меня, притянув к себе. Я улыбаюсь ему. А он, прижав меня к себе, внезапно спрыгнул в потайной люк, оказавшийся в центре искусственного костра. Последнее, что я слышу – это беспомощные крики людей. Упс, кажется, я устроила пожар. Все так же, не выпуская меня из рук, Призрак повел нас по темным сырым коридорам в свое подземное логово. Мы шли в полнейшем молчании, так как не знали, как начать разговор. На самом деле парадный вход в убежище Эрика был немного с другой стороны, этим он вряд ли часто пользовался, так как у подземного озера не оказалось гондолы, поэтому пришлось плыть. Мысленно я поблагодарила всех богов, которых знаю, за то, что умею плавать, ведь Эрику было бы, наверно, тяжело плыть за двоих. Я молилась, чтобы в этом озере не оказалось пиявок или других тварей. Ну вот, это испытание мы преодолели. Я вылезла из воды и поняла, что моя одежда промокла насквозь. Теперь полупрозрачная юбка прилипла к ногам и почти ничего не скрывала. Я мигом залилась румянцем. Я повернулась к Эрику, который уже вылез из воды и успел снять свой камзол, оставшись лишь в белой рубашке, распахнутой на груди. Заметив мой теперешний вид, он смущенно отвернулся. И на долю секунды мне показалось, что Призрак покраснел. - Эрик, а у тебя случайно нет во что переодеться? – неуверенно спросила я. - Ну… есть только подвенечное платье, - неожиданно хрипло ответил он. - Сойдет, принеси, пожалуйста, – попросила я. - Конечно, все для тебя. - Спасибо.       Он, ослепительно улыбнувшись, удалился в другой зал. Я осмотрела комнату: в ней не было ничего необычного, если не считать, что мы находимся в подвале. Посередине комнаты на возвышении стоял величественный рояль. На его крышке в хаотичном порядке, понятном только Эрику, лежали кипы нот и разнообразных либретто. Единственным освещением комнаты служило множество подсвечников, не понятно откуда взявшихся. Над роялем висело множество рисунков. Я подошла поближе и внезапно поняла, что это все были мои портреты с разных ракурсов, в разных позах и с разным выражением лица, в профиль, в анфас, даже в полный рост. И все они были написаны мастерски, словно их рисовал великий художник. Удивляюсь, что же Эрику не под силу? Я тупо стояла в ступоре и осматривала его творчество. Удивительно, что на всех картинах я была ангельски красива. Еще раз поражаюсь тому, какая же я все-таки идиотка, если не отвечала ему взаимностью и променяла на первого встречного виконта. - А, ты нашла рисунки… ну, и что скажешь? - внезапно прошелестел напряженный голос над моим ухом.       Я вздрогнула от неожиданности и, наконец-то, вышла из ступора. - Они потрясающи, ты настоящий мастер, - сказала я, всхлипнув.       Внезапно для нас обоих я расплакалась, как маленький ребенок. Заботливые руки Эрика сразу же притянули меня к себе и стали нежно поглаживать по спине. Через судорожные всхлипы иногда слышалось мое прерывистое бормотание: « Эрик… прости меня… я была такой дурой… бесчувственной сволочью… я так перед тобой виновата… так виновата… как же я… сразу не поняла, что люблю тебя… не смогу без тебя… прости меня»       Эрика как громом поразило, но он продолжал меня успокаивать, шепча слова любви, нежно целуя мои волосы, щеки, смывая соленые дорожки слез. Я довольно быстро успокоилась и стыдливо опустила голову, пряча глаза. Внезапно Эрик приподнял мою голову за подбородок и нежно улыбнулся, посмотрев в мои глаза. На душе стало немного легче. - Теперь послушай меня, – сказал он. - Тебе прекрасно известны мои чувства к тебе, и они неизменны. Сегодня ты сделала меня самым счастливым человеком на свете. Ты озаряешь мой мир одним лишь присутствием. Я и мечтать не смел, что ты когда-нибудь ответишь мне взаимностью. Во время нашего дуэта я гадал: играешь ли ты свою роль или правда выражаешь свои чувства ко мне. Знаешь, первый вариант тогда казался мне правдоподобнее, но все же я решил совершить отчаянный поступок - открыто признаться тебе в любви. Я ни на что не надеялся, потому что думал, что безразличен тебе. Я совершил этот поступок, потому что жалел бы всю жизнь, если бы не решился. А ты поцеловала меня. В этот момент для меня рухнул мой привычный темный мир, ты впустила в него свет. Мне не за что на тебя сердиться. Я люблю тебя.       Я слушала его с замиранием сердца. Его голос и дурманящий запах чуть не свели меня с ума. По моему телу разлилась абсолютная нежность к Призраку. - Ох, Эрик, я тоже люблю тебя, только поняла это почему-то только сейчас, – тихо ответила я.       Теперь уже он притянул меня к себе и поцеловал, не так, как в первый раз, а более ласково, нежно, вкладывая в поцелуй всю свою любовь. Мы неохотно оторвались друг от друга, когда закончился воздух. Эрик осмотрел меня взглядом внимательных глаз. - Тебе нужно переодеться в сухую одежду, а то заболеешь и не сможешь петь, – строго заметил он.       Не обращая внимания на мои протестующие крики, он легко подхватил меня на руки и отнес в комнату, где на кровати лежало прекрасное белое подвенечное платье и белые туфельки на небольшом каблучке. Торопливо погладив меня по щеке, Эрик удалился. Я с удовольствием скинула с себя мокрое холодное платье и переоделась в сухое. Платье сидело, как влитое. Оказывается, Эрик еще и прекрасный портной. И почему меня это не удивляет? Я торопливо вернулась в зал с роялем. Там меня уже ждал Эрик. Он осмотрел меня восхищенным взглядом и одарил ослепительной улыбкой. Казалось, он впал в ступор, поэтому я подошла к нему и пощелкала пальцами перед его носом. Он вздрогнул и, словно очнулся. Я поднялась на носочках, чтобы поцеловать его. Он тоже подался вперед. Наши губы почти встретились, но неожиданно… - А ну отойди от нее, жалкое чудовище, – взревел чей-то голос.       Я обернулась и обомлела от ужаса. У самой кромки воды стоял разъяренный Рауль. В его глазах читалось чистое безумие и ярость. Его одежда промокла насквозь, и вода тоненькими струйками стекала с тела. А в руках он держал кольт, направленный на Эрика.