Доверься сердцу

На следующее утро я проснулась совершенно измотанной и усталой, будто вообще не спала. Всю ночь меня мучали какие-то мимолетные и неясные кошмары, но слишком хорошо врезающиеся в мою память. Не знаю, сколько раз я просыпалась за эту ночь в холодном поту, наверно сейчас у меня еще тот видок, но на данный момент это волновало меня меньше всего. Я неторопливо поднялась с дивана, разминая затекшую спину и потирая виски. Очень болела голова. Вчера мне было совсем не до переодеваний, за ночь корсет платья больно натер кожу. Поморщившись, я слегка ослабила тесемки корсета и, наконец, смогла вздохнуть полной грудью. Стараясь не думать о вчерашней ссоре, я отыскала небольшое зеркальце на столе возле стеллажа книг. Я с опаской заглянула в него и увидела то, что ожидала. Глаза были какими-то потухшими и все еще красными от недавних слез, под глазами пролегли тени от недосыпа, резко контрастируя с необычно даже для меня белой кожей, все лицо было немного опухшим, а волосы превратились в настоящее воронье гнездо. Печально вздохнув, я попыталась как-то пригладить волосы своей рукой, так как расчески в библиотеке не было. Еще несколько мгновений я буравила взглядом свое собственное отражение. Я смотрела на себя и не могла узнать. В моей голове просто не могло уложиться, что еще вчера я была абсолютно счастлива, еще вчера моя жизнь казалась мне идеальной, не смотря ни на что. Всего лишь один разговор, несколько нечаянно брошенных слов ввергли меня в такое состояние за какой-то крошечный миг. Внезапно я ощутила резко накатившую усталость, но не физическую, а духовную. Отойдя от зеркала, я осторожно опустилась в кресло возле дивана и закрыла ладонями лицо. Нет, я не плакала, просто таким образом пыталась закрыться от всего мира, побыть наедине с собой. Сколько ни гнала я от себя тревожные мысли, но они все равно взяли верх над моими тщетными усилиями. Невольно в моей голове прокрутился вчерашний вечер: Ночь. Звезды. Балкон. Рауль. Примирение. Злобный смех. Огненные глаза. Разочарованный Эрик. - Это несправедливо! – неожиданно даже для себя воскликнула я, вскакивая на ноги. Наконец, во мне вскипели все те эмоции, которые я пыталась заглушить. Сейчас я испытывала злость, тяжелую обиду и прямо таки рвущееся из меня негодование. - Ну, как он мог? Как мог такое подумать? – возмущалась я, расхаживая по комнате туда-сюда. – Разве я давала ему повод сомневаться в себе? – а вот здесь я прикусила язычок. Еще как давала, не сейчас, конечно, сейчас я ему всецело преданна. А вот в опере… Тяжело вздохнув, я снова присела на диван. Если посмотреть на дело от лица моего Ангела, тогда можно понять его реакцию. Ведь тогда по своей дурости я его столько раз отталкивала. На его глазах целовалась с Раулем на этой проклятой крыше. А тут балкон. Я бы его тоже приревновала, окажись на его месте. Постепенно праведный гнев и обида сменились пониманием ситуации и даже легким смущением. - Но все равно он мог меня хотя бы выслушать! – наигранно воскликнула я, хотя мысленно усмехнулась своему упрямству. Я даже запустила подушкой в один из многочисленных стеллажей, как бы ставя точку в своих переживаниях. И уже искренне улыбнулась. Ну вот, все уже налаживается. На душе сразу стало легче. Внезапно я с ужасом посмотрела в окно. Сколько времени я здесь? Не проспала ли побег? На улице было довольно темно, еще даже не рассвело. Еще раз безуспешно поправив волосы, я направилась к выходу, попеременно размышляя простить Эрика сейчас или немного помучить? Дом встретил меня полной тишиной. Наверно, все еще спят, хотя я думала, что мужчины будут заняты подготовкой. Я до сих пор не понимаю, почему Эрик с Раулем испытывают такой азарт. Мы же в опасности! Ох уж эти мужчины, черт их разберет, что у них на уме. Тишина как-то непонятно давила на меня, я даже ступать старалась тише, чувствуя себя воровкой в чужом доме. Мне не хотелось никого будить, поэтому я решила посидеть пока в столовой. Но, к моему удивлению, в столовой меня ожидал сюрприз. Мэг сидела за столом с чашечкой чая, при этом бездумно уставившись на какой-то листок бумаги. Скорее почувствовав, чем заметив мой взгляд, она повернула голову в мою сторону, стремительно вскочила на ноги и спрятала тот самый листочек за спину. При этом в ее глазах читался какой-то неясный испуг и растерянность. - О, доброе утро, Кристина, - наигранно беззаботно поприветствовала меня Мэг. - Доброе, Мэг, - подозрительно прищурившись, ответила я. - Как себя чувствуешь, дорогая? – уже искренне спросила Мэг, немного расслабившись. Я неопределенно пожала плечами: - Уже лучше. Мэг снова опустилась на стул, но больше не показывая тот листок. Я присела напротив нее и выжидательно сцепила руки. Несколько секунд мы буравили друг друга взглядами. Казалось, Мэг что-то решала для себя. Придя к какому-то выводу, она сказала: - Кристина, я знаю, что произошло вчера. Знаю о вашей с ним ссоре. Мне очень жаль, что так получилось, - Мэг сочувственно улыбнулась. - Ничего, все в порядке. Я поняла, что вела себя довольно глупо, так разозлившись на него. Он этого не заслужил. Я простила его, Мэг, простила. Мэг издала какой-то протяжный вздох. Она сразу изменилась на вид. Плечи опущены, руки дрожат, подруга судорожно дышит. Я тут же схватила ее за ладонь, заставляя посмотреть себе в глаза и обеспокоенно начала: - Мэг, что-то случилось? Где Эрик? А Рауль? Ну же, Мэг, что такое? Не пугай меня, говори! Подруга смотрела на меня с огромной жалостью во взгляде. Точно такой же взгляд был у мадам Жири, когда она сообщила мне о смерти отца. Нехорошее леденящее душу чувство закралось в мое сердце. - Кристина… все… все хорошо. Все нормально… все… Господи, да кого я обманываю?! - Мэг судорожно взмахнула руками, на ее лице застыло страдальческое выражение. Без дальнейших объяснений она молча протянула мне тот самый злосчастный листок бумаги. Дрожащими от волнения руками я приняла его и медленно развернула. Это оказалось письмом, написанным красными чернилами довольно неровным подчерком. Письмом для меня.

Моя любимая с ангельским ликом. Моя Кристина,

Возможно, ты не захочешь слушать меня, особенно после моей неуважительной выходки. Что ж, я это заслужил. Мой Ангел, прошу тебя, прояви свое необыкновенное милосердие и дочитай до конца. Я знаю, ты презираешь своего покорного раба, уже жалеешь о своем выборе. Сейчас я не намекаю на мальчишку де Шаньи, я хочу сказать, что ты жалеешь о том, что выбрала именно меня. Меня – гнусного ужасного чудовища, посмевшего оскорбить тебя. О, я не ищу себе оправдания, ведь его не существует для меня. Я прошу тебя только об одном: поверь в мое искреннее раскаяние, прости, если сможешь. Сам же я не прощу себя никогда. В один миг я потерял все свое счастье, потерял тебя. Я буду до конца дней корить себя за эту невосполнимую утрату. Не думай, я не пытаюсь разжалобить тебя. Как ты помнишь, мне не нужна жалость, мне нужна только любовь. А любой нормальный человек не смог бы полюбить меня после этого, боюсь и ты не исключение. Кристина, я решил, что тебе дальше лучше идти без меня. Я не поеду с вами. Не волнуйся, я справлюсь. Всю жизнь справлялся сам. Ты полностью свободна, живи так, как хочется именно тебе. Ты заслуживаешь настоящего счастья. Так найди его на Кони-Айленд. Только прошу тебя, будь осторожна. Я не переживу, если с тобой что-то случится. Это мое прощальное письмо. Больше ты обо мне никогда ничего не услышишь, обещаю тебе. Не расстраивайся, моя чувствительная девочка, очень скоро ты забудешь о моем существовании, я стану всего лишь Призраком твоего прошлого. А что касается меня, я никогда не смогу тебя разлюбить. Я никогда тебя не забуду.

Навеки любящий лишь тебя Эрик.

Несколько минут я сидела полностью неподвижно, будто парализованная. Только взгляд вновь и вновь пробегался по строкам этого письма, необратимо разрушившего мою жизнь. Мозг отказывался поверить в эти слова. Нет! Нет, это не может быть правдой! Это всего лишь очередной кошмарный сон! Всего лишь сон. Надо проснуться и все будет хорошо. Эрик будет рядом. Конечно же, он будет рядом. Никуда он от меня не денется. Сама не заметив того, я выронила листок, который тут же слетел на пол. Я удивленно смотрела на свою мелко дрожащую руку. - Кристина, - неуверенно позвала меня Мэг. Но я никак не отреагировала. - Кристина… Кристина, посмотри на меня, - почти умоляла Мэг. Я непонимающе моргнула и слегка заторможено перевела взгляд на ее лицо и чуть слышно прошептала: - Это же неправда, Мэг. Скажи, что это неправда. Пожалуйста, Мэг, скажи, что это неправда! – на последней фразе я уже сорвалась на крик. - Кристина, я… - Мэг встала из-за стола. - Нет!!! Это все ложь! Он не мог оставить меня! Не мог!! – внезапно я впала в истерику. Рыдания сдавливали грудь, слезы потоком бежали по моему лицу, ужасно раскалывалась голова, из горла вырывались какие-то невнятные стоны. Я так же подскочила на ноги. Мэг успокаивающе обняла меня и повела к дивану, но я стала брыкаться и извиваться, пытаясь отстраниться от нее. - Не мог, Мэг, слышишь, не мог!!! Он же знает, как сильно я люблю его! Знает! – ноги подкосились, и я медленно осела на пол, прямо на колени. – Не мог. Это все ложь. Этого не может быть, - как мантру повторяла я. Мэг быстро сбегала на кухню и принесла стакан холодной воды. Далеко не с первого раза я смогла выпить содержимое, губы дрожали, зубы стучали, словно в лихорадке. В итоге половина содержимого стакана оказалось у меня на платье. С помощью Мэг я осторожно поднялась на трясущиеся ноги и нетвердой походкой направилась вверх по лестнице в свою комнату. - Я… я хочу побыть одна, Мэг, - совершенно убитым голосом произнесла я. Мэг нехотя послушалась меня и оставила в одиночестве, одарив сочувственным взглядом. Господи, как же ужасно было видеть в ее глазах жалость и сочувствие ко мне. Теперь я понимала, что имел в виду Эрик. Ее взгляд еще раз жестоко подтверждал смертельный приговор, вынесенный мне Эриком. Я медленно вошла в комнату и так же тихо и осторожно прилегла на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Неожиданно слезы закончились, я просто вдыхала аромат парфюма моего Ангела, пропитавшего подушку. В мыслях была такая пустота, все стало серым и невзрачным. Такое ощущение, что мое сердце забилось вхолостую, не принося ни боли, ни счастья, просто позволяя дышать. Я просто лежала, а в моей голове закружились отрывки из прошлого. Вот я совсем еще малышка, молюсь в часовне, оплакиваю отца. Вдруг раздается неземной голос, и я чувствую небывалое счастье в душе. Вот мой дебют на сцене. Огромный зал, величественные ложи, все зрители смотрят только на меня. А я пою лишь для моего Ангела Музыки, полностью отдаю свою жизнь и душу. Вот моя гримерная. Погасают свечи, раздается знакомый голос сквозь зеркало, которое стало излучать неяркий призрачный свет, на который я полетела, как мотылек на огонь. Вот таинственные подземелья оперы, о которых слагают легенды рабочие сцены и рассказывают глупым балеринам. Но мою ладонь сжимает сильная рука мужчины с самым прекрасным голосом на свете и даже небесах, поэтому я ничего не боюсь. Мои горестные размышления прерывает нерешительный стук в дверь. Я недовольно поворачиваю голову и сиплю: - Войдите. Дверь отворилась, и на пороге появились Мэг и Рауль. Я перевернулась на спину и приняла сидячее положение. Друзья настороженно переглянулись между собой. Наверно, ожидали очередную истерику, но нет, мной овладело полное спокойствие, отстраненность и даже какое-то безразличие к происходящему. Рауль грустно посмотрел на меня и присел на пуфик возле кровати, сказав: - Кристина, мне очень жаль. Но это же Эрик, его бы ничто не переубедило. Я старался его отговорить, честно, но он упертый, как осел. Извини, ведь это отчасти моя вина, что он ушел. Я тяжело вздохнула: - Я знаю, но спасибо за попытку. Нет, Рауль, здесь нет твоей вины, виновата только я. - Не говори ерунды, - закатила глаза Мэг, присаживаясь рядом со мной и крепко обнимая за плечи. - Кристина, - позвал меня Рауль, - через час мы выдвигаемся. - Нет, - раздраженно сказала я, отрицательно покачав головой. - Как это нет? – удивилась Мэг. - Без него я никуда не пойду, - заявила я, скрестив руки на груди. - Кристинааа, - протянула Мэг, - не глупи, нам надо уходить. - Но как же Эрик! – воскликнула я. - Кристина, если ты не пойдешь добровольно, мы потащим тебя силой, - разозлился Рауль. Я понимала, что с ними двумя я не справлюсь, поэтому покорно склонила голову, впрочем, продолжая смотреть на обоих исподлобья. - Вещи уже собраны, отдохните пока, через час встречаемся в гостиной, - спокойно сказал Рауль, резво поднимаясь и удаляясь из комнаты. Мэг, напоследок погладив меня по плечу и одарив ободряющей улыбкой, направилась вслед за своим женихом. А я подскочила с кровати и принялась наматывать круги по комнате, заламывая руки и почти до крови кусая губы. Что же мне делать? Как поступить? Хотя у меня просто нет выбора, эта назойливая парочка не оставила мне его. Теперь покинуть Париж было вдвойне болезненно для меня, ведь теперь я оставляю здесь не только отца, но и Эрика. Боже, я не справлюсь без него, это слишком тяжело. Последний час в этом доме я провела в комнате Эрика. Я пыталась представить, как он ходил по ней, лежал на кровати, читал книги. Но все же комната была какой-то пустой, здесь ничто не указывало на раннее пребывание Эрика. Оно и не удивительно, ведь здесь он в основном спал, большее время он проводил в музыкальной комнате, поэтому вскоре я спустилась туда. А вот здесь все еще витал дух моего Ангела. Даже стены излучали его необыкновенную атмосферу и энергетику, что уж говорить о рояле. Я присела на стул возле рояля, осторожно открыла его крышку и аккуратно положила пальцы на клавиши музыкального инструмента. Я сладостно прикрыла глаза, вспоминая наш потрясающий дуэт. Мысль, что это больше никогда не повторится, вызвала слезы на моих глазах. Быстрым взмахом руки я вытерла скатившуюся по щеке слезинку. Еще раз любовно прикоснулась к клавишам, затем закрыла крышку и вышла навстречу своей судьбе. Мэг и Рауль уже поджидали меня в гостиной. Увидев меня, Мэг спросила: - Ну как, готова? Я утвердительно качнула головой и перевела взгляд на обстановку гостиной, хотелось запомнить каждую мелочь, ведь в этом доме я провела одни из счастливейших дней в моей жизни. Печально вздохнув и прикрыв глаза, я произнесла: - В добрый путь. Затем подхватила несколько своих маленьких чемоданчиков (я не стала брать с собой много вещей, только самое необходимое). Друзья последовали моему примеру. Рауль вышел первым, осмотрелся и подал нам сигнал, что все «чисто». Мэг последовала за ним, а я чуть притормозила. Перейдя порог, назад пути не будет. Нервно сглотнув, я переступила порог дома и навсегда захлопнула дверь моего счастья. И вот мы уже несколько минут идем по направлению к порту. Идти придется долго, так как мы шарахаемся каждого шороха и стараемся держаться в тени. Рауль возглавляет нашу процессию, держа наготове заряженный револьвер. Шли мы какими-то странными закоулками и маленькими улочками, стараясь не привлекать внимания. На удивление Рауль хорошо ориентировался на местности, Эрик с виконтом вдоль и поперек изучили все мелкие ходы на карте. Меня беспокоило не это, просто я каким-то шестым чувством ощущала, что за нами кто-то крадется, кто-то наблюдает за нами, но старалась списать это просто на свое волнение. Я смотрела под ноги и старалась не отставать от Мэг. Внезапный крик Рауля остановил меня: - Ох, черт! - Что такое? – сразу же спросила я. - Проход забаррикадирован. - Что? – округлила глаза я. Рауль слегка отошел, и моему взгляду предстала безрадостная для нас картина. Путь, по которому мы должны были дальше пройти, был полностью завален грудой мешков с мукой, пустыми бочками и какими-то обломками мебели. От увиденного у меня замерло сердце и тут же болезненно ухнуло вниз. Объяснение происходящему было только одно: мы попали в ловушку, угодили в силки, словно стая диких оленей. - Что это, Рауль? - видимо не могла смириться с правдой Мэг. - Ну, конечно же, - схватился за голову Рауль, - недаром до сего момента все было слишком легко. Нас просто хотели заставить поверить в свою везучесть и ум! - Какой сообразительный юноша, - усмехнулся позади нас незнакомый мужской голос. Я сильно вздрогнула от неожиданности и в тот же момент ощутила мужскую руку на своей шее, с силой оттаскивающую меня назад. Я хотела закричать, но почувствовав прислоненный к моему виску холодное дуло револьвера, не смогла издать и звука. - Веди себя хорошо, девочка, и я тебя не пристрелю, - наигранно ласково прошептал эти слова мне на ухо тот голос. Мэг и Рауль мигом обернулись назад. Подруга, увидев приставленный к моей голове пистолет, мертвецки побледнела. А на лице Рауля читался глубокое потрясение и досада. Рауль мигом выставил револьвер перед собой. - Предупреждаю, парень, со мной шутки плохи. Выстрелишь ты – умрет она. Лицо Рауля исказила гримаса боли и ощущения собственной беспомощности. А голос продолжал: - Как вы уже поняли, я комиссар Фонтэн. Насчет ловушки вы правы, месье. Как же просто было вас заманить. Довольно было рассчитать наиудобнейший маршрут, и вот вы здесь. Было глупо с вашей стороны полагать, что я не подумаю, что вы выйдете ранним утром. Неужели вы принимаете меня за идиота?! За все годы службы от меня не ушел ни один преступник! И вы не исключение! Всех вас ждет справедливое наказание. Вся наша компания испустила тяжелый вздох, а я почувствовала, как подкосились ноги. - Что вам от нас надо? – напряженно отчеканил Рауль. - Ты серьезно? – засмеялся комиссар. – Наказать преступников, конечно. А теперь опусти револьвер и пни его сюда. Рауль слегка замешкался, заметив это, комиссар продолжил: - Не глупи, парень, вы полностью окружены моими людьми. У вас просто нет шансов. Заглянув в мои испуганные глаза, Рауль с досадой положил револьвер на землю и пнул в моем направлении. - Мадемуазель Кристина, - вкрадчиво обратился ко мне комиссар. – Вы здесь, но где же ваш ненаглядный Призрак Оперы? Я нервно сглотнула и севшим голосом ответила: - Я не знаю. Но, даже зная, я бы никогда вам этого не сказала, комиссар. - О, мадемуазель, не врите мне, я же знаю, что вам все о нем известно. Так же меня интересует его личность. Кто он? Ответьте мне честно. - Никогда! – внезапно смело воскликнула я. – Я никогда не предам его! - Очень опрометчиво с вашей стороны, - ледяным убийственным тоном прошипел он, заставив меня внутренне содрогнуться. – Не хотите по-хорошему, будет по-плохому. - Что вы думаете насчет того, чтобы вас пытать прямо на глазах ваших друзей. Может, кто и расскажет нужную мне информацию. А, мадемуазель Кристина? – перейдя на крик, воскликнул комиссар. От страха я зажмурила глаза. Внезапно раздался выстрел. Я уже приготовилась проститься с жизнью, когда услышала болезненный крик комиссара за спиной. Его хватка ослабла, и я, быстро сбросив его руку, отбежала от него к друзьям. По щекам Мэг струились слезы, она тут же заключила меня в крепкие объятия. - Никто не смеет трогать мою Кристину! – внезапно раздался до боли знакомый, родной голос. Я, как в замедленной съемке, оборачиваюсь назад и вижу фигуру своего возлюбленного, гордо возвышающуюся над корчащимся на земле и держащимся за левый бок комиссаром. Он здесь! Эрик вернулся, и он спас меня! Я радостно округлила глаза, сердце забилось чаще, я будто снова задышала. - Эрик, - крикнула я, на всех парах несясь к нему. - Кристина, - прошептал он в ответ. Я накинулась на него с объятиями и крепко сжала руками. Он как-то удивленно выдохнул и, чуть замешкавшись, положил руки мне на талию. - Дурак, - шептала я, покрывая его лицо легкими поцелуями. – Зачем ты ушел? Как ты мог меня оставить? Я же так тебя люблю! Очень люблю, - прошептала я, немного отстраняясь. Эрик, слегка опешив, непонимающе изучал мое лицо: - Кристина… Как это возможно? Ты не могла простить меня после такого, это не может быть правдой, - неверяще качал головой Эрик. - О, поверь, ты ни в чем не виноват. Я уже давно простила тебя. Я… - Эй, голубки, довольно миловаться! Нам пора идти, - наигранно сердито бросил Рауль. Я закатила глаза, широко улыбаясь, а Эрик недовольно глянул на нарушителя нашего уединения, но, утвердительно качнув головой, нехотя признал: - Да, он прав. Другие жандармы наверняка слышали выстрел и скоро будут здесь. Эрик нежно взял меня за руку и повел вперед. По пути я подняла револьвер Рауля и от души пнула комиссара, мне его было, почти, не жаль. - Эмм… но если проход завален, то как мы попадем в порт? – наконец-то задала здравый вопрос Мэг. - Не проблема, - ответил Эрик. – Я знаю другой ход. За мной. И почему я не удивлена? На этот раз мы уже не шли, а бежали. Позади нас я слышала стук военных сапогов жандармов. Именно это придавало мне сил. Звук приближающихся шагов всеусиливался. Комиссар не врал, когда говорил, что мы окружены. Эрик бежал впереди всех, крепко держа меня за руку. Он будто на автомате заворачивал за углы, поворачивал то налево, то направо. Наверно, он хочет сбить преследователей со следа, внезапно догадалась я. Внезапно Эрик крикнул: - Ложись! Он увлек меня за собой на землю и прикрыл своим телом. Прямо над головой просвистело несколько пуль. Шаги постепенно стали стихать, такое ощущение, что жандармы потеряли нас. В нескольких кварталах от нас снова раздались выстрелы, что вполне подтвердило мою догадку. Я испуганно вскрикнула, когда Эрик поставил меня на ноги, словно тряпичную куклу, и снова потянул за собой. Внезапно воздух стал свежее, в нос ударил аромат соли. «Порт» - с облегчением подумала я. И вот преодолев последний поворот, мы вылетели на открытую площадь. Мой взгляд сразу же привлек великолепный ряд кораблей, пришвартованных в этом порту. - Ну, и как выглядит твой корабль, Рауль? – запыхавшись, осведомилась я. - О, ты поймешь, когда увидишь. Идите за мной, он пришвартован на окраине, чтобы внимания не привлекать. Не сговариваясь, мы припустили по мостовой. Рауль бежал впереди, показывая дорогу, а я старалась побороть искушение оглянуться назад. Вместо этого я смотрела под ноги, чтобы не дай Бог не споткнуться. Внезапно Рауль остановился и показал рукой на один из пришвартованных кораблей. Я восхищенно вздохнула. Корабль был потрясающе красив. Обшивка корабля была сделана из светлого металла, лучи восходящего солнца красиво отражались от него. Это была скорее яхта, чем большой корабль. Он выглядел очень легким, поэтому я подумала, что он должен быть очень быстрым и способным к сложным маневрам. Меня это очень впечатлило. Такая роскошь в стиле семьи де Шаньи. - Тогда чего мы ждем?! – воскликнула Мэг. И Мэг первая поднялась по трапу, за ней последовал Рауль, я отправилась следующей, замыкал нашу процессию Эрик. Почти поднявшись на палубу, меня оглушил выстрел, который прозвенел слишком близко. Послышался болезненный стон. Я мигом обернулась с нехорошим предчувствием. Позади нас я увидела широко ухмыляющегося комиссара, правда не твердо держащегося на ногах и сжимающего сильно кровоточащую рану на левом боку. Но не это зрелище привело меня в ужас. Эрик. Я видела, как Эрик падает на спину, и на его левом плече расплывается алый цветок крови. Я еще не до конца осознала, что произошло, но Рауль сработал молниеносно. Он мигом достал револьвер и выстрелил в комиссара, попав точно в сердце. Тот покачнулся и упал, заснув вечным непробудным сном. Я пронзительно закричала от ужаса, даже не сразу поняв, что кричу именно я. На ватных ногах я подлетела к Эрику и упала перед ним на колени. Глаза застилала пелена слез. - Эрик! Эрик, пожалуйста, открой глаза! Эрик, любимый, пожалуйста, очнись! Но Эрик лежал неподвижно, словно мертвый. Нет, этого не может быть. Он не мог вот так погибнуть. Только не Эрик. Нет, только не Призрак Оперы. Рауль тут же оказался возле меня, встряхнул за плечи и попытался что-то сказать. Но я его не понимала, будто слух пропал. Тогда Рауль подхватил Эрика за туловище, и я сообразила помочь затащить его на палубу. Мэг в это время скомандовала капитану отплывать. Яхта медленно отчалила от порта, оставляя Париж навсегда позади, но сейчас я думала совершенно не об этом. Я помогла затащить Эрика в каюту и положить на кровать. Я быстро стянула с него фрак, жилетку и расстегнула рубашку. Сейчас я не испытывала смущения, вот так раздевая его. Все, чем заняты были мои мысли, было спасение его жизни. А покраснеть я и потом успею. Рауль внимательно осмотрел рану и проверил дыхание. - Он жив. Хм, ему повезло, пуля попала немного выше сердца, к тому же она сквозная, а это намного легче. Я вздохнула с облегчением. Он жив, Рауль поможет ему. Внезапно Эрик легко сжал мою руку и прохрипел: - Кристина… - Да, я здесь, - живо ответила я ему. - Кристина… ты… ты, - Эрик закашлялся. - Что такое любимый? – обеспокоилась я. - Ты выйдешь за меня замуж? – с надеждой прошептал Эрик, чуть приоткрыв глаза. Я открыла рот в шоке. Он… он сделал мне предложение?! На моем лице расцвела счастливая широкая улыбка. - Да! Да, Эрик, я согласна!! Я стану твоей женой! Эрик блаженно улыбнулся и потерял сознание.