Альтернативная история

      Я иду по центральному коридору в направлении к общей спальне. Команда Эрика уже пришла и мне хочется поскорее найти Сандру с Джошем. Интересно знать их мнение о «прогулке».       Слышу торопливые шаги сзади. Оборачиваю. Никого нет. Иду дальше, ускорив шаг. Прохожу Яму, поворачиваю в коридор, ведущей в общую спальню, краем глаза замечая какое-то движение. Меня охватывает паника.       Я перехожу на бег. Но впереди там, где коридор освящен холодным светом люминесцентных ламп, стоит человек, преграждая мне путь. Резко торможу. Сердце готово выскочить – так сильно оно бьется от бега и страха. Игра в кошки-мышки. Сейчас я мышка.       Оглядываю место, где остановилась. Справа от меня чуть приоткрытая дверь. Я вбегаю в нее и… я в ловушке. За дверью оказывается комната без окон. Тусклая лампочка, свисающая с середины потолка, дает небольшую возможность разглядеть комнату. Единственный путь к спасению – это та дверь, в которую я вбежала, но сейчас в ее проеме стоит человек, а точнее невысокий мускулистый парень. Я его знаю. Он рожденный Бесстрашный из моей группы.       - Что ты тут делаешь? – я хриплю, так как воздуха не хватает в легких.       - Прогуливаюсь, – на нем черная кожаная куртка, обтягивающая его красивый торс. Все лицо покрыто татуировками и пирсингом. Пальцами он перебирает нож, лезвие которого блестит при свете лампы.       - Тебе страшно? – спрашивает парень.       Я молчу. Ну, конечно, мне страшно. Но ему это знать нельзя.       - Что тебе нужно?       - Видишь ли, ты слишком многое себе позволяешь, - парень кидает нож в стену, чудом не задев меня. Дверь все еще не заперта, и я кидаюсь в проем, но не успеваю открыть дверь, как натыкаюсь на Итана, который ловко хватает меня за талию.       - Ты куда собралась, малышка?       Я вырываюсь, но Итан лишь сильнее прижимает меня к себе.       - Отпусти сейчас же!!!       Я пытаюсь пнуть его в пах, но все попытки заканчиваются полным провалом.       - Дрянь, - шипит Итан, когда я царапаю его руку, сжимающую мои ребра, и разворачивает меня к себе спиной. Он заламывает мои руки и, схватив за волосы, откидывает мне голову назад. Я тяжело дышу, но не сдаюсь. Итана такого большого и сильного, мои попытки забавляют.       - Несса, не сопротивляйся, тебе понравится, - он кладет руку мне на живот, - Майкл, хочешь ее?       Майкл подходит к стене, вынимает нож и, вертя им в руке, неспешно приближается ко мне. Парень приставляет нож к моему горлу, и я инстинктивно поднимаю голову, уворачиваясь от лезвия.       - За что? – шепчу я, - Итан, я же ничего тебе не сделала.       - В прошлый раз мне не удалось избавится от тебя. Я не смогу тебя убить, но сейчас... Я подумал, что могу сделать с тобой кое-что другое... Как ты считаешь? Почему бы мне не получить то, что получает Эрик. Тебя.       - Нет!!! – во мне просыпаются новые силы для борьбы. Я резко откидываю голову назад, стараясь ударить затылком лицо Итана. Получается. Он чертыхается и ослабляет хватку. Но в этот момент лезвие ножа, которое держит Майкл, проходится по моей шее, оставляя кровавый след.       Мне не больно. Сейчас не больно. Боль придет потом. Сейчас адреналин бушует в крови, не давая расслабиться. Я тянусь к ножу, но Майкл перехватывает мою кисть и легко ломает ее. Резкий вопль и хруст кости разносится по всей комнате. Боль нестерпимой волной проносится по телу, обдавая меня холодом и отчаянием. Слезы льются по щекам. Любое движение или напряжение мышц кисти отдается невыносимой мукой. Итан отпускает меня и отходит к двери. Майкл тоже делает шаг назад, наслаждаясь своей «работой». Кисть безвольно висит словно тряпичная.       - Итан, ты хотел ее первым. Так вперед, – Майкл ухмыляется, кивая в мою сторону.       - Только попробуй, ублюдок! – я выплевываю эти слова со всей ненавистью, на которую только способна, - ты можешь трахать меня, но тебе никогда меня не сломить. И очень скоро я сама убью тебя и всех, кто причастен ко всему этому.       Комнату наполняет веселый смех ребят.       - Ванесса, а мы не собираемся тебя оставлять в живых, - сквозь смех раздается голос Итана.       Мой личный кошмар превращается в реальность. Итан что-то говорит, но я его уже не слышу. Я судорожно соображаю, как мне выпутаться из этой ситуации, что сделать, что сказать. Но понимаю, что ничто уже не поможет. Их больше и они сильнее. Но я не сдамся до последнего вздоха. Пока силы совсем не покинут меня. Я буду бороться. Я всегда боролась. Ребята над чем-то хохочут. Итан приближается ко мне. Я пячусь, но упираюсь в стену. Смотрю на парня. Его глаза полыхают безжалостным пламенем. Он не хочет меня в привычном смысле. Он будет наслаждаться местью и моей беззащитностью. Не более.       - Я ненавижу тебя, - с вызовом смотрю ему прямо в глаза.       - Ух, какая храбрая малышка, - усмехается он, - что в тебе такого? Почему Эрик так оберегает тебя?       Я ослышалась?       - Эрик меня оберегает? Итан, кто из нас тупой? Эрику плевать на меня, - грустно осознавать, но это так.       - Тогда он не будет против, чтобы мы убили тебя.       - А перед этим… - Майкл толчком впечатывает меня в стену, накрывая собой. Я мечусь, пытаясь отодвинуть его, но мои движения только разогревают в нем пыл.       - Не сопротивляйся, Ванесса, я постараюсь аккуратно, - он деспотично целует меня. Я сжимаю губы и зажмуриваюсь. Но он сдавливает мою шею там, где недавно порезал, и я вздрагиваю, открыв рот. Улучив момент, Майкл накидывается с поцелуем. Во мне бушует ярость. Я с силой кусаю его язык, и сразу на губах чувствую соленую кровь. Майкл с размаху бьет меня по лицу, отчего я теряю равновесие и падаю на пол. Итан что-то кричит Майклу, когда я пытаюсь встать. Оглушительная боль пронзает мои ребра, а затем и почки. Меня бьют. Я скрючиваюсь, защищая свое искалеченное тело, но в какой-то момент один из них попадает по сломанной руке, и я визжу еще сильнее. Мои всхлипы переходят в стон, а затем и вой. Я словно в агонии. Все тело невыносимо горит, каждое движение, каждый вздох сопровождается новой волной невыносимой боли, а парни все продолжают избивать меня. Почему я не теряю сознания?       Как будто издалека слышу разъяренный рык, и звук сломанной кости. Мои глаза закрыты, и я боюсь их открыть. Да, и сил уже нет. Вокруг начинается возня, парни что-то кричат. Я пересиливаю себя и приоткрываю один глаз. Вокруг все мутное, и я стараюсь сосредоточится хоть на чем-то. Но то, что я вижу ужасает меня. Эрик с животной яростью избивает Итана и Майкла. Он четкими и резкими движениями бьет их поочередно в лицо, пах, живот. Невероятно, но Эрик умудряется не получить ни то что удара, даже царапины.       После нескольких ударов Итан падает на колени, держась за голову. Из виска хлещет кровь, заливая ему лицо, капая на пол. Эрик дерется с Майклом. В свете лампы сверкает лезвие ножа. Я не вижу, что происходит. Слишком быстры их движения. Словно комок из тел и сдавленного дыхания. Резкий вскрик оглашает комнату. Эрик неподвижно стоит, пока тело Майкла падает к его ногам. Эрик словно окаменел. В его руке нож, с кончика лезвия капает кровь. Он вытирает лоб рукавом куртки и поворачивается к Итану. За все время, что здесь Эрик, он ни разу не взглянул на меня.       - Ты следующий, - Эрик быстро идет к Итану. Тот пятится по полу, стараясь отодвинуться как можно дальше.       - Отойди от меня! Ты же наш Лидер!       - Да пошел ты на х*й, - очень тихо произносит Эрик, но в его голосе столько яда, столько злобы и ненависти, что я чувствую это кожей. Он ненавидит. Так сильно, что готов убить. Если не хуже.       Итан встает на трясущихся ногах и гордо вскидывает голову, готовый к драке. Он яростно кричит и кидается на противника, выставив голову вперед. Эрик не успевает отреагировать и получает мощный удар в живот, отшатывается назад.       Я не могу больше смотреть на драку. Сил больше не осталось, и я сползла по стенке на пол. Сажусь на корточки, закрыв лицо руками, и опускаю голову на коленки. Я задерживаю дыхание и засекаю время, про себя отсчитывая секунды.       Одна минута – сдавленные крики и удары борьбы. Если бы я только могла навсегда прекратить это.       Две минуты - я начинаю чувствовать, что мне не хватает воздуха.       Три минуты - слез нет, но есть полнейшее отчаяние, охватившее все мое существо, проникающее в каждую клеточку моего организма.       Пять минут – рев Эрика заставляет сжаться мое сердце.       Я потеряла счет времени. Возможно прошла еще минута, а может и десять. Сквозь звон в ушах слышу сдавленный крик и оглушительный грохот - бездыханное тело валится на пол. Один из них мертв. Я слышу тяжелое дыхание и звон металла о камень. Видимо кто-то из них все-таки воспользовался ножом.       Слышу шаркающие шаги.       Если это Итан, то я сейчас умру, но сначала он вдоволь поиздевается надо мной, а, может, захочет изнасиловать. А если это Эрик, то… я даже и не знаю, что он сделает. Возможно, тоже захочет получить свою «награду». Я вся съеживаюсь, готовясь к самому худшему. Чувствую, как кто-то садится напротив меня и тихонько касается макушки головы.       - Несса, все в порядке. Он тебя не обидит. Уже никогда не обидит.       Я дергаюсь от его прикосновения.       - Эй, - тихо шепчет Эрик, - Ванесса, все хорошо. Теперь все хорошо. Я не обижу тебя, поверь.       Я поднимаю голову. Сейчас его лицо все в крови, губа разбита и припухла, на лбу рана от пореза ножом, но взгляд… впервые за все время, что я знаю Эрика, вижу в его взгляде боль. Это не физическая боль. Она душевная. Этот бесстрашный Лидер, властный и доминирующий, эгоистичный и решительный, сидит передо мной на коленях, боясь причинить мне боль. Сейчас он такой ранимый, что впервые я чувствую себя более нужной ему, чем он мне.       Эрик аккуратно, не спеша, словно я могу вспорхнуть и улететь, поднимает руку и тянется к моей щеке. Он проводит ладонью по моей щеке, гладит кончик носа, завиток волос у виска. Выражение его лица заставило почувствовать себя защищенной и уязвимой одновременно.       - Ванесса, я не причиню тебе вреда. Поверь, - он дотрагивается до моей щеки и смахивает слезинку. Оказывается, я все-таки начала плакать. Не в силах сдержать себя, я кидаюсь к нему в объятия. Эрик обнимает меня в ответ, приговаривая:       - Все хорошо, Несса, ты в безопасности. Я рядом.       Я рядом. Последнее, что я слышу, прежде чем отключится.

***

      Очнулась я в лазарете. Постепенно приходя в себя, чувствую боль в руке и тянущее чувство в ребрах. Голова гудит, а шея саднит. Я с трудом заставляю себя сесть на кровати. На это уходит несколько минут. Правая кисть, которую сломал Майкл, сейчас перебинтована и закреплена жгутом. Аккуратно двигаю пальчиками. Боли нет. Значит, кость срастется. По крайней мере, я надеюсь.       Одно героическое усилие и я встаю на ноги. На мне короткое черное платье. Интересно, кто меня переодел? Делаю шаг и останавливаюсь, прислушиваясь к своему телу – не болит ли где-нибудь. Нет. Все в норме, если так можно сказать. При вздохе легкие прорезает боль, а голова кажется такой тяжело, что еще чуть-чуть и она упадет, в остальном со мной все в порядке. Рядом с кроватью стоят мои сапоги. Стараюсь их надеть, но без помощи правой руки это выходит крайне неуклюже.       - Давай я помогу.       Я поднимаю голову слишком резко, в глазах темнеет и я, пошатнувшись, чуть не падаю, но теплые руки удерживают меня.       - Несса, сядь ты уже!       Я послушно сажусь на кровать. Передо мной стоит Джош. Он садится напротив и помогает надеть обувь.       - Ты уже знаешь об Итане?       - Да, - отвечает он, - жаль, что не я убил его.       - Не говори так! Ты не убийца!       - Ванесса, перестань. Мы все тут боремся за свою жизнь. Не важно рано или поздно, но я убью. Это все равно придется делать.       Я опускаю взгляд. Он прав. Это лишь вопрос времени.       - Господи, Несса! – ко мне кидается Сандра, - О, ты ужасно выглядишь! Ты позволил ей встать с кровати, - подруга накидывается на Джоша, - Она еще слаба, пусть отдохнет!       - Она в полном порядке.       - Ничего подобного! Ты только посмотри на нее! Синяки по всему телу, - я смотрю на ноги, затем на руки. И правда, я вся в синяках.       - Сандра, пожалуйста, перестань, - я морщусь от ее громкого голоса.       Подруга укоризненно смотрит на меня и на Джоша, но больше ничего не говорит.       Я поднимаюсь и спрашиваю сколько я была в отключке.       - Двое суток.       - Так много?! – ужасаюсь я, - И что, - делаю вздох, успокаивая бьющееся сердце, - Что произошло за это время?       - Смерть двоих из нас. Итана и Майкла. Это ты знаешь. Эрик полностью взял вину за их смерть на себя, но кроме как выговора никакого наказания не получил. Он выступал с речью.       - И выступал очень убедительно, - вставила Сандра.       - Да, он говорил, что люди в Бесстрашие умирают по своей глупости и до них нет никакого дела, что многие умирают при инициации и ему странно, что такую мелочь разбирают на общем собрании, - Джош внимательно наблюдал за моей реакцией.       - Еще он сказал, что одна из его обязанностей – это следить за порядком, чем он, собственно, и занимался.       - Хорошо, а что на счет красной зоны?       - Ты предпоследняя.       - Мне так жаль, Несса, но ты пропустила еще два соревнования, - Сандра чуть сжимает мое плечо.       - Я все еще не в красной зоне и это уже что-то.       Ребята многозначительно переглядываются.       - Что?       - Ничего, - Джош пожимает плечами и опять смотрит на Сандру.       - Так, ну что? – я упираю руки в бока.       - Сегодня финальный тест.       Я в ужасе смотрю на них.       - И вы до сих пор молчали об этом?! Друзья называются! Когда он?       - Сейчас.       - ЧТО?! – я срываюсь на крик.       - Ванесса, ты не допущена до него. Эрик сказал, что все кончено.       - Ну, уж нет. Я не для того так долго продержалась в Бесстрашие, чтобы на последнем тесте завалиться.       Разворачиваюсь и выбегаю из лазарета, сзади слышу чертыхания Сандры и просьбы Джоша остановиться. Но я уже бегу по направления к месту, где проходит финальное испытание, думая про себя, что друзья у меня полные придурки. Могли бы сразу предупредить о тесте. Не теряла бы тогда столько драгоценного времени.       Я врываюсь в большую аудиторию с чуть приглушенным светом для комфортного пробуждения инициированных. На пьедестале посередине возвышается кресло с монитором компьютера, а на столике стоят множество разноцветных колб. В кресле сидит Амалия. Напротив нее стоит Фор, следя за картинками страха на мониторе. Те же картинки можно увидеть на огромных экранах, расположенных на стенах этой огромной аудитории. За всем происходящим внимательно наблюдают лидеры Бесстрашия и несколько членов фракции Эрудиции во главе с Джанин Мэттьюс. Замечаю, что Эрика среди Лидеров нет. Кручу головой, пытаясь отыскать его взглядом. Ага, нашла. Он быстро направляется ко мне.       - Какого черта, ты тут делаешь? – он хватает меня за больную кисть и дергает к выходу.       - Эй, - я отдергиваю руку, - у меня последний этап инициации!       - Нет. Ты исключена.       - Нет, - я твердо смотрю на него, - я буду участвовать.       - Эрик, думаю, девушка в состоянии пройти тест, - к нам подходит Джанин.       - Она была исключена до начала теста.       - За что? До начала теста я была без сознания, но сейчас я готова его пройти, - я сверлю Эрика взглядом.       - Эрик, дай ей шанс. Она не нарушила правила, ее оправдали все, кроме тебя. Я настаиваю.       Эрик какое-то время прямо смотрит в глаза Джанин, а затем кивает.       - Ванесса, правильно?       - Да.       - Бывшая Дружелюбная?       - Да.       - Интересно. Не часто Дружелюбные переходят в Бесстрашие. Впрочем как и из Отречения. Родители есть, друзья?       - Нет.       - Мать и отец умерли. Несчастный случай. У нее есть подруга Сандра. Она тоже здесь. И друг Джош, - поясняет Эрик. Мне не нравится, что моей личной жизнью интересуется эта женщина. Она может быть опасна, - И она близка с Фором. Насколько мне известно, - губы Эрика искривляются в злой усмешке. Вот же скотина!       - Могут возникнуть проблемы, Эрик? – Лидер Эрудитов поворачивается к собеседнику, приподняв брови.       - Не думаю.       - Хорошо, - Джанин еще раз окидывает меня взглядом, слегка улыбнувшись.       - Хотя я все еще придерживаюсь того же мнения, что и на собрании, Джанин, - Эрик выделяет каждое слово. Чувствую, что это не просто светская беседа. Здесь замешано что-то большее, чем пустая болтовня. Джанин кивает и отходит к Амалии – она только что прошла испытание. Джанин поздравляет девушку, пожимая ей руку.       Эрик наклоняется ко мне, шепча, - Ты даже не представляешь, что ты натворила, Ванесса.       - Что же?       - Валила бы ты отсюда и побыстрее.       - Нет. Бесстрашные не отступают, помнишь?       Он ухмыляется, - Ты так храбришься, потому что слишком мало знаешь.       Я хочу ответить ему, что знаю достаточно много чтобы сдать их всех правительству, но в этот момент называют мое имя. Пора идти на тест.       Я подхожу в Фору, рядом с которым стоит Джанин что-то быстро говоря ему. Когда я подхожу достаточно близко, чтобы различить, о чем именно они переговариваются, Лидер Эрудитов замолкает и, улыбнувшись, отходит.       - Садись, - Фор набирает в шприц зеленую жидкость. Он не улыбается и не подбадривает меня. Все его тело напряжено, а губы плотно сжаты. Что происходит?       - Фор, что такое? – шепотом, так, чтобы меня было слышно только ему, спрашиваю я.       - Джанин подозревает меня и хочет проверить. Она умна. Я должен вколоть тебе не только препарат для стимуляции страха, но и стимулятор той части мозга, отвечающей за реальные воспоминания. Она уже всех проверила. Осталась ты одна. Постарайся продержаться как можно дольше, хорошо.       Я натянуто улыбаюсь, откидываюсь на спинку кресла, закрыв глаза. Началось.       Когда я открываю их, то оказываюсь в уже знакомой комнате с десяткой здоровых парней, обнаженных и очень возбужденных. Как и обычно, я связана веревками. Только сейчас я полулежу на полу, а не сижу на стуле. Я без одежды. Вообще. Первая эмоция, которую я испытываю – страх. Я пугаюсь, но по привычке подавляю панику. Пробегаюсь взглядом по полу, ища что-нибудь острое, чем могла бы разрезать узлы. Неподалеку нахожу бутылку из-под пива. Я улыбаюсь про себя. Фор хорошо обучил меня. Как-то он сказал, что в любом пейзаже страха есть какой-нибудь предмет совершенно не совместимый с реальным миром. Сейчас – это бутылка из-под пива. У нас во фракциях нет алкоголя, и я бы нигде не могла встретить столь контрастирующую вещь в реальной ситуации. Значит, я в симуляции. Видимо, в каждом есть что-то от дивергента. Потому что сейчас я абсолютно не боюсь. Но мне нужно быть настороже. Нельзя показывать свои эмоции. Я должна действовать как Бесстрашная. Ползу к бутылке, не замечая вздохи мужчин. Быстро зажимаю пальцами рук горлышко бутылки и с размаху бью ею об пол. Осколки летят в разные стороны, но ни один не задевает меня. Высокий и жирный мужик хватает меня за ногу, притягивая к себе.       - Не подходи! – кричу я ему, и режу осколком по щеке. Он вскрикивает, ругается и отпускает мою ногу. Я как можно аккуратнее и быстрее разрезаю веревки. Руки свободны, остались ноги. Я режу интенсивнее, думая о времени, которого остается очень мало.       В какой-то момент я закрываю глаза. Всего на мгновение, но этого достаточно, чтобы, открыв их, оказаться на поле, сплошь в разлагающихся трупов родных и друзей. Я вздрагиваю, по спине пробегают мурашки. Стоит лишь на секунду поверить в реальность происходящего и страх парализует меня. Перевожу отсутствующий взгляд с одного тела на другие трупы, валяющиеся вокруг. Я вижу безжизненные тела грязного серого цвета. Я вижу пустые глаза. И никто не может меня спасти от этих ужасных мук – видеть любимых мертвыми. Для чего жить, когда никого не осталось? Ад – это когда не знаешь, для чего живешь. Я закрываю ладошками лицо, стараясь прийти в себя, но мозг уже отключился, уступив место всеобъемлющей скорби. Я иду среди трупов, поглаживая каждого из них, шепча, что все будет хорошо. Сама не понимаю, для чего так делаю. Они все равно меня не слышат.       - Ванесса, - кто-то впереди зовет меня. Я бегу на зов, стараясь различить кто же это.       - Ванесса, - чувствую прикосновение к плечу сзади. Подпрыгиваю от неожиданности и резко оборачиваюсь.       - Фор! Нельзя так подкрадываться!       Фор удивленно смотрит мне в глаза, а затем начинает громко смеяться.       - Что тебе нужно?       Он раскидывает руки как бы сдаваясь.       - Полегче, - на лице игривая улыбка.       Дежавю. Что-то мне это напоминает. Чувствую что что-то не так. Только не могу понять что именно.       - Красивый вид, не правда ли? – Фор показываю на вечерний город. Я оборачиваюсь. Место действия поменялось. Мы на смотровой вышке, под нами раскинулся Чикаго. Сейчас сумерки, поэтому весь город выглядит как разноцветный шар из искр света.       - Эм, наверное, - бормочу я.       - Я видел это много раз. Если выдерешь охрану периметра, часто будешь видеть эту красоту, - он подходит ближе, облокачивается на барьер площадки.       - Если наберу достаточно баллов для этого, - поправляю я его.       - Наберешь. Ты пройдешь тест на отлично, я уверен.       Я косо смотрю на него.       - Я же тебя тренировал, - Фор делает ударение на слове «я».       - Непревзойдённый Фор, - я чуть пихаю его в бок локтем.       Мы смотрим вдаль, туда, где заканчивается моя родная фракция. Дежавю не прекращается. Я стараюсь уцепиться за мелькающие мысли и образы в голове, но они ускользают. Кажется, что я упускаю что-то важное. Что-то происходит, а я не замечаю что именно.       - Фор? – зову парня.       - Что? – он поворачивает ко мне голову.       - Как ты думаешь, что там за фракцией Дружелюбия?       - Не знаю. Должно быть, поля и луга, а может лес. Ты хотела бы узнать?       - Да, - немного подумав, отвечаю я, - Неужели никому не интересно, что там находится?       - А в школе тебе не рассказывали, что за пределами нашего города ничего нет, лишь безжизненная равнина и леса?       - Рассказывали, но мне странно, что никто не пытается покинуть пределы Чикаго.       - Наверное, многие боятся.       Где-то на подсознании вспыхивает чувство реальности происходящего. Это не мой страх. Это воспоминания.       - Фор, а ты не боишься быть... Бесстрашным.       В самый последний момент я одергиваю себя. Сердце напряженно колотится, выбивая невероятный бит. Пальцы холодеют, а руки трясутся. Держись, Несса, только держись!       Фор усмехается, - Я же выбирал стать таким. Неважно боюсь я или нет. И с этим приходится жить.       - Грустно.       - Почему?       - Просто с Бесстрашием приходит одиночество. Ты же не можешь открыться кому-нибудь.       Фор улыбается, - Несса, я не одинок.       Я киваю. Умница, Ванесса, все сделала правильно.       Отступаю к лестнице, ведущей вниз со смотровой.       - Ванесса, а чего ты боишься?       Я оборачиваюсь. Странно.       Очень долго смотрю на Фора, прежде чем ответить.       - Ничего. А что?       - Ты знаешь, кто такие Дивергенты?       Я сглатываю.       - Нет. То есть я слышала о них, но никогда не видела. Хотя, может, они очень хорошо скрывают свое истинное лицо.       - Возможно, - кивает Фор, - или слишком быстро проходят испытание.       Хватит игр.       - Ты считаешь меня Дивергентом?       Фор подходит так близко, что между нами не остается свободного пространства. Я чувствую его сердцебиение. Ровное и спокойное. В отличие от моего. Мы смотрим друг другу в глаза.       - А ты не Дивергент?       - А ты?       - Тебе лучше знать.       - Не нарывайся, ты знаешь, что я Дружелюбная, хоть и в Бесстрашие, а так же знаешь, что ты мой друг, готовивший меня к испытанию. Подумай хорошенько. Если бы я была Дивергентом, то меня не нужно было бы готовить к финальному тесту. Я бы и так его прошла. Разве нет?       Фор открывает рот, чтобы ответить, но внезапно меня выдергивают из иллюзии.       Я моргаю, пытаясь прийти в себя. Рядом стоит Фор, между его бровей пролегла морщинка. Он чем-то недоволен. Потом узнаю чем именно. Джанин стоит рядом, держа меня за руку. А я и не заметила.       - Хорошо, Ванесса, ты можешь идти. Результаты будут известны через пару часов, - говорит она мне, ласково гладя мою руку.       Я небрежно киваю и встаю с кресла. Ноги словно ватные. Еле держусь на них. Пока иду к выходу умудряюсь оступиться на ровном кафельном полу и упасть.       - Эрик, проводи Ванессу, а то она не в состоянии, - щебечет Джанин.       У нее противный голос и фальшивая улыбка. Отвратительная женщина. Двуличная.       - Я сама справлюсь, - поднимаюсь, поправляю одежду и волосы.       Эрик без разговоров хватает меня за талию и ведет к выходу. Нет, он не ведет. Он тащит. Когда дверь за нами закрывается, я вырываюсь из его хватки, отпихивая что есть сил.       - Я же сказала, что сама справлюсь.       - Ты бы не справилась, - он окидывает меня убийственным взглядом.       Я тру глаза. Они немного болят. Как и голова. По коже проходит что-то шершавое. Это бинт. Я забыла, что правая кисть перевязана. Она совсем не болит.       Эрик берет мою сломанную руку и внимательно разглядывает.       - Ты неуклюжая и своенравная. Слишком наглая и чересчур добрая для Бесстрашных. Тебе здесь не место. Ты не пройдешь испытание.       - С чего ты решил, что можешь распоряжаться судьбами других людей?       - Я Лидер Бесстрашия. Я все могу, - самодовольно улыбается Эрик.       - Все? Ты трус! – свирепею я.       Улыбка постепенно исчезает с его лица, - Что ты сказала? – его голос похож на шипение змеи.       - Я сказала, что ты трус. Ты даже боишься открыться, считаешь, что лучше остаться одиноким, чем позволить любви войти в твою жизнь. И, да, я искренне сочувствую тебе. Точнее не так. Я жалею тебя.       - Сука! – Эрик хватает меня за горло, сжимая так сильно, что я не могу дышать, - Может быть, я живу не так, как тебе бы хотелось, но я доволен своей жизнью, ясно?       - Доволен? – хриплю я, - Да ты хоть понимаешь, чего лишаешься? Что ты делаешь, когда рядом не оказывается того с кем можно разделить свою боль? Разреши мне дать почувствовать тебе настоящей жизни.       - Не зли меня.       - Не указывай мне, что делать! Я знаю, что чувствую и не боюсь этого.       - Нужно быть очень глупой, чтобы признаваться мне в этом.       - Или смелой. Я же Бесстрашная, а Бесстрашные преодолевают свои страхи.       - Ты не сможешь спасти меня от моего страха, Несса. Держись от меня подальше.       - Дай шанс и я смогу защитить тебя от твоих кошмаров.       Эрик злобно посмеивается, - Ты их даже не представляешь.       - Я справлюсь.       - Ты так наивна, Ванесса. Совсем еще ребенок.       - Издеваешься?       - Хочешь знать всю правду?       Я киваю.       - Так вот слушай. Ты влюбилась в меня, наивная дурочка, отчаянно пытаясь найти во мне что-нибудь хорошее, но хорошего ничего нет. Все, что я делаю, все, чем руководствуюсь – это моя стратегия достижения определенной цели. Какой именно – не твое дело. Ты - приз на ночь. Секс с тобой был очень неплох, и я бы трахнул тебя еще раз. Но ты наивно полагаешь, что меня можно изменить, а это не так. Я такой, какой есть. И мне нравится это.       Я сужаю глаза. И кто из нас наивен? Он серьезно думает, что я не вижу его садистские наклонности?       - Да, Несса, мне нравится убивать, я люблю власть и люблю силу, - внезапно Эрик протягивает руку, касается завитка волос на моем виске, - Но ты все это и так знаешь, да?       Я улыбаюсь ему в ответ.       - Это-то и странно. Ты видела достаточно, чтобы испугаться меня, но продолжаешь верить, что во мне все еще есть что хорошее.       Эрик вздыхает и притягивает меня в объятия. Минута слабости. Минута нежности. Минута истинных чувств. Я прижимаюсь к его груди так сильно, как только могу. А он шепчет мне на ухо:       - Ты вдохновляешь меня бороться.       Чувствую, как глаза горят, а на лице играет счастливая улыбка.       - Эрик…       - Нет, Ванесса, - он отодвигается, - Это ничего не меняет. Ты должна убраться из моей фракции и никогда не появляться мне на глаза. Я не могу рисковать своим местом Лидера даже ради тебя.       - Чего? – я тупо смотрю на Эрика, пытаясь вникнуть в смысл сказанных слов.       - Несса, - его взгляд становится жестче, - ты не прошла этап инициации. Ты можешь собирать вещи и валить из Бесстрашия.       - Очень даже прошла! – я возмущенно вздергиваю нос.       - Ванесса, я не пожертвую всем, что имею ради тебя.       - Не тебе решать прошла я инициацию или нет. Это решать всем Лидерам. К тому же я отлично справилась с последним испытанием, - вскидываю голову и решительно смотрю в холодные глаза Эрика.       - Это мы еще посмотрим.       Эрик ослабляет хватку, расцепляет руки и исчезает в темноте коридора.       Да, что же я делаю? Это же Эрик. Многогранный любимый Эрик. Без сил оседаю на холодный пол. Я остаюсь наедине со своим мыслями и разбитыми надеждами. И меня накрывает. По щекам текут жгучие слезы, в сердце осколками проникает боль. Боль не оглушительная, но она всеобъемлющая. В конце концов, мне же всего 16. И несколько недель назад я радовалась солнцу у себя в Дружелюбии. И родители были живы. И Сандра всегда была рядом. И я была другой. Беззаботной и веселой. Нестерпимо щемящие воспоминания обрушились на меня, наполняя чувством невосполнимой потери. Всего две недели, а такая перемена в жизни – без родителей, без семьи, без дома… без себя. Я потерялась где-то среди мрачных коридоров этой фракции. От меня той – улыбчивой девчушки – не осталось ничего. Я лишь тень, спешащая догнать потерянное детство. Именно сейчас, в данную минуту, я понимаю, насколько каждый одинок в жизни. Друзья поддержат, но они не смогу заполнить пустоту в душе. Все секреты, все тайные желания и страхи навсегда похоронены в сердце. Мы не даем себе шанса жить. Потому что в этой жизни, в этой фракции никто не способен жить по велению сердца. Есть долг, есть мужество и неукротимое желание показать,что ты чего-то стоишь, но нет сердечности и теплоты. Мы навечно запечатали себя узами одиночества. Только ты сам есть у себя, но иногда и этого мало… слишком мало, для того, что быть счастливым в этом страшном мире, где детей безнаказанно пытают и убивают, где законы и правила нарушаются, где нет доверия и взаимного уважения. Мир фракций жесток и беспощаден, и неважно где ты родился – в Дружелюбии или Эрудиции, в Искренности, Бесстрашии, или Отречении. Везде есть место боли и отчаянию. В любой фракции люди теряют любимых и близких, в любой из фракции друг идет против друга, брат против брата. Предательство, ложь, ненависть – едины для всех. Так стоит ли говорить, как я отчаянно нуждаюсь в любви, понимая все тщетность моих надежд. Я верю, что наравне с предательством всегда идет истинная дружба, с ложью – доверие, а с ненавистью – любовь. Иногда бывает и так, что все это перемешивается в невероятный коктейль эмоций, но всегда побеждает любовь. Должна победить. Любовь исцеляет боль. Она сильнее, должна быть сильнее, чем все негативные чувства. Ведь если не победит любовь, то ради чего жить?       Сквозь всхлипы слышу неспешные шаги.       - Ванесса?       Хочу произнести «да», но вырывается то ли плачь, то ли вскрик.       - Несса, что случилось? – Джош, милый Джош всегда рядом, когда мне это нужно. Вот только мне грустно, что это не Эрик. Мне нужен Эрик, его нежность и тепло рук. Но со мной Джош.       - Не плачь, пожалуйста… мне невыносимо видеть твои слезы, - он садится напротив меня, обнимает.       - Слезы – это частички боли, когда плачешь – боль уходит.       - Несса, - со вздохом Джош прижимает меня к себе.       Я плачу о родителях, так внезапно оставивших меня, о Форе, запрятавшем свое горе глубоко в душе, об Эрике, так отчаянно рвущемуся к любви, но не знающим ее, о всех несчастных людях нашего мира, чьи сердца не находят надежду, о себе…       Слишком рано приходится взрослеть в моем мире. 16 – это не возраст для трагедий и боли. В 16 так хочется закинуть рюкзак за плечи и отправиться невесть куда повидать мир, влюбиться, а потом еще и еще, каждый раз надеясь, что это Судьба. 16 – это не время бороться за жизнь, это время наслаждаться ею. Возможно, когда-нибудь это сможет стать явью, а не просто мечтой. Но мечты, к сожалению, иногда рушатся, и, когда такое происходит, их осколки, которые уже невозможно собрать, больно ранят. Еще больнее бывает от того, то кусочек невозвратной мечты отражается в каждом из нас…       - Что случилось? – Джош чуть встряхивает меня за плечи.       Я качаю головой. Не могу рассказать, не хочу рассказывать.       - Несса, - Джош нежно поднимает за подбородок мое заплаканное лицо, - Пока я вижу твою улыбку, пока я слышу твое дыхание, спокойное и ровное, пока ты со мной, тебе нечего бояться.       - Джош, нет, пожалуйста, не надо, - я умоляюще смотрю на него.       Он друг, только друг и он мне нужен. Умом понимаю, что это неправильно, что нужно отпустить его, но я так эгоистична и не могу этого сделать.       Джош расцепляет руки.       - Не уходи.       - Я здесь, я останусь только для тебя, не плачь.       Я всегда верила, что у каждого есть родственная душа, которую мы обязательно встречаем на жизненной тропке. Но как быть, когда ты заплутал и не видишь тропку, когда твоя душа отчаянно жаждет повстречать любовь, но силы покидают ее, а надежда гаснет? Родственная душа всего одна, а жизнь так коротка… Когда тропинка повернет, буду ли я готова встретить любовь?

***

Ребята, простите, что так долго не писала! Знаю-знаю, я плохая! Ай-яй-яй) Куча дел и все неотложные) Очень жду комментариев и лайков. Мне важно знать ваше мнение! *Всем обнимашки)))