Мы такие, какие есть (Who We Are)

Мы с Солдатом сидели на лавочке, подле бронзовой статуи девушки с журавлём. Я, как обычно, сидела в позе по-турецки, а он, выпрямив спину, ровно сидел на самом краю и озирался по сторонам. Прошло уже больше часа с того момента, как, высадив нас у Грант парка, таксист, на прощание выслушав угрозы Солдата, умчался восвояси. Думаю, что после этого случая, он больше никогда не выйдет на работу. По-крайней мере, в качестве водителя такси. Мало ли, сколько ненормальных с пушкой можно встретить. Это же Чикаго! Грант парк поражал своим великолепием, всюду находились фонтаны, статуи, сады и аккуратно подстриженные газоны. Райский оазис с невероятной архитектурой, находящийся прямо посреди шумного мегаполиса. Эван был прав – я в восторге. Но в полной мере насладиться открывающимся видом мне мешало зудящее предвкушение исполнения моего плана. Конечно, после поездки в такси, мой пыл поутих, заставив переосмыслить в голове образ Солдата, который на деле был очень жестоким и хладнокровным. Даже слишком. - Если бы меня не было рядом, ты убил бы того таксиста? – спросила я, стараясь, чтобы мой вопрос звучал непринуждённо. - Да. У меня есть приказ, – спокойно ответил Солдат, продолжая оглядываться на проходящих мимо людей. - Приказ убивать таксистов, боящихся сифилиса? Парень, без обид, но… - Ты понимаешь, о чём я говорю, – перебил он. – И тебе не обязательно было говорить про сифилис. - Погоди, – я сощурилась, – то есть, ты хочешь сказать, что это я виновата в том, что ты начал махать своей пушкой? - Я хочу сказать, что иногда надо держать рот на замке, – ответил Солдат, посмотрев на меня. Я встала с места и, отряхнувшись, пошла в сторону живописного сада. Солдат пошёл за мной следом. Конечно же, он был во многом прав, я очень часто перегибаю палку, веду себя как язва, но меня уже тошнит от его каменной маски, а ведь мы знакомы совсем недолго. Даже Снежная королева уже растаяла бы. Или разозлилась. Но точно не ходила бы рядом со мной с такой физиономией, будто в момент безразличия человеку дали кирпичом по лицу, чтобы закрепить сие выражение навсегда. Когда лавочка, на которой мы сидели с Солдатом пару минут назад, оказалась вне зоны видимости, а количество народа на квадратный метр стало уж больно большим, я решила, что пора приступать к плану. Ускорив шаг, я с размаху налетела носком правой ноги на асфальтовую дорожку, и упала, приземлившись на руки. Солдат присел передо мной на одно колено. Я перевернулась, и чуть было не завопила от радости, но тут же опомнилась, и принялась всхлипывать, глядя на разбитую коленку. Ну, разбитую – это очень громко сказано. Скорее, она просто была очень покрасневшей. Максимум, что мне грозило – это синяк, но я постаралась выжать из сложившейся ситуации всё, что могу. - Я не специально, прости, – тихо произнесла я, опустив глаза. – Сейчас, у меня был с собой… Где мой рюкзак? Мы с Солдатом одновременно посмотрели по сторонам, как будто это как-то могло помочь в его поисках, ведь по идее, он должен был висеть на мне. - Похоже, я оставила его рядом с лавочкой… Плохая привычка класть вещи не на что-то, а рядом. Пожалуйста, ты можешь сбегать за ним? Мы совсем недалеко отошли, и… Мою речь актрисы погорелого театра прервал Солдат, подхвативший меня на руки. Всё пропало. Сейчас он понесёт меня с собой за рюкзаком. А всё ведь так хорошо начиналось! Ну, и зачем я тогда такой спектакль разыгрывала? Но, вопреки моим опасениям, он аккуратно усадил меня на близстоящую скамейку. - Сиди здесь и никуда не уходи, – произнёс он, глядя на меня. - Есть, сэр! – я натянуто улыбнулась. Ещё мгновение, и он затерялся среди толпы. Я мысленно досчитала до пяти, а затем пулей рванула в противоположную от Солдата сторону. Пробежав довольно большое расстояние, я остановилась. Чем дальше я уходила, тем хуже мне становилось. Вместо свободы, я чувствовала страх, а вместо желаемого одиночества – стыд. Видимо, за эти пару дней, в моём мозгу уже укоренилось то, что когда я с Солдатом – я в безопасности. Сейчас же я чувствовала себя абсолютно беззащитной перед всем этим огромным городом. Неожиданно, меня грубо дёрнули за локоть и повернули. Внутри всё рухнуло, а волна страха накатила так быстро, что у меня закружилась голова. Но я увидела перед собой не Солдата, а молодую рыжую девушку, ту самую, что в самолёте проводила меня до моего посадочного места. Правда, сейчас она никак не походила на стюардессу. - Что Вы здесь… - недоумённо произнесла я, но девушка прервала меня. - Боже мой, простите! Я Вас совсем не заметила! Вы не ушиблись? – нарочито громко и с ужасным акцентом спросила она, а затем очень тихо добавила. – Они лгут тебе, твоя мать работала на Щ.И.Т., не верь ни единому их слову. Я испуганно посмотрела на неё. Мой мозг отказывался переваривать то, что она сказала, на мгновение я даже подумала, что всё это мне кажется, но девушка незаметно для остальных засунула мне в ладонь скомканную бумажку. - Ты должна знать правду, – всё также тихо произнесла она, оглядев меня сочувствующим взглядом, а затем, отпуская мои руки, с акцентом воскликнула. – Ещё раз извините, я торопилась! Прошла буквально пара секунд, а она уже скрылась из виду. Я так и осталась стоять посреди людной асфальтовой дорожки со скомканной бумажкой в руках. Всё моё тело била крупная дрожь, а желудок грозился оказаться вывернутым наизнанку. Я никак не могла уцепиться ни за одну мысль, что проносились в голове, всё смешалось в один огромный клубок из воспоминаний, догадок и осмысления произошедшего. В тот момент я была будто компьютер, зависнувший прямо во время выполнения важной задачи. Люди, которым приходилось обходить меня, застывшую на дорожке, что-то недовольно бурчали в мой адрес, но вся речь, лившаяся в мои ушные раковины прямиком из внешнего мира, была похожа на какое-то бульканье, а сама я вдруг ощутила себя большой рыбой. Мир вокруг меня начал окрашиваться в голубой цвет, кусты и зелёный газон превращаться во флору и фауну подводного мира, а у проходящих мимо людей начали отрастать плавники. Стеклянным взглядом я провожала каждого из них. Но один человек с плавниками всё же остановился передо мной, начав трясти меня за плечи. - Что? – медленно спросила я, смотря вперёд. Человек с плавниками лишь что-то булькал в ответ. Это чудесно. Я чувствовала себя под кайфом, всё было таким медленным, таким тянущимся, таким спокойным. Я даже перестала думать об этой девушке, говорившей что-то о маме, ровно до того момента, как почувствовала сильный удар в грудную клетку. Голубые краски тут же исчезли, прихватив с собой в небытие все водоросли и ракушки. К людям вернулись их нормальные конечности, а я снова услышала окружающие меня звуки, как будто кто-то включил обратно колонки. От сильного удара я повалилась на землю, и теперь жадно хватала ртом воздух. Надо мной склонился Солдат. Видимо, это мне за то, что я убежала. Поделом мне. - Руби, вставай! – грозно произнёс он. - О, ты знаешь моё имя! – я попыталась рассмеяться, но всё тело сковало болью. - На меня напали, они знают, что ты здесь, надо уходить. Вставай, – повторил он. - Как напали? Я тут же села. Дыхание всё ещё не нормализовалось, поэтому Солдат, подхватив меня одной рукой, поставил на ноги. Мой взгляд тут же упал на огромное кровавое пятно, еле заметно растёкшееся по ткани. Если не всматриваться, то можно его совсем не увидеть, но если уж присмотрелся, то картина открывается в полном масштабе. Меня опять затошнило. - Что они с тобой сделали? – спросила я, сдерживая крик, так отчаянно рвущийся наружу. - Надо уходить, – коротко произнёс Солдат. Не сговариваясь, мы быстро начали двигаться в сторону ближайшего выхода из парка. Я боялась посмотреть в сторону Солдата, ведь если бы не моя выходка, то его бы не ранили. Лучше бы он кричал, злился на меня, чем изредка окидывал взглядом, полным безразличия. Мне хотелось немедленно провалиться под землю, либо повернуть время вспять. Сделать всё, чтобы избежать произошедших событий и того, что за ними последует. В голове, наконец, начался мыслительный процесс, всё начало проясняться, но оставались одни только вопросы, на которые не было ответов.

***

Солдат затолкал меня в чёрную машину, ожидающую нас прямо на выходе. Стоило ему самому сесть, как она тут же тронулась с места, увозя нас подальше от злосчастного парка. За рулём сидел тот самый дедуля, что забирал нас из аэропорта. Казалось, что это было целую вечность назад. - Никто не выходит на связь, – произнёс Солдат, обращаясь к нему. – Нас обнаружили. - Собирайте вещи. У вас будет примерно час, потом я отвезу вас в безопасное место, – ответил дедуля. Солдат откинулся на спинку сиденья, сжав бионической рукой предплечье другой руки. То самое место, из которого сочилась кровь, пропитывая его худи насквозь. Меня передёрнуло от его спокойствия. Ни единой эмоции на лице, как-либо показывающей то, что ему больно. Захотелось пощёлкать пальцами у него перед лицом, но это вряд ли оживило бы его. Он – машина. Не человек. Надо зарубить себе это на носу. - Я одна вижу огрехи во всём этом гениальном плане? – наконец, произнесла я. – Меня увозят в другую страну, подальше от безопасного дома. Если за мной следили там, то нет ничего удивительного в том, что меня нашли, вам не кажется? И нет ничего непредсказуемого в том, что было совершено нападение. Неужели просто нельзя было приставить ко мне охрану, или же отвезти в ваш штаб? Это было бы куда разумнее. Но зачем нам логика, верно? В салоне воцарилась тишина. Ещё немного, и я была готова рассказать о девушке, которую я встретила во время своего побега, но что-то подсказывало мне, что она не лжёт. Я начала сомневаться в том, что всё происходящее – случайность, а также в адекватности людей, отдающих приказы. Единственная мысль, которая успокаивала меня – отец никогда не желал бы мне зла, значит, всё в порядке. Возможно, я просто не могу пока что здраво оценить всё то, что происходит.

***

В квартире было прохладно, потому что я не закрыла окно, выходящее на балкон. Я тут же кинулась в комнату, собирая вещи в небольшой пакет, любезно втиснутым мне в руки водителем, ожидающим нас внизу. Солдат так и не забрал мой рюкзак, как стало известно из пары фраз, брошенных мне в ответ на мои бесконечные вопросы, полившиеся на него, когда мы поднимались наверх. Впрочем, там не было ничего особенного. Бинт, пара блокнотов и ручек, а также кошелёк, но налички в нём было совсем мало. На все сборы у меня ушло не больше пары минут, ведь я так и не успела обжиться в комнате, да и вещей у меня было - кот наплакал. Выйдя из комнаты, мне довелось увидеть бегающего по комнате Солдата, отовсюду достающего оружие. - Даже за холодильником? – тихо спросила я, глядя на Солдата, шарящего здоровой рукой за решёткой отодвинутого холодильника. Вместо ответа он вытащил оттуда какой-то свёрток и кинул его в сумку, стоящую на диване. В сумке была куча, нет, ОГРОМНАЯ куча всевозможного оружия. Я заворожено уставилась на неё, борясь с желанием потрогать всё это чудо. Я стреляла из оружия только один раз в жизни по банкам, и то промахивалась. Зато отец был отличным стрелком, что немудрено, если он работает в одной организации с Солдатом. Глубоко вздохнув, я почувствовала, как рёбра сковала сильная боль. Держа в руках бинт и какую-то склянку с прозрачной жидкостью, Солдат сел на диван, стянув с себя здоровой рукой верхнюю одежду. Я ахнула. Вся рука была залита кровью, на предплечье виднелась глубокая рана. Намочив тряпку, валявшуюся неподалёку, он приложил её к ране. - Ты собралась? – спросил он, немного поморщившись. - Да, я уже… Можно я тебе помогу? Пару секунд он с опаской смотрел на меня, а затем, пододвинувшись, освобождая мне место рядом, протянул тряпку, успевшую окраситься в красный цвет. Я присела рядом и, выжав тряпку над полом, вылила на неё немного содержимого склянки. - Тебе больно? – тихо спросила я, прикладывая тряпку к его руке, пытаясь отмыть ею следы крови. - Немного, – произнёс Солдат, наблюдая за моими движениями. Когда удалось стереть хоть немного следы запёкшейся крови, я ещё раз приложила тряпку к ране и, убрав её, подула на руку. Солдат вскинул бровь. - Что? – я недоумённо посмотрела на него. – Моя мама всегда дула мне на раны, чтобы не было больно. Правда, обычно это были разбитые локти и коленки, не знаю, поможет ли сейчас, но я могу дуть сильнее, если хочешь. - Перевязывай, – ответил он. Я кинула тряпку на пол и, взяв в руки бинт, принялась неумело перевязывать руку Солдату. Изредка он прерывал меня, приказывая сделать потуже, но я не могла заставить себя натянуть бинт. В итоге, повязка выглядела, мягко говоря, не очень. Надеюсь, что хоть держаться будет. Я поднялась с места и, взяв в руки его худи, расправила. - Поднимай руки. – я улыбнулась уголками рта. Он поднял руки, и я осторожными движениями натянула на него одежду, поправляя капюшон. В дверь раздались глухие стуки. Мы с Солдатом переглянулись. - Спрячься в комнате, – произнёс он. - Я не буду прятаться, – тихо возразила я, чувствуя, как всё моё мужество уходит в пятки. Времени на споры не было, стук в дверь стал более громким. Солдат взял из сумки большой нож и медленно приблизился к двери. Мне показалось, что я только на секундочку закрыла глаза, а когда открыла, Солдат стоял позади Эвана, прикладывая нож к его шее. Настолько всё произошло быстро. - Это очень плохая идея – возвращаться на место преступления, будучи агентом Щ.И.Т.а, – угрожающе произнёс Солдат. - Постой! – пискнула я. – Не убивай его, пожалуйста! Эван умоляюще смотрел в мою сторону, пока Солдат, видимо, обдумывал моё предложение. - Он предатель, – наконец, холодно произнёс он. – Это он отправил тебя в Грант парк и дал наводку людям, которые напали на меня. - Он может быть нам полезен, Солдат, пожалуйста! Допросим его, и тогда убьём, только не сейчас, я прошу тебя! – взмолилась я. Солдат резким движением перевернул нож в руках и массивной рукояткой ударил Эвана в висок, от чего тот мгновенно потерял сознание, оседая на руках моего защитника. Я облегчённо вздохнула, но, как оказалось, слишком рано. Солдат с силой ударил своей бионической рукой по коленной чашечке Эвана. Я услышала хруст костей. - Это гарантия того, что он не сбежит, – произнёс он, перекидывая через плечо обездвиженное тело нашего соседа. – Возьми мою сумку, мы уходим. - К-куда мы едем? – шёпотом спросила. - В одну из штаб-квартир. Сейчас она пустует. Какое-то время мы пробудем там. Закрыв молнию на его сумке, я взяла её в руки и поплелась за Солдатом. Похоже, что реальность решила, что настало время и мне удариться о её чугунную задницу.