Голодные игры. Версия 2.0

Десять… Девять… Восемь… Семь… Шесть… Пять… Четыре… Три… Два… Один… Я раскрываю глаза и просыпаюсь. Уже утро. Скоро будить меня прибежит Эффи. В двенадцать дня начинаются Голодные игры. И правда, не успеваю я толком подняться с кровати, как раздается голос Эффи, что-то верещащей про важный-важный день. Ее послушать, так каждый день является важным-преважным. - Вставай, Китнисс. Сегодня важный день. Арена. Кто ж мне даст забыть. Что самое ужасное, я и сама не забуду про это. - Да, Эффи. Я встаю. Мы завтракаем все вместе в полной тишине. Есть вероятность, что двое из присутствующих к закату будут мертвы. И все это прекрасно понимают. Если честно, мне кусок в горло не лезет. Я просто пью маленькими глотками апельсиновый сок и отщипываю кусочки от булки. Рядом со мной играется с яичницей Гейл. Ему еда тоже не в радость. Через какое-то время нашего бесцельного сидения за столом, безгласые убирают еду, и мы уходим. Точнее собираемся уходить, но Хеймитч останавливает нас. - У вас больше не будет возможности попрощаться. С нами вы можете вообще больше не увидеться. Друг с другом - только на Арене. Я молча подхожу к Эффи и обнимаю ее. Я уже привыкла к ее вечной болтовне, неиссякаемой энергии. Потом обнимаю Хеймитча. Он – мерзкий, язвительный алкаш, но только от него будет зависеть моя последующая жизнь. Да и к тому же, он всегда ко мне неплохо относился. Остается Гейл. С ним я увижусь на Арене. Но там будет не то. Там мы будем пытаться остаться в живых. Сейчас мы в относительной безопасности. Хеймитч и Эффи выходят из комнаты. Гейл прижимает меня к себе и начинает шептать мне на ухо: - Запомни, после сигнала ты можешь что-нибудь взять у Рога, а затем убегай что есть мочи. Профи я скажу, что мы договорились, и ты будешь действовать под прикрытием. Одинокой девчонке легче довериться, при ней легче расслабиться и не ожидать подвоха. У тебя будет 3 дня, чтобы найти укрытие. Я скажу, что через 3 дня ты присоединишься к нам, и, когда ты не придешь, они поймут обман. Я убегу, не волнуйся. Если ты за эти дни кого-нибудь убьешь, это подтвердит мою ложь. - Гейл, я не смогу убить. - Ты - охотник, Кискисс. Ты это умеешь. - Не людей… - Разницы нет, пойми. Его слова были жестоки, но правдивы. Разницы действительно нет, главное забыть, кого ты убиваешь. - А что потом? - У Рога погибнет около 10 трибутов. Потом еще штук 5. Потом распорядители начнут убивать нас сами. Еще минус 2-3. И тогда Игры начнутся для тебя по-настоящему. До этого времени просто жди. Если убьешь кого-то, еще соперники в минус. - Ты так все легко рассчитываешь… - Китнисс, сейчас только холодный расчет и остается. Он целует меня и выходит из комнаты, оставляя меня совсем одну, наедине со своими мыслями и с горящими губами. *** Всех трибутов посадили в какой-то летающий аппарат, который и доставит нас на Арену. К нам подходят какие-то люди с шприцами в руках. - Что это? – спрашивает Гейл. - Следящее устройство, - холодным голосом отвечают ему, вводя это самое следящее устройство в предплечье. Полет продолжается недолго. Уже через 10 минут я иду рядом с Цинной. Он приводит меня в комнату с диваном, столиком с едой и какой-то стеклянной капсулой. Через мгновение до меня доходит, что эта капсула доставит меня на Арену, отправит меня в мой последний путь. Цинна помогает мне одеться. В этой одежде я буду на Арене. Еще он прикалывает на футболку брошку Мадж. А я про нее совсем забыла… - Может, хочешь чего-нибудь поесть? Я мотаю головой. - Или попить? Я снова мотаю головой. Цинна понимающе кивает. - Ладно, Китнисс. Ты – мой первый трибут. И я хочу сказать, что я ставлю на тебя. Хоть мне и запрещено это делать. Он подходит ко мне и обнимает. Я рада, что он это сказал. Теперь даже в Капитолии у меня есть настоящий друг. Раздается женский голос: - Трибуты, встаньте на диски. Голодные игры начнутся через две минуты. Цинна целует меня в лоб, я встаю на диск. Капсула накрывает меня. Я вижу, как Цинна одними губами говорит: « Я ставлю на тебя, Огненная Китнисс.» Диск едет вверх, и меня ослепляет яркий свет.