Мое жаме вю

Стоило мне утром открыть глаза, как я заметил суматоху дома. Анзор сидел на диване, где мы спали, и красился, изредка кидая взгляд на телевизор по которому крутили новости. Мама устроила генеральную уборку. На вопрос: поедет ли та со мной, мать ответила отказом и быстро скрылась. Поэтому ехал я на такси с Анзо. Машина остановилась ровно в восемь утра напротив большого белого здания. Но и он, быстро выпроводив из машины, уехал по своим делам, пожелав удачи. Сидя перед «Вторым шансом», я чувствовал, как меня охватывает обреченность. На улице становилось не по-летнему прохладно. Осенние дожди не за горами. Сойдет для идеального конца года. Толкнув ободы, я покатил вперед. Весь сад, что окружал санаторий, был спроектирован исключительно для инвалидов, в большей степени для колясочников. Множество пологих въездов и спусков с ограничительными поручнями, дороги все широкие и асфальтированы. Любая лестница оборудована пандусом, даже если есть возможность объезда. И много-много зелени. Особенно мне понравилась плакучая ива, с правой стороны здания. Такая большая, что самому захотелось поплакать. Я двинул дальше и потихоньку оказался внутри. Мой лечащий врач находился в пятнадцатом кабинете. Коридоры были широкими, навстречу мне то и дело встречались различные люди. В колясках. Я быстро нашел нужный кабинет. Предварительно постучавшись, я заехал внутрь. - Здравствуйте, - кабинет, как я и ожидал, оказался светлым. Мужчина, оторвавшись от бумаг, поднял голову, сверкнув очками. - Я Томас Форест, – представился я и нервно потер нос. Мужчина встал из-за стола и, подойдя ко мне, протянул руку. - Я – Аксель, приятно познакомиться, – кивнув, я пожал руку в ответ. - Подъезжайте к столу поближе, я как раз знакомился с Вашей медицинской картой. Я хмыкнул и послушно подъехал к столу. Аксель сел за стол. - И как оно? – спросил я. – Жив буду? Аксель улыбнулся и кивнул. - Нам надо будет определить медицинские показания для лечения. Пройдемте… - и он открыл дверь. Не буду рассказывать, каким пыткам меня подвергли, но в конце я был выжат как лимон, а Аксель, катая мою коляску, в которой я распластался, что-то говорил, говорил, говорил… - … восстановить проницаемость межклеточных мембран и нормализировать внутриклеточные окислительно-восстановительные процессы и активировать ферментативные системы, для восстановления реституции. А я слышал: «бла-бла-бла». В коридоре было немного шумно. Некоторые люди стояли кучками и болтали. Но тут я заметил большой голубой силуэт, который держал какую-то палку. Как его?.. Яшма? Шима? - Вот, это ваша палата. Не понял. В шоке уставившись на открытую дверь и виднеющееся пространство помещения с кроватью, я обернулся к Акселю. - Моя палата? - Да, - не поняв моего шока, ответил Аксель. - Нет, я на это не подписывался. Мать говорила, что я могу быть до… Правый уголок губ дернулся в полуулыбке. Он снова покатил меня, но теперь в комнату. - Да, я знаком с вашей матерью. И она говорила мне о вашем нраве и настояла держать вас здесь, если даже придется посадить вас на цепь. Моя челюсть с шумом встретилась с полом. И тут в голове промелькнула догадка: - Так вот почему она меня тогда выгнала?! – воскликнул я. Аксель широко улыбнулся. - Да, ваши занятия начнутся с завтрашнего дня, а пока обустраивайтесь, - и ушел, закрыв за собой дверь. - Но что мне обуст… - я запнулся, увидев до боли знакомую сумку на застеленной кровати. - Мама… - рявкнул я в пустоту.

…

Денег на телефоне у меня не оказалось, а на улице уже потемнело. Приняв попытку к бегству (а точнее к угону от сюда), я обнаружил, что ворота заперты. Подергав пару раз, я, спокойно развернувшись, отправился обратно к себе. Я решил не буянить, так как мне не пять лет и тут вроде как помочь хотят. Хотя моя натура рвалась наружу и грозилась разломать все к чертям собачьим, ну или хотя бы кинуть камень в пруд. Что я и сделал, предварительно оглянувшись на присутствие свидетелей и, взяв единственную находившуюся неподалеку гальку, кинул ее в пруд. Удар прозвучал как «бульк» и все. Ни тебе криков ужаса, ни крови, ни трупов… Вздохнув, я поежился от промозглого ветра. Дорожку, на которой я находился, освещал фонарь и так вдоль каждой дорожки. Я оглянулся и посмотрел на ночной сад. - Прелестно!

…

Такой подлянки я не ожидал. Даже дома это не происходило ни разу! Как у них только рука поднялась… разбудить меня в восемь утра?! Местный «надсмотрщик» растормошил меня и быстро удалился, сказав, что столовая находится в там-то, а завтрак начнется уже скоро. Вставал, умывался, собирался я нехотя. В санатории кипела жизнь. Я растеряно выглянул из своей палаты. Так, надо напрячь память и вспомнить, где тут столовка… - То-о-о-ом! – эхом прозвучало в коридоре. Все замолкли. Я медленно развернул коляску и увидел полтора тела бегущих в мою сторону. Неужели это… - Майки? Анзо? Вытянув руки вперед, они бежали на меня, грозясь свалить меня с коляски. А еще они плакали. Плакали, мать вашу! - То-о-ом! – как ни странно, первый добежал Майки. С разбегу, он прыгнул мне на колени и принялся душить. Обнимать, то есть. Анзо навалился сверху. Все смотрели прямо на нас. Мне стало неловко. Всхлипывая и вытирая сопли об меня, они не прекращали ныть. - Все! Все-е-е! Прекратите истерику! – отлепив от себя Майки, я взглянул на его лицо – Пойдемте в столовку что ли… - А где ты ж-живешь? Я, не подумав, указал на рядом стоящую дверь. Анзо развернул коляску и быстро закатил меня с Майки внутрь. Дверь «105А» захлопнулась, отрезая нас от толпы любопытных зевак. - Что случилась? Что за водопады? Майки, оторвавшись от меня, взял мое лицо в свои ладони заставляя смотреть ему прямо в глаза. - Дома плохо, – и прозрачная капля потекла из правой ноздри. Я заторможено проследил за ней взглядом. Рот искажен в рыданиях. Определив дальнейший ее путь, я быстро вытер лицо Майки своей футболкой. Фак, это был неосознанный жест! Теперь у меня футболка грязная… - Так. Что значит плохо? – с плохо скрываемым раздражением, спросил я. - А то! – Анзо сидел на моей кровати и вытирал слезы, смотря в зеркальце. – Ты знал, что у тебя дома Полтергейст? И отопления нету? - Полтергейст? - Да! – Майк. – А еще Оно опять на меня смотрит!! - Оно? - А спать одному страшно! – Анзо. - Спать? - Вернись домо-о-о-й! – в унисон. Меня сейчас типать начнет. - Так, стопэ! – я поставил Майки на пол, что бы видеть их вместе. – Вы прибежали сюда в такую рань, потому что не можете спать одни? – с подозрением на отсутствие мозга, я уставился на эту парочку. Они синхронно шмыгнули носом, хлопая своими невинными глазками. Тоже мне Бэмби перевоплощение. - Так… - держись, Том - Майк, ты же с мамой, ну или с Анзо! А ты, Анзо, взрослый, черт тебя раздери и отдери! - И че? А вдруг я умру, а дома никого? - Да с чего тебе умирать-то?! - От одиночества! - Анзо, зафакал! – я нервно почесал затылок. С кем я живу? – А ты? – я стрельнул глазами в Майка. - А… а на меня… на меня смотрит то чудовище… - Твою ж кошечку за причинное место, какое чудовище?! - Ну... то, что из окна на меня смотрит… с зелеными глазами… Майк уже сидел рядом с Анзо. - И что вы от меня хотите? – устало вздохнул я, переставая улавливать суть разговора. - Поехали домой, а? - Та кто меня пустит? - У-у-у-у-у! - Так мама же дома! – осенило меня, наконец. Четыре пары глаз, наполненные слезами, снова уставились на меня, давая понять, что «этим делу не поможешь». - Она сказала, что через пару деньков уедет. - А Билл? - Он не живет с нами! Чертыхаясь, я быстро достал мобильный и набрал номер Билла. Я зло смотрел на них, пока слушал гудки в телефоне. - Билл слушает. - Билл! Поживи у меня! – и молчание на том конце провода, а затем град вопросов: - Что? Пожить? Как? - Ты и так ночуешь у меня! Переночуй, пока меня не будет дома. - А ты куда собрался? - И собрался, и уже приехал. Я в санатории. - Так ты же говорил, что… - Долго объяснять. Эти два нытика боятся ночевать дома одни. - А я чем?.. - Билл, прошу… - заскулил я в трубку. Майки и Анзор с интересом наблюдали за спектаклем. - Ну… Хорошо… Только я не всегда… - Спасибо! – беспардонно перебил я. - Я у тебя в неоплатном долгу. На том конце хмыкнули. - Ладно, должник, у меня тут работа. Я к тебе вечером заеду, ок? - Ага, пока. Завершив разговор, я уставился на парочку. - Все, вопрос решен. - А на Билла можно конечности забрасывать? – Анзо. - Не думаю, что он позволит… - А слюни пускать? - Ты на меня слюни пускал?! Анзо смущенно улыбнулся. - Ну… когда снятся сладкие сны. А с тобой они часто снятся. - Ну ты слизняк! Майки схватившись за живот, покатился со смеху. Тут дверь в палату открылась, и опять появился «надзиратель». - Форест? У вас через десть минут массаж, - и захлопнул дверь. - Прекрасно, я из-за вас пропустил завтрак… - пробурчал я. Тем же вечером, я сидел во внутреннем саду и любовался закатом. Теплые лучи светила, что опускалось за силуэты крон деревьев, отражались в пруду и согревали мое лицо. Я сидел укрытый пледом и укутанный в теплую ветровку. Я ощущал покой, что давалось мне редко. Было так хорошо, что я готов был растечься лужицей от кайфа. Было бы еще температура потеплее… - О, ты тут? Азиат стоял рядом в обнимку с веником. - Привет. - Привет, - он кивнул и подошел ближе и сел на пол рядом, тоже смотря на закат. Я в голове перебирал имена, пытаясь вспомнить, как зовут японца. Спустя минуту молчания я поинтересовался: - Тебе убирать тут надо? - Ага. - А че тогда сидишь? - ты меня гонишь? - он с презрением посмотрел на меня – Меня тут начальник постоянно пилит! И ты туда же… - Давно работаешь? - Ну, с месяцок будет, - он задумчиво почесал свое пузо. - Watashi wa bakada!* – воскликнул японец и хлопнул себя по лбу. - А? - Ниче! Вали, мне надо убирать. - Нифига. Я сюда первый пришел, убирай в другом месте. - Ōheina kani!** – прошипел Мияшта. Пробормотав что-то, я снова повернулся к закату. Японец встал и потянулся, затем засунул руку в штаны и почесал зад. Вытащил, поднял веник и начал сметать листья в кучу. Вот так молча мы делали каждый свое. И я вспомнил, как его зовут! Мияшта! Гений я! - Kyūyo… chīfu…*** - япошка что-то бормотал себе под нос. Я предпочел не обращать внимание. Вот так - чертыхаясь – Мияшта уходил дальше. А я снова окунулся в споко… - Нашел! Сделав глубокий вдох, я попытался не убить нового нарушителя спокойствия. Обернувшись, я увидел, как ни странно, Билла. - О! – вся злость ушла разом – Привет. - Обыскался тебя, - улыбнувшись, он стянул с себя шарф и сел на рядом стоящую лавочку. Он выглядел и вправду запыхавшимся. Волосы собраны в низкий хвост и растрепаны, щеки розовые, куртка расстегнута, а на шее висит шарф. И судя по его толщине, он не греет… - Что? – спросил Билл, наткнувшись на мой задумчивый взгляд. - Да так… вод думаю, греет ли тебя этот шарф. Он по-доброму усмехнулся и откинулся на скамейке, прикрыв глаза. Свет заката обволакивал его тело. - Это подарок. Аксессуар. - Чарли? - Ага. Он приоткрыл глаза и посмотрел на небо, я повторил за ним. Мияшта, что отошел не так далеко, как я думал, усиленно делал вид, что его там нет и он очень занят уборкой, то и дело, кидая на нас взгляды. - Как дела? - Сегодня на массаж ходил. - И все? - Ага. Меня Анзо и Майки завтрака лишили. - Да? - Да… заявились с водопадом соплей, мол, нам скучно дома. Потом их выпроводили, правда… - Это мама тебя сюда? - Ага. И опять молчание. Мда… разговаривать у нас не получается. Солнце уже почти скрылось из виду. Мияшта наматывал пятый круг перед нами, грозясь сделать дыру в асфальте. Я укутался потеплее, заметив, что начинаю дрожать. Пора идти к себе. Полный решимости я развернул коляску и наткнулся на пристальный взгляд Билла. Я растерялся. Откинув голову, он смотрел на меня из полуоткрытых век, будто сканируя на дефекты. - Что? - Том, - и это его «Том» прозвучало как выстрел. Не сводя с Билла беспокойного взгляда, я наблюдал, как тот встал и, преодолев расстояние между нами в два шага, опустился передо мной на корточки, схватив подлокотники ладонями. - Том… - повторил он. Краем глаза, я заметил как Мияшта тоже замер. - Том… - трижды повторил он. А я понял: жди беды. - Что? – не выдержав, спросил я. - Ты знаешь «что». Ты мне очень нравишься Том, – тебе кажется. Прикрыв глаза, он усмехнулся. – Надоело уже бегать вокруг да около, – зашипел и сильно зажмурился. Открыл глаза - Том, с***, и только попробуй не ответить мне взаимностью! – сказав это, он рывком поднялся и, захватив мое лицо ладонями, поцеловал в губы, а затем прошептал, не отводя взгляда, все так же в губы: - Не для этого я тебя искал так долго. Метла Мияшты со стуком упала на асфальт. - Wau! ________ * - Я идиот! (с яп.) ** - Наглый краб! *** - Зарплата… начальник…