Кружевница

С утра за мной зашёл тот самый неразговорчивый дворецкий. Жестом показал, что следует идти за ним, и повёл в учебный класс. Вернее, это я решила, что будет класс. А оказалась мастерская. Господин Шорткат уже ждал на месте. Представил меня другим ученикам, показал, где взять фартук и приступил к пояснениям. Честно говоря, ни сама работа, ни мастерская мне не понравились. Как-то все эти столы выглядели, на мой взгляд, грязными. У каждого ученика на рабочем месте было два стола. Один с шлифовальным кругом, а второй с ёмкостью для воды. Наверное, моя гримаса отражала всё, что я думаю об амулетах и тех, кто их делает. – А ты ожидал, что будешь своими нежными пальчиками только камни в оправу вставлять? – ухмыльнулся парень, которого артефактчик представил, как Ваноса. – Да, Сар. Всё от начала до конца мы изготовляем сами, – подтвердил господин Шорткат. – Завтра покажу тебе мастерскую отливки. А пока начнем с азов и методов шлифовки. Вот уж никогда не думала, что для создания маленького драгоценного камня, нужно поработать молотком, загоняя клинья в трещины и ища ослабленные направления. В чём-то Ванос был прав. Молоток в моих руках смотрелся инородным предметом. Похоже, что из всех учеников только я выглядела, как... мг... «девочка». В этот день непосредственно до шлифовки дело не дошло. Господин Шорткат учил меня определять по осколкам камней, какая будет дальнейшая форма обработки. Я даже самостоятельно смогла предложить для трёх обломков форму огранки. В целом, интересно было узнавать, как меняются в зависимости от этапа работы шлифовальные круги, как крепится камень. Вот только если бы мне это всё не предстояло делать самой. Даже промелькнула мысль, не рвануть ли в магическую школу? Ну их эти камни. Уж больно грязная работёнка. Ещё мне показали место, где происходила барабанная шлифовка. Артефактчик приостановил процесс, чтобы продемонстрировать эти камни. Оказалось, что некоторые виды камней можно без предварительной обработки загружать в специальную посуду и запускать вращение. Правда, по времени это занимает почти месяц. Получаются камни, пусть и неправильной формы, зато идеально отшлифованные. Их используют для самых простых амулетов, не требующих сложной магии (вроде подогрева воды). Господин Шорткат напомнил, что вникать в технологию я буду непосредственно на практике. Но почитать специальные книги не мешало бы. Так что вторую половину дня я сидела в гостиной и наслаждалась чтением каталога. И только за ужином сообразила, что должна была уйти на школьную половину. Хотя артефактчик сам так и не определился с моим статусом. Получалось, что пока я гость, а потому живу и питаюсь на хозяйской половине дома. Через две недели я совсем освоилась. Конечно, процесс обработки камней был довольно утомительным, но что-то у меня стало получаться, несмотря на то, что первые полтора десятка камней я испортила. Мне даже стала нравиться такая работа. А уж когда я отшлифовала свой первый топаз огранкой «квадрат», восторгу моему не было предела. Поскольку учеников осталось мало, артефактчик смог уделять мне больше внимания, контролируя и направляя все действия. Ещё я вспомнила, что пора перебираться в школьные комнаты. Тут господин Шорткат меня остановил. – Боюсь, что с Ваносом у тебя могут возникнуть трения, – поделился своими наблюдениями учитель. – Даже не знаю, чем ты его зацепил, но лучше живи у меня. Не стоит тебе появляться в жилых помещениях учеников. – Я вас не стесню? – деликатно поинтересовалась я. – Нет, – заверил меня ливиец. – С тобой интересно беседовать. Порой мне кажется, что тебе больше пятнадцати лет. Я только смогла беззвучно открыть и закрыть рот. Похоже, не стоило так эмоционально комментировать прочитанные книги. Особенно тот справочник, где описывалось применение камней в предсказаниях. На мой взгляд, полная чушь. Как можно по рассыпавшейся горсти камней прочитать судьбу? Об этом я так прямо и заявила господину Шорткату. Завязался спор. Я не сдержалась и ляпнула про Голубой дворец. Но похоже, что сведения о прорицательницах не были секретными, и в Ливии о них знали. – Получается, что любой человек, бросив камни и сверившись с таблицей в справочнике, сможет предсказать судьбу? – возмущалась я. – Почему же любой? – возражал господин Шорткат, – Наверное, задатки магии должны присутствовать. – Если он будет магом, то сможет управлять камнями и предсказание потеряет смысл, – нашла я очередной довод. – Отчего же? – не соглашался артефактчик. – Некоторым магам доступно особое состояние тела, наподобие транса. – Если человек может погружаться в транс, он и так увидит будущее, без камней, – категорично заявила я. И вдруг сообразила, что уж больно изучающим стал взгляд господина Шортката. – Ты так говоришь, будто очень хорошо знаешь и понимаешь, как предсказывают будущее. Я в очередной раз прикусила язык. Скомкано попрощалась и ушла к себе в комнату. Как и обещал учитель, когда через четыре месяца, я более-менее освоилась со шлифовкой, он познакомил меня с отливкой оправы из металлов. Вообще-то я уже видела, как это делают старшие ученики, но надеялась, что меня этому учить не станут. Конечно, восковые формы для заготовок выглядели очень красиво. Но всё остальное для подготовки – бе...бе...бе. Приготовление гипсовой формы и заливка металлом казались слишком «грязными» для меня. Да и запахи в мастерской соответствовали работе. Ванос и Нарим пытались шутить на эту тему, но господин Шорткат быстро пресекал малейшие попытки задирать меня. И вообще опекал. Порой мне казалось, он уже и забыл, что я всего лишь ученик, да к тому же, не самый способный. Честно говоря, я уже привыкла, что у ливийцев проявление дружбы между мужчинами порой принимало странную форму. Впрочем, учитель никогда не намекал и не предлагал чего-то другого. И потому для меня стало потрясением, когда однажды школу посетил один знатный господин и, мельком увидев меня в коридоре, тут же предложил любовь и покровительство. Всё что я сумела сделать в тот момент, это убежать подальше. Но во время обеда пришлось встретиться с этим господином за столом. – Господин Драфонт, советник – представил его учитель. – Шор, я смотрю, ты всё же изменил своим принципам. Раньше ты никогда не брал учеников в сожители, – прокомментировал знакомство господин Драфонт. – Впрочем, я тебя понимаю, мальчик действительно хорош. Всё время обеда советник продолжал разглядывать меня. Я, в свою очередь, то краснела, то бледнела от таких откровенных взглядов. – Сар, подумай, может, примешь моё покровительство? – заявил напоследок этот представитель аристократии. После ухода господина Драфонта я ещё долго не могла прийти в себя. Артефактчик, вероятно, понял моё состояние и терпеливо ждал, пока я успокоюсь. – Он от тебя не отстанет, – тяжело вздохнул господин Шорткат. – Советник привык получать, всё что захочет. – И как мне быть? – У меня есть идея. Не знаю, как тебе понравится, – смутился учитель и продолжил. – Я могу формально взять над тобой покровительство. – Видя, что я никак не реагирую, уточнил: – С подтверждением в храме. Дара речи я лишилась. Это они что на мужчинах женятся? Похоже, что выражение лица у меня было таким ошарашенным, что господин Шорткат поспешил объяснить: – Сар, я действительно приму тебя в свой род. – Э...эм... – еле выдавила я из себя. – Кроме того, Сар, если хочешь, то пойдем в храм со скульптурой? – продолжил уговоры артефактчик. Что-то про храм и скульптуру я помнила в своем предсказании. Потому задумалась. Кажется, волноваться не стоит. Текущие события, из предсказанного мной, не выпадают. – Хорошо, – наконец согласилась я. – Малыш, какой ты всё же доверчивый, – вздохнул артефактчик. – Ты понимаешь, что станешь моим близким родственником, и я буду распоряжаться твоей жизнью? – Так другого пути всё равно нет, – пожала я плечами. – Твои родители не смогут предъявить на тебя права. – Я сирота, – ответила абсолютно честно. Про то, что права и ого-го какие может предъявить муж, я скромно промолчала. – Вот как? – удивился господин Шорткат. – Может, расскажешь о себе. – Но словив мой возмущенный взгляд, дополнил вполне миролюбиво: – Возможно, в другой раз? Дальше мы пошли выбирать узоры для браслетов. Согласовывать рисунок пришлось долго. Кроме родового герба требовалось продемонстрировать то, что я, несмотря на отсутствие темной пряди в волосах, являюсь представителем главной ветви и много еще каких нюансов пришлось учитывать. Но до вечера первая восковая форма была готова. А утром я обнаружила на прикроватном столике великолепный золотой браслет. Похоже, что учитель не спал всю ночь, чтобы сделать такую красоту. По случаю «выхода в люди», я надела свой единственный приличный костюм и ботиночки. Тем более, что на улице было довольно тепло. Хотя странное ливийское лето в большей степени напоминало коберскую весну. Снег почти растаял, но особого тепла не наблюдалось. А видневшиеся вдалеке горные вершины, по-прежнему сверкали снегом. До храма мы ехали в закрытом экипаже, мне настоятельно было велено не выглядывать в окно. Похоже, что господин Шорткат волновался не напрасно. Уже на входе в храм я ощутила повышенное внимание со стороны мужчин. И разочарованные взгляды невольных свидетелей нашей церемонии. Еще меня удивило, как много ливийцев толпилось в храме. Как пояснил учитель, это было связано со скульптурой. Господин Шорткат так трогательно пытался протиснуть меня в первые ряды, чтобы я смогла увидеть статую, что пришлось проявлять искреннюю заинтересованность. Хотя слишком близко подходить я не стала. А ну как, кто сравнит лицо? Муж утверждал, что я получилась очень похоже. Могут и опознать. – Сар, теперь можешь обращаться ко мне на ты и по имени, – сообщил учитель, когда мы вышли из храма. – Шорткат? – Лучше Шор, меня так друзья называют. И все поймут, что мы близки. Я напряглась. Артефактчик только похлопал меня по плечу, заверив, что это только формальность. Будем надеяться, что так. Правда, вернувшись домой, я обнаружила огромный букет цветов у себя в спальне. Наивно решила, что это от Шора и решила поблагодарить. – Похоже, что мы успели вовремя, – разволновался наставник. – Драфонт перешёл в наступление. – Это от него подарок? – искренне удивилась я брякнула: – Мне мужчины никогда не дарили цветы. Между прочим, чистую правду сказала, а ливиец весело расхохотался. – Я пошлю ему записку, что принял тебя в свой род. Думаю, что этого будет достаточно. Как оказалось, советник намёка не понял. И через пару дней пригласил нас в гости. Правда, обоих, вероятно, понимая, что без покровителя я никуда не проеду. Потом, после ужина мы расположились в уютной гостиной. Слуги принесли не только чай, но и сладости. Я же, обнаружив в вазе свои любимые ореховые пирожные, вообще выпала из реальности. Совсем не слушала беседу мужчин. Потому сообщение о том, что сейчас зайдет жена господина Драфонта, застало меня врасплох. Как вести себя с дамами, я знала только примерно, потому быстро повернулась к учителю. Похоже, что он понял мои затруднения и шёпотом сообщил: «Встать. Глаза вниз». В таком положении разглядеть, у появившейся дамы, я смогла только нижнюю оборку юбки. – Госпожа Симона, – сообщил советник, и добавил – Можете садиться. – Милый мальчик, – услышала я голос госпожи. – Это твой, Драфонт? – Нет, к сожалению, малыш Шора. – Жаль. Шор, подари, – капризно потребовала дама. – Я принял Сара в свой род. – Жаль, – повторила Симона. – Драфонт, разреши ему смотреть. – Сар, можешь смотреть на госпожу, – тут же произнес советник. Ну слава богине (то есть мне) можно поднять голову. Я так и не поняла, зачем супруга советника вообще вышла к гостям? Чтобы потом наблюдать затылки собеседников? – Прелесть, – сообщила дама, взяв меня за подбородок и покрутив из стороны в сторону. Я её тоже рассматривала. На мой взгляд, ничего особенного. Хотя это была первая женщина в Ливии, которую мне удалось увидеть. – Хочу взять его на бал, – потребовала Симона. Советник скрипнул зубами, но возражать не стал. Мы ещё немного посидели в гостях, но после обсуждения нарядов для бала засобирались домой. – Сар, я завтра приглашу портного. Нам нужно подобрать для тебя костюмы, – сообщил мне учитель вечером. – Костюмы? – удивилась я множественному числу. – Да, – усмехнулся Шор, – Я принял тебя в род. Мне положено заботиться. – У меня есть деньги... – начала я. – Малыш, перестань! – возмутился артефактчик. – Я довольно богатый человек. Мне будет приятно потратить часть денег на тебя. Только прошу, на балу не принимай ни от кого подарки. Иначе даже мой браслет не спасёт тебя от некоторых типов. Оказалось, что бал, на который нас (без Шортката я бы не пошла) пригласили, проходил в королевском дворце. Я уже хотела запаниковать, но Шор вовремя мне сообщил, что танцуют на балу только с дамами. Да и то женщину приглашать могут мужчины рода и ближайшие родственники. У меня на языке вертелся вопрос, как мы там будем ходить с опущенными глазами, но оказалось всё проще – дамы закрывали лица кружевными масками. Так что я без проблем разглядывала самих ливийцев и местные наряды. В целом, все выглядели скромнее кобертских и чуть изысканней, чем у демонов. Да и в цветах преобладали оттенки серого и серебра. Хотя, для меня пошили белоснежный костюм, с серебряной отделкой. Когда я заметила ещё несколько подростков в белых нарядах, то предположила, что это традиционный цвет для мальчиков такого возраста. Платья дам допускали и другие расцветки, но всё равно достаточно приглушенные. Никаких ярких и вызывающих цветов. Естественно, что я оценила ещё и качество кружева. На каждой ливийке было намотано по нескольку десятков метров тончайшего шёлкового украшения. Впрочем, учитывая, что на этом балу собрались аристократы, одни из самых состоятельных людей страны, то такая роскошь в одежде была оправдана. Ожидаемо, Драфонт отыскал нас сразу, да ещё привел с собой какого-то господина. – Роман, посмотри какого чудесного мальчика нашёл где-то наш скромник, – с улыбкой сообщил советник. – Сар мой ученик. Весьма талантливый, – сухо пояснил Шорткат. Ну, про таланты он мне явно польстил. А может, хотел оправдать моё присутствие в школе перед магами. – Один талант я уже и так вижу, – усмехнулся Роман. – Малыш, зачем тебе амулеты? Хочешь я поговорю в школе магии и тебя туда примут. – Мне всё нравится, – испуганно проблеяла я. – Шор, чем ты его соблазнил? – теперь откровенно смеялся Роман. – Сар, я ведь из золотой сотни, поверь, много чего могу. Я поспешила отрицательно покачать головой. Хотя кто и что такое золотая сотня меня заинтересовало. – А хочешь, проведу тебя в ледяные пещеры? Там есть, что посмотреть, – продолжал искуситель. – Роман, ты совсем запугал малыша своей настойчивостью, – пожалел меня господин Драфонт. Пока мужчины продолжали состязаться в остроумии, я попыталась припомнить предсказание. Похоже, что в ледяные пещеры мне попасть нужно. – В пещеры хочу, – неожиданно для всех подала я голос. – Но только вместе с Шором. Роман громко расхохотался. А господин Драфонт возмущенно фыркнул. – Ты ведешь себя, как горец, – сделал он замечание Роману на такое проявление эмоций. – Не как горец, а как обычный магистр. Не всем же быть такими ледышками, как ты. Я снова навострила ушки. Но продолжения на тему магистра, к сожалению, не услышала. – Ладно, красавчик, сходим в пещеры. И Шора возьмем, – пообещал мне ливиец. – На самом деле, мы всё равно планировали пригласить тебя, – пояснил советник моему учителю. – Это как раз связано с тем, что я тебе принес. Сар, ты видел мои эскизы? Как, я способный рисовальщик? Я недоуменно посмотрела на него. – Не счёл нужным показывать, – пояснил Шорткат. – Покажи, я разрешаю, – заверил господин Драфонт. – Сар, в следующую нашу встречу обязательно поговорим о МОИХ талантах. Мысленно я зарычала. Вот чего он ко мне привязался? У него жена имеется. Или этих ливийцев совсем переклинило на мальчиках? Естественно, что никакие эскизы я в этот день смотреть не стала. Продолжала злиться на всех ливийцев, жалела, что вообще согласилась идти на бал. Тем более, что мои надежды увидеть короля, не оправдались. Шор, видя что я нервничаю, с разговорами не приставал. Но утром всё же продемонстрировал творение господина Драфонта. – Это одна из идей короля, – пояснил он. – Попытка соединить простую магию с узорной. Сразу я и не поняла в чём задумка. Только когда пригляделась, увидела, что камень-артефакт окружает не просто узор, а надпись. – Даже не знаю, зачем это делать? На мой взгляд, обычного амулета хватило бы, – прокомментировал Шор и резко замолчал. Похоже, что моё лицо демонстрировало всю гамму чувств и эмоций. – Сар, что случилось? – встревожился он. – У тебя даже губы посинели. Поскольку я молчала, Шор продолжал настаивать на объяснениях. – Малыш, что ты увидел? – Ничего, – прохрипела я. Не стану же я ему рассказывать, что прочитала на древнеливийском. Это только кажется, что буквы похожи. Небольшие отличия от современного ливийского языка и простой амулет охлаждения становится опаснейшим оружием. Мой ответ артефактчика не устроил, но допытываться он не стал. Молча забрал листы и отправился в мастерскую. Мне же дал задание подготовить одну восковую форму для кольца. Руки продолжали трястись, а я нервничать. Но постепенно работа увлекла и я успокоилась. В конце концов, я и пришла в Ливию, чтобы предотвратить опасность. И, похоже, как раз увидела одну из многих. Через неделю советник пришёл забирать амулеты. – Шор, мы проверим, как это работает и, возможно, король сделает для тебя большой заказ, – «порадовал» он. – А кто будет заряжать эти амулеты? – решила я уточнить у Шора, когда Драфонт ушёл. – Не знаю, скорее всего, кто-то из золотой сотни. – Золотая сотня это кто? Шор недоуменно на меня посмотрел. – Сар, твои пробелы в образовании удивляют. Золотая сотня, это магистры во главе с королём. – Их что действительно сто человек? Артефактчик скривился. – Кто их знает? Никто же из простых магов не допущен к такой информации. Но думаю, что если бы их было больше, то они не называли бы себя сотней. – А на сколько зарядов силы хватит тех амулетов? – задала я волнующий вопрос. – Почему зарядов? – удивился Шор и тут же поинтересовался: – Сар, что ты знаешь? – Ничего. – Нет, малыш, – подошел артефактчик вплотную, заглядывая мне в глаза. – Отвечай, что я изготовил? – Идеальный амулет для убийства людей, – огрызнулась я и добавила: – Демонов тоже. – Как ты это понял? – взгляд учителя стал жёстким. – Прочитал, – совершенно честно ответила я. – Я тоже читал. Это амулеты охлаждения. – Угу, – не стала я настаивать на обратном. – Сар! Я нервно кусала губу, но продолжать не собиралась. Безусловно, я давно воспринимала господина Шортката, как друга. Помог он мне во многом. И чем-то напоминал старого наставника из коберской библиотеки. Именно это и останавливало меня. Я помнила, что как только господин Кеймен узнал, что мой сын демон, долг перед страной преобладал над любовью и дружбой. – Послушай, Сар. Я вижу, ты знаешь, – продолжал увещевать Шор. – Поверь, я твой опекун и все твои тайны сохраню. А я продолжала размышлять. Вообще-то в предсказании мне казалось, что у меня будет помощник. Не просто так я пришла в эту школу. Уж точно не для того, чтобы камни шлифовать! Потому, наконец, решилась. – Это на древнеливийском языке. Первый амулет: «Убить льдом человека», второй: «Убить льдом демона». Похоже, что мой учитель перестал дышать. – Амулетов для убийства не существует, – все же обрел он дар речи. – Поздравляю. Ты первый, кто сделал, – пробормотала я. – А почему ты спросил про заряды? – вспомнил еще один вопрос артефактчик. – Как правило, такого рода вещи не рассчитаны на долгое пользование. Если вложить силу обычного мага, то вряд ли хватит на один раз. В общем, ушёл мой учитель этим вечером отдыхать не скоро. Сидел у себя в кабинете и что-то высчитывал. – Сар, думаю, что ты ошибся, – сообщил он на следующий день. – Я составил схему. Сила удара, даже если амулет возьмёт в руки золотой сотник, не сможет убить, тем более на расстоянии. Да и сам понимаешь, что магистрам проще использовать свою магию, чем подобные вещи. Я только пожала плечами. Меня это явление тоже заинтересовало. И даже примерно представляла, где искать ответ. Но всему свое время. А тут как раз прислали официальное приглашение на посещение ледяных пещер. Что это за пещера я и понятия не имела, но благоразумно молчала. А то Шор опять усомнится в моём ливийском происхождении. И так он уже странно на меня поглядывает, и образ пятнадцатилетнего подростка трещит по швам. До ледяных пещер мы добирались несколько часов. Толком рассмотреть, куда мы ехали, мне не удалось. Привычно, шторы экипажа были занавешены. Шор следил за мной не хуже, чем ливийцы за своими женщинами. Хорошо, что не заставлял прохожих опускать глаза, при моём появлении. Насколько я поняла, эти самые пещеры были культовым местом. Площадка у подножия горы была расчищена и ухожена. Кроме нашего, там уже стояло десятка полтора экипажей. Господин Драфонт встретил на входе. – Роман уже на месте. Так что поторопимся. Я ожидала, что у нас спросят приглашение, но здесь была другая охрана. Подошедший жрец ритуальным кинжалом уколол каждому палец и капнул на узор. Полоска вспыхнула, принимая нас. – Теперь каждый день можно посещать пещеры? – не удержалась я от вопроса. – Нет, конечно, – удивился советник. – Узор меняют каждый месяц. – То есть ещё месяц я могу сюда ходить? – Какой настырный малыш, – усмехнулся господин Драфонт. – Эта защита активна уже пару недель. Ещё две недели и вправду твои. – Тут он приблизился ко мне и неожиданно жарко зашептал: – Мы можем погулять здесь вдвоем. Я брезгливо передернула плечами и поспешила ухватить Шора за руку. В такой компании нас и застал Роман. – Где вы ходите? – высказал мужчина претензии. Объясняться никто не стал. Мы молча проследовали за сотником. Он ещё раз попытался нас ускорить, но я буквально открыла рот, от той красоты, что теперь окружала нас. Пещеры изнутри были покрыты, скорее не льдом, а снегом. Непонятно откуда струящийся свет делал стены и потолок просто волшебными. Снег искрился, но не слепил глаза. Мужчины, оценив мой восторг, дали время рассмотреть эту красоту. Мы не спеша шли вглубь, минуя одну пещеру за другой. Вскоре я заметила, что подсветка стен стала более синего оттенка, а в следующей пещере темно-фиолетовой. Ещё один коридор, и мы оказались в огромном зале. Сводчатый потолок не светился, но хватало, расхоложенных по стенам магических светильников. Пол, в большей степени напоминал городской каток в столице Кобера, во время зимних празднеств. Сходство с катком подчеркивалось высоким бордюром по краю. В центре же лежала огромная ледяная глыба правильной прямоугольной формы. Я и не надеялась, что сопровождающий нас жрец разрешит подойти к алтарю. Но Роман уверенно повел нашу компанию к центру. – А вот теперь смотри, Шор, как заряжается твоё творение, – с этими словами маг вынул из кармана один из амулетов и положил на алтарь. Тут же со всех сторон к камню-артефакту устремились синие искры. Шор потрясенно смотрел на то, как амулет черпает магию прямо из алтаря. Я же взглянула на это только мельком. Меня больше заинтересовал пол пещеры. Казалось, что в лёд были вплавлены узоры. Могу поклясться, что рисовали их кровью. Целых три круга заклинаний шло вокруг алтаря. Не рискнула попросить обойти вокруг, но и так мне было понятно. Наружный круг — защита. Причем, от всего, что может как-то причинить вред алтарю. Второй круг призывает магию. И последний магию отдает. Ещё какие-то магические силы были на самом алтаре. Тут моих способностей, чтобы определить, не хватило. Больше никаких символов ни на стенах, ни на потолке я не заметила. – Вот, Шор, указ короля, – с нескрываемой гордостью, протянул докумет советник. – Первую сотню амулетов ждём к середине зимы. Цени, не каждый артефактчик удостаивается такой чести. Думаю, что этих денег тебе и малышу хватит на несколько лет. Шор пробормотал что-то благодарственное в ответ, но советник особо не прислушивался. Этот самец опять устремил взгляд на меня. – Твой покровитель будет какое-то время очень занят. Я мог бы тебя развлечь, – снова предпринял попытку соблазнить меня мужчина.. Я судорожно вцепилась в рукав учителя. Роман же, наблюдая всё это, только ухмыльнулся. – Не спеши, Драфонт, подожди, пока зануда Шор надоест малышу. Артефактчик, поняв, что меня снова бесстыдно домогаются, повёл всех на выход. Всю дорогу до дома Шор был не многословен. И только закрыв дверь в гостиной, решил заговорить: – Сар, ты знаешь, у моего рода в горах Снежной рыси есть небольшое имение, – начал он. – Само имение ничем не примечательно, но под землёй имеется секретные катакомбы и несколько теплиц. Я недоуменно посмотрела на учителя. – Хочу тебя отправить туда. – Ты предполагаешь, что господин Драфонт будет более настойчив по отношению ко мне? – озвучила я то, что первым пришло в голову. – Драфонт? Причём здесь он? – искренне удивился артефактчик. – Нет, Сар. Нам грозит другая опасность. – Ты понял насчёт амулетов? – догадалась я. – Похоже, что эти безумцы во главе с королём, решили начать войну, – зло стукнул кулаком по столу Шор. – Э... Шор, ты говоришь опасные вещи, – намекнула я. – Да и Ливия не так давно воевала. – Малыш, ты не представляешь, в какую пучину ввергнут нашу страну! – продолжил возмущаться артефактчик. – Это не вялых кобертцев на границе пощипать. Это война с демонами! И поверь мне, Сар, наша сотня магистров может не совладать. Эти безумцы думают, что на расстоянии сто локтей смогут избежать ответного удара. – Ты считаешь, что демоны так сильны? – Это не важно, – отмахнулся Шор. – В разразившейся войне, возможно, Ливия и победит, но какой ценой! Жертвы неизбежны. Тебе лучше уехать в безопасное место. – А если уничтожить ледяной алтарь? – осторожно задала я вопрос. – Как? Боюсь, что не найдётся такой смельчак. Да и магии нужно неимоверно сколько. – Мне показалось, что там ничего сложного нет, – продолжила я и потянулась за листом бумаги. – Вот смотри. Алтарь. Круг отдающий магию, круг магию собирающий из внешнего мира и круг защиты. Но если нарисовать ещё один круг. Предположим с символом огня, то он не только разрушает защиту, но и оплавит лёд. – Ты знаешь узор огня? – удивился Шор. Пожала плечами и на следующем листе бумаги нарисовала узор, виденный мной в храме демонов. Вынула из волос заколку и проколола себе палец. Как только капля крови упала на первый символ, над листом бумаги взвился огонь. А я сообразила, что идея устроить костёрчик на столе была не самой удачной. Хорошо, что и Шор понял это и схватив лист, разорвал его пополам. – Сар, кто ты? – напряжённо спросил учитель. – Откуда такие познания? – Неважно, – насупилась я. – Так что насчет алтаря? – Не представляю сколько времени потребуется для нанесения узора. Можно не успеть. Вряд ли жрец позволит это сделать, – уже не так рьяно отрицал мою идею Шор. – Я уже всё придумал, – поспешила я заверить артефактчика. – Узор нарисую на ленте. Потом достаточно только её соединить в замкнутый контур и капнуть на последний соединительный штрих каплю крови. – Получается, что и весь узор придётся кровью рисовать? – задумчиво произнес Шор. – Можно разбавить водой. Так и проще рисовать, и крови меньше. – Идея замечательная, – задумался мой опекун. – Знать бы какой длины ленту брать? – Шор, это ты в пещере непонятно чем занимался, а я посчитал шаги до внешнего круга. Моих ровно шесть. Если с запасом, чтобы уж точно хватило вокруг внешнего круга, примерно шестьдесят моих шагов. Шорткат с сомнением на меня посмотрел и ответил: – В тебе даже, если разбавить водой, столько крови не будет. Значит, рисую символы я. – Угу. Да ещё придется делать ленту невидимой. А это второй ряд символов, – добавила я. – Зачем невидимой? – не понял Шор. – Рисковать нельзя. Вдруг кто зайдёт. А тут мы ленточку по полу укладываем. – Никаких «мы»! – категорично заявил учитель. – Я пойду один. – Одному долго. Да всякое может случиться. Я подстрахую. Еще какое-то время мы пререкались по этому поводу, но я смогла настоять на своей правоте. И снова мы переключились на обсуждение деталей. – У меня сомнения. Вдруг, огонь не повредит алтарю? – задался вопросом Шор. – А если взять еще одну ленту, но написать «разрушить алтарь». Ты же умеешь? – с сомнением посмотрел на меня Шор. Я задумалась. В принципе, должно сработать. Если, к тому же, добавить «растопить лёд». Но самое сложное, на мой взгляд, незаметно зайти и выйти. Мы же не собираемся погибать, как герои? – Нужен амулет отвода глаз, – спохватилась я. – У вас есть такие? – У НАС, такие есть, – сообщил артефактчик, и внимательно на меня посмотрел. – Тогда приобрети четыре. Или ты сам можешь изготовить? – Сам-то могу, но заряжать придется у магов. А зачем нам четыре? – Два лошадям, – пояснила я. – Тогда двигаться будем медленно, иначе никакой амулет не спасёт. – Вот и хорошо, признаться наездник из меня не очень. – Сар, а сколько тебе лет? – вдруг резко сменил тему Шорткат. – Больше, чем ты думаешь, – не решилась я ответить честно. – Ты эриец? – снова задал неудобный вопрос артефактчик. После того, что мы тут обсуждали, скрывать своё происхождение не стоило. Потому согласно кивнула. – Радужный кристалл? – проявлял чудеса прозорливости Шор. – Он самый, – подтвердила я. – И как много изменений в твоей внешности? – поинтересовался мужчина. – Цвет глаз и волосы. Почему-то учитель облегчённо вздохнул. После этого признания мы дружно решили, что пора отдыхать и разошлись по комнатам.