Выживут только любовники.

Они не снимали сумерки солнцезащитных очков весь перелет. Сжимали пальцы друг друга. Тоскливо оглядывали спящих соседей и проплывающие мимо иллюминатора облака. Райли казался себе Икаром. Он нашел свое солнце, все поставил на этот полет, приблизился настолько, что теперь летел вниз в пучину хаоса и мрака. Но это было не страшно. Пусть так... Крис казался себе таким... повзрослевшим. Вот, значит, как оно бывает. Добро пожаловать в мир боли и грязи. Он держал в своих руках тонкие пальцы своей ручной весны, пугливой и слабой сейчас. Но что-то подсказывало, что эта весна пройдется девятым валом по миру, сокрушит и поставит на колени, и тогда они увидят ее величество Красоту, которая пойдет собирать свою кровавую жатву заготовленных жертв, чтобы в итоге спасти этот мир. Райли его идеальная картина и идеальный холст одновременно. Крис посмотрел на сжавшего губы в тонкую линию мужчину и, протянув руку, замер, не касаясь. Дыхание перехватило. Если бы самолет начал падать... Умереть, вцепиться друг в друга и умереть. Голуэй встретил теплом и солнцем. Райли развязал шарф, растегнул плащ и вдохнул такой незнакомый воздух. Крис взял их чемодан и покатил за собой, крепко сжимая в другой руке узкую кисть Райли. - Я теперь понимаю, почему ты такой красивый и солнечный... Здесь другими не рождаются, - Томпсон прилип к окну, пока они ехали к маленькому домику на окраине, где жили родители Криса. Простор и свет. Все такое бескрайнее и яркое. - Да это деревня! Глушь... - отмахнуся Крис. - Нет! Это чудесно! Я будто в сказку попал... Будто это край земли. Будто мы в шаге от рая. Голуэй - последний кусочек счастья и покоя. - Опа-па! - протянул Хэйс, когда увидел яркую вывеску "Добро пожаловать домой" и накрытые на лужайке столы. - У твоих праздник какой-то? Мы не вовремя? - удрученно проговорил Райли, вцепившись в дверь машины. - Послушай, по ходу мои замутили гуляние... - В честь нас? - Да. - Я неподобающе одет! О ужас! Я не выйду из машины! - Прекрати, Райли. Что такого? Они моя семья. Значит, и твоя тоже. Пошли. - Нет! Тут накрыто человек на пятьдесят! - И что? У нас большая семья. И то мама позвала самую ближнюю родню, - Крис поцеловал Райли в лоб. - Правда? Вас такая орава Хэйсов?! - тот недоверчиво взглянул на него. - Ага. - А они... знают, что мы... ну в общем... - замялся Райли, нервно теребя в руках шарф. - Да, они знают, что ты мой будущий муж. И да, они знают, что я гей. Пошли уже! - и потащил за руку к дому, откуда уже высыпала толпа народу. Райли готов был бежать в панике к скалистому обрыву за домом, но Крис крепко держал его за руку. Томпсон сразу понял, что Крис - всеобщий любимчик. Неудивительно... Сначала весь народ заобнимал и зацеловал Криса потом обратил свое внимание на Райли, обрушив гигантсткую порцию дружелюбия и безумной энергии на него. Томпсон потерялся в гвалте и шуме, в рукопожатиях и объятиях, поцелуях и похлопываниях по спине и плечам. - Народ! Народ, не напирайте так! - смеялся Крис, прижимая к себе совершенно растерявшегося от происходящего Райли. Когда все вошли в дом, Райли казалось, что он принес сумрак и дождь Лондона в солнечный мир этих милейших людей. Ему стало стыдно, но так хотелось тепла и света, прежде чем он... - Они утомляют, да? - спросил Крис, намыливая Райли, когда они, наконец, остались вдвоем в душе, в гостевой комнате на верхнем этаже. Им велели выйти во двор через час. Сейчас внизу царил веселый хаос - готовили, расставляли блюда, украшали двор, между делом принимали на грудь и делились впечатлениями. - Нет. С дороги устал... А ты как? - Томпсон плавился от этих прикосновений. Но не от возбуждения. Это было чистейшее, незамутненное ничем удовольствие. - Тоже устал. Но... прости. Нам придется там хоть чуть-чуть посидеть, - извиняющимся тоном произнес Крис. - Все в порядке. Они нас так ждали и столько всего приготовили... Мы просидим с ними хоть всю ночь, - Райли повернулся и, взяв из рук Хэйса молчалку, принялся намыливать ее. - Подставляй спинку. Уже сидя за столом, Райли понял, что тут есть небольшая проблема: из десяти сказанных ему слов он едва понимает одно! Жуткая смесь языков. Вроде и английский, но какой-то... скажем так, странный. Как будто булыжников в рот напихали. У Криса был акцент, но не настолько меняющий слова. Скорее, волнующая изюминка, что-то ставшее уже родным и близким. Низкий вибрирующий голос с таким своеобразным произношением заставлял что-то в Райли трепетать. Но то, как говорили родичи Криса... В общем, Томпсон только и делал, что переспрашивал и чувствовал себя до ужаса глупо. Такие разные. Такие разные народы, прожившие столько веков бок о бок, столько поколений вместе. Столько крови славных сынов земель друг друга пролившие. Затаившие ненависть и непонимание? Возможно. Заткнувшие, но не уничтожившие гордость. Прогнувшиеся, но не сломленные. И даже сейчас в смеющихся глазах недоверие - что же привез им этот чужак с Берегов Дождя и Тумана? А Райли привез сумрак и стылый воздух. Он привез боль и кровавые слезы их солнечному мальчику. Крис взял его за руку и прижал тонкие, подрагивающие нервно пальцы к своим губам. - Все хорошо? - Да, - Райли кивнул и отправил в рот кусок тающего во рту жаркого, чувствуя теплые губы и влажное дыхание Криса на кончиках пальцев. - Как ты? - спросила жена старшего брата Криса, подсев к Райли, когда выпитое уже потянуло на песни и танцы. - Отлично! Просто устал с дороги, - объяснил свое вялое состояние Томпсон, вращая на столе бокалом пива. - Ты им понравился. - Точно? - приходилось перекрикиваться - шум за столом царил просто жуткий. - Точно! Они кажутся чокнутыми, но это милейшие люди. И ты член семьи. А за семью они любого закопают! - женщина рассмеялась, хлопнув Райли по руке. - Я сама не отсюда... Но теперь здесь дом родной. - И откуда же ты? - Австралия. По произношению не заметно? - Да не особо... Ух ты! Далековато ты забралась! - Это все он, - она указала на мужа, смеющегося в обнимку с отцом, старшим Хэйсом. - А Крис славный! Тебе с ним повезло. Райли кивнул. Да, ему повезло... А вот Крису с ним нет. Тут к ним подсел и сам Крис, тут же сграбастав в объятия Райли. - Мужьям кости перемываете? - Можно и так сказать, - Томпсон чмокнул парня в губы, ощутив горький вкус крепкого пива. - Через костер прыгать не заставят? - А ты хочешь? Можно устроить. - Нет-нет-нет! - Райли вцепился в руку, начавшего подниматься Криса. - Да шучу я! - тот рассмеялся, вновь садясь и обимая его. Гулянка набрала обороты. Танцы, песни, смех. На другом конце стола началась потасовка. - Э-э-э... кажется там... - неуверенно начал Райли, но Крис отмахнулся. - Это дядюшки балуются. Ничего серьзного. Внутри семьи можно обменяться тумаками и крепкими словами, а вот если посторонний начнет бочку гнать, тут уж дядьки про свои дрязги вмиг забудут и совместо надают люлей обидчику. - Весело живете. - Тебя напрягает? - Нет, что ты! Немного... непривычно. - Угу... К ним надо привыкнуть. Ночь здесь была теплой и такой звездной, что Райли казалось, он и не на Земле вовсе, а на другой планете. Крис обнял его и начал медленно покачиваться, убаюкивая. - Tá mo chroí istigh ionat, - шепнул Хэйс, когда Райли уже был где-то между мирами. - Что это значит? - Буквально, "мое сердце в тебе". Моя душа, мое сердце, моя жизнь принадлежат тебе. - А что я должен ответить? - Что принимаешь их и отдаешь взамен свою жизнь, душу и сердце. - Я принимаю твою душу, твое сердце, твою жизнь. - Райли видел в расширившихся глазах Криса свое отражение. - И отдаю взамен свои. Это немного сказочно и странно. Глупо, но правильно, так как должно быть. Райли так и уснул, думая что сын изумрудного острова навсегда забрал себе его сердце и душу. Томпсон проснулся и понял, что вечером уедет. Этот мирный дом нельзя омрачать. Пора возвращаться к своим бесам и своему плачущему Лондону. - Доброе утро, - Крис приподнялся на локтях, разглядывая серьезного Райли. - Доброе. Ты меня донес? - Да. Правда, едва не снес тобой дверь. - Пьянь! - Ты даже не проснулся, - возмутился Крис. Райли рассмеялся. Крис погладил его по ключице, повел кончиками пальцев вверх по горлу, повторил этот путь губами и замер, нависнув над Райли, касаясь его носом. - Мне придется сегодня уехать. - Мы только приехали! - Останься здесь. Ты оставайся... - Но... - Крис, оставайся с родителями. Здесь твой дом. Я не хочу, чтобы люди с оружием производили мой арест прямо перед твоей родней в этом сказочном месте. - Думаешь, до этого дойдет? Райли обнял его и потянул на себя, вынуждая лечь сверху. - Я тебя люблю, - вместо ответа. Надо успеть сказать столько всего, нацеловаться, наобниматься, наговориться, а времени все меньше. Следы от швов тончайшим узором на коже. Плотный шрам на месте раны. Крис провел языком по отметине, которую на теле его души оставил другой мужчина. Райли смотрел на солнечных зайчиков на стене. Откуда они отражаются? Крис выдохнул, влажным жаром обдав кожу, и вновь прижался губами. Томпсон согнул ногу и толкнул бедром Криса в бок. Хэйс обхватил его ногу, с нажимом проводя ногтями по коже. Райли вдохнул полной грудью. Сейчас. Томпсон обхватил лицо Криса ладонями и поцеловал. - Слушай, я ведь потом не смогу остановиться, - неуверенно начал парень. - А останавливаться и не надо. - Подождать до свадьбы? - Вообще не вариант, - Райли улыбнулся и двинул бедрами, заставив Криса охнуть и выругаться сквозь зубы. - Мне не нравится твое выражение лица. И вообще вся эта идея, - Хэйс пытался абстрагироваться от этого невозможного человека, который сейчас уже забрался руками к нему в трусы и самым наглым образом облапал его задницу. - И чем тебе идея плоха? - Райли обхватил Криса ногами, скрестив лодыжки у него на пояснице, провел руками по спине и плечам. - Ты будто со мной прощаешься, - серьезно посмотрел на инспектора Хэйс. "Ты прав. Мы прощаемся с тобой", - подумал Райли, но вслух произнес совсем другое. - Не говори ерунды. Я отдал тебе душу, сердце и жизнь. Как я могу с тобой прощаться? - И все-таки... Я же чувствую, - Крис потерся носом о плечо Райли. - В конце концов, мы трахаться будем или нет? - Вот поженимся, тогда из койки не вылезешь, а пока пошли завтракать, - весело произнес Хэйс, сбрасывая с себя ноги Томпсона и высвобождаясь из его рук. - Ну и нудный же ты тип, Крис! Блюститель морали, блядский, - совершенно опешил от такого поворота событий Райли. - Хватит, теперь моя очередь непорочность из себя строить! - Из тебя так и прет разврат! Брось! Иди ко мне, - Томпсон вновь повалил его на кровать, садясь сверху и прижимая его руки к простыне. - Или мне придется тебя приковать к кровати наручниками... - И изнасиловать дубинкой? - вздернул бровь Крис, раглядывая сидящего на нем Райли. - Неплохой вариант, - тот начал целовать его в шею. - Спасибо, что подсказал. - Не за что. А форму наденешь? Мне нравится, как ты выглядишь в этих белых перчатках... - пальцы на ногах поджимались от острого удовольствия, когда Райли покусывал мочку уха. - Могу жахнуть шокером, если хочешь. Все для тебя, дорогой. Любой каприз, - странное удовольствие от происходящего. Не страсть, не сексуальное томление, что-то иное... Райли выпрямился, заглядывая в глаза Криса, где уже все полыхало. Вот оно... Они как Ветер и Огонь. Они поднимут Огненный смерч, станут тем самым восточным ветром, который снесет все к чертовой матери. И нахуй всех! Целоваться, держась за руки. Ветер легкий и освежающий, приносящий свежий морской дух, разносящий цветочный аромат и эхо водопадов. Огонь яркий всполох в ночи, тепло и защита, символ домашнего уюта. А вместе они становились страшным бедствием, пожирателями, жестокой необратимостью, Горящим Ужасом. В комнате становилось все жарче. Крис перевернулся, подминая под себя Райли... Я подарю тебе Свободу. Я подарю тебе Страсть. Казалось вдали нарастает гул, языки пламени лижут все кругом, ветер проносится над ними, забирая с собой и поднимая яркий беспощадный огненный столб, громогласно гудящий и пожирающий все на своем пути. Крис кусался. И кусался больно. Райли шипел и брыкался, чтобы тут же притягивать к себе обратно. Учиться приходилось быстро и на ходу. Крис вылизывал его, вынуждая краснеть и прижимать руки к пылающим щекам. Вертел и так и эдак, заставляя теряться без поцелуев, цепляться за волосы и скулить непонятно от чего. Райли обругал себя мысленно, что надо было хоть порнуху что ли посмотреть, прежде чем решиться на такое. Моральная готовность, которая была буквально полчаса назад, испарилась, когда Хэйс развел ему ноги шире, подтягивая к себе, и впечатался между ягодиц внушительным таким хером. Райли вцепился в плечи Криса и, кажется, умудрился оцарапать до крови, потому что в отместку ему прокусили губу. Безумие... Секс - это безумие. И правильно, что не тратил свое время на него, Райли. Но ведь это Крис. Человек исключительный для него. Исключительный как сам по себе, так и с исключительными правами. И в первую очередь он имеет право на тело Райли. Даже не право! По сути ему принадлежит весь Райли, целиком и полностью. Так что ничего ужасного и противоестественного не происходит... Несмотря на все уговоры, Томпсон замычал протестующе в поцелуй, когда понял, что бесстыдно мокрый палец Криса лезет в такую же мокрую, но очень стыдливую попу Райли. - Тише... Тс-с-с... Больно? Нет, не в боли дело. Хотя она будет. И какая! Райли, пытаясь успокоить себя тем, что это Крис, его Крис, и это член, который он видел достаточно раз и достаточно близко, чтобы перестать бояться, оказал себе медвежью услугу: член вспомнился во всех подробностях, в том числе в памяти всплыл и размер. Крис сейчас на полном серьезе и совершенно реально начнет пропихивать - именно пропихивать - свой агрегат в такую маленькую и нежную часть тела Райли, как попа. Да его порвут на британский флаг! Как бы патриотично это не звучало, но уверенности не вселяло ни на йоту. - Ну ты чего? - Крис задыхался, но заставил себя притормозить, когда Райли вцепился в его руку и весь сжался. - Больно? - Нет. - Страшно? - Не надо, - жалобно попросил Райли, хотя прекрасно понимал, что его просто так никто не отпустит теперь. - Я ведь тебя предупреждал. Вот ты и доигрался, - немного злорадно произнес Крис, тем не менее убирая руку от пятой точки Райли и втянув в рот его сосок. Томпсон попытался решить для себя: нравится ему вообще происходящее или нет? Выходило, что по большей части нравилось. Даже когда его кусали и вертели. Но в нем не было страсти, не было сумасводящего желания, чтобы не бояться и не стесняться. Крис же сейчас олицетворял собой голый первобытный инстинкт. Вообще удивительно, как он еще говорить может! - Все хорошо. Хотелось орать, что нифига не хорошо, но Райли кивнул, прижимаясь теснее. У них нет времени сомневаться. Больше нет. - Так пойдет легче, - уверил его Крис, доставая из закромов смазку. - Мокро и холодно, - отметил Райли, пытаясь отвлечься, что у него плохо получалось. - Помолчи, - Хэйс принялся целовать дражайшую половинку, продолжая размазывать смазку по сжавшемуся входу. Долго-долго поласкав пальцем, он толкнулся внутрь. Райли развел ноги шире и отвернулся, зажмурившись. Крис прижался носом и губами к его шее и что-то говорил, но разобрать было невозможно. Боже, как людям может нравится секс? Хотя... Это способ показать свою любовь. Привязанность. Доверие. Неплохой способ. Очень понятный. Ведь нужно безгранично доверять другому человеку и испытывать к нему глубочайшую привязанность, чтобы в трезвом уме и здравой памяти соглашаться на такое. Надо было накуриться. С тоской подумал Райли, чувствуя, как в нем уже браво скользят два пальца. - Повернись, - шепнул Крис, отодвинувшись от Райли. Тот послушно лег на живот, встал на колени и ткнулся лицом в подушку, вцепившись в нее так, что пальцы побелели. Крис целовал ему спину, плечи, гладил по ягодицам и проникал то одним пальцем, то двумя. Кошмар какой! Но Крис урчал как большой кот, что-то говорил совершенно непонятное, но явно свидетельствующее о его удовольствии, значит, все отлично. Райли испытывал странное эмоциональное удовольствие, замещавшее сексуальное желание, но увы, оно не могло отключить рассудок и помешать непрошенному и неуместному в постели стыду. Яркий свет и то, что по дому ходят люди - родня Криса, все это не способствовало расслаблению. Крис же последний час вообще ничего не соображал. Ему просто было очень здорово. И все шло к тому, что вскоре станет еще лучше. Шорох разрываемой упаковки презервативов. Райли зажмурился. Да, это действительно больно. Крис навалился всем телом, грозя сломать все кости Райли, и замер, не двигаясь. Томпсон сделал вдох и выдох, расслабился, концентрируясь на ритме дыхания. Крис двинулся. Они так до ночи проваландаются! Но если Райли дернется, это будет грозить весьма неприятным последствиями. И также если Крис поспешит, наверное, тоже придется вызывать "скорую". Хотя "скорую" - это уже слишком, но повреждения явно будут весьма серьезными. Сложно сказать, кто из них больше обрадовался первому нормальному толчку. Крис, что вот наконец дорвался? Или Райли, что теперь осталось чуть-чуть потерпеть? Крис пыхтел и кусался. Кровать скрипела. А Райли начал стонать. Сам не понял почему. Уж точно не от заоблачного кайфа! Но так внезапно оказалось проще дышать, когда ты придавлен к кровати весом в два раза больше твоего, и это тело движется все убыстряясь и выбивая из твоих легких весь воздух. Крис взял его за руку, переплел их пальцы и продолжил двигаться. - Позови меня. Райли поначалу не понял смысл просьбы, слегка подвиснув. - Крис? - Да... Повтори. - Крис... Ноги дрожали и отказывались дальше держать такой вес. Зад горел. На бедрах щипало кожу от маленьких царапок. Губы припухли и ныли. Укусы болели. Вывод: секс - весьма травматичный и энергозатратный процесс. Оргазм Криса Райли пропустил, не заметив этот кульминационный момент. Просто все внезапно прекратилось. Тело, давившее и напиравшее, пропало. Мимо пролетел, неопрятно шмякнувшись на пол, презерватив. Крис звонко чмокнул сначала одну ягодицу, потом вторую, помог Райли выпрямить ноги и лечь нормально наконец-то. - Все хорошо? - Неплохо, - честно признался Райли, наслаждаясь покоем и удобной позой. - Засранец, - беззлобно ответил Крис, кажется собираясь уснуть обратно. Он прижал к себе Райли, закинул на него ногу и ткнулся носом в плечо. - Спасибо. Райли удивился такому. Спасибо? Ну ладно... - Не за что. Обращайся, - добавил он с усмешкой. - Все не так ужасно, как ты представлял, или все ну очень плохо? - поинтересовался Крис, начав поглаживать Райли по груди и животу. - Мне нравится, что это понравилось тебе. Я все равно не могу кончить, так почему от этого должен и ты за компанию страдать? - Ничего не болит? Не зарекся трахаться впредь? - Болит все. Но это не критично... - Райли завел руку назад, обнял Криса и двинулся так, чтобы прижаться крепче. - Можно попробовать по всякому, - уже сонно пробормотал Крис. - Что-нибудь да понравится. Мы еще наверстаем твой простой в сексе. Райли погрустнел, вернувшись в реальность. У них нет времени. Вообще ни на что! А он дурак боялся, что впереди у него вечность с Крисом... - Крис, мне нужно вернуться в Лондон. - Хорошо, вернемся. - Нет, ты оставайся тут. - Почему? - руки Криса напряглись, и сам он весь как-то подобрался. - Ничего хорошего в Лондоне не случится. Арест, скандал, разбирательство. Тебе оно надо? Оставайся здесь, тут замечательно, отдохнешь от всего этого вдали, с семьей... - Не говори ерунды. Ты моя семья. Что они докажут? Есть что-то серьезное на тебя? - Не должно быть... Реальных доказательств нет, отстранят, конечно, от службы... Но посадить - это вряд ли, - Райли вздохнул, как перед прыжком с трамплина. - Я должен тебе это вернуть. И снял кольцо, вложив его в руку Криса. - Это еще что за шутки? - Меня арестуют - на арест там точно хватит оснований. Разные люди сидят в Скотланд-Ярде и в суде. Разные интриги плетутся вокруг всего этого дела. Крис, ты понимаешь, чем мне грозит этот арест? - Тюрьмой? - Все дело в том... - Райли всем своим существом сейчас понял и прочувствовал, что значит "сердце кровью обливается". - Я могу не дожить до тюрьмы. До суда в принципе. Крис молчал целую вечность. - Объясни, - наконец проговорил он. - Я полицейский, которого обвиняют в убийстве других полицейских. За мной тянутся вполне доказуемые эпизоды коррупции. Я убийца, взяточник, не самый прилежный блюститель законнных прав граждан - ты сам видел. Херовый следователь. Я заложил друга комиссии. И в конце концов, я все-таки пидарас. Как по-твоему, у меня есть шансы дожить до суда? Камеры временного содержания полны жаждущих меня освежевать. В тюрьмах спят и видят, как отправят меня к праотцам самым изощренным способом. Я ходячий труп, Крис. Так что возьми. И спасибо за все. - Нет. Дальнейшее было каким-то уродством любви в кривых зеркалах. Крис отказывался поверить в слова Райли. Тот убеждал его, что все нормально. - Нормально?! Нормально?! Нормально, мне такое говорить? - А что я должен делать? Улыбаться и утешать, что все будет хорошо?! Не будет хорошо, Крис, пойми ты наконец! Я стараюсь причинить тебе как можно меньше боли, и мне очень жаль, что я не могу все вернуть, повернуть вспять, не позволить всему этому случиться. Мы встретились. Все уже произошло. И я прошу тебя, забери кольцо, оставайся здесь и живи дальше. - И как ты себе это представляешь?! - Не знаю! Не знаю я, Крис! Ни черта уже не знаю... Но я тебя люблю. Ты лучшее, что случилось со мной. И даже если итог вот такой, это... не страшно. У меня был ты. У меня было все это... - Почему "был"? Я у тебя есть и буду! - О, Господи! Да как ты не поймешь... Но их дальнейший спор прервал стук в дверь. - Мальчики! Не ссорьтесь! Лучше спускайтесь завтракать! Райли поднялся с кровати и направился в душ. Крис ударил в стену кулаком, картина, висевшая в рамке, упала, и стекло разлетелось вдребезги. У них все рушилось тоже.