Лабиринты

Малфой беспокойно ворочался в кровати. Его мучили очередные кошмары, которые не прекращались уже неделю. Сцены войны врывались в его сознание. Войны, которая давно закончилась. Он чувствовал боль, страх, ужас. Он слышал крики и мольбу о помощи. Они мучили его каждую ночь. Он неделю воевал за что-то, о чем сам не помнил, а может даже не знал. Но эти сны были настолько яственными, что утром болели все мышцы, а голова раскалывалась на разные части. Всю неделю Скорпиус ходил злой. Он не пошел никуда с Альбусом, из-за чего тот, скорее всего, обиделся, он грубил учителям, а больше всего он бесился при виде Уизли. Потому что именно она была в его снах. Там она помогала ему, там они были на одной стороне. Но это было невероятно. Не может такого быть и точка. И поэтому хотелось ликвидировать ее из своей жизни. Выжечь из головы, где она появлялась слишком часто. Он бы давно убил ее, если бы не Ал и Джо. Они хоть как-то помогали держаться в нормальном состоянии. Хотя он их и сторонился до сих пор. Малфой распахнул глаза и вскочил. Тело его сковал холод. Он повернул голову и увидел, что окно распахнуто настежь и комната наполнилась ледяным ветром с улицы. Слизериниц выругался и заклинанием захлопнул окно. Не хотелось этого делать, но надо было разжечь камин в комнате. Он встал с кровати и в одних пижамных штанах прошел к двери в гостиную. Там в кладовой лежали дрова для камина. В гостиной оказалось на удивление тепло. Малфой бросил взгляд в сторону комнаты Розы и прислушался. Там все было тихо. Взгляд голубых глаз переместился на часы, висящие над камином. В окна ужа начинал пробиваться свет, так что Скорпиус сумел различить на циферблате время. Пять утра. Конечно, в такую рань наглая грифиндорка еще спокойно спит в своей кроватке, в то время, когда он мучается от кошмаров, где она принимает не последнее участие. Дрова затрещали в камине, а на кожу опустился непривычный жар. Скорпиус отодвинулся подальше от огня и сел кресло около кровати. Залив около Хогвартса снова бушевал. Прямо как в его снах. Одна из таких волн смыла с моста, по меньшей мере, человек пятьдесят. Скорпиус до сих пор помнит тот крик, который раздался вокруг него. От этого звука холодела кровь, и хотелось бежать. Но он не боится. Он давно ничего не боится. Учеба в Думстранге научила запихивать страх и крик глубоко в глотку. Раздался звон и Малфой вскочил с кресла. С комода упал графин с водой, и вместо него образовалась сова. Птица нагло сверкнула своими глазами и ухнула. Малфой закатил глаза и взял палочку. Сова оказалась подопечной соседки. Видимо это она и распахнула окно ночью, а потом спряталась, а может Малфой ее просто не заметил, когда отправился за дровами. Смысл был в том, что наглое животное Уизли сейчас находилось в его комнате и поглядывало на него хитрым взглядом. - Вон отсюда! - крикнул Скорпиус, открывая створку окна. - Пошла вон! Но сова не шелохнулась, лишь ухнула еще раз и вообще закрыла глаза, будто не желая видеть разозленного слизеринца. - Если ты сейчас же не уберешься отсюда, я сделаю из тебя чучело, которое будет стоять на том месте, где ты сейчас сидишь, паршивая птица, - уже в бешенстве прорычал Малфой, хватая палочку. С ова ухнула и взлетела в воздух, но вместо того, чтобы вылететь в окно, она опустилась на спинку кресла, на котором до этого сидел Малфой, и стала драть кожаную обивку когтями. - Остолбеней! - раздался в комнате шепот Скорпиуса, и сова замерла на месте. Блондин довольно ухмыльнулся и схватил парализованную птицу. Он громкими шагами прошел сквозь ванную к двери Уизли и начал колотить в нее кулаком, - Уизли, забери от меня свою чертову сову! - прокричал он. Роза, мирно спящая все это время, подскочила на кровати как ужаленная. Она подлетела к двери и распахнула её, чуть не получив кулаком от Малфоя. Он увидел её, опустил руку и сверкнул холодными глазами. Перед ним оказалась совсем не та Роза, которую он знал раньше. Сонная, растрепанная, в смешной пижаме с нелепыми медведями. Насмешка чуть не вырвалась из него, но он перехватил ее на полпути и засунул обратно. Роза тоже рассматривала его. Обнаженный торс приковывал её взгляд. Взъерошенные волосы казались теперь естественными. Она никогда не видела Малфоя раздетым. Ей хотелось дотронуться пальцем до его живота, плеч, почувствовать кожу на ощупь. Она холодная, наверное. - Держи, - её мысли оборвал сам Малфой, запихнув ей в руки что-то тяжелое. Только теперь девушка поняла, что это её парализованная сова. - Что ты с ней сделал? - возмутилась гриффиндорка, злобно взглянув на блондина, который самодовольно улыбался, глядя на свой трофей у нее в руках. - Заклятие "остолбеней". Надеюсь, знаешь, как снять, - бросил он и, развернувшись, отправился к себе. - Какое ты, Малфой, имеешь право накладывать заклятья на чужих животных? - в глазах Розы блестел такой уже знакомый Малфою гневный огонек. Он был уверен, что и у него самого сейчас бушует такой же, ведь видит Мерлин, она ужасно его раздражала сейчас. Просто своим присутствием здесь. Просто своей детской пижамой, которая шла к её глазам и делала её похожей на ребенка. - Я имею право на много, Уизли, - кинул он, даже не обернувшись. - Ты не пуп земли, Малфой, - резко проговорила Роза, делая шаг в сторону ванной и чувствуя, будто стала совсем беззащитной. Ей показалось, что комната была коконом, который отразил бы любой нападение слизеринца. Она была уверена, что он не переступит порог её спальни. А теперь она с ним на нейтральной территории и без палочки, которая так и осталась лежать на тумбочке. - Не тебе решать, кто я, - прошипел Скорпиус, останавливаясь около своей двери, - ты лишь Уизли. Что ты можешь решить в этом мире? - он надменно хмыкнул и захлопнул дверь у самого носа Розы. Девушка чуть не взвыла от злости и быстрым шагом вернулась к себе, как можно громче хлопнув дверью. Она разозлилась не на шутку. Её взбесила выходка Малфоя с совой. Бедную Альбу расколдовать не составляло труда, но сама наглость слизеринца поражала гриффиндорку. А Скорпиус со злостью завалился на кровать и скрестил руки на груди. Чертова сова уже вылетела из его головы. Теперь он думал об этом, полном вызова взгляде синих глаз, сверлящих его. Он ощущал этот взгляд и его это бесило. Обычно ему плевать на чужие взгляды. Он сам может кого угодно испепелить им. Как смеет эта выскочка смотреть на него, как на пораженного врага?! Злость нарастала где-то внутри, и хотелось встать и разнести всю комнату в клочья, а потом разнести и ее комнату, но он лежал и смотрел в потолок. До занятий оставалась уйма времени, а он не сможет уснуть. Слишком много эмоций кипит в нем сейчас. *** - Что точно она сказала тогда, Гермиона? - Гарри Поттер сосредоточенно разгуливал по своей гостиной, в то время как Гермиона, Рон, Джинни и Драко сидели в креслах и смотрели на него. Смотрели все, кроме Малфоя. Драко уставился в одну точку, располагающуюся где-то за спиной Джинни, и мягко барабанил по своему колену пальцами. - Она сказала, что мир погрузиться во тьму. Живые возненавидят мертвых, а мертвые придут за живыми. Кровь Пожирателя и кровь грязнокровки сольются воедино. И ничто не победит эту силу. Ничто не сломит чистоту смешанной крови. Мир изменится. И кровь перестанет править. Начнется новая эра. - Почему это обязательно должны быть Роза и Скорпиус, - пожала плечами Джинни, разглядывая обеспокоенные лица брата, подруги и мужа. - Потому что я на дух не переношу Малфоев, - скривился Рон, скользя взглядом по Драко. Тот не ответил, лишь оторвался от своей точки и бросил взгляд на Гарри. - Нам нечего делить, Поттер. Ты знаешь, что я старался забыть многое из нашего детства. Поэтому я не из-за того вернул сюда Скорпа, чтобы насолить вам всем. - Я понимаю, - Гарри одарил Малфоя вполне дружественным взглядом. Он давно перестал считать того врагом. Сейчас его волновала судьба магического мира и племянницы. Тут уже не до старых обид. - Но это было сделано. - Малфой, когда я приглашала его на разговор, говорил мне, что то, что они встретятся, еще не значит, что что-то случится, а если мы их разучим, не значит, что все будет хорошо. Гарри, в его глазах есть смысл, - Гермиона посмотрела на друга. Ее сердце сжималось от беспокойства за дочь, но она впервые не видела никакого выхода. - Приглашала его? Гермиона, ты приглашала Малфоя к нам в дом? - Рон посмотрел на жену с удивлением и практически детской обидой. - Уймись, Рон, это и дом Гермионы. Она имеет право приглашать к себе кого угодно, - Джинни одернула брата, видя, как Гермиона чувствует себя от его слов. - Но он Малфой... - И он здесь, Рон, - голос Гарри перебил Уизли, - и он помогает нам. Он помогал нам на войне. Кто знает, может, если бы не он, нас бы не было сейчас. Он не раскрыл нас перед Белатрисой. - И он же портил нам всю жизнь, - не замолкал рыжеволосый мужчина, зло поглядывая на блондина напротив. Малфой никак не реагировал на выпады Рональда. Он выжидательно смотрел на Гарри и практически лениво водил рукой по подлокотнику кресла, давая понять, что ему безразличны замечания Уизли. - Мы не знаем, чего ждать. Это самое страшное, - проговорила Джинни, уводя тему к общей проблеме. - Я предпочитаю справляться с врагом, когда он придет, а не бояться его появления, - подал голос Драко, встретившись с взглядом Гермионы, которая с удивлением подняла на него глаза. Тоже самое сделал и Гарри. Он слышал эту фразу однажды. Профессор Снейп говорил это кому-то давным-давно. Зеленые глаза полминуты изучали Малфоя, а потом обратились к Рону. - Драко прав, мы слишком сильно накручиваем себя. И ты Рон заставил нас это делать. Многие годы все было хорошо, но почему-то сейчас все должно разрушиться в один миг. Так не бывает. Что такого в том, что Малфой привез сына в Хогвартс? Он имеет на это полное право. Кто мы такие, чтобы указывать ему? Мы ведем пустые разговоры вместо того, чтобы заниматься важными делами. Рон возмущенно взглянул на друга, но залился краской, как это бывало, когда он осознавал свою вину. - Я пойду, - Малфой встал, - не вижу смысла дальше тут сидеть. Мы не придем ни к какому мнению и, если честно, я не понимаю, зачем нужно это собрание, - блондин прошел несколько шагов вперед и замер, уставившись куда-то за спину Гарри. Его лицо выражало если не испуг, то глубокое удивление. Он не шевелился. Взгляды собравшихся в комнате устремились на то, что так поразило Малфоя. Раздался вскрик Джинни. Чуть поодаль от компании, около двери, стояла полупрозрачная фигура. Она была необычайно легкой и еле различимой в лучах дневного света. Спустя несколько мгновений образ стал проявляться лучше. Можно было увидеть черные волосы, такую же черную мантию. Лицо, выражающее тоску, уставилось на волшебников. - С… С... Северус, - прошептал Драко, почувствовав, как тело становится вновь послушным, а голос возвращается на место. - Профессор Снейп? - Гарри подошел к Малфою, и не менее пораженный оглядел фигуру, появившуюся в комнате. - Драко, - раздался голос. Он был знаком каждому, находящемуся в комнате. Этот голос часто ругал их. Но сейчас тон был мягким. Правда, при каждом слове веяло легким прохладным ветерком. - Драко, - снова повторил Снейп, - Гарри. Да, это действительно я. Я пришел к вам, чтобы сказать. На границе миров появились бреши. Их не было давно, но сейчас они появляются все чаще. Сквозь эти бреши мы можем приходить к вам. Кто-то хочет выйти отсюда. Вернуться в ваш мир. И вы сами знаете, кто это, - глаза Снейпа, которые, как и раньше выражали тоску, встретились с глазами Малфоя и Поттера. У Гарри внутри пробежал холодок. - Профессор, что это значит? - голос Поттера слегка дрогнул, когда он обращался к Северусу. Он уже разговаривал с умершими, но это было давно и будто в бреду, а сейчас... - Мир в опасности. Пророчество начинает сбываться. То, что будет дальше, заставит измениться всех, - тоска в глазах зельевара стала практически ощутимой, и он стал исчезать. Просто таял в воздухе, переводя взгляд с Малфоя на Поттера. - Что это было? - раздался голос Гермионы, которая сидела с испуганным лицом. Джинни не говоря ни слова смотрела на Гарри, а Рон сидел почти белый. - Снейп сказал что-то очень важное. Надо только понять смысл его слов, - ответил за Гарри Драко и вернулся в кресло, где впал в глубокую задумчивость. *** - Эй, Малфой, доброе утро, - рука Альбуса хлопнула Скорпиуса по плечу. - Да, доброе, - хмыкнул Скорп, припоминая события минувшего утра. - Что-то ты кислый, друг. Сегодня тренировка по квидичу. Увидимся там. Скорпиус слабо улыбнулся, кидая на стол тетрадь, и оглянулся в сторону Гриффиндора. Уизли сидела в пол-оборота от него и что-то увлеченно рассказывала Лили Поттер. Волосы немного растрепались от того, что девушка перекинула их на одну сторону. - Добрый день, дорогие учащиеся, - влетел в класс Долгопупс. Он весело хлопнул по столу своими пособиями и хитро осмотрел класс. Малфой почувствовал своей пятой точкой, что сегодня профессор устроит что-то, что испортит настроение еще больше, - пришло время отчитаться о проделанной работе. Я жду вас у себя с докладами о том, как поживают ваши растения. Скорпиус облегченно вздохнул. Уже два раза Уизли отвечала Долгопупсу. Она рассказывала об огромной проделанной работе, но лично сам Малфой ни разу больше не появлялся в теплице. Может быть, гриффиндорка орудовала там одна. Флаг ей в руки. Во всяком случае, у Скорпиуса найдутся дела поинтереснее, чем таскаться с Мандрагорой. - Мистер Поттер, - Невилл мягко посмотрел на сына друзей, который с улыбкой вышел к нему и вполне успешно доложил о продвижениях в проекте. Альбус рассказывал обо всем так, будто каждый день проводил в теплице, присматривая за тем, что выделил ему Долгопупс. А Малфой даже не знал, бывал ли он там. Скорее всего, да, но спрашивать об этом он не собирался. Они с Альбусом и так мало общались, чтобы тратить время на такую ерунду. Скорпиус осваивался. Он привыкал к его присутствию постепенно. - Спасибо, Альбус, Ваш доклад достоин похвалы, - сказал профессор, отмечая что-то у себя на пергаменте, - теперь я решусь нарушить сложившуюся традицию и вызову к доске мистера Малфоя. Скорпиус замер и выругался про себя. Он не расскажет ему не слова. Глаза Невилла встретились со взглядом блондина. - Мистер Малфой, прошу Вас. Мисс Уизли отчитывалась уже дважды. Теперь Ваша очередь. Скорпиус встал и медленно вышел вперед. Он старался вспомнить хоть что-то из того, что знал по Травологии. Но все его знания как будто улетучились. Голова оказалась совсем пустая. Он окинул класс взглядом и наткнулся на синие глаза Уизли. Что? Ее взгляд выражал сожаление и сочувствие. Она будто говорила, что понимает, что ему тяжело сейчас стоять перед двумя факультетами и выставлять себя дураком. А ему не тяжело! Ему плевать на всех, кто здесь сидит. Плевать на все эти любопытные взгляды, которые уставились на него. Они даже не посмеют выразить насмешку, потому что он Малфой. Никто из этих трусов не посмеет засмеяться над ним. Скорпиус гордо вздернул подбородок и оглянулся на профессора. - Мы ждем, Скорпиус, - серьезно посмотрел на него Долгопупс. - Конечно, профессор, - уверенно начал Скорпиус. То, что произошло дальше, заставило его сильно удивиться. Слова будто сами начали вылетать у него изо рта. Он говорил что-то, сам того не желая, но судя по довольному лицу профессора он говорил то, что от него хотели услышать. Краем глаза он заметил, что Роза шевелит губами, прячась за широкую спину Альбуса. Она помогает ему. Он не нуждается в ее помощи, черт бы ее побрал. Выслушав все, что доложил ему Малфой, Невилл довольно кивнул: - Я приятно удивлен, Скорпиус. Вы не так давно изучаете этот предмет, но ваши познания удивляют. Приятно, доложу я Вам. Можете садиться. Малфой бросил гневный взгляд на Уизли, от чего - как ему показалось - она чуть не расплавилась на месте, и отправился за свою парту. Там его встретил удивленный Джозеф. - Откуда ты все это знаешь? Ты же ни дня в теплице не был. - Отстань, Джо, - огрызнулся Скорпиус, продолжая украдкой бросать испепеляющие взгляды на Розу. Та даже не смотрела в его сторону. Лишь Альбус иногда поглядывал на друга, чтобы убедиться, что он в порядке после такого блестящего ответа. Видимо, Поттер догадался, в чем дело. Тренировка сегодня ожидалась хорошая. Утренний холод сменится приятной осенней погодой. Солнце выглянуло из-за туч. Команда гриффиндора и команда слизерина бурно обсуждали что-то между собой. Редко когда можно было застать эти два факультета за такой относительно мирной беседой. Мадам Тюк как всегда вышла на поле в полной униформе. За ней шел мальчик, который нес шары. - Готовы? - прокричала профессор так, что ее голос отразился эхом далеко за пределами площадки. Обе команды довольно загудели, сообщая о нетерпении начать тренировку. Профессор достала мячи и запустила их в воздух. Игроки заняли свои места. Игра началась. Скорпиус славился тем, что был отличным ловцом в Думстранге, и от того поймает ли он сегодня снич зависело его дальнейшее продвижение в команде. Скорпиус осмотрел поле и поднялся в воздух. Его, как и всегда когда он поднимался в воздух, охватило чувство, которое он не мог передать словами. Просто воздух был его стихией. Там в вышине не было проблем и переживаний. Только он, ветер, облака и маленький золотой шарик, который норовил улететь от него. И это было его страстью. Он не мог без этого. Если Скорпиус неделю не поднимался в воздух, на него наваливалась еще большая тоска, чем обычно. Мимо промелькнул Генри Ален. Малфой усмехнулся и подумал, что если бы это были гонки, то он бы в два счета обогнал Алена. Скорость не была для Скорпиуса проблемой. Мелькнул снитч и Малфой сосредоточил все внимание на нем. Он сорвался с места и как пуля полетел за мечом. Тот уже лишь слегка заметно блестел в облаках. Скорпиус увеличивал скорость. Он слышал, как кричал кто-то внизу. Скорее всего, зеваки, которые пришли посмотреть на тренировку. Ветер шумел в ушах. Малфой почувствовал знакомое отстранение. Только он и снитч. Больше ничего. Шарик летел все выше и выше, будто стараясь проверить слизеринца на прочность, на какую высоту он способен подняться? О, Малфой поднимался очень высоко. Если упасть с такой высоты, то можно проститься с жизнью. В этом тоже был свой азарт. Если упадет, то все. Но он не боялся. Совершенно ничего не боялся. Вдалеке появился легкий блеск. Скорпиус повернул метлу в его сторону. Именно там должен был быть мяч. В облаках больше нечему блестеть. Но пролетев несколько метров, Скорпиус затормозил. На фоне белого облака, прямо в воздухе, без какой-либо опоры, висела полупрозрачная фигура мужчины. Его лицо Малфою было знакомо. Конечно, портрет этого человека висел в доме родителей и кабинете директора Хогвартса. Скорпиус никогда лично не знал этого мужчину, но слышал, что это была выдающаяся личность. Отец говорил о нем с уважением, а мать даже немного со страхом. Фигура приблизилась к юноше. Что-то внутри Скорпиуса похолодело. Он начал осознавать, что видит призрак. Мужчина подлетел еще ближе и остановился около самой метлы. - Скорпиус Малфой. Отец должен гордиться тобой, юноша. Я пришел к тебе, чтобы предупредить. Та сторона вещает. Старое темное зло пытается выбраться наружу. И только ты сможешь спасти этот мир. Скорпиус не отвечая, смотрел на мужчину, а тот одобрительно кивнул и растаял в воздухе. Блондин ошарашенно заморгал. В этот момент снитч подлетел совсем близко, как будто сам просился в руки. Малфой схватил его и направил метлу вниз, не замечая, куда летит. В его сознании все еще не укладывалось то, что он сейчас видел. Это было похоже на больную галлюцинацию. Внизу раздавался гул и радостное приветствие. Команды практически прекратили игру, следя за тем, когда вернется ловец Слизерина. Да, именно ловец. Теперь Малфой бесспорно занимал именно такое почетное место в команде. - Молодец! - кричали сокурсники. - Малфой, ты асс, - подлетел Забини. Скорпиус слабо кивнул. Он поднял снитч вверх. Трибуны загудели. Оказывается, пока он ловил мяч, собралось довольно много народу. Среди них промелькнули знакомые рыжие волосы. Малфой отмахнулся от глупых мыслей и довольно оглядел людей, аплодирующих ему. Мадам Тюк, забирая у него снитч, поздравила его с победой и местом в команде. Альбус подлетел на метле и радостно пожал руку. - Я пойду. Увидимся позже, - слабо заулыбался друзьям Скоприус, направляясь в сторону башни старост. - Вечером вечеринка в твою честь, - послышался голос Джо сзади. Но Скорпиус не хотел сейчас думать ни о чем кроме того ,что увидел на высоте. Это не входило в рамки разумного, но он мог поклясться, что все это не привиделось ему. Злой и раздраженный Малфой вошел в гостиную башни. Каким-то образом Уизли уже успела оказаться здесь. Она сидела на диване и читала какую-то книжку. Блондин кинул на неё недовольный взгляд, будто она была виновата в том, что находится здесь и мешает ему думать. - Поздравляю, Малфой, - проговорила девушка, когда тот был уже на лестнице. Он остановился и развернулся в её сторону. - Кстати, Уизли, я не просил лезть в мои дела на уроке, - гаркнул он, сам не ожидая от себя такого тона. Роза отложила книгу и перевела взгляд на блондина: - Если бы не я, ты бы завалил отчет. - Я бы отлично справился! - Малфой, - Уизли вскочила с дивана, зашла за него и грозно взглянула на слизеринца, - если ты готов провалить задание, то я нет. И я не собираюсь терять баллы только из-за того, что тебе плевать на все и на всех вокруг тебя. - Мне не плевать на тех, кто не вертится у меня под ногами, а действительно помогает, - почти прорычал Скорпиус, глядя прямо в глаза Уизли. - Ты, самовлюбленный дурак! - выпалила Роза и развернулась в сторону своей комнаты, но не успела она сделать и шага, как Малфой схватил её за руку и развернул к себе лицом. Его глаза пылали яростью. Он оглядел её лицо. Розе показалось, что он располосовал его на кусочки. Блондин посмотрел на её губы. Чуть приоткрыты. Малфой почувствовал, что что-то внутри толкает его вперед. Он поцеловал ее. Врезался в губы поцелуем. Жарким и беспощадным. Роза сначала попыталась оттолкнуть его, но потом обвила руками его шею, прижимая к себе. Он не ожидал этого. Он надеялся, молил, что она не позволит. Иначе он сойдет с ума. С той ночи патрулирования он хотел ощутить вкус этих губ. Но он бы не посмел признаться в этом даже самому себе. Теперь он чувствовал. Тепло и легкий привкус мяты. Это было наслаждение целовать её вот так. Понимая, что она подвластна ему. Что она уже не так строптива и независима. И Малфой знал, что он тому причина. В голове возник образ Снейпа, который предстал перед ним, потом отца. И деда. Кривая усмешка деда промелькнула в голове. Его холодные глаза, сверлящие каждый раз, когда он видел кого-то из семейства Уизли. Он до последнего дня ненавидел их. - Никто из них не достоин даже рукопожатия рода Малфоев, - говорил он в свои последние дни. Маленький Скоприус тогда сидел рядом на кресле. Малфой оторвался от Уизли и отошел на пару шагов. Роза открыла глаза и немного удивленно и взволновано уставилась на него. - Не устояла, Уизли? - саркастически скривился Скоприус. - Что? - Роза смогла вымолвить лишь слово. - Знай, как это целовать победителя, - хмыкнул Малфой, глядя на распухшие губы девушки. - Пошел ты к черту, - резко развернулась Роза, демонстрируя свое недовольство и гордость. Малфой самодовольно улыбнулся и отправился к себе наверх. Там он принял душ и старательно протер губы. Он был зол на себя. Что его заставило сделать это? Ничего. Он просто убедился, что гриффиндорка сходит по нему с ума. Она не оттолкнула его. Хотя кто бы оттолкнул? Но то, как её тело отвечало на его поцелуй, говорило многое. И Малфой понимал это. Он вышел из душа и переоделся. Надо выкинуть из головы мысли об этой чокнутой девчонке. Его ждет вечеринка в его честь. Сегодня ему должно быть хорошо.