Лабиринты

Темная комната лишь слегка наполнялась светом, проникающим сквозь небольшую щель в дверном проеме. Полоска тянулась до противоположного угла, где сидела Гермиона Уизли, сложив руки на столе и уставившись в одну точку. Она смотрела куда-то, где никто не мог оказаться кроме нее. Ее мысли были далеко от этой комнаты, от этого города, даже от этой страны. В комнате стоял устойчивый запах травяного чая, который Гермиона заваривала сегодня уже раз двадцать. Она пила чашку за чашкой, ожидая волшебного эффекта успокоения, который никак не приходил. Нервы все еще были на пределе. Весь день Гермиона ждала гостя, а он все не шел. Руки волшебницы нервно крутили карандаш. В коридоре послышались шаги и Гермиона напряглась. Ее спина стала прямой как струна, а взгляд метнулся к двери, ожидая того, кто войдет в нее. Скрипнула половица совсем рядом со входом и дверь отворилась, так осторожно, что можно было подумать, что она приоткрылась от легкого ветерка, который гулял по всему дому в последние пару дней. Да, Гермиона знала, что запустила дом. Но ее мысли были заняты лишь одним, а когда она думала о чем-то, то не могла ничего делать. Слава Мерлину, Рон не сказал ей ни слова, когда два дня подряд на завтрак получил яичницу, приготовленную домовым эльфом. Он промолчал и тогда, когда Гермиона случайно испортила его документы из магазина. Обычно она их разбирала, но в этот раз все шло наперекосяк. В отверстии, образовавшемся в проходе, возникла маленькая фигурка домового эльфа. Его Гермиона взяла к себе, когда его хозяева хотели продать своего раба на работу в Азкабан, где домовики выполняют такую работу как кормежка заключенных или уборка камер. Не редко они становятся жертвами разозленных преступников, которым нужно на ком-то выместить свое зло. Гермионе стало жалко бедного эльфа, и она приютила его. С тех пор Шмыг живет у Уизли. Странное имя, подаренное ему от прошлых хозяев за то, что он постоянно шмыгал носом, Уизли менять не стали, так как Эльф уже давно привык к нему. - К Вам мистер Малфой, - проговорил Шмыг немного испуганно. Видимо гость не вызвал у него никаких эмоций кроме страха так как он опасливо взглянул на Гермиону, спрашивая разрешения пригласить его. - Наконец-то, - проворчала хозяйка и добродушно обратилась к эльфу. Это была скорее просьба к существу, живущему в одном доме, чем приказ к своему работнику, - зови его, Шмыг. Эльф осторожно отошел в сторону, когда в коридоре появилась подтянутая фигура. Светлые волосы переливались в лучах лампы, которая освещала коридор. Гермиона махнула рукой, и лампа загорелась на ее столе, освещая ее лицо и открывая вошедшему посетителю все эмоции, которые выражало оно в этот момент. Драко вздохнул, прошел к креслу и сел в него, устало склонив голову на бок и рассматривая волшебницу. Гермиона кивнула Шмыгу, давая понять, что все хорошо и что она хочет остаться с посетителем наедине. Дверь зарылась так же тихо, как и открылась и Уизли подняла взгляд на Драко Малфоя. - Давно не виделись, Гермиона, - проговорил он, тоном дружелюбным и спокойным. Так разговаривают со старыми друзьями, но не такие отношения связывали Гермиону и Драко. Этот тон был совершенно неуместен, как казалось Гермионе, но разве Малфой был когда-нибудь понятен ей? Разве что она всегда знала, что этот человек будет вести себя надменно. Ничего другого в разговоре с Драко шалфеем она не могла предугадать. Да и предпочитала не видеться с ним, благо жизнь ее к такому не обязывала. - Драко, я пригласила тебя не для того, чтобы сетовать на редкие встречи, - грозный тон, которым Уизли всегда говорила с теми людьми, кто казались ей опасными, был выражен слишком явно, и Гермиона постаралась умерить свое недовольство. - Я знаю, - голос Малфоя вдруг стал серьезным и решительным. Не таким холодным и надменным, как когда он вошел в комнату. Гермиона немного растерялась. - Я знаю, зачем ты меня позвала. Я знаю, что ты хочешь мне сказать, но я не соглашусь ни с одним твоим словом. Так что можешь не пытаться произносить свою заготовленную заранее, я в это уверен, речь. Малфой посмотрел прямо в глаза бывшей гриффиндорке. Его взгляд не обжег ее, как это было раньше. Она лишь прочла там усталость и понимание всей ситуации, но так же там был и отказ, что-либо менять. - Малфой, мы договаривались, что твой сын будет учиться в Думстранге до самого выпуска. Ты говорил, что он будет учиться там, а потом ты его определишь куда-то, где он никогда не встретится с моей дочерью. Но ты не выполнил свое обещание, ты снова привез его в Хогвартс! - Послушай меня, Гермиона! - повысил голос Малфой. Его глаза вцепились взглядом в лицо брюнетки. - Я не хочу, чтобы мой сын страдал! Ты знаешь, что пророчество это не игрушка. Это не дождик, от которого можно убежать или спрятаться под деревом. Это то, что случится в любом случае. Я каждый год видел, как Скорпиус холодеет в Думстранге. Он скучал по детям Поттера, как бы мне не было от этого грустно. Ему нужен был его родной Хогвартс, а не холодный Думстранг, где из него сделали ледяную глыбу. Он стал практически куском льда, и я не хочу, чтобы это продолжалось! Я хочу, чтобы он был счастлив. - Но если они встретятся... - Они в любом случае встретятся. Кто из нас был отличником? Тебе ли не знать, что пророчество это не то, чего можно избежать. Этого не изменить. И если Скорпиус может быть счастлив в жизни, то пусть будет счастлив. Я не хочу, чтобы он повторил мою судьбу. Я не хочу, чтобы он стал таким, каким был я. Я хочу, чтобы вокруг него были его друзья. И тебе ли не знать, Грейнджер, к чему приводит отказ от всего, ради глупых убеждений. - Я Уизли, Драко. Уже много лет, - Гермиона гордо вздернула подбородок, так же как это было в школьные времена. Он часто видел этот жест. Каждый день. - Ты всегда будешь Гермионой Грейнджер. Для меня, во всяком случае, - резко ответил Малфой, будто Гермиона сказала ему что-то обидное или грубое. - Не надо, Драко. Я... - Гермиона запнулась и посмотрела на Малфоя, а потом устало вздохнула и опустила голову на руки, - Ты хоть представляешь, через какой ад им придется пройти? - Иногда стоит пройти через ад, чтобы потом оказаться в раю, - тихо проговорил Драко, тяжело выдыхая воздух из легких, - и ты это прекрасно знаешь, Гермиона. *** Скорпиус проснулся рано. Можно сказать, что он вообще не спал. Голова раскалывалась от боли. Парень поморщился и встал с кровати. В ванной хлопнула дверь. - Черт, - выругался слизеринец. Он подошел к двери и со всей силы ударил в нее кулаком. - Уизли убирайся оттуда быстрее! – проорал он в стену. - Подождешь, Малфой, - послышался голос наглой гриффиндорки. Следующие ругательства Малфоя она вряд ли услышала, так как из ванны раздался звук льющейся воды. Скорпиус еще раз шибанул кулаком по двери, а потом подошел к окну, запустив руки в волосы. Солнце вставало из-за горизонта. Он отвык от этого. От вида солнца. Иногда он забывал, что оно вообще существует. В Хогвартсе редко бывала плохая погода. Это можно было свалить и на магию, окружающую его и на то, что климат такой, но самое главное для Малфоя было солнце. Он закрыл глаза и подставил лицо теплым лучам, распахнув окно и впуская в комнату осеннюю прохладу. Несильный ветер дул с залива, на который выходило его окно. Вода, до горизонта только вода и больше ничего. Тихая, спокойная, холодная, как он. И камни. Безликие, освещенные солнцем, но твердые и бесчувственные. Голубые глаза открылись. Был ли он бесчувственным? Это мучило его. Он не знал ответа. Он помнил те чувства, которые испытывал, когда был рядом с Альбусом и Джеймсом, но все изменилось. Он другой, они другие. И все же ему иногда кажется, что Альбус все тот его друг, что ему можно доверить все, а ради него можно рискнуть жизнью. Раньше он бы сделал это не задумываясь. А сейчас он... он не сделает этого. Альбус иногда раздражает своими попытками вернуть прежнюю дружбу. Скорпиус не понимал, как так можно. Как можно спустя столько лет вернуть все за несколько дней. Нужно время. Очень много времени. И у них оно есть, но смогут ли они? Чертовы вопросы. И везде тупики. Куда не пойди, натыкаешься на очередную проблему, решению которой просто нельзя найти. Скорпиус захлопнул окно. Он кинул взгляд на дверь ванной и прислушался. Оттуда не доносилось ни звука. - Ты там Уизли? - спросил он, снова приблизившись к двери. - Еще минуту, - раздался голос Розы. - Если через минуту ты не уберешься оттуда, я разгромлю дверь, - угроза получилась не совсем устрашающей и уж точно не убедительной. Голова начинала болеть еще больше. Он подумал, что стоит зайти в больничное крыло. Правда, он не помнил, где оно находилось, а спрашивать у кого-то желания не было. И общаться с кем-то тоже. Хотелось закрыться у себя в комнате и сидеть здесь до самого выпуска. - Свободно, - крикнула Уизли и дверь в ее комнату со скрипом закрылась. Малфой вошел в ванную, ощущая запах мыла. Приятный. Он наполнял легкие. Но через несколько минут уже хотелось выплюнуть этот запах из себя. Вытащить. Скорпиус включил воду и встал под душ. Как ни странно, но при всей своей внутренней холодности, он обожал горячую воду. Очень горячую. Он всегда мылся под кипятком. Кожа краснела от этого и морщилась. А Малфой смотрел на это и думал, что в мире нет ничего безупречнее. Все можно испортить. Временем, кипятком, словами. Ему казалось, что ничего в жизни не может быть абсолютно хорошим. Он смотрел на счастливых людей и удивлялся им. "Есть только цель и сила. Чувства делают вас слабыми" Слова наставника из Думстранга громом прозвучали в голове. Он всегда повторял одно и то же. Чувства для него были лишь помехой на пути к цели. Малфой разозлился сам на себя за то, что снова вспомнил это и резко выключил воду. Обвернув полотенце вокруг бедер, он подошел к зеркалу. Отражение смотрело на него. Красивое волевое лицо, гордая осанка, голубые глаза, светлые волосы. Как он был похож на отца! Как он был не похож на мать. Словно Астория не была его матерью. Он не унаследовал от нее ровным счетом ничего. Ни глаз, ни волос, ни характера. Ничего. Все, что было в нем, все от отца. Драко Малфой щедро одарил сына и сильно наказал в жизни. Первым уроком была Травология. Профессор Долгопупс сидел за столом и удобрял какое-то растение. Его фиолетовые цветки ярко смотрелись на фоне каменно-деревянной обстановки класса. Скорпиус несколько секунд смотрел на цветок, а потом мотнул головой и занял место в рядах слицеринцев. - Скорп, - кто-то хлопнул блондина по плечу, а затем подтянутая спортивная фигура уселась рядом за парту. - Джо, - проговорил Малфой. Джозеф Забини был одним из его друзей. Но с Джо они виделись чаще, чем с Алом или Джеймсом после того как Скорпиус отправился в Думстранг. Отцы Забини и Малфоя - друзья еще со времен учебы. Они часто ездили друг к другу в гости. Джозеф был молчаливым молодым человеком с темным цветом кожи и пронзительными глазами темного цвета. Скорпиус действительно был рад его видеть. - Я не знал, что ты снова в Хогвартсе, - проговорил мулат с интересом рассматривая старого друга, будто не видел того целую вечность, хотя они виделись месяц назад, когда Блейз Забини приезжал вместе с сыном в поместье Малфоев. - Я сам не знал, Джо. Но я не видел тебя вчера в Большом зале. - Я приехал только сегодня ночью. Отец был по делам во Франции и брал меня с собой. Раньше не получилось. Но я знаю, что МакГонагалл назначила тебя старостой школы. Видимо для того, чтобы ты адаптировался. - Наверное, - пожал плечами Скорпиус. В класс вошла Уизли и Поттер. Альбус кивнул Скорпиусу. Тот в ответ выдавил из себя подобие улыбки и постарался не встречаться со старым другом глазами. Уизли казалась невыспавшейся. Он устало села на место рядом с Лилли Поттер и раскрыла книгу. Ее взгляд уставился в одну точку где-то над головой Долгопупса. Скорпиус поморщился. - Начнем урок, - проговорил профессор, оторвавшись от своего питомца. И именно «питомцами» он называл свои растения. - Сегодня я задам вам всем большое задание. Вы будете выполнять его месяц, а в конце я поставлю вам оценки, по которым буду ориентироваться при выводе итоговых, - глаза Невилла обежали класс и остановились на Скорпиусе. Он видимо узнал в нем сына Малфоя, потому что быстро перевел взгляд на кого-то, сидящего за столом Гриффиндора. - Вы будете делать совместный проект. Я разобью вас на пары, и каждая пара будет в течение месяца выращивать то растение, которое ей достанется. Класс возмущенно загудел. Никто не горел желанием целый месяц носиться с цветами и овощами. Но профессор грозно взглянул на учеников. Никто не знал, как у него это получается, но ему удавалось призвать класс к порядку лишь взглядом. - Итак, начнем. Я буду называть вас, растение, которое вам достанется, и номер теплицы, где оно расположено, - Долгопупс начал называть учеников. Часто попадались пары, состоящие из грифиндорцев и слизеринцев. Никто не понимал, зачем Долгопупс сводит вместе давних врагов. Скорее всего, чтобы уменьшить ссоры на уроках, да и вообще. Но вряд ли у него это получится, - Джозеф Забини, Амалия Грингартс, - проговорил профессор. Скорпиус обернулся, посмотреть на свою кузину. Они мало общались с сестрой матери, поэтому Скорп почти не знал Амалию, - Ваше растение - Лаванда. Теплица номер восемь. Джозеф весело подмигнул Амалии. Видимо между ними были какие-то особенные отношения, судя по взгляду, который девушка направила на мулата, при словах Долгопупса. Поттеру досталась Аврора Вектор. Слизеринка и гриффиндорец посмотрела друг на друга и быстро отвернулись. Скорпиус даже не успел уловить эмоции, которые выражали хи взгляды. - Скорпиус Малфой, Роза Уизли, - послышался голос Долгопупса, который моментально вывел Малфоя из размышлений о том, какие отношения связывают Альбуса и Вектор. Скорпиус уставился на профессора, не понимая, правильно ли он услышал его слова или у него начались галлюцинации, - Мандрагора, - закончил Долгопупс. Слизеринец повернул голову в сторону Гриффиндора и встретился с синими глазами Уизли, которые выражали удивление не больше чем его самого. Скорпиус закрыл глаза и вытянулся на стуле. Да, веселое время его ожидает. Тут еще он вспомнил, что сегодня они с Уизли с девяти до одиннадцати патрулируют школу. Его настроение испортилось окончательно. Всю остальную часть урока он даже не слушал, о чем говорил Долгопупс. Он лишь сидел и вспоминал хмурое небо над Думстрангом, где, черт возьми, не было никаких теплиц, мандрагор и уж точно не было таких как Уизли. - Теперь вы можете отправиться и посмотреть на своих подопечных. У каждого в теплице есть горшочек с совсем юным растением. Его-то вы и будете растить. Желаю вам удачи. Можете идти, - закончил Долгопупс. Все с шумом встали с мест и начали выходить из класса. Малфой бросил раздраженный взгляд на Розу, которая послала ему в ответ не менее взбешенный взгляд и остановилась около дверного проема, ожидая его. Он встал и лениво направился к ней. - Я не умею ухаживать за долбанной Мандрагорой, - бросил он небрежно и прошел вперед, не дожидаясь пока она догонит. Он шел наугад, стараясь вспомнить, где раньше были теплицы. Наконец, в конце тропинки появились и они. Скорпиус остановился на конце дорожки. - Теплица номер двенадцать, - сообщила ему Роза и с выражением превосходства на лице проследовала мимо. Скорпиус сжал правую руку в кулак и стиснул зубы. Как она его РАЗДРАЖАЕТ! Ему хотелось развернуться и уйти, но сзади появилась фигура Долгопупса, который, видимо, шел проверить, как идут дела у учеников. Малфой зло оглянулся на него и пошел вслед за Уизли, стараясь не приближаться к ней слишком близко. Если он подойдет еще на метр видит Мерлин, он задушит ее прямо на глазах у всех. Теплицы Хогвартса располагались на самой солнечной стороне владений замка. Они выглядели совсем новыми, хотя на самом деле были построены еще несколько веков назад. Роза знала каждый уголок этих теплиц. Она любила растения. Зайдя в стеклянную дверь, девушка сразу же увидела коричневый горшок с небольшим растеньицем. Маленькая Мандрагора слегка шевелила листиками. Ее корни, полностью погруженные в землю, не издавали ни звука. Раздался хлопок двери и Малфой гордо прошел в теплицу. Он скептическим и скучающим взглядом оглядел помещение, на секунду задержавшись на горшке в руках Уизли. - Это и есть Мандрагора? - спросил он почти с интересом, но глаза оставались все такими же непроницаемо холодными и отдаленными. - Да, - ответила Роза, чуть протягивая горшочек к нему, давая посмотреть на растение. - Я слышал они писклявые. - Вы не выращивали ее в Думстранге? - Мы ничего не выращивали. Мы учились выживать, - Малфой сверкнул глазами, и Розе показалось, что кожа на том месте, куда он посмотрел порезана. - Ладно. Принеси мне удобрение из кладовой в конце теплицы, пожалуйста. - Я тебе не посыльный. - Это наш общий проект. И я не собираюсь портить себе оценку из-за ленивого самодовольного хама, - взвилась Роза и грозно посмотрела на него. - Сама ты хамка. Не успела войти сюда, а уже начала командовать. Я не собираюсь выполнять твои указания. Глаза Розы пылали. Синий цвет стал еще более темным. Казалось, она сейчас начнет метать молнии взглядом. Но девушка несколько раз вздохнула и отвернулась от Малфоя. - Что же, ваше сиятельство белоручка, я сама справлюсь, - проговорила она и пошла к кладовой, не оборачиваясь. Малфой посмотрел ей в спину, прожигая там дырку, и вышел из теплицы. Хватит с него на сегодня. Ему еще предстоит патрулирование с ней. Он осмотрелся вокруг и пошел в замок. Еще полчаса до следующего урока и он сможет остыть от того гнева, который вызвала в нем эта глупая девчонка. Она как ребенок. Маленький, эгоистичный. А он уже давно повзрослел. Давным-давно. И что бы сказал отец, если бы увидел его рядом с Уизли. Он никогда не считал их недостойными, но особого расположения к ним Скорпиус не замечал. Мать напротив всегда говорила, что кровь всего лишь предрассудки. А Скорпиус не был склонен ни к тому, ни к другому. Ему просто было все равно, пока он был на севере. - Скоприус, куда идешь? - голос Альбуса раздался так неожиданно, что Малфой резко обернулся к нему. - В замок. Хочу отдохнуть перед Историей магии. - Вы с Розой поладили? Она хорошая. Я думаю, вы можете стать друзьями. Все же живет в одной башне, да и проект у вас общий. - Я не собираюсь ладить с ней. Она эгоистка, - ответил Малфой с раздражением, вспоминая приказной тон гриффиндорки. - Она не эгоиста. Просто она очень ... эмоциональна, что ли. - Все равно, Ал. Я не собираюсь заводить дружбу с ней. - Ладно, не надо. Слушай, в пятницу мы идем в Хогсмит. Может ты с нами? Джеймс обещал пробраться сюда. Посидим как старые друзья, - зеленые глаза Альбуса встретились с холодными голубыми Малфоя и в них что-то дрогнуло. Что-то что так давно было погружено в сон. Что-то, что он так давно утопил в холодной реке своей души. - Хорошо, - слегка улыбнулся Скорпиус. Поттер просиял и, ударив друга по плечу, убежал в направлении сада. День пролетел быстро. Новые уроки и учителя не занимали Малфоя. Он со скучающим видом сидел и слушал преподавателей. Если бы не Джо, скорее всего вообще бы заснул на Истории магии. Единственное, что заставило его взбодриться и удивиться - профессор-призрак. Но как бы Малфой не хотел обратного, девять часов вечера наступили неминуемо быстро. Когда он спустился в гостиную, Уизли уже сидела там. Она читала какую-то книгу, ее глаза не замечали вошедшего Малфоя, они, так же как и мысли, были погружены в события, которые излагались на бумаге. - Если мы не идем патрулировать, я отправляюсь назад, - громко проговорил Скорпиус, дабы оторвать девушку от чтения. Ничего лучше грубого тона он не нашел. - Идем, Малфой, - книга захлопнулась с глухим звуком, и синие глаза обратили свой взгляд на слизеринца. Роза посмотрела на него и отметила про себя, что выглядит он великолепно. Гордая осанка, светлые, чуть растрепанные волосы, темные брюки и зеленая рубашка. Разозлившись на себя за то, что рассматривает Малфоя, Роза отвернулась и положила книгу на стол. Он вышел первым. В коридоре было тихо. Никто не ходил. Лишь ветер свистел на улице. Сквозь окна луна освещала коридор. Роза покачала головой и взмахнула палочкой, чтобы свечи загорелись, и стало чуть светлее. - Вы всегда патрулируете без оружия? - спросил Скорпиус, тоном, будто он делает большое одолжение, начав говорить с Уизли. - Если бы у нас было оружие, я бы давно убила тебя. Так что да. Мы патрулируем без оружия. - Ты всегда такая ядовитая? - А ты всегда такой эгоист самовлюбленный? - Да, - ответил Малфой и обогнал ее. Теперь Роза шла позади его метрах в шести. Он шел не быстро, но достаточно для того, чтобы не подпускать ее ближе. Он не хотел перепалок. Он не хотел говорить с ней. Но Малфой знал, какие взгляды бросает она на него сейчас. Он чувствовал, что ее синие глаза сверлят его спину, при этом рассматривая его. - Хватит пялиться, - кинул он через плечо. - Что? Я не пялюсь на тебя! - смутилась Роза, а потом взорвалась злостью, - Не все вертится вокруг тебя, Малфой. - Не все. Но ты да, - тон настолько уверенный, что можно пробивать его целую вечность. Все равно не докажешь, что он не прав. Уизли лишь закатила глаза. Она рассерженно постаралась пройти вперед Малфоя. Впереди забрезжил свет от свечи, и послышались голоса. Скорпиус схватил Розу за руку и пихнул ее в нишу, которая была в стене. - Что ты творишь? - возмутилась девушка, но блондин зажал ей рот рукой и тихо прошептал: - Молчи. Там кто-то идет. Профессора не ходят ночью по Хогвартсу. Грифиндорка закатила глаза, но кивнула и почувствовала, что ее уже никто не держит. Мимо них прошел человек. А за ним семенил еще один, но поменьше. - Альберт, ты понимаешь, что если мы не найдем способ доставить кровь в нужное место, нас прикончат! - Это тебя прикончат. И я уже нашел способ. Осталось найти лишь потомков. - Сын Поттера учится здесь, а потомка Пожирателей можно найти в Азкабане, - второй голос был писклявый и противный. - Я уже нашел потомка пожирателей. Отличный кандидат. Лорд будет доволен, когда воскреснет. Голоса потихоньку удалялись, а Роза и Скорпиус непонимающе смотрели друг на друга вслушиваясь в его суть. - Кто воскреснет? При чем здесь Пожиратели? - спросила, наконец, Уизли. - Не знаю, - покачал головой слизеринец и посмотрел ей прямо в глаза. В этот момент девушка поняла, что они стоят слишком близко друг к другу. Дыхание блондина теребит ее волосы, а тепло, исходящее от него, греет и ее тоже. А она-то думала он кусок льда. Скорпиус выдохнул. Резкий порыв воздуха врезался в темно-рыжую массу волос, спутывая их. Он оглядел Уизли. Хрупкое тело, красиво лицо, и синие глаза. Таких синих глаз он еще не видел. Его глаза переместились на ее губы, чуть приоткрытые. Какие они на вкус? ЧТО? Малфой отшатнулся от нее. О чем он только что сейчас думал? Он вышел из ниши и подождал пока выйдет Роза. Остальное патрулирование прошло в полном молчании. В воздухе висела какая-то неловкость. Она волнами исходила от рыжеволосой девушки и разбивалась о спину Малфоя. Вернувшись после патрулирования в комнату, он хлопнул дверью, принял душ и упал на кровать. О чем он, черт возьми, думал? Поцеловать Уизли? Это самая глупая мысль, которая приходила ему в голову. Что бы сказал отец? Что бы сказал дед? Скорпиус до сих пор помнил слова деда о семье Уизли: "Чистокровность не спасли их от магического упадка. Они такие же, как грязнокровки. Только хуже, потому что в их жилах течет чистая кровь, а они на это наплевали." Малфой отмахнул от себя видение деда. Он подошел к кувшину налил себе стакан воды. Хотя хотелось чего-то покрепче. Пройдет. Все пройдет. Это было лишь глупостью. Он вспомнил Элен. Ее шикарные формы и их баловство в его комнате в Думстранге. Её стоны и крики. Какая Уизли? Она вряд ли вообще целовалась когда-нибудь. Нет, он не упадет так низко. Он Малфой. А Малфои и Уизли это два лагеря, которым не суждено сойтись воедино. Эти мысли успокоили его и он открыл глаза, отпуская воспоминания бурного секса с Элен. Он не вспоминал ее, не любил. Просто нужно было выкинуть из своих мыслей Уизли. Надо было вызвать в себе отвращение к ней. И у него это почти получилось.