ЕСЛИ БЫ...

      - Итак, повторим всё с начала, - Мелани потягивала розовое вино, сидя в джакузи на территории мини-пляжа своего номера. Бенедикт, одетый в белую рубашку и новые джинсы, примостился рядом в кресле и что-то записывал в планшет.       - Я возвращаюсь в отель к Оливии под утро, - Бенедикт просматривает свои записи, потом вскидывает глаза на Мелани и вскользь замечает:       - Кто-то меня третий день подкалывает, со всяким зверьем сравнивает. А сама сидит тут, как…начальница Русалок, - он берет со столика свой бокал с вином, подходит к джакузи, присаживается на корточки, чокается с Мелани и возвращается на свою исходную позицию.       Мелани выключает гидромассаж.       - Хорошо, хоть не как Медуза Урсула из диснеевского мультика. Начальница Русалок!И Русалов! Рыбий шеф! Неплохо. Но мы отвлеклись.       Значит, ты приходишь к ней под утро, хмуро собираешь чемодан (не забудь забрать купленные нами вещи – на диване в номере пакеты лежат). Она, конечно, захочет узнать, где ты был – даже если приняла решение тебя покинуть, собственнические инстинкты не так легко разрушить. А ты – молчишь.       - Мелани, это же всё равно театр получается, а я не хочу играть…       - Хорошо, давай не будем играть. Иди, прощайся. И с гонораром за Миконос, и с мечтами о воссоединении с Оливией.       Бенедикт нахмурился.       - Да не в этом дело, Мелани. Дело в моем мироощущении. Ты права – я пока не знаю, как дальше мне строить отношения с этой женщиной. Раньше она для меня была всем. А сейчас я тоже хочу… быть! И успешным, и значимым, и, как ты выражаешься, взрослым. И не хочу, чтобы она мной руководила.       Мелани покачала головой.       - Я же чем-то похожа на нее, Бен. Я тоже тобой сейчас руковожу. А тебе, тем не менее, как вижу, это нравится… Дай мне полотенце, пожалуйста, - женщина показала на синее полотенце, лежащее на шезлонге, и Бен немедленно повиновался.       Мелани тем временем поднялась на ноги, захотела было выйти из гидромассажной ванны, но поскользнулась и наверняка бы упала, если бы не стремительная реакция Бенедикта. Он подлетел к ней с полотенцем, подхватил женщину под руки и не дал упасть. Потом он приподнял её и легко поставил на ноги.       Через пару минут оба уже стояли у пляжного столика. Мокрая испуганная Мелани не отпускала Бенедикта, обхватив его за талию, а он аккуратно и методично, как маленькую, растирал её полотенцем. Она быстро перевела дыхание и тихо сказала:       - Хватит, Бен. Я сама справлюсь.       - Я вижу, как ты справляешься, - спокойно сказал Бенедикт, подал Мелани халат и усадил ее на кресло.       - Рассказывай дальше о нашем плане… Бенедикт, - Мелани постаралась сохранить деловую интонацию.        - Да Бог с ним, с планом, Мел, – Бенедикт смотрел на женщину. – Надо мне идти, Оливия наверняка уже бесится – завтра работать, а я тут… гуляю. Мне сценарий еще учить, – он улыбнулся и продолжил: – Я с ней поговорю сегодня. Как получится. Узнаю, нужно ли ей до сих пор что-нибудь от меня. Попробую почувствовать, что я от неё на самом деле хочу… А еще я завтра надену тот великолепный костюм, который без тебя бы никогда не додумался купить.        - Бен, ты что, руки опускаешь?! – Мелани расстроенно посмотрела на Камбербэтча, погладила его рукой по груди.       - Распускаю, - Бен поймал её руку и легко поцеловал кончики пальцев. Мелани затихла.       Бенедикт нерешительно погладил её по голове. Потом подумал и сказал:       - Я попробую разобраться сам, Мел, – с этими словами он направился к выходу, по дороге захватив пакеты с покупками. – Я тебе позвоню после работы на острове. Слово скаута!       Мелани продолжала молчать. Она, очевидно, была потрясена – не только произошедшими с Беном изменениями, но и с возникшими внутри нее новыми ощущениями. Мел поправила волосы и тихо прошептала, глядя на удаляющегося Бенедикта:       - Спасибо тебе, Бенедикт Тимоти Карлтон Камбербэтч.

***

      Через две недели в офис Мелани принесли посылку. Она была весь день сильно занята, и разбирать почту села только вечером.        Из посылочной коробки, присланной неизвестно откуда на ее имя, она вынула тщательно упакованную статуэтку от Сваровски. Это была переливающаяся всеми цветами радуги искусно сделанная Русалка. Она сидела на маленьком утесе и казалась очень задумчивой – очевидно, делала выбор: что важнее – ноги, чтобы стоять на Земле, или Голос – чтобы взмывать в Небеса.       К фигурке прилагалась карточка, на которой было написано мелким летящим почерком: «Мы помирились. Только не уверен, что это надолго и что именно об этом я мечтал. Хотя эффект от костюма был потрясающим. Как бы то ни было, я помню: я твой должник». Внизу, под запиской, стояла забавная подпись: «ШХ».       Мелани улыбнулась. Погладила Русалку по стеклянному плечику.       И бросила записку в корзину для мусора.