Пожалуйста, стань слабее

Будь, пожалуйста, послабее. Будь, пожалуйста. И тогда подарю тебе я чудо запросто. И тогда я вымахну - вырасту, стану особенным. Из горящего дома вынесу тебя, сонную. Я решусь на все неизвестное, на все безрассудное - в море брошусь, густое, зловещее, и спасу тебя!.. Это будет сердцем велено мне, сердцем велено... (р. рождественский)

- Да, Ирина Алексеевна... Что? Да-да...Да, я поняла. Едем... Я еду, пусть Нина всем звонит. Чёрт... - Чего там? - Крыша в торговом комплексе в Подмосковье обрушилась... Двести пострадавших! - Давай скорей! - Зарядка моя где? Ох ты, Господи... - На кухне, на кухне... - Да ёлки! - Алло, Нин, да, я в курсе, уже бегу. *** Нина нервно сортировала бумаги на рабочем столе: еще никого не привезли, а в приёмном царило такое напряжение, что можно было не только топор, но целую галерею холодного оружия вывесить. Медсестры бестолково сновали вокруг, парализованные ожиданием врачи тоскливо ошивались у стойки — Дубровская уже успела дозвониться до всех, кто был не на смене, и теперь ей было совершенно нечем занять себя. - Женька, Жень, - анестезиолог подошел к жене и притянул её ближе. - Как хорошо, что ты у меня есть, Женька. Евгений нежно гладил жену по спине, каждой клеточкой чувствуя её страх, но все же не понимая, отчего такая сильная и опытная приемная сестра вдруг испугалась, да еще так, что прячется у него на груди, словно первокурсница, впервые попавшая в операционную. Додумать ему не дал голос врача и фельдшера скорой, которые прорывались сквозь стеклянные двери приемного отделения. Рядом с каталкой быстрым шагом,переговариваясь на ходу,шли Брагин и Нарочинская. Неклюдов удивленно отметил, как вовремя, а главное вместе появились хирурги, но мыслью поделиться не успел — вслед за первой, в приемный покой въехала вторая каталка. И понеслось... «Мужчина. 34 года. Перелом бедра, сотрясение и множественные ушибы. В сознание не приходил». «Женщина 47 лет. Открытый перелом, возможно сотрясение». «Мужчина. 22 года. Подозрение на ушиб позвоночника. Сознание обрывочное». «Девочка. На вид лет 7. Множественные переломы, закрытая травма живота, возможно сотрясение. Без сознания». Данные от скорой менялись в голове, лица людей плыли перед глазами, крики и стоны заполняли сознание — если бы Марина верила в Ад, то представляла бы себе его именно таким. Она схватила последнюю каталку — ребенка - и крикнув: «Позовите мне Куликова и Брагина», скрылась, направлялась в операционную. Она знала, что скорее всего оба - и Куликов, и Брагин сейчас неимоверно заняты своими пациентами, но отчего-то от этого ей стало спокойнее — ощущение дружеского плеча всегда придаёт особые силы. - Марина Владимировна, мы готовы, начинаем или будем Брагина с Куликовым ждать? - реанимационная сестра уже заранее знала ответ, но ей, наверняка, тоже была необходима эта гипотетическая поддержка. - Начинаем, теть Кать, начинаем. *** - Ну что, Танюша, как наш герой, в сознание не приходил? - Нет, Олег Михалыч, не приходил, а если бы и пришел, то тут же бы сразу и уснул. Я ему такую дозу вкатил, чтобы точно не проснулся, пока вы его кромсать будете. - Денисыч, а чего это ты на Танюшу  отзываешься, м? Мы о тебе чего-то не знаем, а Денисыч? - Да ну тебя, Брагин, начинай уже, а то клиент как-то не внушает надежды. - Не каркай, Денисыч, мы с Танюхой и не таких вытаскивали, правда, краса моя? - Брагин сделал надрез, умудрившись при этом выцепить взглядом свою помощницу и улыбнуться ей. - Правда, Олег Михалыч. Правда, - Таня улыбнулась в ответ, даже прекрасно понимая, что из-за маски никто этого не увидит. Она уже знала, что будет скучать. По Брагину, по Денисычу, даже по вот таким вот странным операциям, когда человек может умереть в любую секунду, а врачи еще и шутят. Но иногда надо уметь жертвовать чем-то ради собственного спокойствия. *** - Костя, у тебя кто? - Парень, Саламчик, ушиб позвоночника. Куликов женщину с переломом взял. - Хорошо, я тогда в приемное, там еще везут. Как же это так, это же просто торговый центр, это же... Как же так.. - Не причитай, Салам, справимся. И они справятся. - Константин Германович, там третья свободная, едем? - Конечно едем, Лена, едем. Все, Салам, мы пошли. - Удачи... Салам проводил друга взглядом и на секунду закрыл глаза: он ненавидел такие моменты, когда весь мир вдруг разрывался на части, когда что-то случалось, а он не мог помочь всем. Просто не мог... Хотя и старался. Встряхнувшись, Салам звучно выдохнул и вышел за следующим пострадавшим. Эту ночь они все еще долго не забудут. ***