Зеленоглазая нарушительница покоя

Всю ночь напролет я не могла заснуть. Голова кишела хищными мыслями, одна за другой мысли поглощали друг друга, одна мысль становилась больше и казалась значимее, но стоило ее обдумать и затем откинуть, как она превращалась в нечто туманное. Я ворочалась и ерзала на нижней койке в душном бараке, где собрали всех девушек-новобранцев. Многие храпели, пыхтели, кто-то также маялся и не мог уснуть, как я. Первая ночь в военном корпусе всех тревожила. Вдали от дома, от родных, многие чувствовали себя потеряно и беспомощно. Я размышляла о судьбе, о гигантах, о возможности жить в мире и процветании. Думала о Микато и Армине, как они там, познакомились ли с кем-то, подружились ли, о чем думают. Хотя, зная Микато, я сомневалась, что он завел товарищей в первый же день. Наверняка, многие юноши восхищались его физической подготовкой, отстранненостью, мужеством, ловкостью. А может, кто-то и завидовал, презирал. Как сегодняшний тип по имени Джан. Готова поспорить, что он не борец за справедливость, а эгоист, подлиза, трус или завистник. От меня также не скрылось то, как на него смотрели некоторые девчонки: восхищенно, робко, вдохновенно. Он мог бы стать тем еще сердцеедом. Если бы ему это понадобилось. В казарме становилось то невыносимо душно и жарко, то прохладно от накатившего порыва ветра, что пробивался сквозь многочисленные щели и дырки в стенах. Постепенно я стала прислушиваться к колыханию веток деревьев, что стояли около нашей казармы. Этот ритм убаюкивал меня, глаза стали закрываться... - Эй, ты ведь не спишь? - Раздалось прямо около моей кровати, вероятно с первого яруса. Я спала на втором ярусе. Я разлепила глаза и увидела лицо незнакомки прямо у своего носа. Слегка отшатнулась от неожиданности. Девушка скорчила жалостливую гримасу и проныла: - У тебя запасов с ужина не осталось? Поделись, я сейчас с ума сойду, - такие речи в разгар ночи мне были не понятны. Я моргнула пару раз, приподнялась на кровати. Девушка выжидательно молчала, переминаясь с ноги на ногу. Сев на своей кровати, я чуть наклонилась к лицу девушки: - Ты имеешь в виду еду? - Та быстро и решительно закивала, а я опять опешила. - Но нам не разрешают приносить еду в казарму... - То есть, ты не взяла с собой ничего? - Выпалила девчонка, не став меня слушать. Глаза ее были круглыми и голодными, совсем безумными от голода. - Не взяла. Ты не была на ужине? - Девушка виновато промямлила: - Была. Но мне не хватило. - У всех порции одинаковые. - Я знаю! Но я ем больше, чем обычные люди! - Девушки с соседних кроватей зашевелились, недовольно постанывая. Эти разговоры о еде вряд ли кому-то помогали нагнать сон. - Тише ты. Все спят. Как тебя звать? - Саша. Саша Брауз. - А я Эрен. Ложись спать, Саша, утром позавтракаем, - тут эта девушка застала меня врасплох. Мои глаза, уже привыкшие к темноте, разглядели на ее лице отчаяние и мольбу. Она снова жалостливо проныла: - Я не доживу до утра, Эрен! Я голодная, я умру от голода! - Эй ты там, а ну-ка заткнись! Я сейчас вырублю тебя одной левой! - Рявкнула недовольная болтовней девушка с левого края казармы. Если Саша не замолчит и не прекратит ныть, мы обе будем спать на улице, в лесочке. Я строго посмотрела на Сашу: - Ничем помочь не могу. Сейчас мы должны спать. Постарайся уснуть, за завтраком наешься. - Я легла и накрылась с головой одеялом, чтоб закончить этот бессмысленный спор поскорее. Послышался шорох простыней, голодная Саша наконец-то улеглась. Через пять секунд на весь барак разнеслось урчание ее желудка и жалобные всхлипы. Многие тяжко вздохнули. - Есть надо было больше. - Обжора. - Кто-нибудь всучите ей палку и пусть грызет. Я слушала недовольный гул, и мне показался он обидным и оскорбительным. Ну голоден человек, и что? Сейчас за любыми стенами голод у людей, урожай маленький, а ртов много. Я сама припоминаю деньки, когда на ужин кроме корки хлеба ничего не было, хоть отец и был многоуважаемым врачом. Я наклонила голову и увидела, как Саша роняет свои бесполезные слезы на подушку. - Ну чего ты? - Она обратила на меня слезные глаза и всхлипнула: - Хочу есть. Хочу картошку. Это место - ад! Почему нельзя есть ночью? - От таких фраз хотелось закатить глаза, но у меня уже не было сил. Хотелось спать, а не нянчиться с голодным ребенком. Завтра еще целый день лютых тренировок с лютым и безжалостным командиром...А у меня тут картофельная драма. - Естественно, здесь строгая дисциплина. А зачем ты в армию пошла тогда? - Здесь все-таки кормят. Да и внутренняя полиция здорово питается. - Еще один повод закатить глаза. Живот девушки опять заурчал на весь барак. - Уйми свой желудок, не то пойдешь ночевать на улице! - Бодро истерили разбуженные девушки. Я перевернулась на другой бок и попыталась заснуть. Стало вдруг душно, будто нечем дышать. Естественно, ведь казарма небольшая, но забита солдатами женского пола. Внизу кто-то захныкал, было не трудно догадаться кто. Через пять секунд терпение лопнуло, я больше не могла засыпать под эти всхлипы: - Саша, имей совесть, мы в армии, здесь каждый час сна дороже золота! Завтра нас будет гонять командир! Надо спать! - Я знаю, но...Есть хочу. Надо было выкрасть из кухни немного картошки... - Она таинственно замолчала, а я наклонилась вниз, чтоб посмотреть, не заснула ли она. Не тут-то было. Эта девчонка лихо вскочила на ноги, почти бесшумно, и ее лицо с большими искрящимися глазами уставилось в мое лицо: - Эй, Эрен! Ночью ведь все спят, так? Значит, и часовые спят, и дежурные! Давай проберемся вместе на кухню и просто возьмем немного картошки? Пожалуйста, ты ведь смелая девушка! Я видела, как ты тому низкому строгому капралу дерзила, нашему новому командиру! - "А ты, судя по всему, очень легкомысленная девушка", - вертелось у меня на языке. Я поджала губы и категорично мотнула головой: - Это даже не обсуждается. Если нас застукают за воровством - командир с нас три шкуры сдерет, а потом кинет на съеденье гигантам. - Прошу тебя, Эрен! Воспринимай это как часть тренировки! Я не доживу до утра! - Не драматизируй, доживешь. Тренируй лучше свой желудок. - Мои нервы уже давали сбой, я представила мирно спящих Микато и Армина, и меня кольнула зависть. Я вновь легла на койку и накрылась одеялом. Желудок Саши, будто специально, настойчиво заурчал и забулькал с новой силой. Разбуженные девушки нервно заорали: - Вали на улицу! Достала! Спи там! Подальше от нас! Саша встала с обиженным поникшим видом и медленно пошаркала к выходу из душной, забитой людьми казармы. Вот не могла я после такого уснуть. Трижды покарав себя за доброту и бесхребетность, и за укоры совести, я одним рывком стянула с себя одеяло и спрыгнула со второго яруса. Аккуратно прошагала мимо девушек, на выходе на цыпочках прошла мимо уснувшего дежурного, затем увидела Сашу, сидящую на булыжнике во дворе. Она подняла на меня удивленный взгляд, который сменился обожанием: - Ты...ты пришла помочь мне? - Давай прокрадемся куда надо и по-быстрому, - бурчала я. Честно говоря, я не до конца осознавала, что творю, чем это все может закончиться. Я не совсем понимала, какое серьезное военное преступление мы собирались совершить. Все, о чем я думала, это как уснуть в тишине и покое, чтобы не мучила совесть и желудок Саши. На дворе стояла густая, черная ночь. Дальше носа ничего не видать. Сова укали в чаще леса. Мы двоем с Сашей подкрадывались к зданию учебного корпуса, в котором находилась столовая с кухней. Мы шли медленно, казалось, что целую вечность, то спотыкаясь о мелкие камни, то натыкаясь на тренировочный столб или еще что. Дул северный ветер, в легких ночных сарафанах мороз пробивал нас до мурашек по коже, а босые стопы кололо от ледяной земли. - По гроб будешь у меня в долгу, - мрачно шептала я впереди идущей Саше. Поход к картошке ее воодушевил, она шагала почти празднично. - Не волнуйся, я не подведу! - Если нас застукают... - Не застукают. Смотри, сторожевые и дежурные спят! - Мы уже подошли к деревянным дверям корпуса и увидели двух мирно спящих солдат, которые должны были дежурить ночью. Буквально не дыша мы прошмыгнули в двери и оказались внутри. Благо двери не скрипели. Саша шумно выдохнула. - Потише! Здесь находятся комнаты некоторых командиров, - предупредила я, грозно шипя. В коридорах тоже не было света, тьма тьмущая, только лишь лунный свет из окон освещал некоторые участки. Саша повела меня в сторону столовой, так как она этот путь получше меня запомнила. Мне везде мерещились звуки приближающейся охраны, пока мы шли. Недавно было холодно, а теперь бросило в пот. Я повторяла про себя, что зря во все это ввязалась. Мало тебе было двух наказаний, Эрен? Командир не ангел, это уже ясно, он обещал тебе устроить наказание с отмыванием полов! 100 кругов ты бежала, еще не хватает острых ощущений? Да, внутренняя совесть разъедала меня. Почему именно я должна помогать Саше? Только потому, что она оказалась моей соседкой по кровати? Но было поздно уже думать об этом, мы оказались в темном столовой, оттуда Саша провела в тихую, пустую кухню. - Ура! Картошечка! - Тише, вдруг рядом комната поваров? - Саша замолчала и откопала где-то вареную картошку. Две взяла себе, одну сунула мне в руку. - Возьми, поешь, Эрен! Такую вкуснятину повара берегут для себя, нам не оставляют! - Не нужна мне эта...- Внезапно послышался шум от многочисленных шагов. Он приближался к столовой. Мы с Сашей замерли в немом ужасе. Вот-вот нас застукают! Сердце у меня в груди остановилось. Я больше не чувствовала ног. Саша первая опомнилась и панически взглянула на меня: - Валим! - После этого она рванула к выходу. Я в панике попросила: - Подожди меня! - Выбежали босиком в коридор, но за поворотом заметен был свет от светильника. Кто-то проснулся и шел прямо к нам! Мы с Сашей перепугались и двинулись врассыпную, она налево по коридору, а я направо. Направо был тупик. Он упирался в незнакомую дверь. Шаги в коридоре звучали отчетливее, словно вот-вот застанут меня. Мозг отключился, на уровне инстинктов моя рука потянулась к ручке двери и принялась теребить ее в попытке открыть дверь. Дверь оказалась заперта. Я надеялась, что комната пуста или для инвентаря, принялась жестче дергать ручку двери. Замок щелкнул, я его сломала, дверь отворилась. Я в страхе залетела в комнату, закрыв плотно дверь. Мрак комнаты поглотил меня. Здесь было окно, из него лился слабый лунный свет, но в комнате было ничего не разглядеть. Я отошла от двери на два-три шага назад. Тишина. Чутье оповестило меня о том, что я здесь не одна, но было уже поздно. Тот, кто находился в этой комнате, схватил меня, прижал меня спиной к себе и зажал рукой горло, дыша мне в затылок. Комната озарилась ярким светом, этот некто включил лампы. Я кашляла от давления руки на мои плечи и горло. - Стоять и не двигаться, - предупредил холодный, ледяной, властный, знакомый голос. Только не он... - Йегер... - шокировано выдохнул он и выпустил меня из своей стальной хватки. Я упала спиной на что-то мягкое. Простыни, подушка. Это оказалась кровать. Мои каштановые волосы взбились и расстелились на простынях. На меня сверху вниз с дьявольской ухмылкой смотрело безжалостное, надменное лицо командира. Его узкие, черные глаза впивались в мои. Он самодовольно хмыкнул: - Пришла задушить меня во сне за то, что я сегодня сделал? - Я беспомощно моргала, распластанная на кровати. Мозг заработал, я догадалась, что оказалась в комнате командира. Вот же попала...Взгляд командира метнулся с моего лица на мою руку. - Ух ты, - слегка удивленно выдал он, - кое-кто не наелся и пришел воровать картошку? - В панике я глянула на свою руку. Оказалось, что я все это время зажимала в ладони маленькую картошку. Чтоб вас...В уме злостно отругав все на свете, я принялась объяснять командиру, запинаясь: -А-а...Видите ли, Командир Ривай, тут такое дело...Я...- Мой голос дрожал, звучал не убедительно, в моем тоне слышалась неловкость. Глаза командира приковали меня к кровати своей суровостью, не давая даже выдохнуть. - Кхем, - я беспомощно откашлялась, - я не...не...воровала... - Молчать, - отрезал мои заикания жестким тоном командир. Он секунду молчал, затем наклонился к самому моему лицу, резко взял меня за подбородок. Я затрепетала от неожиданной близости с этим человеком, своими загадочными хищными глазами он впивался в мои, словно испытывал мои нервы на прочность. Так обычно гепард смотрит на газель перед смертельным прыжком...Окинув взглядом своего командира, я только лишь сейчас заметила, что он без верхней одежды, в одних лишь спальных штанах. Изящно, грациозно наклонившись ко мне, он являл моему взору свой оголенный, накаченный торс. Кожа чуть темная, но не сильно загоревшая, едва ли темнее моей. Края моего сарафанчика чуть задрались к верху, оголяя мои ноги выше колена. От осознания всей этой позы и интимности момента, я в миг покраснела, щеки залил густой румянец. Я никогда не была так близко к мужчине, не ощущала ровного, горячего дыхания на щеке...Волнение овладело мною, сердце загремело. Командир же, наоборот, был спокоен, непоколебим, дышал ровно и смотрел пристально. Ривай ведь был настоящим молодым мужчиной, видевшим многие битвы, бывалый разведчик, лютый и суровый командир. Он на корню отличался от тех парнишек, что я знала в Шиганшине, которые в обморок падали от одного слова 'гигант". Его тело было мужественным, без изъяна, без недостатков. Ни юный Армин, ни даже юный Микато, не казались мне в тот момент более подходящими к слову "мужчина", чем капрал Ривай....Это было для меня новое открытие. Осознание того, что я узнала нечто новое, о чем до этого не задумывалась ни разу. - Проблем от тебя много, Йегер, - сообщил холодным, рассчетливым тоном командир, все еще пригвождая меня взглядом своих черных глаз. - Я так хорошо спал, пока ты не стала лихорадочно ломиться в дверь. - Заметив мое волнение, обратив внимание на мои красные щеки, Ривай заинтересованно цокнул, на лице его расцвела самодовольная улыбка, словно только что его провозгласили королем. - Как будешь укрываться от правосудия теперь, пойманная с поличным воришка? - Казалось, эта садистическая игра ему была по вкусу, ведь его кровожадная улыбка на таком близком расстоянии от моего лица просто пугала. - Позвольте мне все объяснить, сэр... - Ты украла? - Капрал кивнул на картошку. - Нет, это недоразумение...- Мне было неловко, не комфортно, не уютно в этой позе со своим командиром, хотелось скинуть его с кровати, убежать стремглав....Но что-то меня останавливало...Будем считать, что соблюдение субординации. Да и пытаться бесполезно, судя по мышцам капрала. - Я...помогала одной девушке, она попросила меня, ей не хватило порции, и она очень хотела есть... - Неожиданно капрал просто зевнул, поднялся и вытянулся во весь рост. Теперь он снова смотрел на меня сверху вниз: - Подробности не интересны. Высшее начальство не узнает о твоей причастности, если ты не врешь, и это правда была помощь. - Я живо вскочила на ноги, сложила печать клятвы на груди, отдавая честь капралу, произнесла: - Клянусь своей честью и гордостью солдата, я не солгала Вам, Командир Ривай. - Мы стояли друг напротив друга, я чуть выше него. Но своим властным взглядом он делал меня и мою самооценку ниже на метр. Он смотрел на меня без эмоций с минуту, потом вновь усмехнулся: - Какой почет, красиво честь отдаешь. Посмотрим, красиво ли ты дерешься. Завтра будут первые ваши тренировки, на них вы будете отрабатывать рукопашные бои. Ты целый день будешь в паре со мной. Если до вечера не сможешь коснуться моей спины кулаком, будешь лишена ужина. А я думаю, ты наслышана о моей физической подготовке, правда? - Вот теперь я и вправду чувствовала себя ничтожно. Тренировки с капралом. Его сила и мощь при походке, во взгляде, в движениях. Он из меня кашу сделает. Так еще и без ужина оставит. Я с горестью посмотрела на лежащую уже на полу картошку. Заслужила, Эрен. А в глазах командира Ривая плясали бесы, сиял огонек нездорового интереса, словно у ребенка, которому подарили уникальную игрушку. - Готовься. Это будет весело. Для меня. - Ухмыльнулся мне капрал. От него прямо-таки шла аура предвкушения моих унижений. Я помялась и бессильно пролепетала: - Есть, сэр.