История одного беса.

«Любовь — это дикое животное, Оно вдыхает твой запах, ищет тебя. Оно отсиживается в своём логове в разбитом сердце, А во время поцелуев при свечах выходит на охоту. Оно крепко присасывается к твоим губам, Прорывает ходы между твоими рёбрами. Любовь окутывает тебя легко, как снег. Сначала тебе жарко, Потом холодно, А в конце больно. Любовь, любовь, Все хотят приручить тебя, Любовь, любовь, А, в конце концов, оказываются в твоей пасти.» Доносились слова из черного Мр3, пристегнутого к воротничку кожаной куртки, обладательницей которой являлась красивая черноволосая девушка. Перед ее лицом простиралась Нева, а за спиной вдали виднелся Исаакиевский собор, поражая неискушенные взгляды своим величием. Задорные солнечные лучики танцевали на золотом куполе, а ангелы, казалось, снисходительно наблюдали со своих пьедесталов на проходящих мимо людей, останавливающихся, дабы полюбоваться на игру света. Впрочем, незнакомку не заботили окружающие ее пейзажи. Она сидела на парапете и листала одной рукой учебник по философии, а другой задумчиво отхлебывала дымящийся кофе из пластмассового стаканчика, стоящего подле нее. Приближались экзамены, и она планировала, как и всегда, сдать их на отлично. Вдруг, ровный ход ее мыслей нарушил звонок телефона. Достав новенький Nokia Lumia из нагрудного кармана, брюнетка увидела на экране надпись «Вильям» и тут же нажала на кнопку вызова. Его чуть взволнованный голос неизменно вызывал у нее улыбку, и этот раз не был исключением. — Здравствуй, Элизабет. — Привет, симпатичная мордашка. Напомнить, сколько раз я просила не называть меня так?- она скорчила недовольную гримасу. — Мне нравится это имя,- улыбнулся парень на той линии. — А меня оно бесит! Бесс, просто Бесс зови меня, о’кей? — Как пожелаешь,- уступил молодой человек. — Ну, так что ты хотел? — Неужели мне нужен повод для того, чтобы позвонить любимой девушке,- обиделся тот. — «Нет такого случая в жизни, который нельзя было бы превратить в повод»,- лениво бросила она, делая глоток черного дымящегося напитка. — Ты чем-то занята?- поинтересовался Вильям, решив оставить эту тему. — Есть немного. — Расскажешь? — Философию читаю. — Не ту ли философию, где в середину вставлен очередной любовный роман?- хмыкнул вампир. — Нее, у меня экзамен через неделю. Готовлюсь. — Значит ли это, что сегодня в гости тебя ждать не придется? — А ты хочешь, чтобы я приехала?-хитро прищурилась чертовка и слизнула с нижней губы пенку. — Всей душой желаю этого,- тут же ответил он. — Ох, ну если всей душой,- улыбнулась Бесси и одним глотком допила свой Эспрессо,- тогда жди через полчаса. — Жду,- последовал быстрый ответ, и в трубке раздались короткие гудки. *** Старый полуразвалившийся дом с облупившейся краской и покосившимися стенами навевал тоску и уныние, зеленые железные ворота скрывали за собой нечто невероятное, недоступное человеческому пониманию и вселяющее ужас в неокрепшие сердца. В этой части города почти не было случайных прохожих, а если и встречались такие, то тут же спешили покинуть мрачное место. Неподалеку находилось небольшое пятиэтажное здание, похожее на завод. Окна в нем кое-где были забиты досками, а где-то и вовсе отсутствовали. Сверху из высокой тонкой трубы поднимался к небу густой сизый туман. Высокая стройная девушка верхом на черном мотоцикле уверенно пересекла калитку и проехала в образовавшееся от отъехавшей стены дома пространство. Въехав в тоннель, она припарковала свой Херлей в стороне от дорогих иномарок, среди которых выделялась золотистая Бугатти Вейрон, принадлежавшая, собственно, хозяину сей обители. Поднявшись в лифте на второй этаж, красотка быстро пошла по длинному, такому же невзрачному, как и все жилище коридору с голыми стенами, освещенному тусклым светом лампочек. Наконец, оказавшись перед резной деревянной дверью, так разительно отличающуюся от прочей обстановки, что невольно возникает мысль о незаконченном ремонте, она повесила куртку на ржавый, торчащий из стены крюк, разулась и, потянув за ручку в форме морды хищной кошки, вошла в «парадную» часть дома. Просторная, украшенная коллекционной мебелью под старину комната поражала своей роскошью. На стены, украшенные медового цвета обоями, падал свет из большой хрустальной люстры, гордо висящей на потолке. Ноги утопали в дорогих пушистых коврах, кричащих о богатстве и хорошем вкусе владельца. Скользнув взглядом по пустой золотой клетке в углу, брюнетка остановилась, на мгновение, прислушавшись к доносившимся за тонкой стенкой голосам, которые все нарастали: — Сколько раз я говорил тебе, чтобы ты не пускал эту шалаву в наш дом? - Не смей говорить так о ней! - Я буду говорить то, что посчитаю нужным! - Лайонел, но это же девушка Вильяма, может ты... - вмешался тихий девичий голосок, но договорить она не успела. - Катерина, не пора ли тебе на занятия?- поинтересовался главный скандалист. - Да, видимо, и вправду, пора,- заключила расстроенная девушка, послышался всхлип и громких хлопок двери. - Видишь, чего ты добился,- прошипел вампир и, очевидно, бросился за Катей, так-как в комнате повисла тишина. Дождавшись, пока звуки не утихли, шпионка тихо проскользнула в комнату своего возлюбленного и спряталась в большой шкаф-гардероб. Услышанное ни как не повлияло на ее настроение. Она уже давно перестала воспринимать слова других людей, считая их нестоящими внимания пустыми звуками, что рождаются в воспаленном человеческом разуме- эгоистичном, лицемерном и безжалостном. Народ- это большое стадо, неспособное мыслить без оглядки на чужое мнение, и она с гордостью могла сказать, что к этому стаду не принадлежит! А все благодаря ЕМУ... *** К маленькой девочке лет одиннадцати- двенадцати, качающейся на качелях, подошел высокий хорошо одетый мужчина с таинственными желтыми глазами и протянул руку, как-бы приглашая последовать за собой. Малютка, не раздумывая и не оглядываясь на странно смотрящих на нее и ее нового друга товарищей, тут же соскочила с качающегося препятствия и, взявшись за предложенную длань, ушла с загадочным спутником. На вопрос: "Куда мы идем" человек ответил, что к нему домой. - Мы будем пить чай?- наивно поинтересовалась крошка. - Чай- это слишком скучно, - сказал незнакомец, - мы будем пить грех! *** В щелочку между дверьми своего укрытия коварная разведчица увидела, как в комнату, устало и даже немного обреченно вздохнув, вошел красивый черноволосый юноша в темно-зеленой толстовке, обтягивающей его широкие плечи и сильные мускулистые руки, и серых домашних брюках. Прямо в одежде завалившись на большую кровать, стоящую напротив шкафа, он закрыл глаза и, казалось, заснул, пока вдруг не произнес: - Я знаю, что ты здесь, иди ко мне, - на что услышал игривое, - а ты подойди и достань меня оттуда! - Бесси, ну что за детские игры! - парень в мгновение ока оказался рядом, но стоило ему открыть дверцу, как он застыл, ошеломленный: бесстыдница была одета лишь в его черную рубашку, которую не удосужилась даже застегнуть. Стройная, гибкая фигурка, скрытая лишь тонким слоем материи не могла не вызвать восторга: не сдерживаемая ни какими препятствиями полная высокая грудь задорно просвечивала через прозрачную ткань, из-под подола выглядывали длинные чуть загорелые стройные ножки, лишенные волос, а на лице играла озорная улыбка. Оттолкнув с дороги опешившего парня, она грациозно выпорхнула из клетки и приземлилась на его ложе, соблазнительно выгнувшись. На вопрос в его глазах она невинно сказала: " Во многих любовных романах девушки после секса надевали рубашки своих парней, вот и мне захотелось попробовать. Тебе нравится? " - Да... - как-то придушенно выдохнул вампир, стягивая на ходу толстовку и прыгая на кровать к своей жертве... *** Лайонел обнаружил пропажу в одной из гостевых комнат, расположенной в противоположном от его кабинета крыле. Миниатюрная рыжеволосая девушка в розовой майке на бретельках и кружевных коротеньких шортиках с кокетливыми бантиками по бокам сидела, облокотившись на спинку большого глубокого кресла и поджав под себя ноги. Комната была погружена в легкий полумрак, и лишь небольшая лампа в виде старинного канделябра одиноко стояла на столике возле юной прелестницы. В ее лучах светлая кожа Екатерины отливала молочной белизной, делая облик молодой девы еще более хрупким и беззащитным. О ней хотелось заботиться, оберегать от любых опасностей. Лицо ее было спокойно и безмятежно, как гладь озера в лунную ночь; из наушников лилась дивная мелодия Вангелиса "Завоевание Рая". Вампир ощутил досаду, когда, поняв, что за ней наблюдают, Катя резко подняла свои серые дождливые глаза и взглянула на него с легкой опаской. Очарование момента было нарушено. - Мне жаль, что я был груб с тобой... - начал было блондин, и, не услышав ничего в ответ, продолжил свой монолог, - просто эта... - ледяные глаза зло сверкнули, но поймав возмущенный взгляд девчонки, приняли прежнее притворно - раскаенное выражение, - Лиза порядком действует мне на нервы! - закончил он, наконец. - Я не хотел обидеть тебя. - Но, все же, обидел, - подытожила Катерина, однако, уже не так печально. - Я все исправлю, милая, - поняв, что его простили, мужчина приблизился к строптивой красавице и, взяв ее за тонкую нежную ручку, коснулся внутренней стороны ладони легким поцелуем. Вверх по запястью слаженно зашагали толпы мурашек, дыхание девушки сбилось, а сердце замерло в груди пойманной пташкой. Но, не желая сдаваться раньше времени, она высвободила длань и произнесла с укором: - Лайонел, ты уходишь от разговора. - Разве? - он очаровательно улыбнулся и сделал попытку поцеловать Катю, но девица вновь оттолкнула его. - Не понимаю, что ты хочешь от меня, - уже раздраженно промолвив вампир, - я же извинился! - Это ты называешь извинением?! Да ты унизил меня! Отослал как пятилетнего ребенка, и теперь пытаешься отделаться поцелуями? Эмоции бурлили внутри рыжей бестии, от чего она становилась похожей на прекрасного ангела мщения. Ее глубоко оскорбляло такое неуважение к своей персоне, душа требовала возмездия. До встречи с королем Северной столицы ни кто не узнал бы в этой фурии прежнюю скромницу студентку третьего курса Милееву Катю. Она пропала навсегда, а ее место заняла новая, более совершенная копия. Старые принципы и нормы поведения, навеянные родителями, были похоронены под толщей льда, что с чрезвычайной щедростью лился из сверкающих холодом глаз. Кожа приобрела бледный оттенок, а в придачу счастливица получила пару острых клыков и верных друзей - девочку Киру и оборотня Йоро, что был привезен Лайонелом из Африки, как домашний питомец, а впоследствии освобожден с легкой руки огненноволосой девчонки. - Неужели ты не можешь просто извиниться ? - она соскочила с кресла и встретилась своими серебристыми очами с его льдисто- голубыми. - Я уже сказал, - четко и с расстановкой повторил мужчина, - мне жаль! - Мне тоже жаль, Лайонел. Мне жаль, что влюбилась в такого бессердечного негодяя, как ты!- на ее глазах выступили слезы, вызвав у него одновременно и раскаяние, и раздражение от непрекращающегося потока. - Ты самый жестокий, высокомерный и... - Достаточно.- холодно перебил ее он, - я не намерен более выслушивать весь этот мусор, что поселился в твоей головке. Не обращая не бедняжку больше никакого внимания, он бесшумно покинул комнату, бросив напоследок сухое : " Завтра поговорим", оставив ее хлопать слипшимися от влаги ресницами и беспомощно смотреть ему вслед.