Свой чужой ребёнок

Вольфганг склонился к Эшли и замахнулся для нового удара. Омега закрыл лицо руками и попытался отползти. Эшли не понимал, чем он заслужил такое обращение, но у Вольфганга было настолько свирепое лицо, что ему стало по-настоящему страшно. Альфа рывком поставил Эшли на ноги, сжал его запястья в одной руке и убрал их от лица омеги. Эшли смотрел, не мигая, расширенными от ужаса глазами. Вольфганг схватил Эшли за подбородок, вздернул его вверх, заставив посмотреть себе в глаза, и прошипел омеге прямо в лицо: — Тварь! Когда ты успел снюхаться с МакКормаком?! — Я н-не понимаю, о к-ком ты, — проблеял Эшли. — Неужели? Мерзкая шлюха, сколько он обещал тебе заплатить? Ну? — Вольфганг поднял голову омеги еще выше, и тот почувствовал резкую боль в шее. — Кто «он»? Заплатить за что? — За твои услуги, чертова ты подстилка! — Ты думаешь, я занимаюсь проституцией?! — опешил Эшли. — Ну раз ты с ним уже покувыркаться успел, то это можно назвать и так! — Я не спал с Майклом! — возмутился Эшли. — А если и спал, то какое тебе дело? — теперь, когда он понял причину недовольства Вольфганга, ему было уже не так страшно. — О, поверь, мне есть дело, когда речь идет о том, из-за кого я потерял десятки миллионов! — Что? — выдавил из себя Эшли после недолгого замешательства. — Будешь делать вид, что ничего не знал? Лживый маленький сучонок! — Вольфганг отпустил руки и подбородок Эшли и сжал пальцы на его шее. Омега пытался отодрать руки альфы от своей шеи, задыхался и хрипел, но стальное кольцо сжималось все плотнее. Перед глазами у Эшли все уже стало расплываться, когда он инстинктивно взбрыкнул и заехал Вольфгангу острой коленкой в пах. Альфа на секунду отшатнулся, и Эшли воспользовался мгновением свободы, чтобы кинуться к двери. На негнущихся ногах он вывалился в коридор и попытался позвать на помощь, но из груди вырывался только хрип. Омега добрался до лестницы и начал спускаться, но ноги его не слушались, и он кубарем слетел на второй этаж, подняв страшный грохот. Следом за ним спустился Вольфганг, который просто перекинул отчаянно вырывающегося и хрипящего Эшли через плечо и понес наверх. Снова оказавшись в кабинете с отличной звукоизоляцией, Эшли ощутил липкий ужас и отчаяние. Судя по тому, с каким ожесточенным выражением лица Вольфганг его душил, он явно вознамерился его убить. Эшли боялся, что рано или поздно это случится — из-за того, что они не могли поделить детей — но не думал, что Вольфганг убьет его своими руками. — Что ты успел ему сказать, гнида? — процедил альфа, схватил Эшли за грудки и приложил спиной об дверь, выбивая дух. — Что сумел разнюхать в моем доме? Эшли в ответ не мог даже хрипеть, голос пропал совсем. — Я уничтожу тебя, — обдал горячим дыханием ухо омеги Вольфганг. Альфа сжал руку в кулак и замахнулся. Эшли зажмурился, надеясь, что быстро потеряет сознание и не будет мучиться долго. Внезапно дверь за спиной Эшли вздрогнула. Омега распахнул глаза. Вольфганг замер с занесенной для удара рукой. — Герр Хольц, все в порядке? — послышался голос Брайана. Эшли вознес хвалу небесам, что начальник охраны подоспел так вовремя, и отчаянно захрипел, развернувшись к двери и пытаясь открыть ее. Вольфганг тут же зажал Эшли рот рукой и оттащил от двери. — Да, Брайан, все хорошо. Я работаю, — нарочито спокойным тоном ответил альфа. Эшли остервенело брыкался в руках Вольфганга, пытаясь дать о себе знать, понимая, что это может быть его единственным шансом на спасение. Он изо всех сил сжал челюсти, кусая альфу за руку, дернулся, вырвался и ринулся к двери. Омега вывалился прямо в руки к суровому викингоподобному Брайану и изо всех сил вцепился в него. Брайан с удивлением взглянул на Эшли. Выражение его лица сменилось на обеспокоенное в то же мгновение, как он заметил красные следы от пальцев у него на шее. Вольфганг метнулся к двери и потянул Эшли на себя, настойчиво посоветовав Брайану уйти и дать им разобраться, но начальник охраны наотрез отказался, подхватил на руки Эшли, которого била крупная дрожь, и понес омегу в его комнату. Эшли держался за Брайана крепко-крепко, и даже оказавшись в своей комнате, не хотел его отпускать. — Что случилось? — мягко спросил начальник охраны, отцепляя пальцы омеги от своей формы. Эшли захрипел в ответ, но тут же сжал руками горло, мучаясь от резкой боли, которую ранее не чувствовал из-за скачка адреналина. Омега беспомощно посмотрел на Брайана.  — Впервые вижу герра Хольца таким. Тебе нужно было очень постараться его разозлить, чтобы он начал распускать руки. Он не бьет омег. По крайней мере, Доминика ни разу и пальцем не тронул. Шок начал проходить, и по щекам Эшли одна за другой быстро сбегали слезинки. Брайан смотрел на омегу растерянно. Через полминуты Эшли уже рыдал, скривив лицо в некрасивой гримасе и тихонько сипя. Брайан, вздохнув, притянул омегу к своей могучей груди, и Эшли с громким всхлипом прижался к большому сильному альфе, ища защиты. Черная водолазка Брайана мгновенно намокла. Спустя несколько минут Брайан осторожно отодвинул Эшли от себя и сказал, что сходит за Трэйси, чтобы тот осмотрел его шею. В это время Вольфганг в своем кабинете остывал со стаканом виски. Сейчас он не понимал, что на него нашло, зачем он так набросился на этого крысеныша. То есть, понимал, конечно, — недовольство новым обитателем дома росло как снежный ком: этот наглый омега постоянно дерзил и пытался заставить всех плясать под свою дудку, лез куда не следует, безответственно относился к своей работе няней. Но больше всего Вольфганга выводило из себя прошлое Эшли и невозможность вышвырнуть его из дома и забрать детей. Эшли полностью оправдал ожидания Вольфганга, снова поведя себя как продажная шлюшка. Стоило ему услышать шуршание купюр, и он тотчас залез в чужой кошелек и на член. Может, весь этот спектакль с нежной любовью к детям был сыгран только для того, чтобы Эшли мог очутиться в доме Вольфганга? Какой была конечная цель сообщников? Что пообещал его бывший главный бухгалтер этой маленькой лживой шлюшке? Что рисковал потерять Вольфганг? Клиентов, деньги или самое дорогое — детей? Брайан, постучавшись, зашел в кабинет. Вольфганг сделал глоток и посмотрел на начальника охраны, вопросительно приподняв бровь. — Что он сделал? — спросил альфа, подходя к столу. — Продал меня МакКормаку, — лениво бросил альфа, словно это совсем не трогало его. — Черт. Как Вы это узнали? — Ребята из охранной службы, которых я нанял следить за Эшли, видели его с ним в кафе, — Вольфганг вытащил из верхнего ящика стола стопку фотографий и протянул их Брайану. Тот внимательно рассмотрел каждую и неуверенно сказал: — Это больше похоже на… Свидание? Вольфганг фыркнул и отрицательно качнул головой: — Если у них сговор, не значит, что они не могут быть любовниками. — Но когда бы они успели? Эшли ездил в город только дважды: в клуб и на встречу с МакКормаком. Подождите… Вы думаете, что первый раз он тоже виделся с ним? — Судя по засосам, он с кем-то хорошо покувыркался. Вероятно, с МакКормаком. Хотя у него может быть не один любовник. Брайан, тебе нужно допросить того уборщика, что якобы был с ним в клубе. Похоже, он тоже в сговоре с нашими голубками. — Нет, герр Хольц, я давно знаю Ли, и он точно чист. Я, конечно, поговорю с ним, но если в доме и есть крыса, то это точно не он. — Даю тебе сутки. Можешь привлечь ребят из агентства или позвонить детективам, но если через двадцать четыре часа ты не поймаешь всех крыс, ответишь. — Хорошо, герр Хольц. Я все сделаю, — мгновенно отозвался Брайан. — Что будет с Эшли? — Пусть пока живет. Что с него взять — он всего лишь маленькая глупая шлюшка. Брайан кивнул и вышел из кабинета.

***

Колин катил перед собой коляску с Реем, Эшли толкал коляску с Кристофом за ним следом. Омега еще не пришел до конца в себя после того, что случилось вчера в кабинете Вольфганга. Брайан сказал, что тот больше к нему не притронется, и Эшли очень хотелось в это верить. Как он понял, Майкл крупно подставил Вольфганга, и, возможно, его встреча с ним в клубе была не случайной. В чем альфа ошибся — Майкл не делал Эшли предложений о сотрудничестве, да и чем он мог ему помочь? Хотелось верить, что все это лишь нелепое стечение обстоятельств, и Майкла он привлек как омега, а не как возможный сообщник в злодеяниях. Эшли удивило, как быстро Вольфганг сменил гнев на милость, и он все еще чувствовал себя словно под дулом пистолета, испуганным и совершенно беззащитным. После того, как поутих страх за свою жизнь, он задумался о детях — что с ними будет, если его не станет?.. Кристоф всегда пыхтел и кряхтел во время прогулок — неудобная одежка и коляска ограничивали его в движениях. Вот и сейчас он морщил маленькое личико и скрипел, как плохо смазанная дверь, вперив в Эшли недовольный взгляд. Омега быстро показал сыну язык и снова сделал серьезное лицо. Колин рассказывал Рею сказку о маленьком зайчике, и до Эшли доносилось одобрительное гуление омежки. Когда дошли до пруда, Эшли вытащил Кристофа из коляски и уселся с ним на скамейку. Альфочка лучше засыпал на руках. Колин возил Рея по дорожке вокруг пруда, качая коляску и убаюкивая тихой сказкой. Эшли крепко обнял Кристофа, вызвав у него недовольный писк. Омега расцеловал порозовевшие щечки и крошечный носик малыша и подумал, как сильно любит его. Он даже не думал, что успеет за несколько дней всей душой прикипеть к этому маленькому вредине. Даже такая очевидная схожесть с Аланом теперь не раздражала. Пройдет время, и все изменится. Он еще вполне может стать похожим на Эшли или непохожим ни на одного из родителей — бывает ведь и такое. Когда Кристоф наконец задремал, Рей давно уже спал. Колин сидел на лавке рядом с Эшли и смотрел на покрытое коркой льда озеро. Он не бросал на омегу сочувствующих взглядов, не лез с расспросами по поводу синяков, а делал вид, будто ничего не произошло, за что Эшли был ему искренне благодарен. — Глянь-ка, лед какой толстый, — тихо заговорил Колин. — Поди и человека выдержит. Ух, я бы прокатился на коньках! Эшли, а ты умеешь? — омега отрицательно мотнул головой, медленно поднялся со скамейки и положил спящего Кристофа в коляску. — Да ты что! Нужно это срочно исправить. Прикупить бы тебе коньки — и я покажу мастер-класс! — Эшли улыбнулся, представив грузного бету, взлетевшего надо льдом в тройном тулупе. Неподалеку перебрехивались Дитер и Рольф. Они любили сопровождать Эшли и Колина во время прогулок с детьми. Лай усилился, и два пса, играя, выскочили к пруду. Колин прикрикнул на них, боясь, что собаки разбудят детей, но они его проигнорировали, продолжая бегать друг за другом. Дитер выскочил на лед, лапы тут же заскользили, и он, пригибаясь, осторожно покрался к противоположному берегу. Рольф, оглушительно лая, оббежал пруд и поджидал у кромки. Кристоф заворочался и захныкал, и Эшли снова взял его на руки, успокаивая. Из-за деревьев вразвалочку вышел Чарли, и омега скривился. Сразу вспомнилась их прошлая встреча, здесь же, когда мерзкий бета поливал его грязью. Брайан обещал принять меры, но, судя по хищному выражению лица Чарли, он пришел сюда не прудом полюбоваться. За ним следом шел еще один охранник, Эван. Он тоже был бетой, самым молодым в охране, и, в отличие от Чарли и вечно поддакивающего ему Дуэйна, очень симпатичным. С ним Эшли еще не доводилось пообщаться. Эван окрикнул собак, и они потрусили к нему. Чарли приблизился к Эшли, окинул его снисходительным взглядом, и уставился на шею в ярких синяках. Омега не надел шарф, потому что любое прикосновение к шее вызывало боль, и теперь пожалел об этом. Он втянул голову, пряча шею за воротом пальто, и посмотрел в сторону, игнорируя вызывающий взгляд Чарли. Конечно, бета не мог ограничиться одними только разглядываниями. Он ухмыльнулся и заговорил: — Слышал, хозяйская шлюшка пошла в разгул. И получила за измену, — Эшли дернул подбородком, покрепче прижимая к себе Кристофа. — Впрочем, это было ожидаемо. Шлюхи всегда остаются шлюхами. Зачем только Вольфганг тащит всякую дрянь в дом? Если так переживал за своего ублюдка, мог бы взять только его… — Чарли! — одернул охранника Колин. — Что ты несешь? Прекрати! — Со шлюхами нужна железная рука, — продолжил Чарли. — Вон у старины Вольфа она точно железная, какие синяки оставила. — Брайан сказал тебе не трогать его. Пойдем, Чарли, — позвал Эван. — Как не трогать? Хоть что-то интересное наконец происходит в этом доме. Честно, не понимаю, что он нашел в таком заморыше как ты, когда под боком был красавчик Доминик. Это акт благотворительности — трахни убогого, получи плюс к карме? — лениво протянул Чарли. Из-за боли в горле Эшли еще не мог говорить, а жаль — на языке вертелся десяток язвительных ответов. — Эшли, не слушай этого идиота. Ему просто не на ком попрактиковаться в остроумии, — сказал Эван, подойдя к Чарли и положив руку ему на плечо. — Мы уже уходим. Гуляйте спокойно. — Куда это мы уходим? Ты можешь идти, а я остаюсь. Мне еще много чего хочется сказать нашему дорогому Эшли. — Давай ты скажешь это мне, — послышался голос начальника охраны. Через пару секунд он показался на тропе. Дитер и Рольф, виляя хвостами, ринулись ему навстречу. — Эван, убери собак. А с тобой, Чарли, мне предстоит очень неприятный разговор. За мной. — Да брось! — всплеснул руками Чарли. — Будешь отчитывать меня за эту шлюшку? Да кому какое дело? Мы все знаем, что он тут долго не задержится. — Он задержится здесь точно дольше, чем ты, — парировал Брайан. — Что за шуточки? — нахмурился бета. — Ты знаешь, я шутить не люблю. Пошли. Эшли и Колин проводили взглядами удаляющихся охранников и собак и переглянулись. — Прости за этого дурня, — бета кинул на Эшли извиняющийся взгляд. Омега поджал губы и покачал головой. Кристоф запищал, завозившись у Эшли в руках. Из коляски Рея донеслось хныканье.

***

В дверь постучали. Вольфганг оторвался от бумаг и разрешил войти. Через порог переступил Чарли, подталкиваемый в спину Брайаном. Он был бледен, глаза нервно бегали. Вольфганг вопросительно посмотрел на начальника охраны. — Вы дали мне сутки, — заговорил Брайан. — Я справился быстрее. Вот наша крыса. — Интересно, — отозвался Вольфганг. — И что, давно ты сливаешь информацию МакКормаку? Чарли громко сглотнул, потупил взгляд и промолчал. Брайан толкнул его в плечо, сурово потребовав: — Отвечай! — С самого начала… — тихо сказал Чарли. — Это по его наводке я устроился сюда. — Напомни, сколько ты здесь работаешь? — Шесть лет. — То есть МакКормак копал под меня, когда еще не был главбухом? — Да, — кивнул Чарли. — Хорошо. Я рад, что ты сотрудничаешь. Расскажешь все, что знаешь, следователю, и, может, тебе уменьшат срок. Но от меня поблажек не жди. Подумай, в какую страну поедешь после отсидки, потому что в США тебя не возьмут даже чистить коровники на ферму. Брайан, пригласи нашего следователя. — Я уже позвонил ему. — Отлично. Можете идти. Охранники вышли из кабинета, но через пару минут Брайан вернулся и заговорил с порога: — Честно говоря, я боялся вести его к Вам после того, что Вы сделали с Эшли. — Ну, похоже, все свое негодование я уже выплеснул, — криво улыбнулся Вольфганг. — Я в тебе не сомневался. Он сказал тебе, когда они спелись с Эшли? — Дело в том, что… Эшли вообще не при чем. Чарли сообщил МакКормаку, в какой клуб пойдут Эшли и Ли. И МакКормак изначально хотел попытаться заполучить в сообщники Ли. Ему был нужен еще один свой человек в Вашем доме. — Ну, похоже, МакКормак не умеет выбирать сообщников, раз его так быстро сдают. — На самом деле разговорить его было не так уж легко… — многозначительно посмотрел на Вольфганга Брайан. — Не хочу знать подробности.

***

Эшли выбрался из душевого бокса, намазался лосьоном для тела и накинул халат. Подошел к зеркалу и недовольно уставился на лиловые синяки на шее. Он уже мог говорить, правда отрывисто и негромко. Вольфганг и впрямь серьезно повредил его горло. Омега нанес на синяки заживляющую мазь и осторожно помассировал — прикасаться к шее было еще немного больно. Расчесал влажные волосы и вышел в комнату. В кресле у двери сидел Вольфганг, и первым порывом Эшли было ринуться назад в ванную, чтобы спрятаться от него. Альфа не дал ему этого сделать, подскочив и схватив его за руки. Вольфганг внимательно смотрел на перепуганного Эшли, который вдруг прошептал: — В моей комнате нет звукоизоляции. Я буду кричать. — Я же вижу, что ты не в состоянии кричать. Ни к чему пустые угрозы. Я пришел с миром. Вольфганг выпустил руки Эшли и вернулся в кресло. Омега замер, напрягшись и настороженно глядя на него. — Я хотел сделать это еще неделю назад, как только узнал, что ты не при чем, но никак не мог заставить себя… Эшли, прости меня. Пожалуйста. Я был не прав. Взбесился, не разобравшись. Мне стыдно, что я поднял руку на омегу. Как я могу загладить свою вину? Эшли молча смотрел на альфу, поджав губы, а потом тихо спросил: — Я могу попросить что угодно? — В пределах разумного. — Я хочу иметь возможность уходить когда хочу. Если Колин не против, конечно. Обещаю, что не буду злоупотреблять. И чтобы я мог приводить своих друзей. Вольфганг заметно напрягся: — И много у тебя друзей? — Пока только один. Бен. — Тот бета, у которого ты жил? Ладно, ему можно. Если кто-то еще появится, их сначала должен проверить Брайан. Что-то еще? — Я хочу, чтобы мне можно было плавать в бассейне. И заниматься на тренажерах, и… — Да, можешь пользоваться всеми удобствами этого дома. — И чтобы за мной перестали следить. — Это исключено, — отрезал Вольфганг. — Тогда зарплату больше. — Я буду платить тебе вдвое больше. И выпишу премию. В качестве извинения. Эшли кивнул и слабо улыбнулся и соврал: — Я почти готов тебя простить. — Рад это слышать, — улыбнулся в ответ Вольфганг, поднялся с кресла и вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Эшли выдохнул, пытаясь выгнать из тела поселившееся там в присутствии Вольфганга напряжение. Сможет ли он когда-нибудь перестать бояться оставаться с ним наедине? Сможет ли забыть, как Вольфганг его едва не убил? Сможет ли простить?