Вот чёрт

      Зоя не знала, сколько прошло времени с момента, как Артемида и Аполлон вышли из подвала. Но она точно знала, что наверняка сдохнет именно на этом сраном сером полу, в компании с маленьким паучком, сидящем в углу. Наверное, он гадал, почему девушка не издает никаких звуков и старается не шевелиться. Навряд ли он подозревал, что даже в состоянии статичного спокойствия её тело изнывало от боли.       Из руки торчала стрела, и это было самым легким повреждением. Её шея была перерезана, из вен текла кровь, глаза застилала красная пелена, окрашивая мир подвала в цвета её выпускного платья.       Неожиданно вспомнился первый поцелуй с каким-то придурком из школы. Ей было пятнадцать. Тогда она была маленькой девочкой, которая и подумать не могла о преступном мире. Младшая сестра постоянно выносила мозг, а Зоя пугала девочку папиным пистолетом. Она знала, что её отец преступник, но сама мечтала стать врачом и спасать жизни людей. Она насмотрелась на оружие, на слезы матери, на ссоры из-за «профессии» мистера Куинни. Первый поцелуй, подружки из школы, надежды учителей на её будущий успех в области литературы. Всё теперь было в прошлом.       Зою внезапно, словно холодной водой, окатило понимание своей ненужности этому миру. С кем она дружила? С Перси? Со Стоуллами? На самом деле нельзя никому доверять. Ни ненавидящей её младшей сестре, ни одноклассникам, ни себе. Даже собственное тело может подвести в экстренной ситуации. Сейчас она умирала от потери крови в подвале, который находится чёрти где. И кто ей поможет? Ведь рядом нет никого, никто не знает, где она. Кто-нибудь навестил её в больнице? Никому не нужна. Совершенно.       Подумать о собственной исключительной ненужности ещё немного не позволила селезёнка, внезапно заболевшая с удвоенной силой. Зое казалось, что ещё один маленький удар — и всё, она умрет. Она старалась не двигаться, но сердце ударялось об грудную клетку, создавая вибрацию. Остановите его кто-нибудь, ну прошу Вас! Ребра ныли о том, что они сломаны, легкие просили свежего воздуха, сорванный голос хрипел, во рту был металлический привкус крови.       Зоя закрыла глаза и вздохнула, простонав от боли. Внезапно глаза защипало от яркого света, в комнате вновь появились люди. Вот и всё, — пронеслось в голове девушки.       — Ох, ты посмотри, эта идиотка ещё жива, — женщина дотронулась до плеча Зои ногой, поворачивая брюнетку к себе лицом. — Она всё ещё дышит.       Зоя хотела бы сказать что-нибудь язвительное в ответ, но её язык смог пошевелится только на букве «а», и только для того, чтобы вскрикнуть от боли и негодования. Без сомнения, в этом крике было меньше цензуры, чем во всех тюрьмах Нью-Йорка. Девушка попыталась лечь на бок, кровь в горле не давала дышать, на глазах навернулись слезы. Надо же, двадцать лет не плакала. Ей не дали пошевелиться, в глазах троилась направленная прямо в лоб стрела.       Глаза слипались, Зоя мужественно хотела смотреть в лицо опасности, но тело подводило. Ладонью девушка нащупала наконечник стрелы, торчащий из руки и резко завела её за голову с громким криком. Стрела воткнулась в сапог Артемиды, арбалет выстрелил в стену.       — Аполлон, пристрели эту гадюку! — закричала женщина, воя, словно волк на луну.       — Может сама издохнет? Не охота такую красоту убивать, — мужчина присел на корточки около Зои. Куинни боролась с желанием закрыть глаза навсегда. Не для того она испытала столько страданий, чтобы помереть в подвале Богов! Она ещё всем покажет! — Ну, детка, зачем ты мою сестру обижаешь? — мужчина заехал брюнетке по щеке кулаком, Зоя сиреной взвыла от боли. — О, должно быть, я сделал тебе больно, — он поднялся и сапог мужчины приземлился в её печень. — Да, очень больно, — Зоя закашлялась от боли, выхаркивая кровь смешанную со слюной. — Такая красота пропадает.       Аполлон поднял девушку за волосы и со всей своей силы впечатал её в стену. Куинни съехала вниз, рыдая как пятилетняя девчонка.       — Пожалуйста, прекратите, — вновь взмолилась девушка. Она всегда начинала орать, если кто-то ранил её, но она даже не подозревала, что её болевой порог настолько низкий. Она должна была уже валяться в отключке, но была в сознании. В организме обычного человека всего пять литров крови, но из её шеи и вен вытекло столько, что она уже не впитывалась в почву под ногами. Откуда в ней теплилась жизнь?       Девушка словно сквозь сон услышала сирены полицейских машин и сочла, что ей показалось. Она так хотела жить, хотела спастись, хотела просто выбраться из подвала, отползти подальше от Аполлона, который облизывался на её несчастное тело. Но сирены никак не прекращались, а Артемида похромала к выходу.       Дневной свет проник в подвал, а Куинни сквозь пелену услышала шум где-то совсем рядом. Стук каблуков, громкие крики. Неожиданно Зои коснулись чьи-то нежные руки, и пошевелиться сил уже не осталось. Перед взором возник неясный, но знакомый силуэт.       — Грейс… — простонала Зоя и закрыла глаза.

***

      — Везите в отдел, — распорядилась Рейна, наблюдая за жалкими попытками Аполлона очаровать молодую девушку в полицейской форме. В карету скорой помощи одновременно загружали носилки с раненной Зоей. — Думаешь, выживет? На неё смотреть страшно. Вся в крови, — спросила женщина у Талии, которая стояла рядом с ней и наблюдала за задержанием преступников.       — У Зои отличное здоровье, выкарабкается. В конце концов, когда признаешь, что вокруг творится полная задница, совершенно неожиданно начинается белая полоса.       — Следуя твоей логике, я должна отдыхать на Канарах.       — Кто о чем, а Арельяно об отпуске! И не мечтай, тебе ещё этих, — шериф указала на полицейскую машину, из которой выглядывала невозмутимая Артемида, — раскалывать. В прошлый раз они молчали как рыбы.       — Больше скажу, мне ещё обвинение в суде представлять. Если мы сможем довести дело до суда.       — То есть ты хочешь сказать, что мы взяли из с поличным, когда они избивали Ночную Тень, тебе не достаточно?       — Лично мне достаточно и того, что они с дружками подорвали зал Хаммерстайна. Тем не менее, необходимы доказательства. Сомневаюсь, что мы их найдем, — обреченно вздохнула Рейна, смотря в сторону отъезжающей полицейской машины. — Бумажки, бумажки. Ненавижу свою работу.       — По крайней мере начало задержанию Богов положено, — Талия хотела сказать что-то еще, но на аппарате зазвонившего телефона высветилась фотография Аннабет. — Да, Чейз?       — Талия, мы в доме Гермеса на Куинс-бульваре. Рядом со мной трое Богов и Джексон с ди Анджело. Пожалуйста, пришли сюда наряд?       — Аннабет, ты просто… Я промолчу. Сейчас всё будет, — Талия повернулась к Рейне. — Моя сотрудница задержала еще троих Богов в доме Гермеса.       — Оперативно, — женщина хмыкнула. — Дрю, заводи машину, поехали!