На всю жизнь

POV Ольга       Автомобиль неспешно катил по шоссе, выезжая из леса в небольшой пригород. В салоне негромко играл какой-то шансон, водитель, нахмурившись, бормотал что-то про дороги и блондинок за рулем, а я сидела, прислонившись лбом к холодному стеклу, крутила в руках кошелек и тупо смотрела на дорогу.       "Зачем я уехала? - неожиданно пронеслось в мыслях. - Что за глупость такая? Были бы сейчас вместе... А с другой стороны, нельзя быть вместе. Черт, я ощущаю себя, как последняя дрянь, которая увела мужа у подруги. Ну почему все так повернулось? Почему я не могу быть просто счастлива?"        - Эй, что-то случилось? - прервал меня веселый голос водителя.        - Ничего. Смотрите лучше на дорогу, пожалуйста.       Я ненавижу грубо отвечать людям, но в данной ситуации разговаривать мне совершенно не хотелось.        - Да не грустите вы так, - сочувствующе произнес парень - Жизнь, она же как зебра, за черной полосой сразу белая. Кстати, у моего друга недавно такое случилось... Хотите, расскажу? Неделю назад...       Не повезло даже с таксистом, попался слишком общительный тип. Черт возьми, я не хочу сейчас общаться с незнакомым человеком и слушать дурацкие шутки про его друзей!        - Уважаемый! Если вы намерены поболтать, то будьте добры тогда, остановите машину и ищите другого клиента, а я на попутке поеду, ладно?        - Все, все, молчу, - таксист переключился на дорожную ситуацию. - Эй, алё, гараж! Куда ты прешь?! Вот, понапокупают себе "лексусов", не пройти, не проехать...       Я снова отвернулась к окну, возвращаясь нехотя к невеселым мыслям. Прошло, наверное, минут сорок, пока я сидела вот так, отвернувшись от всего мира. Прикрыв глаза, я почувствовала, как по моей щеке течет одна-единственная слеза.       "Нет, плакать я не буду. По крайней мере, сейчас", - решила я и стерла ее с лица ладонью, стараясь сдержаться. Не получилось. Спустя секунду я уже достала из сумки платок и тайком вытирала лицо...        - Приехали! - неожиданно объявил водитель. Я выглянула из окна и увидела нашу маленькую гостиницу. Надо же, я и не заметила, как быстро мы добрались.       Я заплатила нужную сумму, вылезла из автомобиля, направилась к двери... Она была открыта. Я тихо вошла, стараясь, чтобы меня совсем не было слышно, и уже прошла было к лестнице, как вдруг из столовой вышла Валя.        - Оля, ты шо, тут?! - радостно воскликнула она, подбежала ко мне и обняла меня.        - Здравствуй, Валюш, - я обняла ее в ответ.        - Привет! Оля, а шо ты не сказала, шо приедешь сегодня? И где Иван?       Снова подкатил ком к горлу. Я, пересиливая себя, ответила:        - Иван Степаныч еще в Симферополе.        - А, понятно... Хотя нет, мне совсем не понятно! Если ты здесь, то почему он тогда там?        - Просто... Просто мне позвонили из института и срочно вызвали. Пришлось уехать.        - Та ладно? - глаза Валентины округлились. - Ты сейчас уезжаешь, шо ли?        - Ну, получается, так.       "Боже мой, как противно врать!"        - Насовсем? Ой, ну шо за люди, а?        - Что поделать, Валь? - я развела руками. - Такие дела. Говорят, у них там в бухгалтерии такое творится... Надо срочно решать проблемы!        - Как жалко! А когда тебе надо ехать-то?        - Когда? - я задумалась. - Да вот завтра уже. Сегодня куплю билеты на поезд.       Валя хотела еще что-то сказать, но в это время вошли постояльцы и начали ее о чем-то спрашивать. Она отвлеклась от меня, а я чуть ли не бегом поднялась в свой номер и кинулась собирать вещи. Они никак не помещались в чемодан, и со злости я швырнула их на кровать. Черт с ними, с тряпками этими, лучше заранее поехать и купить билеты! Жалея, что таксиста я уже отпустила, а машина в нашей семье только одна, и то ею сейчас воспользоваться невозможно, я поплелась на автобусную остановку, чтобы поехать на вокзал.

***

       - Мне билетик до Москвы на завтрашнее число, пожалуйста. Желательно купе.        - Сейчас посмотрим... - миловидная девушка взглянула в монитор. - Знаете, на завтра рейсов до Москвы совсем нет.        - Нет? - я немного растерялась. - Ой, как жаль! А на сегодня?        - Был один, на девять утра, но вы на него никак не попадете. Он уже давно уехал, а других не будет.        - Плохо, - вздохнула я. - А когда будут?        - Через три дня, двадцать пятого июля на 17:15, купе. Будете брать?       Двадцать пятое. Иван вернется завтра, а я до двадцать пятого не доживу спокойно. Но с другой стороны, лучше поздно, чем никогда. А может, все же не надо?        - Эй, женщина, - пробасил стоящий за мной мужик. - Вы тут не стойте! Либо берите, либо нет, нечего задерживать очередь!        - Извините, - смутилась я. Приспичило же задуматься в очереди! - Беру. Сколько?       Девушка назвала сумму. Я порылась в кошельке и кое-как нашла деньги. Почему-то их было неожиданно мало. Заплатив, я отошла в сторонку и еще раз пересчитала наличные. Да, а еще на самолете хотела...       Ну вот и все. Билет куплен, пути обратно нет. Как бы я ни хотела вернуть все, ничего уже не изменить. POV Иван       Кое-как дожив те последние два дня в Симферополе, попрощавшись наспех с Пашей и остальными приятелями, я мчался домой на своей "ласточке", как на крыльях. Настроение было, честно говоря, мрачное, но я пытался не слишком унывать и еще надеялся, что у Ольги случилось что-нибудь с отъездом и я застану ее хоть на пару минут, или что она передумает и не станет никуда уезжать. Хотя зря я так, наверное. Она хоть и женщина, а слово свое держит и обещания выполняет, не то что другие...       Я уже жалел, что отпустил ее вчера, и чувствовал себя полным идиотом из-за этого. Не пойму, почему я посчитал, что так будет лучше для всех? Да никому не станет от этого хорошо, только хуже! Эх, хоть бы только она передумала, хоть бы решила остаться! Если она еще здесь, я поговорю с ней и обязательно исправлю свою дурацкую жизненную ошибку.       С ветерком я всего за час добрался до дома, вытащил свой чемодан из багажника и зашел в дом.        - Здорово! - крикнул я.        - Та шо ты орешь, как оглашенный? - послышалось сбоку. Я оглянулся и увидел, что за стойкой информации сидит Валюха.        - Привет, Валюх!        - Здорово! Шо ты не позвонил? - она отложила в сторону огромную тетрадь и вылезла из-за стойки.        - Ля, так ты же знала, шо я сегодня приеду, - я был немного удивлен ее вопросом.        - Ну все равно... Ладно, фиг с тобой, - Валька приветственно обняла меня, впрочем, без особых эмоций. А меня мучил один вопрос. Слегка отстранившись, я наконец-то спросил:        - А это, Валюх... А ты шо за стойкой сидишь?       Валентина нахмурилась:        - А шо такого?        - Не, ничего, я просто спросить хотел... Тут же Ольга всегда сидит, а сейчас ты. Она уже уехала?        - Нет, - Валя покачала головой. - Оля там, наверху. Она...       И моего мрачного настроения как не бывало, испарилось без следа. Валюха еще что-то говорила, но я не слышал ничего. Значит, все-таки передумала! Останется с нами и со мной! От радости я был готов прямо перед Валюхой и постояльцами сплясать хип-хоп и обнять весь мир одновременно!       Пытаясь не сильно улыбаться, я кивнул Валюхе.        - Ясно. Ты пока тут побудь, ладно? Я сейчас свои вещи разберу и пойду по делам.        - Ага, иди.       Я подхватил чемодан и медленно поднялся по лестнице, но едва скрывшись с глаз Валентины, припустил почти бегом по коридору. Забежал в свой номер, напевая какой-то мотивчик собственного сочинения, закинул чемодан под кровать и кинулся в комнату под номером семь, где жила Ольга.       Из-за двери не было слышно ни звука. Я осторожно подкрался к номеру и постучал в дверь.        - Кто?        - Дед Пихто и бабка с пистолетом!       Дверь распахнулась, Оля вышла из комнаты. Увидев меня, она сначала изумленно приподняла брови, а потом радостно улыбнулась. Я не стал дожидаться дальнейшей реакции, а просто подтолкнул ее в комнату, зашел сам и закрыл дверь.        - Ты чего? - тихо, но возмущенно произнесла Оля. - С ума сошел?        - Та ладно тебе! - я рассмеялся. - Все свои, не переживай!       Видимо, Ольга хотела что-то ответить, но я не дождался этого момента. Подхватив ее на руки и крепко прижав к себе, я закружился по комнате вместе с Ольгой. Я чувствовал, что она тоже обнимает меня, и был на седьмом небе от счастья. Но через несколько секунд я перестал носиться по комнате, как угорелый, остановился, отпустил Ольгу и поцеловал ее.        - Оля, как же... - у меня опять началось косноязычие от эмоций. - Я думал, ты это... Ну, в общем, все, кирдык! А оно вон как!       Она ничего не ответила, а только уткнулась лицом мне в плечо. Тогда я оглянулся в поисках кресла, но поскольку в номере была только одна маленькая табуретка, мы упали прямо на кровать.        - Значит, ты все-таки остаешься?        - Вань... - Ольга оперлась на локоть и посмотрела на меня каким-то странным взглядом, словно подбирая нужные слова.        - Шо?        - Как бы тебе сказать... - женщина уставилась в одну точку перед собой, задумавшись о чем-то. Меня это немного насторожило.        - Шо сказать? Шо ты передумала?       Ольга помолчала пару секунд, а потом внезапно отрезала:        - Нет.        - А шо тогда? - я не понимал, из-за чего она психует сейчас.        - Я говорю, не в том смысле, что не это сказать, а в том, что... Короче, я не передумала и уезжаю двадцать пятого, через пару дней. Вот так, - с этими словами Ковалева выдохнула, встала с кровати, поправляя блузку, и принялась лихорадочно комкать в руках какую-то вещь, валявшуюся на кровати, при этом избегая смотреть на меня.       Я аж подпрыгнул. То есть это как?        - В смысле?!        - В прямом, - буркнула Ольга. - Я же сказала, что уеду.       У меня все слова закончились, и хорошие, и не очень.        - Оля, а это... Шо же получается?        - Если ты хочешь спросить, почему я еще здесь, отвечаю: билетов на сегодня и вчера не было. Придется уезжать послезавтра.        - Та я не о том! - я досадливо махнул рукой. - Я-то полагал, ты одумалась, а оно вон как... Етитская богомышь! Оль, а может, сдашь билет, да и ну его, а?       Ольга посмотрела на меня долгим взглядом. В одно мгновение мне показалось, что она вот-вот начнет рыдать, но она все же успокоилась и абсолютно безразличным голосом произнесла:        - Я не могу.        - Ясно, - я отвернулся от нее, нахмурившись. Горели синим пламенем мои надежды...        - Что тебе ясно?        - Мне - все. Жаль только, шо тебе - ничего, - произнес я с внезапной злостью.       Тонкие брови Ольги выжидающе приподнялись.        - Что ты имеешь в виду?        - Оль, а ты не понимаешь? - я резко вскочил и навис над ней. - Нафига тебе вообще бросать нас? Шо это за такая бешеная необходимость?!       Она открыла было рот, пытаясь возразить, но меня было уже не остановить. Я снова носился по комнате, только теперь не от радости, а от возмущения. Разговор пошел совсем не так, как я планировал. Тогда, сидя в машине и думая про всю эту фигню, я хотел поговорить с Ольгой мягко и по возможности спокойно, а получилось совсем по-другому.        - Ты ведь не меня кинешь, ты всю семью кинешь!        - Никого я не собираюсь кидать! - воскликнула Ольга. - Так будет лучше.        - Кому? Тебе? Мне? Валюхе? Или, может быть, Женьке! Или Анатольичу? Нет, этому-то, конечно, уже глубоко до лампочки, но про нас подумай! Делать тебе нечего? Так я найду, у нас работы полон дом! Или ты, может, забыла, что у нас гостиница? Ты ведь тоже принимаешь в этом участие, если что, и ты немало делаешь!        - Ничего я не забыла! - Ольга принялась яростно отдергивать занавески на окне. - Что ты из меня амнезийную делаешь?        - Ну надо же! - я остановился на мгновение. - Та никто никого из тебя не делает! Никто не держит тебя тут! Вот, пожалуйста! - распахнув окно, я сделал приглашающий жест. - На все четыре стороны!        - Не надо на меня орать, - она сказала это тихо, но внятно.       "Я не могу иначе", - подумал я, но не сказал.        - Не надо повышать голос, - продолжала тем временем Ольга. - Что ты завелся, как маленький? От этого ничего не изменится!        - Жаль! А я надеялся, шо смогу шо-то изменить. Ладно, черт с тобой уже. Только когда будешь уезжать, подумай, как будет скучать без тебя Женька.        - Женька, Женька... Чего ты заладил про нее? Я прекрасно знаю!        - Ничего ты не знаешь! Знала бы...       Она прервала мой монолог:        - Я уже говорила, что не надо на меня орать?       Я подошел к окну и вдохнул свежий воздух, надеясь немного успокоиться. Но нет, внутри все клокотало от злости на упрямую Ковалеву и на собственное бессилие.        - Ну что ты психуешь? - спросила Ольга слабым голосом. - Я же как лучше хочу!        - Ага. Только лучше никому не будет.        - Ну опять, начинается... - она закатила глаза и сдула с лица выбившиеся из прически пряди волос.        - Не я это все начал, Оль, - я уже выдохся. Сколько можно говорить, раз человек не понимает. Но едва я закончил, как Ольга возмущенно посмотрела на меня и завелась сама:        - То есть? Минуточку! Это я, по твоей логике, во всем виновата? Я?        - Нет, я тут устроил драму с уезжанием!        - Ты как раз и устроил!       "А ты сама-то хочешь уехать, или это просто так, типа ради семьи?" - подумал я с горечью. Ну почему она не может понять очевидного: что не надо никуда уезжать, что всем нам будет без нее плохо, что все тут ее любят, не только я?        - Чего молчишь, Иван? Ты же устроил драму.        - Я уже сказал, шо не я начал.        - Значит, я во всем виновата?! - спросила Ольга, тяжело дыша и переходя на крик. - Я виновата в том, что я тебя люблю! В том, что ты меня тоже! В том, что у тебя есть жена, которую я ни в коем случае не хочу обидеть и предать! А в том, что апокалипсис когда-нибудь случится, тоже я виновата?       От звука ее голоса у меня уже в ушах звенело. Все-таки плохо, что комнаты здесь такие маленькие, эхо очень сильно отдает.        - Оль, закройся, а? - попросил я умоляющим тоном. - Ну башка уже болит от твоих воплей!        - Скажите, пожалуйста! - она опять стала бегать по комнате. - Какие мы нежные!...       В этот момент дверь номера распахнулась, и в дверях показалась Валюха, хмурая, как грозовая туча. В руках она держала ведро и швабру.        - Вы тут шо, с ума посходили? Хай открыли такой, шо на улице все в курсе, шо у вас там разборки. В руках-то себя держите! Оля, ну ладно, шо с этого взять, но ты-то!        - Извини, Валюш, - виновато проговорила Ковалева. - Мы не хотели.        - Та ладно, только больше так не делай. А ты, - она повернулась в мою сторону, - бегом сюда!        - Сейчас, Валюх, сейчас, - я, неизвестно почему, засуетился.        - Та не сейчас, а бегом!        - Ага, иду.       Мы вышли из Ольгиной комнаты. Я, прикрывая за собой дверь, напоследок взглянул на Ольгу тайком, но она даже не глянула на меня.        - Ты шо это додолбался до человека, упырь? - спросила меня Валюха, когда мы спустились вниз.        - А чего?        - А того! Шо ты прицепился к Ольге, как банный лист к заду? Она и так на нервах из-за этого отъезда, а тут ты со своими выходками!        - Валюх, да ты шо, я же не это... - деланно засмеялся я, но не так-то просто провести Валентину!        - Смотри у меня, - она погрозила мне шваброй. - Достукаешься. Ты меня понял?        - Да понял я все, понял! - я быстрым шагом спустился по лестнице. Не хватало еще, чтобы и Валюха на меня разозлилась.        - Вот и хорошо, шо понял. Кстати, шел бы кран на кухне починил, а то он протекает.       Я молча кивнул и пошел в сторону кухни.       Где-то за полчаса я справился с работой. Кран теперь работал нормально, не протекал. А мне пришла в голову одна мысль. Валюха сейчас ушла в магазин, Ольга сидит у себя в комнате и не хочет меня видеть, и вообще, отель почти пустой, а это значит...       Предварительно оглядевшись по сторонам, я медленно и как можно тише открыл холодильник. Снизу, на боковой полочке, красовались заветные поллитра, они словно ждали меня. Я осторожно вынул бутылку и захлопнул холодильник, также тихо достал рюмку из шкафа и плеснул туда немного.       "За тебя, Ольга. За твое счастье и твою долбаную совесть."       Одним глотком я осушил рюмку. Все-таки хорошо, когда можно иногда просто взять и тяпнуть. Плохо только то, что не всегда это можно, потому что рядом почти всегда кто-нибудь есть.       Фух, ну вот, после недолговременной работы над краном и небольшого количества водки стало немного легче. Вроде уже и не хочется ныть по поводу того, что Ольга уезжает... Или нет, еще надо выпить? Впрочем, выпивка никогда не помешает.       Я опрокинул еще стопку, а потом и еще одну... В тот момент в дом вошел бодрый Анатольич, напевая что-то по ходу дела. Увидев меня, он остановился и с радостной улыбкой направился в столовую.        - Иван Степаныч! Что ж ты не сказал, что приезжаешь сегодня?       "Етитская богомышь, почему всех так беспокоит то, что я не предупредил?" - подумал я с раздражением. Но вместо того, чтобы высказать это, я просто подошел к свату и обнял его.        - Здорово, Анатольич!        - Здравствуй! А чего ты такой грустный, Иван? - он взглянул на меня с теплотой и сочувствием. Вот он, единственный человек, который наверняка сможет понять.        - Да так, жизнь тяжелая пошла.        - А чего так?       Я махнул рукой и отвернулся.        - Ольга же уезжает.        - Ну и что с того?        - Понимаешь... - начал было я и прервался, бросив взгляд на бутылку. Я взял из шкафа еще одну рюмку и протянул свату. Тот замотал головой, но я уже наливал ему. - Давай выпьем за нас, за мужиков!        - А давай! - мгновенно согласился Юрий. И мы опрокинули по рюмашке.       Так мы просидели дотемна, разговаривая о разной ерунде. Бутылка понемногу опустошалась, и скоро вместо поллитра там остались какие-то жалкие пятьдесят граммов. И тут Юра спросил:        - Иван, а все-таки, что у тебя там случилось?       Я открыл было рот, чтобы объяснить другу ситуацию, но в этот момент локоть Анатольича случайно задел деревянную вазочку, стоящую на столе. Вазочка свалилась на пол. Чертыхаясь, я полез под стол искать ее. В то же самое время на кухне послышались шаги, началась какая-то возня. Поднявшись наконец и при этом больно стукнувшись лбом об стол, я увидел Валюху.        - Юрий Анатольевич, помогите мне отнести сумки, пожалуйста, - пропыхтела она. - А где Иван?        - Сейчас, Валентина Петровна, - Анатольич подхватил пакеты и унес их. Тем временем я окончательно вылез, и Валентина увидела меня.        - Ля. А шо ты там делаешь?        - А я... я вазочку искал.        - Ага, ага, - она покачала головой. - Ну и как, нашел?        - Ну, вот она, - я протянул вазу и не удержал ее в руке. Вазочка снова упала, а я качнулся, но удержался, цепляясь за стол. Валюха, почуяв неладное, приблизилась ко мне:        - А ну дыхни.        - Да ты чего, Валюх? - пробормотал я, пятясь назад. Валька надвигалась.        - А того! - она схватила почти пустую бутылку и ткнула мне ею в лицо. - Опять заливал? Ты посмотри на него, а! Неделю назад приходил бухой в стельку, и сейчас! Ну ладно, тогда намечался съезд. Но сегодня-то шо у нас за повод, а?        - Валюх, ну хорош, - я сделал еще один шаг назад.       Она ничего не сказала, а только замахнулась и попыталась влепить мне пощечину. Я же, несмотря на свое состояние, пригнулся, уворачиваясь. Вместо мне своей обширной ладонью Валька ударила по стене и сбила картину. Стекло на раме тут же вдребезги разбилось. Анатольич, закончив с продуктами, вернулся к реальности.        - Валентина Петровна!..        - А вы, Юрий Анатольевич, не выгораживайте этого алкаша! - крикнула Валя. - Он вполне заслуживает этого!       "Заслуживаю, - отстраненно подумал я. - Но только не за выпивку, а за совсем другое."       На лестнице раздался звук торопливых шагов. Ольга тоже прибежала на шум и увидела всю эту картину маслом. А Валюха тем временем занесла руку для второго удара.        - Нет!!! - заверещала Ковалева. - Не надо! Валя, сейчас постояльцы придут!       Этот аргумент подействовал на Валюху. Она убрала руку и выдохнула, пытаясь успокоиться.        - Уйди, Иван! Уйди с глаз моих! Видеть тебя не хочу! Все, разводимся! Завтра же иду в загс и подаю на развод, нахрена ты мне сдался, алкоголик несчастный!        - Он уйдет, Валечка, обязательно уйдет, - Ольга погладила подругу по плечу. - Не переживай так.       Валюха присела на корточки и стала разглядывать то, что осталось от картины, приговаривая что-то вроде: "Вот паразит, мою любимую картину расфигачил!"        - Юрий Анатольевич! - позвала Ольга звонким голосом. - Не спите, замерзнете. Тащите лучше веник, будем заметать следы преступлений.       Словно очнувшись, Анатольич побежал за веником. Я все это время стоял в дверях, тупо смотря на происходящее.       "Довел Ольгу, выбесил Валентину, напился, устроил погром... Молодец, что сказать!" - ехидно и осуждающе произнес мой внутренний голос. А я и сам осознавал, сколько глупостей наделал за один день.        - А вы чего стоите, Иван Степаныч? - прервала мои муки совести Оля. - Идите наверх, пока еще что-нибудь не случилось.        - Да, и не в наш номер! - добавила Валюха. - Я с тобой на одном поле не сяду больше, не то что спать рядом!       Я развернулся и пошел прочь от кухни, от бубнящего что-то про себя Анатольича, от разгневанной Вальки и уставшей Ольги. Действительно, лучше мне сегодня не появляться им на глаза, тем более Валентине.       В конце коридора был пустой номер. Я решил обосноваться там на одну ночь. Не включая свет, я упал на кровать и затих в полумраке, думая о разном. Думал о том, что сегодня дурацкий день и просто магнитная буря, о том, что водка нифига не помогает в жизни, о том, что Оля теперь ненавидит меня еще больше, чем после нашей с ней ссоры... Голова трещала, словно внутри кто-то долго и настойчиво копался, и это было не от выпивания с Анатольичем. Я в жизни пил и больше, и никогда мне не было настолько хреново. Все от собственной глупости.       Не помню, сколько я продремал, когда внезапно услышал тихий стук в дверь. Я сразу открыл глаза. Дверь тоже приоткрылась. В темноте показался освещенный электрическими лампами невысокий женский худощавый силуэт в халате. Грех было ее не узнать.        - Отчитывать будешь? - пробормотал я, старательно изображая сон.        - Может, и буду, - прошептала Ольга. Ее голос звучал на удивление спокойно. - Так мне входить или нет?        - Ну входи, шо ж поделать, - я сел на неразобранной постели. - Как там Валюха?        - Да нормально. Все еще хочет тебя прибить, но уже спокойна насчет картины.       С этими словами Оля тихо скользнула в комнату и прикрыла за собой дверь, села рядом со мной. Так мы просидели в абсолютной тишине около пяти минут, не зная, что друг другу сказать. Наконец она нерешительно произнесла:        - Наверное, из-за меня это все приключилось...       Я тут же перебил ее с усмешкой:        - Ты шо? Это ж не ты с Анатольичем напилась и Валюху разозлила!        - Ну еще бы! - Ольга тихо рассмеялась. - Так вот... Вань, прости меня, а?       Эти ее слова меня удивили.        - А я тебе то же самое хотел сказать!        - Интересное дело! А почему не сказал?        - Ну... - я подбирал слова. - Если честно, я думал, шо ты меня очень далеко пошлешь, если я хоть на метр ближе подойду к тебе.       Ольга хихикнула.        - Не буду врать, была сначала такая мысль, но я ее отмела позже. Посидела, подумала.       А я вспомнил, как из ее номера доносились глухие всхлипы, и понял, в чем заключалось "посидение" и "подумывание". Чувствуя себя по меньшей мере сволочью, я обнял Ольгу и зарылся лицом в ее волосы.        - Оля, зачем тебе я? До слез тебя довел, фигни всякой натворил за этот день...       Она слегка отстранилась и посмотрела на меня. В темноте не было видно так хорошо, но я готов поспорить, что взгляд у нее сделался оценивающим, с небольшой долей усмешки.        - Знаешь, без тебя в моей жизни было бы невероятно скучно.        - Родная, ты не поверишь мне, но я про тебя уже много раз думал то же самое.       Оля усмехнулась, я тоже рассмеялся. А потом она по-детски обвила руками мою шею и приблизилась. Между нашими лицами было несколько каких-то жалких сантиметров.        - Я люблю тебя, - прошептала Ольга, и ее губы приникли к моим. Я не успел сказать, что тоже люблю ее, но думается мне, что она и так понимала это.       "Когда ты уедешь, - подумал я, - я буду помнить такие мгновения. И я переживу все, что угодно, чтобы когда-нибудь испытать их еще хоть один раз."