Лисьи забавы.

Стайлз опять спал. Он осознавал, что оказался во сне, но как проснуться теперь? Что теперь сделает обозлившийся до такой степени лис? Не важно, будем действовать по ситуации, - твердо решил юноша, сам себе кивнув и только сейчас осознав, что находится в абсолютной темноте, где нет совершенно ничего. Ощущая свою слабость и ничтожность по сравнению со всеми этими волками и лисами, больше всего сейчас хотелось оказаться защищенным. Дух был однозначно где-то рядом, в любой момент мог напасть из темноты и уничтожить беззащитного паренька, и тот крепко зажмурился, стараясь унять дрожь. Когда вновь открыл глаза, стоял уже в пентхаусе Хейлов, рядом с дверью, ошалело глядя в огромное светлое окно. Вот оно место, где он был защищен, но кем? Помещение было пустое, и по двери раздался мерзкий скрежет, который тут же раздался сразу отовсюду, словно скребли не по двери, а прямо по черепу. Зажав уши, юноша попятился от двери подальше, уперевшись спиной в стену и съехав вниз, прижав колени к груди. - Хватит… - Из носа и ушей шла кровь, но звук только усиливался, воздух вокруг еще и вибрировал, словно подросток уселся прямо на гудок огромной корабельной сирены. – Я сказал прекрати! – Из последних сил крикнул Стилински, и все это действительно прекратилось, наступила полнейшая тишина. Спустя несколько секунд подумалось, что это даже еще хуже ужасного скрежета, но тишину нарушил громкий хлопок, с которым лис выбил огромную железную створку, которая служила дверью. От резкого звука Стайлз подпрыгнул на месте, испуганно вжавшись в стену и глядя на почерневшего девятихвостого, что шел к нему, оставляя на полу глубокие царапины от когтей. - Я говорил, что не проигрываю. Я не могу проиграть. Моей наградой будет твоя жалкая жизнь. - Это не твоя игра. – Быстро в который раз прошептал подросток, лихорадочно что-то соображая, пытаясь совладать со страхом, что сковывал все тело. - Расслабься, я не сделаю тебе больно. Больше ты не будешь чувствовать ровным счетом ничего. Хочешь, в следующий свой шар помещу твою душу первой? – Махнув хвостами, существо приблизило свою морду к Стилински, но тот отпихнул злодея. - Ты в моей голове. И я уже давно нашел способ как бороться с тобой. Ты помнишь, что я тогда говорил? – С слабой и вымученной улыбкой он поднялся на ноги. – Что я смогу тебя победить. Ты настолько самовлюбленный, настолько привык жить лишь на чужих эмоциях, привык делать больно и чувствовать страх, что теперь не можешь без этого. – Парень медленно поднимался на ноги. – Просто не нужно обращать внимания, и ты не сможешь манипулировать мной. Мой сон и мой разум, волки научили меня, что делают с чужаками на своей территории. Мне не больно, я не боюсь, тебя нет. Разозлившись, лис замахнулся и нанес лапой удар, от которого юноша, развернувшись, покачнулся, но потом, собрав всю свою ненависть, сжал пальцы в кулак и ударил в ответ, от чего лис влетел в колонну, тихо тявкнув от боли и рухнув на пол. - Я могу делать все! Моя ненависть делает тебя слабее, а твоя самоуверенность привела тебя к неверным выводам. – Взмах рукой, и перед лисом появилась стена, и еще три, но он выбрался и помчался навстречу, пытаясь не врезаться в новые препятствия, которые строил юноша прямо на ходу, с каждым мгновением злясь только больше. Идя спиной вперед, он точно знал, что теперь делать, как ему отсюда выбраться и запереть духа. Нужно лишь умереть, ничего особенного, не позволить лису себя остановить. Еще взмах, и с грохотом стекла позади вылетели, но вопреки всему осколки не осыпались, зависнув в воздухе. Еще несколько шагов назад, осколки отправлены вперед, призванные покалечить духа, отвлечь, еще шаг, два, после следующего Стилински пошатнулся, балансируя на краю. В тот момент, когда ногицуне прыгнул к нему, Стайлз уже качнулся назад. Он не знал, как много тут до земли, но этот полет показался почти вечностью. Лис старался догнать, спасти, но на долю секунды юноша ощутил сильный толчок в спину и все потемнело. Через мгновения, жадно глотая ртом воздух и пуская носом кровавые пузыри, Стилински очнулся в клинике Дитона. Ветеринар быстро засуетился рядом, почти насильно усадив юношу на столе. Тот задыхался, что-то встало поперек горла, а от кашля всю грудную клетку охватило невыносимой болью. - Могу представить себе, насколько это больно, но ты должен избавиться от хвостатого окончательно. Будет еще больнее, просто откашляйся. – Громко предупредил друид, вручив небольшое корытце для медицинских приборов. Согнувшись пополам, парень чуть не рухнул, бившись в приступе кашля, с трудом дыша и уже не обращая внимание, что выплевывает осколки стекла вперемешку с большим количеством черной крови. От боли из глаз прыснули слезы, но Алан не мог сделать ровным счетом ничего, следил лишь, чтобы юноша не упал и чтобы процесс шел как положено. - Что происходит?! – Словно сквозь пелену раздался взволнованный голос МакКола и топот еще нескольких пар ног. Чей-то голос спросил, что происходит, кто-то просто в ужасе ахнул, однако ветеринар, поднявшись, громогласно рявкнул. - Вон отсюда! – Хлопок, и дверь закрылась прямо перед носом юного оборотня. Когда пытка наконец закончилась, и Стилински выплюнул последний осколок, он наконец совершенно обессиленно поднял голову от корытца. Говорить он даже не пытался, боясь даже пошевелиться, чувствуя, как его, словно безвольную игрушку, разворачивают и пытаются напоить чем-то безумно горьким. Сопротивляться не было сил, пришлось послушно выпить, хотя от этого вновь заслезились глаза, но боль прошла очень быстро. - Все кончилось? – Через силу прошептал Стайлз, схватив друида за рукав. Тот, забрав корытце, вытащил из него уже целую, но блеклую и белесую сферу. - Да, для тебя все кончилось. Нужно отдохнуть. – Уложив обратно на койку, погладил по волосам, подождав, пока парень уснет, и, оглядев сферу, вышел из операционной.

***

Стилински пришел в себя только спустя еще несколько часов. Уже дома, в своей комнате, совершенно разбитый, но вполне счастливый. Ему удалось, он сделал это, они сделали. Все те, кто сейчас почему-то устроились кто где в его комнате, беспокоясь и наблюдая за тем, что будет дальше. Правда пока наблюдали, сами успели уснуть. В комнате висела темнота, значит была ночь, да и намучались они порядком, так что тут царило сонное царство, в котором не спал только порядком взволнованный Джон. -Стайлз. – Отец, подняв взгляд, оглядел юное чадо и облегченно улыбнулся, радуясь, что тот жив и здоров. Сев, парень крепко обнял своего старика, улыбаясь. -Не отделаетесь от меня, не так просто. Что такие замученные, уже успели отпраздновать? Без меня? – Парень пытался шутить, чтобы показать, что с ним теперь действительно все в порядке и чтобы успокоить отца. Следом проснулся и Питер, от аконита он был еще слаб и бледен, но все равно упорно хотел быть рядом с юношей. Не произнеся ни слова, мужчина лишь тепло улыбнулся в ответ, он редко так улыбался, в основном лишь растягивал губы в ухмылке или наглой усмешке, а тут такая искренняя, хотя и слабая. Остальных будить не стали, сами проснутся, когда нужно будет. Но, когда в следующий момент в комнату вошел Эмерик, держа в руках еще одну сферу, Стайлз помрачнел, ожидая плохих новостей. Волк же наоборот усмехнулся. -Все в порядке. Просто кое-кто хочет извиниться. -Кое-кто – это… Эмер, как?! – Парень подскочил на месте, разбудив всех остальных, когда в комнату осторожно шагнул юный ногицуне, который теперь выглядел ненамного старше Стилински или МакКола, но уже не воруя ничью внешность, а наоборот, решившись явить свою. Он был таким хрупким, осторожно, но вполне уверенно ступая вперед, что даже не верилось, что из-за него случилось столько бед и создалось столько проблем. Короткие пепельно-белые волосы слабо завивались на концах, что придавало ему еще более невинный вид. Белые лисьи уши были плотно прижаты к голове, но лисий хвост он так и не явил на всеобщее обозрение, спрятав его под пальто француза. Дерек и Скотт удивились не меньше Стайлза, они никак не ожидали, что их главный враг на самом деле фактически такой же ребенок. Он, конечно, мог принять любую внешность, но не сейчас, сфера была пустой, ногицуне был слишком слаб, чтобы менять внешность или вообще провернуть какой-то серьезный фокус, потому он и был смирным. К тому же его обязывало подчиняться тому, кто завладел шаром. -Я действительно проиграл. – Безэмоционально заговорил лис, но потом словно взял себя в руки, вспомнив, что не стоит быть похожим на восковую куклу, а все-таки показать себя с человеческой стороны. – Хочу принести свои извинения, но это была интересная и честная… временами… партия. – Дух усмехнулся, сделав еще несколько шагов к кровати парня. – Я больше не буду вам докучать и оставлю вас в покое, только… - Лис разжал руку, показав Стайлзу белого короля, что до этого бережно сжимал в ладони. – Я хочу, чтобы ты научил меня этой игре. Пожалуйста. В комнате повисла тишина. Кажется, все ждали только реакции Стайлза. Посмотрев на лисенка, юноша помедлил, но потом, протянув руку, все же забрал фигуру. -Только если научишься осознавать свои ошибки и не повторять их. – Поставил условие юноша. -Одну я уже усвоил. Иначе вряд ли бы тут стоял. Я усвоил, что к мнению опытных игроков всегда следует прислушиваться, какой бы выгодной ситуация ни казалась. Как и ты, я молод и упрям, только, в отличие от тебя, я не всегда умею это контролировать, особенно тогда, когда находился в твоей оболочке. Спасибо, я пока не буду вам мешать. - С этими словами лис, развернувшись, покинул помещение. Еще многое предстояло сказать, но не сегодня.