Магия слов

Пролог Всю жизнь боялся будущего. Не то из-за неизвестности, не то от страха заниматься нелюбимым делом. Меня всегда интересовала философия, психология, литература, история, языки, в общем то с чем работать нужно вдумчиво и кропотливо. Стандартные школьные задания вгоняли меня в тупик, лишая напрочь вдохновения и чувства языка, поэтому проявить свой талант в учебной среде мне не удалось. Хотя порой я и мог выдавить из себя пару строк. Страшное началось в подростковом возрасте, когда я начал читать книги не из интереса или получения эстетического удовольствия, а для того чтобы поучиться у великих мастеров, я анализировал каждую строку, чтение всего одной книги занимало у меня месяцы. Но это не было бесполезным. Мне удалось перейти на новый уровень. Сменить обычный свой стиль на более совершенный. Исчезла необходимость заполнять бедность речи и сюжетные пустоты диалогами. Я усовершенствовал описания местности, природы, окружающих вещей, мира в целом. Выкинул обыденное введение сотен персонажей, с ненужным расписыванием каждой их черты. В общем, какой никакой прогресс. Осталось только из многомиллионных сюжетов близнецов, мечущихся в маленьком плотном черепе, выудить самый важный, стоящий, требующий развития. Но это не так-то и легко, когда днями и ночами в голове одна лишь муза, и хочется посвящать ей все без остатка. Писать отстранено для печати, да и для себя хотя бы, нереально. Кто-то скажет смени музу. Но я не могу. Боюсь заводить новые знакомства, доверять людям. Это сложно. Невыносимо. Только бумаге можно довериться. И бумага отвечает взаимностью. Да. Может кто-то посчитает это сумасшествием .. С годами, отдаваясь делу целиком, ты получаешь много больше. Это истина жизни. Так зародилась магия слов. Написав тонкой вязью чернильной паутинки пару строк, ты создал отпечаток на листке, оставил след во времени. Огромная сила таится в словах, ими можно ранить, разрушить что-то, убить. Или же создать, построить, подарить мир и жизнь. Не это ли волшебство? Фэнтезисты могут поспорить со мной, и это будет справедливо. Но именно в этом произведении магия заключается в слове. Ведь слово-это то, что разнит нас с куском глины. Слово-это искра жизни в каждом из нас. Слово-величайший источник живительной силы. CHAPTER 1 Размеренный стук колес. Легкое покачивание, тихие голоса, приглушенные тонкими дверями и стенами купе. Пышная проводница в синей форме крепко сжимает в пухлых ладошках пару кружек с горячим черным мутным чаем. Кружки в поездах всегда занимали меня, вроде обычный граненный, а то и не всегда, стакан в железной узорчатой подставке, только ради них и стоит выпрашивать у «барышень» чай. Окна в поездах замызганные, но вид из них чудесный все равно. Медленно проплывают пейзажи, будь то лесополоса с толстыми частыми стволами разномастных деревьев, испещренные мелкими трещинами, словно морщинами, широкая шумная река, желтое поле с высокими молодыми колосьями, все как будто написано умелой рукой на плотном холсте масляной краской. Желтый тусклый свет ламп, мягкий и приятный для глаз, но работать под ним невозможно, приходиться держать в голове столько важного. Скука и комфорт в прекрасном сочетании. Сонная истома. Фонтан идей, миллионы прекрасных оборотов, метафор, описаний. Только ради этого и стоит ездить в поездах. Впереди меня ждет прекрасный лес, маленький уютный город, старинный замок и папа. Хотя моему воображению приятнее полагать, что этот поезд поднимается в небо. Неторопливо, неуклюже, пыхтя и сопя, часто останавливаясь, забирая пассажиров. Мы все чуть-чуть ближе к луне, солнцу, воздушной вате облаков, мы сможем коснуться этого бескрайнего лазурного озера. Врезаться пальцами в мягкую, а может быть гладкую поверхность непостижимого. Совсем задумавшись, я не заметил, как в мое купе вошел Ра. Его волосы были огненно-рыжими, глаза сверкали раскаленной лавой, казалось он вдыхал ледяной воздух, а выдыхал пламя сотен языческих костров. Стало невыносимо жарко. Бог солнца явился. Внимательно смотрю на него. Почему то вспоминается далекое, размытое рекой времени прошлое. Старая пыльная лоджия с деревянными рамками и облупившейся краской на них. Высокий ветвистый орешник, шорох его зеленых крупных листьев в ночной тишине. Плавный разговор двоих людей, ночь страшных сказок. И эта огромная луна, совсем близко. Оранжевая, цвета сочного апельсина с темными пятнами, напоминающими силуэты космических пришельцев-великанов. Чужак повернулся и пристально посмотрел на меня, наши взгляды встретились на несколько секунд, тело пробила нервная дрожь. Он улыбнулся как-то потустороне. Я сразу понял, что поездка обещает быть веселой. CHAPTER 2 Косо поглядываю на него с верхней полки. «Ра» читает книгу, удобно расположившись внизу у противоположной стены купе. Желтый свет лампы играет на линзах его очков, и я не сразу замечаю, что он тоже смотрит на меня. Хлопаюсь обратно на полку так, что ему остается лишь лицезреть кончик вздернутого носа. - Куда ты едешь? – голос у него бархатный, с хрипотцой, немного надрывный. Обычно от песен исполнителей с такими голосам мурашки по телу пробегают. - В Минск, потом в Брест. - Мне тоже в Минск. К друзьям еду. А тебя туда чего несет? - Зацеплю отца, на природу полюбуюсь, да и по работе надо разобраться. - Ты уже работаешь? – удивленно осведомился мой попутчик. - Это скорее хобби. Хобби, приносящие мне небольшие доходы, как приятный бонус, и много хлопот в противовес. - Что же за хобби? - Пишу прозу. Юноша встал, в пару шагов оказался совсем рядом. Перегнулся через край моего лежбища, сокращая расстояние до минимума: - Покажи мне свои рукописи. И я не смог отказать, почти на автомате достал из под подушки пару толстых тетрадей, исписанных хоть и ровным, но неаккуратным подчерком, с безымянными текстами, бессвязными словами и строчками невпопад, рисунками и нерифмованными стихами. Рыжий медленно переворачивал страницы, внимательно рассматривал рисунки, время от времени поправляя очки, соскальзывающие с переносицы, читал отрывки рассказов, улыбался и хмыкал.