Особенное счастье

17.06.1290 г. от Э.Э. (суббота, продолжение)       Было так непривычно: в субботу, в десять утра, он не отсыпался после бурной ночи в клубе, а сидел в гостиной рядом со своим беременным омегой и смотрел мультики. По правде говоря, большую часть времени Алекс любовался Дэнни, а не следил за приключениями героев мультика. Наблюдать за юношей было намного интереснее. Живо переживая все перипетии судьбы длинноволосого омеги и обаятельного вора, Дэнни иногда вскрикивал, сжимая маленькие кулачки, заливисто смеялся и задумчиво хмурился. Увлеченный мультфильмом омега даже не заметил, как Алекс, сначала севший рядом на диван, постепенно придвинулся вплотную и притянул его к своему боку. Омега немного поерзал, удобнее устраиваясь на широкой груди обнявшего его альфы, но от экрана даже не отвел взгляд.       Алекс вдыхал исходящий от омеги их смешанный запах и с каждой минутой все больше осознавал, что вот такое спокойное утро и есть счастье. Конечно, он пока не любил Дэнни, сейчас это были влюбленность, страсть, желание защищать и заботиться. Но даже зная омегу всего два дня, он готов был прожить с ним всю жизнь, а любовь, он был в этом уверен, придет со временем.       Обычно очень требовательный к своим любовникам, сейчас альфа закрывал глаза на недостаток Дэнни, его детскую наивность и неприспособленность к жизни. Все это было не важно по сравнению с его шоколадными глазами, смущенной улыбкой, мягким выпуклым животиком под ладонью альфы.       Когда мультик закончился, Дэнни приподнял голову с плеча альфы и, просительно глядя на того, предложил:       - Давай еще посмотрим?       Алекс улыбнулся и отрицательно покачал головой. Очень трудно было устоять перед таким умоляющими глазками, но не стоило позволять омеге сидеть перед экраном три часа подряд.       - Нет, милый. Ты же знаешь, что много нельзя смотреть телевизор. Если захочешь, вечером еще посмотришь мультики. А сейчас можно чем-нибудь другим заняться.       - Ладно, - разочарованно протянул омега. – А что будем делать?       - Погуляем в саду или порисуешь? Ольт рисует, Мик даст тебе его краски, а потом купим тебе твои собственные.       - Я хочу порисовать в саду, ты же пойдешь со мной?       - Да, только ноутбук возьму, пока будешь рисовать, я поработаю немного.       Через несколько минут все было готово: Дэнни и Алекс устроились в плетенных креслах у круглого столика, альфа – с ноутбуком и телефоном, омега – с пластмассовым планшетом, бумагой и акварельными красками, любезно стащенными Миком из комнаты все еще спящего сына.       Пока Дэнни старательно вырисовывал бутоны, распустившиеся на ближайшем кусте, Алекс, проконсультировавшись по телефону с продавцом, заказал на вечер доставку чуть ли не всего ассортимента художественного магазина. Затем созвонился с семейным врачом и объяснил ему ситуацию. Тот пообещал, как можно скорее найти лучших специалистов для омеги. В конце разговора старый знакомый тактично намекнул, что расходы будут серьезными, понадобятся не малые средства, чтобы врачи закрыли глаза на отсутствие у Алекса законных прав на омегу. Успокоив врача тем, что расходы его не пугают, а проблема с опекой уже решается, Алекс попрощался с альфой и, иногда поглядывая на рисующего омегу, начал просматривать документы по строительству нового завода в Северном районе.       Они находились в саду уже около двух часов, когда из дома вышел Ольт и направился к ним.       - Привет, - поздоровался с ними парень, беззастенчиво разглядывая Дэнни.       - Доброе утро, - ответил Алекс, следя за реакцией своего омеги.       Тот насторожившись и отложив кисть на стол, молчал, изучая незнакомца в ответ. Вспомнив, что омежки еще не видели друг друга, Алекс представил их:       - Дэнни, это – Ольт, младший сын Мика и Виктора. Ольт, это – Дэнни, мой омега.       - Привет, - робко поздоровался Дэнни.       - Папа сказал, что он дал тебе мои краски, можно посмотреть, что ты рисуешь?       - Можно. А ты не обиделся, что я рисую твоими красками? – спросил Дэнни, разворачивая планшет так, чтобы Алексу и стоящему рядом с ним Ольту было видно рисунок. На фоне зеленых листьев разных оттенков нежными переливами розового он изобразил три пышных пиона.        Рисунок был воздушным и нежным, цветы казались живыми. Ольт, отрицательно покачавший головой на вопрос Дэнни, восхищенно выдохнул:       - Какая красота! У тебя талант Дэнни, ты где-то учился рисовать?       - Нет, - смущенно, но довольно ответил омега. – Я сам научился, у меня еще плохо получается. Нужны хорошие кисточки и краски, а у меня нет. Я только акварелью и карандашами умею рисовать.       - Ничего страшно, Алекс тебе любые краски купит. И можно учителя нанять по рисованию, он тебя чему-нибудь еще научит, кроме акварели. Ой, заболтался с вами и забыл: папа просил передать, что Вирт с Марком вернулись и привезли твои вещи, и вообще пора обедать.       Взглянув на экран мобильного, Алекс удивился, он и не заметил, что уже почти час дня. По будням дома обедали в двенадцать, по выходным - на час позже, чтобы дать всем соням выспаться и успеть проголодаться.       Помогая Дэнни собирать принадлежности для рисования, Ольт не прекращал болтать, задавая Дэнни вопросы обо всем сразу (своей говорливостью он явно пошел в Мика). Тот, сначала не уверенно, а потом все более свободно рассказывал о своем детстве, хобби – рисовании и коллекционировании статуэток, о том как летом ходит с Виртом в парк кормить уточек в пруду. За эти несколько минут, благодаря разговорчивости младшего омеги Алекс узнал о Дэнни больше, чем смог бы выяснить за несколько дней сам.       Когда троица дошла до кухни, там уже собрались все остальные домашние. Алекс обратил внимание, что Вирт и Марк переоделись и, кажется, приняли душ. Хотя, учитывая, что им пришлось в двух квартирах лазить по полкам, собирая вещи, ничего странного в этом не было.       Дэнни представили Виктора и Эрина, омега сначала с опаской смотрел на альф, но Мик и Ольт не дали ему шанса бояться долго. То и дело они намеренно просили своих мужчин передать Дэнни что-то из еды, наложить ему очередную ложку чего-то вкусненького, ловко поворачивали разговор за столом так, чтобы омеге пришлось общаться непосредственно с одним из альф Наритэй. Марк и Алекс, поняв их тактику, старались не мешать, поэтому в конце обеда, заметив, что Дэнни даже не обратил внимание, когда Эрин, принесший ему чай, случайно задел его плечо рукой, переглянулись с довольными улыбками.       После обеда все разошлись по своим делам, а Дэнни Вирт и Алекс уговорили немного поспать. Устроив омежку в спальне Алекса, мужчины, прихватив Марка, засели в кабинете, изучая найденные у Дэнни дома документы. Отобрав то, что может пригодиться, мужчины договорились, что сначала с юристом поговорят Алекс и Вирт, а потом Дэнни и Марк, если это будет необходимо.       Около трех часов дня приехал приглашенный юрист. Марк проводил его в кабинет, а сам отправился будить Дэнни.

***

      Вошедшему в кабинет высокому альфе на вид было лет сорок. Темные волосы с проседью, морщинки в уголках глаз, цепкий взгляд, дорогой костюм, подчеркивающий подтянутую фигуру. Алекс поднялся, приветствуя его. Вирт остался сидеть в кресле, как и положено омеге, подавив желание подскочить к гостю и принять заказ.       - Здравствуйте, мистер Алист, присаживайтесь. Я - Алекс Ройт, это – Вирт Литис, - представился Алекс и, дождавшись пока юрист устроится в кресле, уселся за свое место.       - Мистер Алист, мне порекомендовали Вас как опытного юриста по делам опеки. Дело в том, что мне необходимо срочно забрать несовершеннолетнего омегу, Даниэля Альтин, больного деменцией из-под опеки родственников.       - Мистер Ройт, даже не зная всех подробностей, скажу, что это будет нелегко. Несмотря на все не совершенство нашей правовой системы, некоторые законы, особенно касающиеся омег, исполняются в полной мере. Если об омеге заботятся родственники, значит их сочли подходящими опекунами и доказать обратное, а тем более передать омегу постороннему человеку будет трудно.       - У меня есть свидетель, который покажет, что со времени смерти родителей Дэнни, его опекуны не только не заботились о нем, но оставили с тринадцати лет жить одного и заставляли работать.       - Кто свидетель? – спросил адвокат, доставая из портфеля планшет.       - Я, - ответил Вирт. – Четыре года я работал с Дэнни в ресторане его дяди и видел, как они с ним обращаются.       - Хорошо, если мы соберем достаточно доказательств, мы сможем лишить его родственников права опеки. Но сначала, мистер Ройт, мне нужно знать: какое Вам дело до постороннего нездорового омеги? – в ожидании от Алекса ответа юрист как будто просвечивал его своими серыми глазами как сканером. Алекс поежился от неприятного ощущения.       - Дэнни – мой омега, он ждет от меня ребенка. Вы возьметесь за это дело? – спросил Алекс уже не надеясь на согласие. Видно было, что юрист негативно воспринял его последний ответ.       - Я попытаюсь вывести Дэнни из-под опеки родственников, если они действительно так плохи, как вы считаете. Но не требуйте от меня помощи в оформлении опеки на Вас, пока я не буду знать всех обстоятельств. Если выясниться, что для него опасно находится рядом с Вами, я лично найду для него хорошую приемную семью, - произнес Алист, твердо глядя Алексу в глаза.       - Договорились.       - Тогда приступим. Сначала Вы, мистер Литис, расскажите все, что знаете.       - Зовите меня Вирт, пожалуйста, мне так привычнее, - попросил Вирт, нервно теребя подол рубашки. – Четыре года назад я устроился официантом в ресторан «У Пита». Уже тогда на кухне работал мальчик тринадцати лет, худой, с огромными синяками под глазами, с не до конца зажившими синяками и порезами по всему телу. Его звали Дэнни, он был сыном предыдущих хозяев – Пита и Эрона Альтин. За два месяца до этого они попали в аварию, родители погибли сразу, а Дэнни в общем отделался ушибами и порезами, но что хуже всего – получил серьезную травму головы. Больше месяца он провел в больнице, где и выяснилось, что из-за гематомы у Дэнни развилась деменция. Опеку над Дэнни оформил на себя дядя, Рон Такур, брат папы, как опекун он получил право распоряжаться имуществом Альтинов. Поэтому, когда мальчика выписали из больницы, ему пришлось вернуться не в свой дом, а в квартирку, где раньше жил его дядя и его семья. Работники ресторана шептались, что Такуру предлагали положить Дэнни на дополнительное обследование и лечение, возможно его бы вылечили, но Рон отказался, сославшись на то, что нет денег. На тот момент, как мне известно, ресторан приносил неплохой доход, да и у родителей Дэнни по слухам были какие-то сбережения на счетах. Признание Дэнни недееспособным после его совершеннолетия позволит Такурам и дальше распоряжаться домом и рестораном, так что неудивительно, что они не захотели лечить мальчика.       По мере рассказа Вирта, Алекс выкладывал перед адвокатом те документы, которые Вирт и Марк нашли в квартире Дэнни: свидетельство о рождении, медицинские справки, копии свидетельства о праве собственности на дом и ресторан, оформленные на родителей Дэнни, свидетельства о смерти, копию завещания, пухлую медицинскую книжку со множеством вложенных листов. Видимо, кто-то из органов опеки сделал копии документов специально для мальчика и передал ему.       Юрист одновременно слушал Вирта и перебирал бумаги, иногда делая какие-то заметки в планшете. Привстав, чтобы протянуть очередной документ, Алекс заметил, что на телефоне Алиста, лежащем на столе, включен диктофон.       - Значит, Дэнни жил один? – спросил юрист, не отрывая взгляда от бумаг.       - Да, как выписался. Кормили его в ресторане, грязную одежду и белье он сначала относил в прачечную, в которую ресторан отдает скатерти. Позже, я приходил к нему и помогал со стиркой. На работе он носил форму, а повседневную одежду и обувь Такур привозил ему пару раз в год – отдавал то, из чего выросли собственные сыновья. Для Дэнни служба опеки перечисляет пенсию, ресторан начисляет зарплату, но он никогда не видел этих денег. Такур все забирает себе. Никаких развлечений, карманных денег, игрушек. Дэнни очень любит рисовать, но краски и бумага дорогие, так что на праздники мы складывались с ребятами из ресторана и покупали ему что-нибудь для рисования. Около двух лет назад нам с тогдашним барменом пришла идея, как забирать хоть часть зарплаты Дэнни. Иногда в мои смены работал Дэнни, но бармен отмечал, что на смене я, потом, во время зарплаты, я отдавал Дэнни деньги за эту смену. Вернее, мы ходили с ним по магазинам или погулять. Покупали краски, мороженое или что-то ему для дома. Мы редко пользовались этой уловкой, ведь у Дэнни и так было слишком много смен. Такур и его семья не интересовались ни рестораном, ни Дэнни, пока от них регулярно поступали деньги, а из сотрудников никто не проговорился, поэтому нас ни разу не поймали.       - Как часто Дэнни работал? – спросил Алекс у Вирта.       - Кроме последних месяцев, обычно - пять дней в неделю с двенадцати дня до закрытия ресторана, это где-то в час-два ночи, еще часа два мыл посуду и полы. Он и бармен всегда уходили последними. Такур не хотел тратить деньги на дополнительного официанта, так что чаще зал обслуживали мы только вдвоем. С понедельника по четверг у каждого из нас было по два выходных, а с пятницы по воскресенье мы выходили на смену вместе. Иногда в ресторан нанимали еще одного-двух официантов, но из-за маленькой зарплаты они быстро увольнялись.       - А что изменилось в последние месяцы? Ему ставили меньше смен из-за беременности? – заинтересованно спросил Алист, надеясь услышать хоть что-то положительно об опекунах паренька.       - Вовсе нет. Такуру плевать на его положение. Тем более, ему пришлось уволить посудомойщика и бармена, ведь из-за закрытия машиностроительного завода у жителей района нет возможности ходить даже в такие недорогие заведения как наш ресторан, поэтому доходы от него сильно уменьшились. Последние три месяца Дэнни работал каждый день, одновременно за официанта и посудомойщика.       Взглянув на Алекса юрист заметил, как тот сжал кулаки и скрипнул зубами. Он и сам чувствовал, что его инстинкты альфы требуют расправы над тем, кто так издевался на беременной омегой. Призвав весь свой профессионализм, юрист сделал еще несколько записей на планшете и обратил взгляд к хозяину дома.       - Видимо, сейчас Ваша очередь рассказывать? – спросил он.       - Да, пожалуй. Четыре месяца назад я ночью возвращался с делового ужина в Северном районе. Шел дождь, я ехал очень медленно и заметил промокшего паренька. Предложил подвезти. Он сказал мне адрес и заснул в машине. У него была течка, поэтому я хотел как можно быстрее отвезти его домой и уехать. Но он совершенно был без сил и не контролировал себя, поэтому я помог ему подняться в квартиру и принять душ… И не сдержался…       - Вы его изнасиловали? – бесстрастно спросил юрист.       - Нет! – возмущенно ответил Алекс. – Он сам просил меня остаться, просил помочь ему. Мне и в голову не пришло, что Дэнни не совсем понимает происходящее. Мы обменялись всего несколькими словами, он вел себя как любой омега под действием течки. Я даже спросил у него, выпил ли он таблетки, имея в виду противозачаточные, он ответил утвердительно.       На этих словах юрист вопросительно посмотрел на Вирта, надеясь, что тот сможет пояснить этот момент.       Омега не заставил себя ждать.       - Дэнни каждый день пьет таблетки – какие-то стимуляторы для памяти и концентрации. Он сам старается не пропускать, да и я слежу за этим. Так что когда мистер Ройт спросил у него, неудивительно, что он ответил «Да», не поняв, о каких именно таблетках идет речь.       - Что было дальше, мистер Ройт?       - Утром я проснулся, немного побродил по квартире, нашел в холодильнике только яйца и кусочек сыра. Дэнни не проснулся, даже когда я готовил ему завтрак. Я не стал его будить, просто ушел, посчитал, что лучше так, чем выяснять отношения. Я и не заметил, что поставил ему ночью метку. Несколько месяцев я безуспешно пытался забыть эту встречу. Мне не нужны были отношения с очередным молоденьким наивным омегой, который встречаясь со мной быстро превратится в жадного до денег и развлечений шлюху. Непривычные к богатству омеги из бедных семей слишком легко поддаются соблазнам попав в наш круг. Я не хотел такой судьбы для этого омеги. Мне казалось, что для него было бы лучше прожить обычную жизнь, выйти замуж и родить детей, не испытывая искушения легкими деньгами. Вот только не смотря на доводы разума, я каждую минуту вспоминал о нем. За прошедшие с нашей встречи четыре месяца, я не смог прикоснуться ни к одному омеге. Но вмешиваться в жизнь омеги из-за своих, вполне возможно, невзаимных чувств я не решился. Вчера я рассказал обо всем своему другу, Марку, и он потребовал от меня сначала узнать, что хочет сам Дэнни, поэтому мы отправились к нему домой.       Алекс замолчал, ожидая вопросов от юриста. Однако, тот не стал ничего спрашивать, а перевел взгляд на Вирта.       - Наверное, я должен продолжить? – спросил омега, Алист кивнул, и Вирт, иногда запинаясь, начал с того, дня как почувствовал на Дэнни запах альфы. Он рассказал о том, как сначала с ужасом слушал рассказ омежки о красивом альфе, успокоившись только увидев мечтательный взгляд и довольную улыбку. О том, как узнав о беременности, Дэнни с восторгом гладил свой плоский животик и ответственно пил купленные ему Виртом витамины для будущих пап. О реакции Такура и демслужбы, которые приготовились использовать омегу, один – для наживы, другая – для «блага страны». Вчерашние события Вирт и Алекс описывали вместе, дополняя друг друга.       Кое-что Алекс и сам услышал от Вирта впервые. Оказывается, друзья Дерека уже не раз оказывали Дэнни излишние знаки внимания. К счастью, Дерек работал вместо отца только по выходным, когда в ресторане было достаточно многолюдно и у его приятелей было не много возможностей пристать к омеге. Но, вчера, пользуясь тем, что родители с младшим братом уехали на море, Дерек, соблазнившись деньгами, согласился продать Дэнни приятелями и даже собрал деньги и установил очередь. Вирт подслушал разговор, стоя у не закрытой кухонной двери, возвращаясь в зал с заказанными альфами закусками к пиву. У Вирта не было возможности что-то предпринять: уйти из ресторана за помощью и оставить Дэнни наедине с альфами он не мог, телефона у него не было, а мобильник ресторана Дерек положил в карман своего фартука. Оставалось надеяться, что появиться кто-то из постоянных посетителей, знающих Дэнни с детства и сможет помочь. То, что Алекс и Марк появились именно в этот день было просто чудом.       Дослушав их до конца и сделав все необходимые записи, мистер Алист отключил диктофон и откинулся на спинку кресла, задумчиво крутя прихваченную со стола ручку.       - Мне понадобятся показания Вашего друга, мистер Ройт. В данном деле, Вы – самое заинтересованное лицо, поэтому показания Марка и Вирта будут более значимы.       - Марк практически живет у меня, сейчас он дома, можете поговорить с ним когда Вам будет удобно.       - Чуть позже. Сначала я хочу поговорить с Дэнни. Конечно, без законного опекуна или представителя службы опеки наш разговор с ним – не более, чем дружеская беседа, но это поможет мне составить полную картину.       - Да, конечно. Позвать Дэнни сюда?       - Нет, в Вашей гостиной можно устроиться так, чтобы у Дэнни был выбор: сесть с Вами, с Виртом или отдельно?       - Да, если передвинуть пару кресел, - удивленно ответил Алекс.       - Отлично, тогда пройдемте туда, подготовим все, и пусть кто-нибудь приведет Даниэля.