Роковое интервью.

- У меня всё получится, — говорю я себе, стоя перед зеркалом. — Я возьму интервью у этого знаменитого холостяка. Как там его хоть зовут? — беру свой ежедневник и смотрю. - Так, Никлаус Майколсон, он то и является самым богатым холостяком Нью-Йорка. Ясно, очередная шишка. Хоть раз бы дали взять интервью у нормального человека. Беру ключи от своей машины, бросаю последний взгляд на своё отражение в зеркале и выхожу из квартиры. Сажусь в автомобиль и выезжаю на дорогу. Слава Богу, что ехать не так далеко. И мне повезло, что пробок не было. В ней бы я застряла на часа полтора. И не уверена, что моё опоздание будет кому-то по душе. Спустя тридцать минут я стояла у входа в двадцати пятиэтажное здание. Когда я зашла внутрь, то была слегка удивлена. Холл казался не то, что большим, он казался огромным. У левой стены стоял стол, за которым сидела шатенка. В другом углу стояли кресла, обтянутые белой кожей. Подхожу к девушке в приемной. - Здравствуйте, я записана, чтобы взять интервью у мистера Майколсона. - Имя? - Керолайн Форбс. - Подождите минутку, — девушка начала, что-то печатать на компьютере. Иногда она бросала взгляд на меня. - Распишитесь здесь, — протянула она мне листок. Делаю, как она просит. - Хорошо, — она протянула мне пропуск, на котором крупными буквами было написано «ПОСЕТИТЕЛЬ». – Вам на двадцать пятый этаж. - Спасибо. Направляюсь к лифту и нажимаю на кнопку вызова. Жду, пока прибудет лифт. Интересно, а как выглядит этот Майколсон? Наверное, ему лет пятьдесят, немного седоват. Захожу в лифт, нажимаю на кнопку с цифрой 25. Лифт возносит меня наверх. Главное не переволноваться и не забыть вопросы, но на этот случай они у меня записаны в блокноте. Так, ручка в сумке вместе с ежедневником. Не доверяю я диктофонам. Как-то раз, я брала интервью у известного певца. Записала всё на диктофон и оставила его в офисе. На утро запись кто-то стер. Помню, долго выясняли, кто же это сделал, когда же выяснилось, то этого человека сразу же уволили. Лифт остановился на двадцать пятом этаже. Выйдя из лифта, я оказываюсь в очередной приемной. Направляюсь к столу, за которым сидела брюнетка лет тридцати. - Мисс Форбс, — я киваю. - Можете заходить в кабинет. Мистер Майколсон вас сейчас примет. - Спасибо. - Можно без стука. Заходу в кабинет и сразу же врезаюсь в чью-то сильную грудь. - Простите, — говорю я, поднимая глаза на человека, с которым столкнулась. Это мужчина. Видимо, это и есть Никлаус Майколсон. - Я такая неуклюжая, - да он совсем молодой. Высокий, накаченный брюнет с серыми глазами. Он просто красавчик. - Ничего страшного, — улыбнулся он, и у него появились ямочки на щеках. - Никлаус - Мисс Форбс. - А имя? - Ой, простите. Керолайн. Керолайн Форбс. - Ну что же, мисс Форбс, проходите, — указал он на диван. Сажусь на него, Никлаус садится рядом со мной. Его серые глаза смотрят в мои голубые. Почему здесь стало так душно? Это невыносимо. - Мы можем начать? — спрашиваю. - Конечно. - Хорошо, — достаю свой ежедневник в котором записаны все вопросы. – И так, мистер Майколсон, расскажите пожалуйста, как вам удалось добиться таких успехов? -Ну, во-первых, я очень целеустремленный. Я всегда получаю то, что хочу. Ну, а во-вторых, мне помогла учеба в Гарварде. - Вы хотели быть бизнесменом или это просто случайность? — глупый вопрос, но их писал не я. - Нет, я не хотел им быть. Когда мне было двадцать лет, то мои родители погибли в автокатастрофе с моим старшим братом. Я взял под свою опеку младших брата с сестрой. У родителей было свой бизнес и мне пришлось его продолжить. Так я и оказался в бизнесе. - Ясно, - сказала я, записывая его ответ. - Мистер Майколсон, а кем же вы хотели быть? - Как бы это не звучало странно, но художником. Всегда хотел им быть. Я люблю рисовать. - Правда? — удивляюсь я. Никогда бы не подумала. Он весь такой брутальный. - Да, тебя что-то смущает, Керолайн? Керолайн? И давно это мы на «ты» перешли? Лично я этого не помню. - Нет, простите. Просто, вы ну… Вы такой, не знаю, просто вы не похожи на художника. На кого угодно, но не на художника. - Да, мне уже говорили это. Сестра. - Я не хотела, вас обидеть, — опустила я глаза. - Ты не обидела. Задавай следующий вопрос. - Да, конечно. Мистер Майколсон, состоите вы с кем-нибудь в отношениях? - Нет, на данный момент нет. - Как же так? Самый богатый холостяк Нью-Йорка и без спутницы жизни? - Да, это так. Я один, но у меня есть на примете одна леди, — хитро смотря на меня, сказал Никлаус. – Еще вопросы есть? - Да, конечно. Я продолжала задавать свои вопросы, ну а Никлаус отвечал на них незамедлительно. Ему даже пару тройку раз удалось меня смутить. Нас прервала девушка, которая зашла в кабинет, предварительно постучав. - Мистер Майколсон, у вас следующая встреча, через пять минут. - Николь, отмени ее. Мы еще не закончили с мисс Форбс. - Но, мистер Майколс… - Я же сказал отмени встречу, — сердито посмотрел он на секретаршу. - Мистер Майколсон, я не хочу отрывать вас от дел, — вставая с дивана, сказала я. – Тем более, вы ответили на достаточное количество вопросов. - Керолайн, сядь, — произнес мужчина тоном, который не имеет возражений. Я послушно опустилась обратно на мягкий диван и не могла пошевелиться. Что за власть у него над всеми? Ладно секретарша, она его подчинённая, но я? Мы буквально пятнадцать минут знакомы. Но при взгляде этого мужчины мурашки пробегают по всему телу. Почему? Раньше со мной такого не случалось. Никогда. - Николь, отмени все встречи, которые назначены до половины двенадцатого. - Хорошо, мистер Майколсон, — произнесла девушка, и вышла из кабинета. - Мне действительно не хочется отрывать вас от дел. - Ты не отрываешь. Мне кажется это не честно, что вы знаете обо мне почти все, а я о вас ничего, — мы снова на «вы». - Почему же, вам известно мое имя. - Керолайн Форбс. - Да, мистер Майколсон. - Сколько вам лет? - Двадцать. - Вы совсем молоды. - Да, я только два года назад закончила школу. - И вы уже работаете? - Да, уже год я работаю в журнале «Форбс». - Керолайн Форбс работает в «Форбс»? — засмеялся Никлаус. - Вот и начальству это показалось забавным. - Керолайн, у тебя, наверное, полно поклонников? — задал вопрос Клаус. Теперь я чувствую себя на интервью. И мы снова на «ты». - Парада мужчин у меня не было, но парочка знакомых есть. - А парень? — спросил Майколсон. Почему он так интересуется моей личной жизнью? - Нет, я одна. И не планирую никаких отношений еще примерно год, — при этих моих словах он только засмеялся. С чего бы это? Мы разговаривали еще около получаса. Никлаус смущал меня всеми своими вопросами, некоторые были уж слишком личными, и я просто не стала на них отвечать. - Керолайн, а почему ты записываешь все мои ответы в блокнот? — спросил он. - А не на диктофон? - Ну на это у меня веские причины. - Какие? - Когда я только начала работать, то я брала интервью у какого-то певца, диктофон оставила на работе, а на утро кто-то стер запись. С того момента я не доверяю диктофонам. - Не верю, что вы могли кому-то не понравиться, — удивился Никлаус. - Да, такое бывает. Ну, мистер Майколсон, если у вас больше нет ко мне вопросов, то я пойду. Мне еще статью о вас писать. - Керолайн, а когда же выйдет журнал с вашей статьей? - В пятницу. - Что же, мисс Форбс, надеюсь, мы еще встретимся, — улыбнулся мне Майколсон, протягивая руку. - Непременно, — пожимаю его руку. Спасибо, конечно, но с этим мужчиной я не хочу встречаться. Ну не то, чтобы не хочу, просто я его немного побаиваюсь. Он, конечно, красив, как греческий бог, богат, но есть в нем что-то такое, что мне не нравится. – До свидания, мистер Майколсон. Была рада с вами познакомиться. - Взаимно, мисс Форбс. До свидания. ну как вам? пожалуйста не молчите.