Оттенки магии

Честно? В мире, где балом правят взрослые, мало интересного: куча правил, множество ухищрений, чтобы их обойти, и никакого озорства. Лишь голая боль, неприятие вселенной и безмятежное гниение души. Его к нам привели, когда он уже сломался. Хотя нет… Не так: ровно на мгновение после основного надлома, потому что вера все еще гноилась в его сердце, выжженном напалмом чьей-то силы. Вера таилась в самой глубине, как червь, извиваясь и умирая от хлынувшего на него дождя из проблем. Худощавый и нескладный, он мог показаться достаточно милым, если бы не бледное - мертвецки-бледное, - лицо и синяки под глазами, словно бы парень забыл, что такое хороший сон. Он смотрел на окружающих людей, но не видел никого, двигаясь, как в замедленной съемке, реагируя на все с существенным опозданием. Если бы я знал его прежде, то не узнал. По тем рассказам, что урывками добрались до меня, его все описывали как достаточно несносного мальчишку со своими устоями. Он не был ярким или, наоборот, незаметным. Он занимал свое место в общем течении жизни академии, став ее неотъемлемой частью, и его гудение на уроках, опоздание на пары и прочее было чем-то необходимым в повседневной обыденности. Мой отец был предельно строг к этому юноше, практически втолкнув его в зал «суда». Именно мой отец – магистр в академии – обратил взор вышестоящих на ситуацию, что случилась с этим пареньком, потребовав обсуждения дела в зале суда, а не просто замятия подобного, как обычно случалось в такого рода случаях. Я даже не вслушивался в заключения аналитиков и прочую дребедень, больше всего пытаясь уловить хоть малейшее проявление эмоций у парня… Он смотрел в одну точку, но совершенно не видел ее, скорее находясь всеми возможными способами в иных вселенных. Этот мальчишка вздрогнул лишь раз, услышав имена своих бывших соратников, канувших в небыль… У него белели костяшки пальцев, когда он сжимал край стоящего сбоку стула, но это было просто обычным действием, не реакцией на слова. Он прикусывал губы, может… Хотел причинить себе вред? На дне его глаз плескалась чистая боль. Не имеющая границ, медленно пожирающая душу, выдирающая все естество наружу, словно бы сдирая кожу и выворачивая наизнанку. Боль плела свою паутину в его мыслях, вгоняя в депрессию, делая жизнь бессмысленной. Темные сети раскинуло это чувство, въедаясь в его тело, вгрызаясь в сладкую молодую плоть. И собственное безумие. Тайная вина. Вина, которую он искал сам в себе, прокручивая каждое мгновение своей жизни, события того дня потерь. Он пытался понять, где ошибся, где оступился, когда повернул не туда?.. Из обрывков фраз, что доходили до моего слуха через заслон собственных мыслей, я понял – парень потерял свою команду, когда та только образовалась. Меня позвали на собрание как одного из тех, кто хоть что-то смыслит в магии и ее течении сквозь тело одаренного способностью контролировать эти потоки силы. Парень был чист, как только оторванный от порога отчего дома лист, и выглядел соответствующе. Он долгое время молчал, слушая, или же, как и я, не слушая совершенно, сведения по собственному делу. Под конец он встал, промямлил что-то о своем отчислении и сел обратно на стул, так ни разу и не подняв взор на тех, кто выносил по его делу приговор… Потерять, как лидер, сразу нескольких своих напарников, а остальных лишить части силы, так что те теперь решили уйти из академии – этот парень успел вкусить лиха, ничего не скажешь. Но наказание оказалось достаточно мягким для его провинности, в виду того, что в руках следователей по магическим оплошностям (ни фига себе «оплошность» - вызов чуть ли не дьявола на дом!) находились лишь косвенные доказательства причастности героя этой грустной пьесы к случившемуся. Учиться, но лишиться дальнейшей возможности найти свою команду… По мне, так лучше сдохнуть или куда уехать сразу, потому что достойным магом уже не станешь. Командная игра в этом и заключается, что каждый из ее членов может прикрыть тыл другого, и минусы одного становятся неважными, потому что это умеет делать другой. У каждого свое место и своя цель, которую он выполняет безукоризненно… Маг без команды – не жилец. Я забыл об этом деле, достаточно быстро погрузившись в новый год учебы, потом другой… Вечер не задался с самого начала: я вышел на улицу в совершенно обычной одежде, а вдруг пошел настоящий дождь. Он словно решил излить весь имеющийся у себя потенциал на землю, сизые тучи окропляли мостовые и дороги своей «кровью», пока я кутался в легкую куртку, приподняв ее ворот. Прогуляться на свежем воздухе оказывается не всегда дельной мыслью, потому что в округе не было видно хоть одного человека – все попрятались по своим норкам, отчаянно не желая противостоять бушующей водной стихии. Но есть своя красота, своя прелесть в таких сладких мгновениях одиночества, когда вот так течет с неба живительная влага, наконец, сменяя напряженную жару. В пыльной погоде мало толка, лучше уж ливни по ночам и спокойные дни… Я долго бродил по темному городу, сладко вдыхая полной грудью эти ароматы, пока не замер посреди дороги, увидев одинокого путника в ночи. Такого же как я, разве что этот был хрупким, будто ваза из хрусталя, и мне сразу показалось, что стоит лишь его коснуться, как он распадется на части, словно бы в нем был уже пущен механизм разрушения. Приглядевшись, я узнал того самого парня, спешащего, как я понял, к себе домой, с какой-то бумажкой в руках. Мне не составило труда сделать слепок с данными по этому листу, чтобы узнать, чем именно решил заняться этот недо-маг. Хм… задание? Интересно. Когда миром правят взрослые… Становится скучно. Пора бы уделать их, что ли?..