Подари мне свою душу

Весь день крошечный домик на холме был под властью непроходимой метели. Снег, беспрерывно падающий за окнами, образовал белую пелену и Гермиона даже не могла увидеть территорию, где заканчивался защитный купол. Расстроенно вздохнув, она вернулась к небольшой кулинарной энциклопедии на своих коленях. Нельзя было сказать, что покойная бабка шибко увлекалась готовкой, но эти книги хоть как-то убивали время. Вязание волшебница отложила в дальний угол, ибо все эти схемы показались ей более чудаковатыми, чем головоломки в «Ежедневном пророке». Северус хотел пустить ничтожные пособия в камин на растопку, как тут же был остановлен супругой. Какой бы ни была бесполезной книга, к каждой из них Гермиона относилась с уважением. Снейп сидел за обеденным столом и, недовольно глядя на погоду за окном, пальцами отстукивал непонятный такт по деревянной поверхности. В доме заканчивались дрова и провизия, а из-за метели у них не было возможности высунуть носа на улицу. - Надоело сидеть, - сказал он. – Пойду в лес, поищу дров. - С ума сошёл?! – ошарашено уставилась на него Гермиона. – Где ты найдёшь хворост в таких сугробах? - Я не маггл! – скривился зельевар. – Очищу дорогу магией. - Ты никуда не пойдешь, - она поднялась с кресла. – Я тебя не пущу. Вдруг ещё там пожиратели шастают. - Ну, а я, по-твоему, кто?! - он поджал губы и сложил руки на груди. - Северус! Прекрати! - волшебница нахмурилась. - Нет сил сидеть без дела, - сказал мужчина, пройдя в середину комнаты. - Не я забрала все книги, - недовольным тоном припомнила ему супруга. - Какие ещё грехи мне припомнишь? – огрызнулся Снейп. Посмотрев на него с прищуром, она несколько мгновений спустя коварно улыбнулась. Да, Северус многое натворил за последнее время. В том числе по отношению к Гермионе. И проблема была не в том, что она его давно простила. Более того, она успела разглядеть в этом больше положительных моментов, чем негативных. Ей нравилось находиться рядом с ним, чувствовать его прикосновения и дыхание на своей шее. Пусть он подумает, что она немного перегибает палку, но ей никак не хотелось, чтобы мужчина лишний раз подвергал себя опасности. Удержать его от таких поступков было не всегда легко. Правда, учитывая, что недавние их вечера ей показались более чем приятными, волшебницу немного заклинило, и новые ощущения постоянно требовали подпитки. - Сам напросился. В два шага оказавшись рядом с супругом, она жадно впилась в его сухие и немного шероховатые губы. Пальцами зарываясь в его волосы, Гермиона языком провела по нижней губе, заставляя его приоткрыть рот и углубить поцелуй. Со стороны мужчины послышалось тихое, но довольное мычание. Ей было приятно целоваться с ним, первой проявлять инициативу и активность. Руки зельевара сжали платье девушки по бокам, а потом поползли вверх, через голову стягивая предмет одежды. Пуговицы на сюртуке Снейпа плохо поддавались её пальцам, когда она попыталась расстегнуть их вслепую. Но лёгким взмахом палочки он сам освободил волшебницу от лишних манипуляций. Глаза Гермионы застилала пелена, напоминающая погоду за окном, и, чтобы не потерять равновесие, она бедром облокотилась об соседнее кресло. Было слишком нелепо падать в обморок прямо сейчас, портить такой момент ей совершенно не хотелось. Только необъятное желание иногда возвращало её в реальность из дурмана, то опьяняя, то ободряя. Предвкушение нравилось ей не меньше самого процесса, в этом была своя изюминка. Вероятно, не все были в силах терпеть слишком долго, но сама девушка поняла, что удовольствие становится в разы сильнее после чуть более длительного ожидания, сопровождаемого приятными ласками. Почувствовав, как адекватность супруги постепенно сходит на «нет», Северус обхватив её рукой, помог медленно опуститься на пол. Грубый ворс ковра мгновенно впился в оголённую спину Гермионы, и, слегка приподнявшись на локте, она толкнула его в плечо, оказываясь сверху. Самодовольно улыбнувшись, волшебница вновь прильнула к распухшим губам мужчины, попутно расстегивая пуговицы на его белоснежной рубашке. Ей нравилось смотреть на то, как менялась мимика на его лице после её более напористых действий. В такие моменты он становился самим собой. Реальным. Естественным. Даже раздевать его было приятно, потому что он в эти минуты смотрел на неё завороженно. Снейп издал нетерпеливый хриплый полурык, когда Гермиона, разобравшись с застёжкой на брюках, рукой обхватила возбудившийся член. Ей хотелось издать смешок, но вместо этого её лицо озарила недобрая ухмылка. За несколько секунд она успела увидеть больше эмоций, чем за годы обучения. Как же все-таки разнилось его поведение в жизни и во время занятий любовью. Северус руками сжал её ягодицы и немного приподнял вверх. Оперевшись одной рукой об пол, девушка медленно начала опускаться на него, чувствуя, как всё расширяется внутри. Она наклонилась к Снейпу и нежно поцеловала, когда опустилась до самого упора. - Распутница, - выдохнул он ей, когда Гермиона оторвалась от губ, и принялась покрывать поцелуями его подбородок и шею. Его руки нежно гладили бёдра волшебницы, иногда переходя на грудь. Девушка никогда не думала, что мужские прикосновения могли вызывать столько приятных ощущений. Страсть, которую она испытывала, казалась, была намного сильнее, чем его. Снейп правильно назвал её распутницей, потому что сейчас она чувствовала себя именно так, собственноручно соблазняя мужчину и ублажая его прямо на ковре в старой хибаре. Гермиона стала зависима от этого удовольствия. Каждый раз, когда она прикасалась к Северусу, тело начинало ныть от изнеможения и требовать большего. Похотливый эгоизм лишал её рассудка. Она вновь становилась другим человеком. Менялась постепенно, переходя из одной личности в другую. Так же, как сменяли себя фазы луны. Доходя до пика, девушка чувствовала, как кружилась голова, а в ушах появлялся неконтролируемый гул. Северус приподнял свои бёдра, ещё сильнее ускоряя темп. Они двигались друг другу навстречу и с каждым толчком Гермиона громко стонала в его приоткрытый рот, ни капли не стесняясь быть услышанной или осужденной. В лёгких катастрофически не хватало воздуха, а сознание отказывалось ориентироваться во времени. Удовольствие разрывало её на части, и как только они поочередно дошли до кульминации, волшебница, обессилив, упала на бок рядом с ним. - И откуда в тебе столько порочности? – слегка поглаживая её по спине, насмешливо поинтересовался Северус. - Что тебе не нравится? – настороженно ответила она вопросом на вопрос. - Просто меня беспокоит, что тебя бросает из одной крайности в другую, - вдумчиво протянул он. - Радует, что тебя хоть что-то беспокоит, - обиженно сказала Гермиона. - Не заставляй меня называть тебя по девичьей фамилии, - он сдвинул брови. Ласково улыбнувшись, девушка убрала черные мокрые волосы, которые прилипли к его лицу. - Я серьёзно, Гермиона, - Снейп перехватил её запястье. Ему, как мужчине, разумеется, нравилось такое времяпрепровождение. И когда он был с супругой, он мог твердо сказать, что они занимались любовью, а не сексом. При всем при этом, с каждым днем его все больше беспокоило то, что с ней было далеко не все в порядке. - Не стоит волноваться, - тихо ответила волшебница. – Если ты переживаешь, почему я так на тебя набрасываюсь, то должна признаться и назвать одну из причин: ты мне ещё в школе нравился. Только я подальше спрятала эти мысли, потому что не смогла в них разобраться. Серьезной и расчетливой Гермионе всегда казалось: любовь важна, но для начала нужно состояться как человек. Поэтому даже симпатии и игру гормонов она настойчиво игнорировала. Как в случае с эмоциями, на неё все накатилось с тройной силой, и она наверстывала все упущенное с невероятной скоростью. В очередной раз тут сыграло роль обычное и необъяснимое человеческое "хочу". - У меня была такая мысль, - хмыкнул мужчина. – Десять баллов с Гриффиндора, за ложь преподавателю! – сказал он в своей классической манере и сразу же получил толчок в бок. - Северус, я только сейчас начала выходить из этого состояния, - начала высказывать, всё, что накопилось Гермиона. – Мне казалось, что если я смогу подавить эти чувства. Притвориться сильной и невозмутимой, то мне будет… легче. Я хотела похоронить свою человеческую сущность, - её глаза наполнились слезами. – Мне было слишком… слишком больно, Северус, понимаешь? Слепая уверенность, что абсолютно всё можно взять под контроль – не сработала для меня. Те эмоции, которые я держала в себе… они накрыли меня, практически уничтожив без остатка. - Я говорил, что нужно бороться с ними, а не игнорировать, - вздохнул Снейп, слегка нахмурившись. - Понимаю, но ведь я… - Настырная гриффиндорская зубрилка, - прервал её мужчина. Гермиона прыснула. Безусловно, он был прав. Она думала слишком угловато и посредственно. Возомнила себя неодушевленным предметом и ошпарилась на этом. Глубоко в мыслях, ей хотелось действовать как Тёмный Лорд. Идти напролом к своей цели, не обращая внимания на последствия, которые таил в себе этот тернистый путь. Разница была в том, что у него не было души, в отличии от Гермионы. Её маленькое внутреннее «Я» потеряло терпение, не в силах переносить эти издевательства над психикой. Как она ошибалась в начале, и как корила себя за то, что заранее не предугадала такой исход. Возможно, причина была в возрасте, либо в том, что её сознание было слишком поглощено событиями. «Состояние aффекта», - такой термин мелькал в книгах её матери по маггловской психологии. Однако, дело сделано. Что было, то было, и волшебница искренне надеялась: все сложилось именно так неспроста.

***

К вечеру буря поутихла, оставив за окном приятное белое свечение от гор снега. Супруги приготовили очередной ужин и хотели направиться спать, как в кармане Гермионы дал знать о себе оставленный Луной галлеон. - Через десять минут, - сообщила девушка Снейпу. - Я очищу территорию от снега, - кивнул он. Быстро оглядев обстановку, волшебница мысленно прикинула, что бы попросить у Полумны принести в следующий раз. Если Орден так ничего и не решил, значит, им придётся задержаться в этом месте подольше. Провизии осталось меньше всего, пачка галет, поэтому продукты она поставила первым пунктом. Далее следовали свечи. Жалкие огрызки не шли ни в какое сравнение с нормальными свечами, и только магия уберегала их от преждевременного сгорания. Девушка заглянула в спальню и, тяжело вздохнув, решила, что было бы неплохо попросить второе покрывало или плед. Северус Снейп не помнил, по каким причинам в доме не осталось ни одного комплекта постельного белья. Но факт есть факт. В шкафу она нашла только два покрывала (которыми застелила кровать) и один пыльный клетчатый плед (его ей пришлось вытряхивать на снегу). - Гермиона, - послышался баритон зельевара. – К тебе пришли. Посмотрев на мужа, чьё выражение лица было не слишком довольным, она настороженно выглянула за дверь. На пороге с мантией на плечах стоял… - Невилл! – радостно всплеснув руками, бросилась Гермиона к нему на шею. - Привет, Гермиона, - тепло улыбнувшись, поздоровался парень. – Ты не представляешь, как я рад тебя видеть! - Я тоже, - со слезами на глазах, оторвалась от него девушка. – Мы хотели тебя спасти раньше, но… - она замялась. - Всё в порядке. Домовик Кингсли сказал, что «зелье передала мисс Гермиона», - снимая с плеч мантию, передразнил голосок Эльфа Долгопупс. – Тогда я понял, что раз ты… жива, то не всё потеряно. - Да, Невилл, - грустно улыбнулась она, вспомнив друзей. – Я тоже. - Не буду мешать вашей Гриффиндорской идиллии, - кисло сказал её супруг, стоя позади. - Не ревнуй, - улыбнувшись, повернулась к нему Гермиона. Скривив губы, он что-то пропыхтел себе под нос и направился на кухню. - Я конечно уже в курсе, что тебе пришлось выйти замуж за Снейпа, - полушепотом сказал девушке Долгопупс, когда они сели на софу. – Но не думал, что у вас настолько неформальное общение. - Брак меняет людей, - раскрасневшись, смущённо сказала Гермиона, невольно кинув взгляд на ковёр. – Ты лучше расскажи, как ты сейчас себя чувствуешь? Ты очень быстро очухался. - Лестрейндж хотела поразвлечься, поэтому не доводила меня до такого сумасшествия, как маму и папу, - парень поник. – Сказала, что хотела бы видеть меня в адекватном состоянии. Так длилось несколько дней, потом меня бросили в тот подвал, в котором, как я понял, были Луна и мистер Олливандер. Думал, что умру. А затем ко мне переместился домовик, влил зелье… так я жил. - Боюсь представить последствия, если бы она не проговорилась про тебя, - не веря их небольшой удаче, ответила волшебница. - Ты не поверишь, когда меня три дня назад привели к Биллу и Флер, мне показалось, что я умер и попал в странный магический рай, - засмеялся юноша. – Они очень добры. - Невилл, есть новости от Ордена? – задала она давно волнующий вопрос. - Нет, - замотал головой тот. – Тёмный Лорд часто мелькает в Хогвартсе, пытается применить легиллименцию на профессоре МакГонагалл. Безуспешно, разумеется. Она сразу после вашего исчезновения отдала мантию Кингсли и запретила обсуждать с ней все вопросы. - Профессор МакГонагалл всегда обладала кошачьей хитростью, - усмехнулась девушка. - Да, - засмеялся Невилл. – Всё, о чем она попросила - это свистнуть, когда начнётся новая схватка. - Надеюсь, что мы вскоре разберемся со всем этим, - выдохнула Гермиона. – Почему Орден бездействует? - Они всё пытаются найти людей, но все как сквозь землю провалились. Волшебница бросила укоризненный взгляд на Снейпа, он сделал вид, что очень занят кулинарной книгой. При всем при этом, девушка знала, что бывший шпион вовсю слушает их разговор. Волшебников разделяло всего несколько метров. - Понимаешь, когда был жив… Гарри, - он опустил взгляд. – У всех была надежда, а теперь… - Поняла, - оборвала его Гермиона. - Прости, Герми, - с горечью в голосе, сказал Долгопупс. – Вот, это вам от Билла и Флёр, - он достал небольшой мешочек, на котором явно было использовано заклятие незримого расширения. – Луна пожаловалась нам, что профессор выглядел измождённым. Посмотрев на зельевара, волшебница издала смешок. Он сидел с книгой, закрыв ею половину лица, от чего были видны только недовольно поджатые губы. - Я пойду, обещал вернуться обратно к ужину. Флёр прекрасно готовит, - кивнул Невилл, вставая с софы. - Хорошо, я провожу тебя, - она двинулась вслед за парнем. - До свидания, профессор Снейп, - робко попрощался с Северусом юноша. - Идите с миром, Долгопупс! – буркнул тот. Двое молодых волшебников вышли на улицу. Их лица обдало свежим морозным воздухом. Приближалась ночь. Тучи над лесом постепенно сгущались, постепенно поглощая деревья своим полумраком. - Знаешь, я бы умер, если бы мне пришлось вступить в брак с профессором, - рядом с границей купола, ответил Невилл. - Ты не поверишь, но, когда я вступала в этот брак, тоже так считала. - Рад видеть, что сейчас ты в порядке, - он накинул на плечи мантию-невидимку. – До скорой встречи, Гермиона. – Долгопупс крепко обнял бывшую сокурсницу. - Увидимся, Невилл, - выдохнула она. Повторив действия Полумны, он накинул на голову капюшон и с хлопком растворился в ночи.