Любовный подарок.

К возвращению Синдбада Шарркан задремала, поэтому король Синдрии просто не осмелился её будить. Он и сам не понял, что на него нашло, поэтому осторожно опустился на колени рядом со спящей и внимательно стал разглядывать черты её лица. Он многое успел обдумать, гуляя по саду. Синдбад прекрасно понимал, что отношения между ними невозможны. Никак, совершенно. Но у него были чувства и ему хотелось показать свою сердечную привязанность или оставить частичку того, что ещё жило в его душе на память воинственной красавице. Но что такого можно было подарить Шарркан? Красивые украшения девушка не носила, драгоценности её не привлекали, как и дорогие ткани — тончайший шёлк или прозрачный газ были бы под стать её страстной натуре и благородному происхождению, но эти подарки Шарркан воспримет как унижение и напоминание, кем она является на самом деле. Девушка была мечницей и можно было бы выбрать хорошее оружие, небольшой клинок или усыпанный рубинами кинжал, но Синдбад хотел бы преподнести подарок в знак любви, а если его любовь омоют чужой кровью, это будет больно. И что же можно было бы тогда подарить ей? Все девушки такие предсказуемые, а Шарркан не такая как все, наверное именно этим она и зацепила его. И всё же, в отличии от остальных он никогда не сможет понять, чего она хочет на самом деле. Он любовался бы ею намного дольше, казалось, что девушка была рождена для созерцания. Синдбад много раз думал о её прошлом: стране, из которой она бежала; семье, которая отвернулась от неё. Что такого могло произойти в жизни его генерала и почему она так ничего ему и не рассказала? Не потому ли, что ей до сих пор больно? Или страшно? Она ведь не вздумает вернуться в свою страну, это уж точно, но Шарркан вполне могла уйти куда-нибудь, где бы он её больше не встретит. Исчезла, пропала, растворилась в воздухе... самое страшное видение связанное с ней. Хотя, вряд ли Шарркан захочет уходить добровольно, она, в отличие от всех его генералов, была привязана к нему сильнее всех. Привязана глубокой сердечной мукой. И, что осознавать было не столь приятным и радостным, её чувства были намного сильнее, чем его. Король Синдрии отогнал все мысли прочь, сейчас не время думать о таком и с нежностью погладил плоский живот девушки и аккуратно положил на него свой подарок. Теперь ему была интересна её реакция, а ещё, ему было важно узнать, как именно Шарркан поступит с его подарком. Мечница сквозь сон почувствовала, что происходит нечто странное и непонятные чувства охватили её, заставляя пробудиться. Нечто мягкое и тёплое согревало её кожу, лёгкое щекотание расползалось по телу. — А? Что? — Шарркан приподнялась на локтях, даже не обратив внимание на Синдбада, что был очень близко и в любую другую минуту с лёгкостью мог бы вскружить ей голову, но её сонный взгляд был устремлён на крохотный комочек жизни, что по-хозяйски разместился у неё на животе. Пару минут девушка сидела, уперев пустой взгляд в неизвестно как появившегося тут животного, пока до её сознания наконец не дошёл весь смысл. Она хотела было дёрнуться, но вовремя себя остановила, поняв насколько это опасно и болезненно может оказаться для неё самой. — Правда милый? — шепнул ей в ухо повелитель семи морей, оставляя горячий поцелуй на шее. — Син? — в изумление обратилась девушка к мужчине, всё ещё продолжая находиться в напряжении, — какого чёрта тут происходит? Убери его! — Но ведь он милый, — беззаботно улыбался король, поглаживая смуглое плечо. — Это не смешно! — резко возразила мечница. — К тому же опасно, не смертельно, но болезненно-опасно. Сними его с меня, он меня поранит! И тогда уже я пораню тебя. Я не шучу, Син! Сними его! — Разве он может? — усмехнулся Синдбад, протягивая руку к маленькому комочку, что потянулся доверчиво к его ладони, и осторожно провёл пальцами по маленьким иголкам. — Я думал, что ты любишь такие двойственные намёки. — Намёки? — чуть ли не вскричала Шарркан. — Ты меня опять с кем-то путаешь, я не люблю такие вещи. Да и вообще любая нормальная девушка не была бы в восторге! Зачем ты его притащил? Давай, признавайся хитрый и коварный король! — Он твой, — Синдбад быстро поцеловал её в висок, погладил по волосам и поднялся, собираясь оставить девушку наедине со своими мыслями. — Поэтому можешь делать с ним всё, что хочешь. Это мой подарок. Шарркан лишь скрипнула зубами, не сказала ему ни слова и лишь проводила прожигающим взглядом. Синдбад дал Шарркан неделю. Неделю на то, чтобы подумать и понять то, что он пытался сказать ей своим подарком. Она уж точно поймёт, как никто другой. Поэтому их встреча в саду в столь поздний час оказалась чистой случайностью и никто из них не искал встречи, потому что она была лишней. — Прекрасно выглядишь, — сладко пропел Синдбад, рассматривая в лунном свете прекрасный образ той, что так надёжно засела в его сердце. Мечница только вздрогнула, но так и не повернулась, чтобы взглянуть на своего короля. На ней было лёгкое летнее платье, возможно из тех, что принято носить в её стране, Синдбад был слишком пьян, чтобы определять такие вещи. Шарркан одиноко сидела на резной скамейке и в одиночку распивала вино. На вид она не была пьяна, хотя, наверное, всё было совершенно иначе. И он прекрасно знал почему она ищет уединения и что за чувство хочет утопить в вине. — Ты не против, если я присяду? — поинтересовался повелитель семи морей, подходя ближе. — Как хочешь, — пожала плечами девушка. Синдбад не упустил момента, опустился рядом, почти близко, но всё же сохраняя дистанцию, наклонился к её волосам и вдохнул сладковатый запах диких цветов. Сладкий и пьянящий, лучше любого вина, запах любимой женщины. — Что ты сделала с моим подарком? — спросил Синдбад откидываясь на спинку и смотря в небо, на яркую россыпь звёзд. Возможно, спрашивать её о таком сейчас было бестактно, но ему нужно было знать. — С ежом? — усмехнулась Шарркан. — Знаешь, довольно забавный подарок, если учесть, что своими иголками он всё же расцарапал мне живот и я решила, что лучшее, что я могу из него сделать, это рагу. — Вкусный хоть был? — криво усмехнулся король. — Кто знает, — пожала плечами мечница. — Если он и стал чьим-то обедом, то уж точно не моим. Я его отпустила... — Разумно, — согласился Синдбад. — Нет, — покачала головой девушка. — Я поняла, что ты этим хотел сказать и какой выбор дал мне. Синдбад молчал, ожидая продолжения её слов. Ему нравилась эта ночь, нравилось то, что его тянуло к ней и что в то же время ему было просто спокойно сидеть с ней рядом и просто говорить. Как в его жизни бывает мало таких откровенных и чистых разговоров. Просто разговоров, в которых истина становится явной и ложь прячется по углам. — Немного подло, ваше величество, заставлять меня выбирать будущее для наших отношений, — скривилась Шарркан и отпила вновь, словно это могло помочь ей говорить дальше. — Ваша любовь ведь такая, да? На первый взгляд мягкая, на удивление нежная и по ощущениям незабываемая, но если вы свернётесь, то острые иглы исцарапают меня. Так вы думаете. Это не мои слова. Помните, я говорила, что лучше обращусь к Джафару, если меня будет мучить какая-нибудь проблема? Так вот, Джафара сказал, что ваши чувства как этот маленький ёжик. Если быть с вами ласковой, пытаться угодить вам и слушаться каждого слова, то можно ощутить всю нежность и тепло вашей души, но если попытаться вам перечить, идти против вас и настаивать на своём... вы причините боль. — Джафар мастер слова, — грустно усмехнулся Синдбад. — Поэтому я и отпустила ёжика. Пару дней, конечно же я за ним поухаживала, попробовала и так, и этак, но привязать его к себе, у меня, похоже, не поучилось, а на большего моего терпения и не хватило бы, но... Я решила, что если ёжик ко мне вернётся, то я приму его, если захочет уйти, не буду держать. И так до бесконечности... Король Синдрии молчал, он боялся задавать ей вопросы, боясь не самих вопросов, а ответы, которые может услышать. Но Шарркан не нужно было, чтобы любимый мужчина спрашивал, она была готова предоставить ему эти болезненные ответы просто так, потому что должна была сказать это вслух. Ей хотелось, чтобы он знал, чтобы не думал о ней посредственно или возвышенно. Она такая, какая есть и пусть он воспринимает её именно такой и не вешает ярлыков, и не заставляет выбирать за двоих, хотя уже сам всё давно решил. — Я люблю тебя, Син, — горько выдохнула девушка, пряча лицо в ладонях. — С нашей первой встречи ты покорил моё сердце, но ты такой же, как Армакан. На вид добрый и заботливый, а на самом деле эгоист, не заботившийся о чужих чувствах... И я не знаю как тебе удаётся создавать такой правдоподобный образ доброго человека, но... я не про это. Я принимаю тебя любым, каким бы ты не оказался, я пошла за тобой, потому что так решило моё сердце и пока оно бьётся, я всегда буду идти за тобой, не важно, куда будет вести тебя твой путь и через что тебе придётся пройти. Мне, как оказалось, не так важно внимание или близость с тобой. Я долго об этом думала. Мне нужно, чтобы ты любил меня, только меня. Не важно, какие женщины у тебя будут, скольким ты будешь петь красивые песни, ты просто должен... любить только меня! И мне этого будет достаточно, потому что мужчины, с которыми буду делить ложе я, никогда ничего не будут для меня значить. Король, убрал её волосы за спину, нежно провёл указательным пальцем по тонкой шее. — Клянусь, я буду любить только тебя, Шарркан, — повелитель семи морей поцеловал её плечо. — Но никакой близости, даже если очень сильно захочется или если мы будет ужасно пьяны, договорились? Я отдам тебе своё сердце, а ты будешь вечно на моей стороне и никогда не попытаешься исчезнуть или предать меня. Шарркан вытерла слезу, что скатилась по щеке. Он так быстро произнёс то, что она хотела услышать... — Да, — он повернулась к нему лицом, заглянула ему в глаза, подавив в себе желание, чтобы поцеловать. — Это самый лучший подарок. Намного лучше, чем ёж, но... ладно, этого достаточно, Син. Отправь меня на какие-нибудь переговоры, мне нужно время, чтобы забыть о том, что между нами было. И будет лучшим, если я не смогу видеться с тобой несколько недель, а лучше — месяцев. — Ты сможешь?.. — Я не знаю, — Шарркан отрицательно покачала головой, вставая на ноги, — я не в чём не уверена... Поэтому я сейчас уйду, а ты не ходи за мной, ведь это только моя привилегия, следовать за тобой по пятам. Ты лишён таких почестей, король. Синдбад молча провожал её взглядом. Наверное, всё должно было быть совершенно не так... Но ведь неизвестно, как всё сложится в будущем.