Молниеносная

В жизни возможны только две трагедии: первая - не получить того, о чем мечтаешь, вторая - получить...

Оскар Уайльд

      Девушка была слишком худа на его вкус. Худая, без четко очерченных форм и женственных изгибов. Угловатая, в строгой синей юбке и такой же блузе. Ему казалось, что одежда перетягивала её всю, искривляя и не давая возможности сделать нормальный шаг. Как она будет двигаться?       Вальяжной и исполненной сознания собственной значимости походкой молодой человек подошел к скрюченной девушке. Он решил, что сделает из неё козла отпущения, когда увидел, как она с криком приземляется на сетку. Неловко перебравшись через впивающиеся в кожу металлические прутья, она грузно спустилась на землю. Его святоша-напарник тут же бросился помогать девчонке, сам же он остался стоять на месте.       Подавая ей руку, Фор, по традиции, спросил имя и уже потянулся за ручкой когда девчонка открыла рот: - Ре… Кэри, меня будут звать Кэри. – Немного хриплым от волнения голосом произнесла прыгунья.       О, Ангел, какой у этой девки голос! Низкий, гортанный, с хриптоцой – вся её неловкость отступала на второй план по сравнению с этим чарующим возбуждающим голосом!       Он не дал Фору ответить, просто грубо схватил её за локоть и оттащил в сторону, поставив рядом с собой. Напарник посмотрел на него вопросительно, не понимая подобной реакции, но он не дал себе труда взглянуть в сторону Фора.       Удивительно, что девчонка даже не запротестовала против его выходки, просто молча стояла рядом, не удосужившись взглянуть на него. «Королева» - пронеслось в его голове – «Уж я-то покажу тебе, что Бесстрашие делает с королевами». Но в глубине души ему очень хотелось услышать этот обволакивающий низкий голос еще раз, и он заговорил: - Я – Эрик, твой… - Мой будущий инструктор, да, я знаю. В прошлом я много читала об обычаях Бесстрашных, но нигде не говорилось, что грубость у вас в ходу. Наверное, я что-то упустила. – Очень уверенно, но как-то отстраненно произнесла Кэри. Эрик сразу же подумал, что нарвался на зубрилу. Он был чертовски разочарован, что обладательница такого голоса может быть зазнайкой. Естественно, свою злость он выместил на девчонке. - Этого не пишут специально, чтобы не пугать таких угловатых ботанов, как ты! В следующий раз, прежде чем открыть рот, получи разрешение, уяснила? – Он резко отвернулся, обругав себя еще и за то, что какая-то страшила и заучка так его задела. - Да, вы очень доступно изъясняетесь. – Послышалось за его спиной. Эрик чуть не подавился. Да девчонка над ним издевается! Ну сейчас она…        В её глазах не было ни тени насмешки. Она говорила абсолютно серьезно. Девчонка уставилась на него, не понимая, чем вызвала подобный гнев. Как… компьютер. Ну да, она ведь из Эрудиции, этого следовало ожидать. Эрик не испытал угрызений совести, повесив на неё ярлык «вечной зубрилы» даже несмотря на то, что сам всего год назад стоял здесь, слушая сурового Макса.       Пытаясь сдержать рвущиеся наружу эмоции, которые грозили неофиту травмой черепа, Эрик до боли сжал кулаки под пристальным взглядом своего напарника. Внезапно послышался крик и со скрипом на сетку приземлился еще один худенький паренек из Искренности. Несмотря на очевидную слабость, парнишка ловко перепрыгнул через сетку и сам в два счета оказался возле Фора, улыбаясь от уха до уха. Тот не успел и рта раскрыть, как худоватый оптимист уже представился, не прося разрешения: - Гейб, запишите меня Гейбом. – Он пожал руку удивленному до крайности Фору и вдруг заметил рядом с Эриком худую фигурку. - Регина! – Радостно воскликнул он и поспешил к ошарашенной девице.       Эрик понял, что щелкнул зубами, когда Искренний схватил девчонку в охапку и покружил рядом с собой. - У меня получилось, Регина! Я все сделал как ты учила, и у меня получилось! Я теперь тебя никуда не отпущу! – Кричал зарвавшийся малец, делая Эрика еще более раздраженным.       Внезапно маленькие ладошки девки опустились на Гейба и несильно надавили. - Не зови меня так, Гейб. Здесь меня зовут Кэри. И, говоря, объективно, я сомневаюсь, что ты способен постоянно носить на себе 55 килограммов живого веса. Это просто за пределами твоего физического потенциала. – Совершенно спокойно выдала Кэри и внезапно добавила: - А уж если тебе надо будет в душ или туалет! – Её глаза хитро сощурились, а губы сложились в лукавую улыбку.       Эрик, наблюдавший за всем действием с долей сарказма и презрения, ожидавшей от неё компьютерной отповеди, даже моргнул. Улыбка делала её очень красивой. Нет, о чем это он, девица и так была красива, просто теперь она выглядела еще и живой. Эрик моргнул еще раз. - Разве я разрешал разводить здесь балаган? Роботам вроде тебя вообще улыбаться не полагается. – Огрызнулся он на девчонку.       Гейб, который сначала удивлено открыл свой тонкий рот как рыба, выброшенная на берег, сейчас сжал кулаки и хотел было сказать все, что он думает, но Кэри мягко положила руку на его плечо и сказала: - Не надо. Нельзя дерзить будущему командиру. Он всегда прав.       Эрик моргнул еще раз.

***

      Она не была слабой и худой тоже уже не была. Кэри прочно занимала первое место среди Неофитов вторую неделю подряд. А вторая часть занятий еще даже не началась.       Когда девчонка появилась на занятиях в первый раз, Эрик, ехидно ухмыляясь, выставил её против самой грузной бабы в их группе – та была откровенно толстой и еще гадко улыбалась. Её звали       (вы не поверите)       Бель. Эрик хохотал как сумасшедший, когда увидел эту Бель воочию. Но, глядя на угловатые плечи Кэри, на её сосредоточенный взгляд и упорно сжатые кулачки, он ни капли не жалел о своем решении. Эта зубрила все еще продолжала смотреть сквозь него и все его команды выполняла механически, не переспрашивая и не дерзя. Казалось бы, все это должно было радовать Эрика, но он просто изошелся от злости, пытаясь пробить брешь в этом самоконтроле.       Ему не стало лучше во время её боя. Боя? Да толстая Бель уделала её в два счета. Просто лупила её своими массивными разжиревшими кулаками везде, где только могла попасть. Вот тяжелый кулак с хрустом прошелся по носу зубрилы. Из носа ботана потекла темно-алая кровь, заляпав губы и черную тренировочную майку. Наскоро растертые разводы остались на подбородке в виде темной уродливой кляксы. Бель улыбнулась еще гаже       (такое возможно)       и въе**ла ей коленом в живот что есть дури. Эрик снова услышал хруст, но худощавая зубрилка не упала. На удивление спокойно она вновь вскинула руки и ловко прописала своим острым кулачком прямо в челюсть располневшей «красавице». Кровь выступила на лице у толстухи, смыв заодно и гадкую улыбку.       Он уже не знал, за кого болел. Эрудитка оказалась не такой уж и слабачкой, но она чисто физически не была подготовлена к встрече с противником, который превосходил её по весу. И инструктор это понимал.       Зубриле в очередной раз       (господи боже даже его так никогда не уделывали на тренировках)       заехали в живот и та, наконец, свалилась. К этому моменту все лицо девчонки было одним сплошным кровавым месивом. Эрик издалека видел, что у неё рассечена бровь и скула, сломан нос. Придется зашивать.       Внезапно толстячка, кровожадно оскалившись, подняла ногу, занося её над худой ручонкой Кэри. Огромная, чересчур раскачанная нога прямо над ручонкой, на которой уже стали проступать красноватые разводы синяков. В будущем они превратятся в синие круги и покроют все тело зубрилы. Эрик даже не успел раскрыть рта, когда толстая лапа опустилась на свою мишень. Еще один треск. - Бой окончен! – Крикнул он. В голове проскочила неприятная мысль о том, что сейчас придется тащить девку в лазарет и выслушивать выговор от Макса. А ведь Эрик говорил, что будет хреновым инструктором! Говорил же! - Но она еще в сознании! – С сомнением покачала головой толстячка. В её голосе чувствовалась неудовлетворенная жажда крови. В этот момент будущий Лидер Бесстрашия вообще засомневался, что он тут самый жестокий. - Ты будешь спорить со своим наставником? – Глаза парня неприятно сузились, разглядывая толстячку с неприкрытой угрозой. Та все же отступила. - Отлично, сейчас я разобью вас по парам, а вы начнете разбивать друг другу носы, стараясь не убить противника в первый же день! – Громко приказал Эрик и подошел к мату, на котором валялась кашляющая кровью Эрудитка.       Он почти бережно       (зачем)       взял ее на руки и понес в лазарет. Девчонка была невесомой       (55 килограммов живого веса серьезно)       Она вцепилась в него тонкими пальчиками, но глаз не закрывала. Темных, больших и очень умных глаз, в глубине которых Эрик разглядел боль и потрясение от того, что с ней сделали. - Она припадает на одну ногу… - Послышался гортанный шёпот. Эрик уставился на свою ношу как на восьмое чудо света. Он не верил, что эта фраза вырвалась из окровавленных губ его подопечной. - Что? Ну-ка повтори, зубрила. - Она припадает… на одну ногу. У неё неравномерная нагрузка из-за большого веса. Быстро… быстро выдыхается и бьет по отработанной схеме. Повт… - Она глубоко вздохнула, что, видимо, было для неё очень больно, потому что Эрик почувствовал, как пальцы сильнее вцепились в его плечо. Она очень хотела договорить, и он решил не мешать, послушав, чем она еще может его удивить. - Повторяется она. Если моя оценка верна, то она не сможет добиться высоких показателей даже несмотря на немалую физическую силу. Теперь я знаю… - Кровь темной дорожкой затекла ей прямо в рот, не дав закончить. Эрик нетерпеливо вытер кровь и нахмурил брови, глядя, как девушка кашляет.       (как далеко черт возьми лазарет)       Он ждал продолжения, но, казалось, кашель её окончательно вымотал. Теперь она просто уставилась на него своими темно-карими глазами. У неё был прямой и тонко вылепленный нос       (и как ты углядел это после той взбучки что ей устроила толстуха поэт хренов)       и высокие скулы. Пухлые губы дополняли эти крупные и очень гармоничные черты лица. Но именно взгляд все еще делал её величественной, отстраненной. Она могла бы заплакать или скривиться от боли, чтобы показаться Эрику человечнее. Может, он смог бы отнестись к ней по-другому. Но чертовка уставилась сквозь него, все еще продолжая впиваться в него тонкими острыми пальчиками, и это раздражало парня еще сильнее чем вся ситуация в целом: с его назначением на роль инструктора, с таким провалом в первый же день.       (девчонка всего на год младше она просто слабая для бесстрашия) - Вы красивый, у вас красивые черты лица. Удивительно, что вы всегда хмуритесь. - Снова кашель. - Следующий бой выиграю я. – Сказав это, она сразу же рухнула в обморок, не удосужившись объяснить шокированному и злому Эрику, что все это значит.

***

      Но слово свое сдержала. Провалявшись в лазарете три дня, девчонка выскочила оттуда с огромным количеством синяков и праведным гневом в глазах. Гейб, навещавший её все это время, только руками всплеснул, когда она высказала тираду о том, что, по её подсчетам, если она задержится в лазарете дольше, то не сможет набрать необходимое количество очков для первого места.       Эрик же, совершенно случайно именно в этот момент заходящий в общую комнату, скрипнул зубами от злости. Если бы не Макс, устроивший ему хорошую выволочку за тот инцидент, то он немедленно бы треснул эту зануду об стену за столь высокомерные заслуги в свой худозадый адрес.       Но она выиграла свой следующий бой. И тот, что был за ним. И все последующие бои. Эрик пристально наблюдал за ней, а сама Кэри наблюдала за своими противниками. Не нападая, лишь слегка отбиваясь от выпадов, она запоминала бессознательные сигналы, которые соперники показывали, даже не зная об этом.       Инструктор знал, что она встает каждый день в пять утра, чтобы отбегать 20 с лишним кругов по тренировочной площадке, а после отдубасить несчастную грушу. Он даже заметил сбитые в кровь костяшки пальцев и синие круги под глазами, хотя девчонка никогда не показывала слабость. Перейдя в Бесстрашие, эта зубрила умудрилась остаться до мозга костей Эрудиткой! Во всяком случае, ее тренировки попахивали эрудитской дотошностью.       Впрочем, как уже говорилось, она перестала напоминать угловатого подростка. Бесстрашные просто не умеют сидеть на диетах и не едят вегетарианскую еду, поэтому уже через две недели оказалось, что её формы вполне можно накачать и наесть. Не скрытые под строгими перетянутыми юбками они приковывали к себе взгляд. А какую себе эта девчонка накачала задницу!       Лучшей она оставалась и по всем другим показателям. Когда у неё не получилось в первый раз метнуть нож и попасть в мишень, она долго стояла у черты, нахмурившись, примериваясь и комично растягивая пальцы. После чего несколько раз пробовала поднять и занести нож, с сомнением тут же опуская. - Что, слишком тяжело для тебя, зубрила? – Злобно подтрунивал Эрик. Девчонка подняла на него глаза, и он снова почувствовал этот «сквозь-него-взгляд», казалось, она не видит его, а размышляет над очередной чертовой эрудитской теоремой. Покачав головой, она перевела взгляд на нож, повертела его в руках и снова замахнулась, но на этот раз метнула нож.       Он попал точно в голову.       Следующий нож полетел в сердце, а Эрику ничего не оставалось, как стукнуть кулаком об стену и выдать порцию отборных ругательств.       (стоит ли рассказывать о стрельбе)

***

      Её прозвали Фульминатой. Это начал Гейб, а девчонка просто спустила на тормозах, не особенно заботясь о своих кличках. Каждая её победа словно загоняла очередную занозу под ногти Эрика. Парень становился все злее, с каждым разом его ненависть к девчонке увеличивалась. Ему бы зауважать её за такой стойкий характер, но он лишь давился желанием схватить её за горло и придушить к чертям. Для него Кэри оставалась мерзкой зубрилой, которая даже на человеческие эмоции не способна.

***

      Хотя, что мог знать об этой девушке Эрик?       Он не знал ничего.       Он не знал, что стоя в душе, она плачет, стараясь не всхлипывать слишком громко, чтобы не узнали другие.       Он не видит, как она улыбается всякий раз, когда слышит рассказ Гейба про очередную попавшую в его плен красотку.       Он не знает, что ребята учат Кэри молодежному слэнгу, чтобы она не была белой вороной. И у неё уже получается.       Он не знает, что она прекрасно танцует. Даже сейчас, в общей комнате, она со смехом танцует под пение Лизы, еще одной перешедшей.       Он не знает, что ночью ребята собирались возле её кровати, чтобы послушать её лекции по самым разным предметам и рассказы о книгах, которые она читала.       Наконец, он не знал, за что она получила свое прозвище.

***

      Проблемы начались на втором этапе.       Нет, девушка прекрасно справлялась. Её время и количество страхов было рекордным. Три страха. Три минуты.       (почему её не назвали еб**ной три)       Но она справлялась слишком быстро. Эрик сидел в комнате рядом с ней каждый раз, глядя на то, как она спокойно расправляется со своими страхами. Хотя они были жуткими. По-настоящему жуткими.       Девчонка каждый раз оказывалась в какой-то лаборатории, прикованной к столу металлическими пластинами, а несколько человек в голубых халатах светили на неё этим дурацким медицинским прожектором. В руках у каждого был скальпель, которые кровожадные люди в масках тут же пытались воткнуть девчонке в живот. Кровь и странные приборы, часть из которых была прикреплена к ней с помощью трубок, составляли часть общего убранства. Сама девка, маленькая и бледная, в нелепом огромном халате смотрела на этих людей с глубоким ужасом, но все же, каждый раз, давала себе труд ухватится ногой за скальпель двигающихся к ней словно в религиозном фанатизме хирургов и полоснуть их, куда придется.       Дальше следовали спутанные страхи о каком-то чулане и темной фигуре женщины, которые Эрик не совсем понимал.       А после этого – убийство светловолосого парня. Каждый раз все та же женщина, лица которой он не видел, наставляла пистолет парню в затылок, а бесстрашная Кэри выбивала его, тем самым выныривая из глубин подсознания.       Дошло до того, что теперь ее имя в таблицах писали не иначе как «Фульмината». Макс, узнав об этом, только криво усмехнулся, сказав, что, возможно, девчонка займет обещанный ему пост лидера.       Вот этого Эрик допустить никак не мог. Пульсирующий злостью каждой клеточкой своего огромного накаченного тела он вымещал гнев на груше так долго, покуда не свалился без сил, не способный размышлять о надоевшей ему зубриле. В тот же вечер, пришел к себе и надрался, в душе посмеиваясь над собой. Ему всего 17, а он уже чувствует себя сорокалетним циником!       Мысли о Кэри вновь завертелись в его воспаленном пьяном сознании.       (найти по стенке размазать уничтожить)       Он уже представлял себе, как его пальцы сжимаются вокруг её длинной шеи, а девчонка в ужасе выкатывает свои черные глазищи. О, да, она будет в ужасе! Уж это он видел очень ясно. Она больше никогда не посмотрит сквозь него, уж об этом он позаботится.       Сам не ведая, что творит, он в каком-то трансе, почти обезумев, побрел в сторону общей комнаты. Ему казалось, что он преисполнен праведным гневом, а раз так, то ничто не сможет ему помешать. Затуманенное сознание, словно пульсирующий орган колотилось и окрашивало все перед Эриком в красные цвета. На людей, что проходили мимо него, удивленно оборачиваясь, он просто не обращал внимания.       Наконец, вдали показался знакомый поворот. К этому моменту, злой и безумный, он почти бежал.       Она сидела на своей кровати, разговаривая с какой-то девкой, и улыбалась.       (эта тварь улыбалась всем кроме меня лживая дрянь думает что я хуже неё сейчас я ей устрою)       Парень со свистом втянул в себя воздух и схватил зубрилу за плечи. Та, состроив обычное       (для эрика)       выражение лица, даже не выдала боли, хотя прикосновение отнюдь не было дуновением ветерка. Молча поднявшись, она спокойно уставилась на своего инструктора, не зная, что он предпримет дальше.       Его состояние видели все.       (эти жалкие сосунки знают что я пьян они еще и судить меня здесь собрались)       Размахнувшись, он со всей силы ударил зубрилу по лицу. Все ахнули. Эрик с чувством глубокого удовлетворения потащил не сопротивляющуюся девку к себе в комнату.       (конечно не здесь же он будет её избивать)       Путь до его комнаты оказался на удивление коротким. Девка шла прямо рядом с ним, никак не реагируя на пальцы, вцепившиеся ей в плечо. Добравшись до своей квартиры, парень грубо толкнул её внутрь и закрыл дверь на замок. Он до боли хотел, чтобы она заговорила, чтобы он услышал этот низкий возбуждающий голос.       (возбуждающий)       В его голове что-то щелкнуло – как будто сложился паззл. Он знал, чем отомстит сучке за все её выходки, за то, что хочет занять его место. Он вы**бет этого гребаного робота, и тогда она уж точно не станет смотреть сквозь него.       Не думая, что делает, он кинулся к девчонке и стал стаскивать с неё одежду.       (и почему он так долго с этим медлил прости господи)       Однако Эрик допустил серьезный просчет: он был пьян, а девчонка до тошноты идеально относится к своим тренировкам. Не раскрывая рта, она дала ему под дых и, вывернув руку, уложила на пол.       Это его немного отрезвило. Ровно до такой степени, чтобы красная пелена безумства спала с глаз, но парень все еще был чертовски зол. - Да не молчи ты, гребаная зазнайка! Открой уже свой чертов рот и скажи что-нибудь! Не делай вид, что я ниже тебя. – Закричал он в яростном бессилии.

***

      То, что случилось вслед за этим, не поддается никаким измерениям по шкале стандартного эриковского удивления.       Зубрила опустилась рядом с ним на колени и аккуратно откинула светлую прядь его волос. - В первый день нашего знакомства вы не велели мне говорить с вами прежде чем вы сами этого захотите. Я все ждала этого момента. – Её низкий голос проникал в сознание парня, обволакивая, успокаивая.       Смысл фразы дошел до него не сразу. - Ты молчала потому что я тебе так приказал?! – Наконец закричал он, вскакивая и вновь начиная злиться. – Да ты… Ты… - Я сделала что-то не так? – Казалось, она действительно была удивлена. - Да ты меня, блять, всего извела, ты понимаешь, дура? Ты понимаешь, что я тебя считал… - Он не закончил, просто не смог.       Потому что она улыбнулась. Улыбнулась ему совершенно открыто и искренне, её глаза смотрели прямо на него и они были… живыми. Улыбалась ему. - Вы ударились?       (о чем она вообще) - Давайте я промою раны. У вас есть аптечка?       (какая еще аптечка) - Хорошо, я найду сама, если вы не против. – С этими словами она направилась в ванную, оставив озлобленного и шокированного Эрика посреди собственной спальни. Вернулась девушка уже с мокрой тряпкой и белым ящичком аптечки. - Садитесь на кровать, что же вы стоите? – Словно малого ребенка, она повела Эрика за руку и усадила на низкую кровать, застеленную красным жестким покрывалом.       Раны она промывала так же, как делала все остальное: сосредоточенно, профессионально. Как будто всю жизнь только этим и занимается. А парень тем временем искоса ее разглядывал. Девчонка молчала все время только из-за того, что восприняла его слова, сказанные в первый день, всерьез? Да, она просто… чертовски надежная. Почему именно слово «надежная» вертелось на языке у Эрика все это время. Он протянул уже обработанную руку к её подбородку и поднял к себе лицо Кэри. - Ты ненормальная, зубрила. Ты просто идиотка.       (какие у неё глаза а грудь так вообще за**ись) - Если вы закончили меня оскорблять, я продолжу. – Почти с сарказмом ответил ему низкий голос, а глаза недобро сверкнули. Так она и дерзить умеет! Вот это подарок! - Нет, не закончил. – Он грубо дернул девушку на себя и впился в её губы.