Сложности перевода (или счастье с запахом сирени)

- Роман Дмитриевич, вы просили зайти? В кабинет вошла миловидная девушка среднего роста, ничем не примечательной внешности, в строгом сером деловом костюме и очках. Клавдия – мой новый секретарь. Ох, даже не хочу вспоминать этот сложный и мучительный процесс под названием "собеседование", который Тёма заставил меня проводить лично, да ещё и в его присутствии. Девушка, которая работала у меня до этого, убежала в декрет, сообщив мне эту радостную новость за неделю до того. Сами понимаете, что работать без помощника я не мог, поэтому в срочном порядке начал искать замену. Это было что-то! Тёму можно было тушить огнетушителем, когда придя в понедельник ко мне в приемную, он увидел за секретарским столом двадцатилетнего паренька, присланного мне на замену отделом кадров. Стоит ли говорить, что пришлось переводить парня в другой отдел, а мне продолжать поиски. Вот только после этого мой муж настоял на том, чтобы кандидатуру моего помощника сначала согласовал он. Уж не знаю, по каким критериям он выбирал, но, отсеяв приблизительно с десяток претендентов, он предпочел всем остальным Клавдию. Всё, что я о ней знаю, так это то, что ей тридцать два года, у нее есть муж и трое детей. Внешность, по мне, так абсолютно нормальная, но, видимо, Тёмка счел, что при всём своём наборе, Клава никакой угрозы нашему семейному счастью не представляет. Глупый, как для меня, что Клава, что тот пацан, все одинаковы. Я с тех пор, как с ним познакомился, вообще ни на кого больше не смотрю. Мне бы его непомерный темперамент осилить, не то, что еще с кем-нибудь «общаться», а он всё ревнует. Это мне надо волноваться. Он когда по офису идёт, на него завистливым взглядом оглядываются не только девушки, но и мужики, вполне себе семейные такие мужики, с жёнами и детьми. Но Артём ни одним своим словом или действием ни разу не дал мне повода усомниться в его чувствах ко мне. - Да, Клавдия, вызывал. У меня к Вам будет просьба: закажите, пожалуйста, у флориста букет цветов. И… - на цветах-то моя фантазия и закончилась. - Роман Дмитриевич, кхм, я так понимаю, это к празднику, - дождавшись утвердительного кивка с моей стороны, девушка достала из папки в своих руках бумагу и протянула мне. - Можно, я сделаю одно предложение? Бумага эта оказалась ни чем иным, как рекламным буклетом благотворительной выставки художественной галереи. - Ваш муж вчера, увидев у меня на столе это приглашение, был крайне заинтересован и изъявил желание посетить открытие этой вставки, - произнесла она вкрадчивым голосом. Кажется, я начинаю понимать, почему Тёма выбрал именно её. А я ещё думал, что желание проверить кабинет на наличие жучков и скрытых камер – паранойя. Хмыкнул про себя и вернулся к изучению бумаги. Как я понял из представленного мне на обозрение буклета, на выставке будут демонстрироваться работы талантливой молодежи нашего города, а вырученные средства пойдут на развитие художественной школы для малообеспеченных детей. За стоимость только одного билета на открытие этой выставки можно купить треть отечественного авто, но что не сделаешь для любимого. Раз хотел, значит пойдем. - Спасибо, Клавдия, - я вернул девушке её буклет. - Закажите, пожалуйста, два билета на открытие этой выставки и пусть их доставят в офис, а вот букет лучше домой, хорошо? - Как скажите, Роман Дмитриевич, - на этом разговор можно было считать исчерпанным, и девушка, развернувшись на каблуках, как заправский солдат, вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь. И кто только придумал этот дурацкий праздник? Вот, вроде и праздник - не праздник, а не поздравлю - совесть будет мучать до следующего года. И если бы не Клава, переживать бы мне до вечера с выбором подарка. Я, конечно, понимаю, что мне проще, чем некоторым, моя-то вторая половина не оскорбится подаренной пене для бритья, но собственная совесть не позволяет так банально отделаться от подарка любимому на праздник. Хотя… Нет, Рома. Нет! *** Как всегда, все дела возникают спонтанно и невовремя. Поэтому с самого утра четырнадцатого февраля я, стараясь не разбудить Тёму, выскользнул из дома пораньше. Очередные переговоры, потенциальные партнеры и подписание договоров заняли меня до обеда. В кабинете я падал в своё кресло уже со стойким желанием пойти домой и, растянувшись на диване, посмотреть матч нашей сборной в прямом эфире. Мечтания мои нарушил ворвавшийся блондинистый тайфун, запрыгнувший ко мне на колени. - Ромочка, спасибо, спасибо, спасибо! – пулеметная очередь благодарностей сопровождалась поцелуями после каждого слова. – Ты самый-самый лучший и внимательный муж на свете! - Тебе цветы понравились, золото? – я обнял любимого, усаживая его поудобнее на коленях, всё же «слиточек» мой не пушинка. - Да, красивый. Но билеты на выставку! Ром, спасибо огромное. Организатор этого мероприятия была моим преподавателем в художественной школе. Ты не представляешь, сколько это для меня значит! – глядя сейчас в искрящиеся счастьем глаза мужа, сделал пометку приобрести для Клавдии хороший подарок на восьмое марта, ну, или премию выписать. Я прижал его еще ближе к себе, целую, встал вместе с ним, усаживая мою драгоценность на стол. Этот мелкий прохвост, не теряя времени, расстегнул мне ремень и пуговицу на брюках, запуская внутрь свои шаловливые ручонки. Естественно, равнодушным к таким манипуляциям я не остался и очень однозначно дал понять, что заинтересован в продолжении. В подтверждение свои намерений расстегнул Тёмкин пиджак, стянул его и откинул куда-то в сторону. Рубашка на Тёме была уже расстегнута, мои брюки спланировали в район лодыжек, как тут в лучших традициях комедийного кино послышались голоса и шаги, приближающиеся к моему кабинету, в котором сейчас был мини-филиал порностудии. Дальнейшее происходило на каком-то подсознательном уровне. Тёма спрыгнул со стола, нырнув под него, и толкнул меня в кресло, как только я пододвинул его ближе к столу, дабы незваным гостям не было видно подаренных мне на новый год Тёмой боксеров с сердечками, одетыми мною сегодня в темноте и наощупь. Дверь открылась, и в кабинет вошел генеральный в сопровождении нашего нового партнера и его помощницы, которая следовала за ним везде, как на привязи. - Рома, у Юрия Геннадьевича возникли некоторые организационные вопросы, - проголосил генеральный, присаживаясь за стол. Я чуть приподнялся, настолько, насколько позволило пространство, дабы не засверкать бельишком, в приглашающем к столу жесте. Ровно этого момента хватило моему неусидчивому мужу, чтобы стянуть с меня сей предмет гардероба. - Роман Дмитриевич, я бы хотел уточнить у вас по поводу графиков наших платежей… - что он там ещё хотел спросить, в следующую секунду мне стало абсолютно безразлично. На мое колено легла рука мужа и начала своё плавное движение в верх по руслу, в данном случае – по моему бедру. Паника вкупе с возбуждением и адреналином составили такой зажигающий коктейль, да я такого даже на треке не испытывал с тех самых пор, как первый раз сел на мотоцикл, а вот здесь, сидя в своем кабинете, голозадый, перед вышестоящим начальством… - Ахереть… - выдохнул я себе в кулак, ощутив горячее дыхание и поцелуй вниз живота. - Что, простите? - Переделать, говорю, график можно, - собрав всю свою концентрацию, процедил я сквозь сцепленные зубы. - Нас очень радует ваша гибкость в этом вопросе. - О да, меня тоже гибкость радует, очень радует, - клацнул я зубами. Какая ещё нахрен гибкость! Если бы не Тёмины сомкнувшиеся на моём члене губы, я бы в жизни им ни одной поблажки не сделал. График им, видите ли, не понравился! - Знаете, - осмелел мой оппонет, - а вариант с рассрочкой по самой большой сумме мы так и не смогли привести с Вами с консенсусу. - Быстрее, - практически простонал я откидываясь на спинку кресла и расслабляя галстук на шее, - я думаю, мы сможем на этот раз придти к соглашению быстре-еее. - На какие условия вы согласны в данном вопросе? - Аааааа, какой срок интересует Вас? – сквозь закушенную нижнюю губу выжал я из себя. - Нас устроит срок в десять месяцев. - Глубжееее, смотрите на ситуацию глубже! - Ну, хорошо, если вы так настаиваете, тогда хотя бы пол года. - Щекотно, - Тёмка оперся на мои колени для удобства, а у меня это слабое место. - Что? - Это я не Вам! - Мы согласны на четыре месяца и ни днем больше, более мне, увы, нечего вам предложить, - на выдохе высказал я в ответ на ошарашенные взгляды. - О да, безусловно, и четыре месяца – это очень щедрое предложение с вашей стороны, - и, понимая шаткость своего положения, что и эти-то четыре месяца он выбил у меня по чистой случайности, Юрий Геннадьевич быстро поднялся со своего места. – Думаю, остальные мелкие вопросы мы решим в процессе работы. Всего Вам доброго. Вся нежданная делегация поднялась со своих мест, и уже когда они открыли двери, Тёмка насадился на меня особенно глубоко и я, не удержавшись, кончил. - Ааааа-тличное платье, - подмигнул я обернувшейся на хлюпающий звук девушке. - Да, Владислава, платье у Вас действительно красивое, проходите, - генеральный пропустил вперед Юрия Геннадьевича и смущенную до кончиков ушей девушку, и, уже закрывая дверь, добавил: - Рома, отвечаешь головой за их выплаты. И да, еще… закрывайте в следующий раз дверь на ключ, влюблённые! В следующий после хлопка двери миг из-под стола вывалился хохочущий Тёма. - Ага, смешно тебе, да, паршивец ты этакий! Подожди, сейчас я только дверь закрою…