Перси Джексон и Продолжение истории.

             День не задался с самого начала. Примерно тогда, когда мы с Аннабет проснулись вместе и в обнимку. Голова немного болела, словно после шумной вечеринки. Воспоминания смутно возвращались в голову…              Вчера вечером я шёл мимо домика Афины. Нужно сказать, что шёл я мимо домика мокрый, дрожащий, в одних трусах и кедах. Видок не самый статный для полубога, спасшего мир. И когда я практически преодолел и препятствие в виде домика и чувство, гложащее меня где-то внутри, чувство, подсказывающее мне, что лучше убраться отсюда быстрее и сделать это пока меня никто не видел. Просто меня не сильно радовала перспектива быть замеченым именно в таком виде. Была бы тут Кларисса, то мои фотографии точно заполонили бы весь фейсбук полубогов этой же ночью.              И вот, когда я уже было подумал, что всё самое страшное позади и мне осталось только добежать до своего домика, случилось непредвиденное… Из окна выглянула Аннабет. После того, как мы немного повздорили (если можно так сказать), она ушла из повильона для трапез, а я ничуть не жалел о сказанном ей, и я никак не рассчитывал увидеть её снова в этот день. «Сюрприиз!» Она плакала, голос её дрожал и срывался. Ох этот женский плач - оружие массового уничтожения мужчин. Сразу забылись все обиды и стало безумно жаль Аннабет. В эту же минуту, как только я услышал тихие всхлипывания моей девушки (по крайней мере, я так думал), я тут же простил ей всё, что она делала и может сделать в будущем, просто всё, что можно прощать и нельзя, всё забылось в ту же минуту. Сразу появилось какое-то странное необъяснимое чувство, словно я виноват в чём-то и ничего не могу сделать, чтобы облегчить её страдания.              Скажу сразу, я выглядел не многим лучше. Я трясся и, по видимому, приобретал один из оттенков своего любимого синего цвета, что давало мне ещё более жалкий вид. Получалась такая своеобразная синяя желейная масса в кедах. Некое подобие застывшего рыбьего холодца.              Мы оценивали друг друга, словно пытаясь понять - кому же из нас двоих сейчас хуже. Серо - синие глаза Аннабет припухли и приобрели красноватый оттенок. Мои глаза, наверное, казались стеклянными от холода. Мы словно говорили друг другу: «А тебе так слабо?»        - Перси? - всхлипывающе произносит Аннабет, словно я не должен находиться в лагере и то, что она увидела меня было полной неожиданностью. Ну отчасти именно так и было.        - Аннабет? - с неменьшим удивлением спрашиваю я.              Мы ещё немного таращимся друг на друга, пытаясь оценить всю ситуацию с самого начала. «Неловко вышло…» Видимо, девушку посещает та же мысль, что и меня. В её глазах начинают искрится слёзы и она улыбается, подавляя в себе лёгкий смешок. Вторя ей и нашим мыслям, я улыбаюсь.        - Впустишь? - словно надеясь на что-то мямлю я. На моё удивление боги сегодня благосклонны ко мне…        - Проходи, Рыбьи мозги, - тихо отвечает Аннабет, смотря по сторонам, словно за нами идёт слежка.              Через пару минут я сидел в домике Афины и потягивал тёплый нектар - самый вкусный напиток, который мне удалось попробовать за всю жизнь. Аннабет отодвинула эскизы и чертежи со столика, который обычно был завален только ими и ни для чего другого не использовался, и всё это для того, чтобы мы сели на против друг друга и попивали тёплый напиток. Я чувствовал, что на такие жертвы она не пошла бы ради просто друга.        - Так как ты оказался в одних кедах под моими окнами? - отхлебнув произнесла она с улыбкой.              Я даже обрадовался, что со мной случилось нечно подобное. Иначе, мне попросту нечего было бы ей рассказать сейчас и я сидел и улыбался бы как дурак. Я сделал глоток, и начал рассказывать о своих удивительных приключениях. Конечно, я помалкивал о том, что немного злился на подругу, да и разницы уже не было - сейчас отношения снова налаживались. Когда повествование было окончено, я пригубил ещё немного согревающего нектара и стал ожидать дальнейших действий от Аннабет.        - Гм… В нашем лагере происходят удивительные вещи, - подметила та.        - Сказано точнее некуда! - мой смешок глухо отразился от стенок стакана, создавая небольшое эхо.        - Подожди! - девушка словно вспомнила нечто очень важное, - Сейчас, никуда не уходи…              Я кивнул. Да и куда мне было податься в таком виде? Аннабет, как уколотая в одно место, подскочила со стула и скрылась за дверью.              Я сидел, осматривая домик Афины: его интерьер, картины, чертежи, развешенные по стенам. На стенах, на равном друг от друга расстоянии, висели фрески или мозайки - не придавал никогда этому особого значения - с лицами богов: Афина, Аполлон, Зевс, мой папаша, но картин тут было всего десять… Я ещё раз прошёлся взглядом, в уме перечисляя всех божественных родственников… Ах, ну да, пустое место рядом с Зевсом - Гера - ей явно не рады в этом домике и… Аида. Его портрета тут, судя по всему, вообще не было. На другой стене висела карта древнего мира, где сохранилось изначальное положение Олимпа. Чуть поодаль висели чертежи, видимо, распечатки некоторых проектов с ноутбука Дедала. Книжный шкаф полностью занимал стену между двумя предыдущими… Столько книг - даже библиотека моей прежней школы бы позавидовала. Книги стояли вплотную, некоторые лежали друг на друге, были расставлены в два ряда. Мне было тяжело даже представить, что Аннабет прочитала почти все эти книги, потому как я за свою недолгую жизнь едва ли осилил половину школьной программы. Вверх, под самым потолком, по всему периметру, комнату обрамляли плинтуса с лепниной, выполненной, разумеется, в греческом стиле: строгие остроугольные линии, до безобразия идентичные орнаменты, повторяющиеся то там, то тут, местами проглядывали загогулины закругленной формы, вносившие в этот стиль немного хаоса. Мебель была белая, настолько белая, что улыбка голливудских актеров могла бы занервничать наряду с этой фурнитурой. В основном, стояли столы и стулья, за которыми можно было учиться и делать чертежи, заниматься наукой. У стены, что была за моей спиной, расположились кровати с тумбами и ящиками вроде сундуков у ног, кровати разделялись между собой шторами, такими же белыми как и мебель. Везде, кроме одного стола, был такой порядок, что начинало казаться, будто в этом домике вовсе никто не живёт. Но если смотреть на всю комнату сразу, а не разбирать её детально, то она казалась очень красивой и лаконичной.        - Вот, держи, - Аннабет протянула мне тёмно-красную тряпку. Я не сразу догадался, что это та самая футболка, которую я пару дней назад одолжил ей, - А то смотреть на тебя зябко!              Я с благодарностью принял футболку. Надев её, я понял, что мне она тоже велика. Откуда у меня вообще эта футболка? Мы ещё долго сидели за столом, то перекидываясь парой слов и улыбаясь, то озадаченно молча. Когда я сделал последний глоток, я осознал, что время уже далеко за полночь и мне пора двигать в свой домик. Я тактично кашлянул и встал со стула. Вид у меня был комичнее некуда: взъерошенные волосы, торчащие сосульками в разные стороны, красная универсально-безразмерная футболка с эмблемой быка, чуть виднеющиеся синие трусы-шорты и тёмно-синие кеды - красавец! При всём моём «параде» я старался быть джентельменом… Я видел как Аннабет сдерживала смешки, но оставался неумолим. Бьюсь об заклад, если бы я сейчас поклонился в таком виде, то она бы упала со стула от смеха и билась в коликах на полу на протяжении нескольких минут.        - Что ж, - протяжно произнёс я, - Ещё раз спасибо, но мне пора…        - Перси, знаешь, - немного помедлив, она продолжила, - Если ты хочешь… Ты можешь остаться…              Я пытался скрыть своё удивление как мог, но глаза сами полезли на лоб. Я тяжело сглотнул, словно хотел переварить что-то совершенно несъедобное, с трудом закрыл рот и внимательно посмотрел на Аннабет, будто хотел, чтобы она ещё раз озвучила предложение.        - Не заставляй меня повторить это снова! - она закатила глаза на свой обычный манер.              Я кивнул. Наверное, разумнее и продуктивнее было бы ответить словами на такое предложение, но зная себя, я был уверен, что промямлил бы что-то невнятное, после чего мне точно надо было бы идти домой. А мне, почему-то, хотелось остаться.        - Тогда ты можешь занять соседнюю кровать, - дочь Афины взглядом указала на вторую слева кровать, - Там всё равно никто не спит.        - А где твоя кровать? - я сам был удивлен себе. Зачем мне понадобилось это знать?        - Первая слева или четвёртая справа, - монотонно сказала Чейз, убирая чашки.               «Рядом» - подумал я, но потом сам отмахнулся от этих мыслей. «Мы же не пара».              Как я оказался утром на кровати вместе с Аннабет - я не мог понять. Мы лежали настолько плотно, что я чувствовал ритм её сердца. Очевидно, что мы оба не спали, а попросту ждали момента, когда найдётся наиболее смелый из нас решится на что-нибудь.        - Рыбьи мозги, что ты делаешь на моей кровати? - возмущению девушки не было предела. Вот и нашёлся смельчак.        - А разве это не моя кровать, Воображала? - я решил не уступать напору и возмущению, всем видом показывая, что тоже недоволен положением дел.              Что ж, койка действительно оказалась моей. Аннабет проиграла, если можно так сказать. Она, словно только что ничего и не было, села на кровати, стараясь не смотреть на меня.        - Поднимайся и пошли на завтрак, - забирая волосы в хвост, проговорила она.              Спорить или возражать смысла не было. Через двадцать минут мы уже были на завтраке. Разумеется, я смог уговорить дочь Афины сбегать до моего домика и принести мне сменную одежду. Не мог же я разгуливать по лагерю в своём джентельменском виде, затмевая парней из домика Афродиты. Девчонки могли бы повлюбляться в меня окончательно и бесповоротно, потерять головы и натворить много глупостей от безответной любви такого красавца… Нет, это было слишком опасно.              Я заметил одну очень интересную вещь, пока смотрел как Аннабет собирается утром, и теперь, на завтраке, это очень сильно меня занимало. Всё дело было в том, что с утра Воображале достаточно было умыться и забрать волосы в хвост, как она всегда их носила, и она уже вполне могла сойти за старосту из домика Афродиты. То есть, ей ничего не стоило хорошо выглядеть. По сравнению с потомсвом богини красоты, которые опаздывали на завтрак чуть ли не на полчаса, зато приходили накрашенными и одетыми так, будто только что сошли с обложки модного журнала. Вот это было магией.        - О чем думаешь? - запихивая очередную ложку с кашей, спросила несостоявшаяся дочь Афродиты.        - Да так… Разные мысли в голову лезут, - увиливал я.              Я точно знал, что Аннабет Чейз запросто могла вывести меня на чистую воду. И всё бы так и было, если бы к нам не подсел Нико.        - Всем приятного, - достаточно хмуро для пожелания произнёс сын Аида, но вполне подходяще для сына повелителя царства мертвых. Мы с Аннабет кивнули, не прерывая процесс поглощения пищи.        - Что-то случилось? - через несколько минут я нарушил тишину, не оставаясь равнодушным к виду Нико: он был слишком хмур даже для себя, томно вдыхал и ковырялся в тарелке, не проявляя аппетита.              Нико поднял на меня глаза и сразу всё стало понятно. Наша вчерашняя проблема так и осталась. Ну а куда, с другой стороны, она могла деться? Люди теперь знают про нас и это ох как нелегко будет уладить. Не смотря на то, что Олимпийцы уже принимают какие-то меры, что-то мне подсказывает, что и на этот раз безучастным не останется никто из полукровок. Я как можно незаметнее моргнул, давая Ди Анджело понять, что об этом стоит поговорить, но не здесь и не сейчас.        - Я чего-то не знаю, мальчики? - обвела нас взглядом дочь Афины. Её голос звучал так, как будто она была мамой, которая только что поймала двух натворивших что-то сыновей-непосед с поличным, но, не смотря на то, что и так всё знала, требовала от них объяснений.              Я озадаченно посмотрел на Нико. «Ну и где я прокололся?» Парень недоуменно пожал плечами, а потом вздохнул так, что показалось, что нас уже раскрыли. «Вываливай всё как есть. Теперь уж деваться некуда» - взглядом сказал он.        - Перси! - нетерпеливо рыкнула Чейз.        - Да-да. Я просто думаю как лучше начать, - аппетит пропал мгновенно. Девушка смирила меня взглядом типа: «Ну и что ты опять натворил?!»              После того, как я рассказал всё Аннабет, дополняя рассказ комментариями Нико, у неё тоже пропал аппетит.        - Так, - протянула Аннабет, собирая все мысли в кучу, - Значит про нас пронюхали люди… А как же туман?        - Рассеивается, - на вздохе выдали мы с Нико.        - А Боги? - не отступала она.        - Как всегда - бессильны, - задумчиво сказал Ди Анджело, - Но пока что строят из себя всемогущих.              Аннабет выругалась на древнегреческом.        - Получается, что лагерь полукровок тоже скоро станет виден для глаз смертных? - она неожиданно подняла глаза на нас. Мы переглянулись.        - Я не думаю, что Олимпийцы допустят этого, - начал рассуждать Нико, - Если всех полубогов затаскивают назад в лагерь, то и защиту к нему должны приставить не слабую! Я думаю, что они постараются сосредоточить все силы тумана именно на нашем лагере.        - Но зачем? Резонней было бы направить всю силу тумана туда, где бунтуют смертные. Мы и так вполне можем создать видимость нормального лагеря, - предположил я.        - Очнись, Рыбьи мозги! Нормального лагеря? Это при том, что тут глазастый, в прямом смысле этого слова, охранник, лес кишит чудовищами, на арене бегает огромная адская гончая, где-то в округе шастает свихнувшийся дракон-робот, а временный начальник лагеря, вообще, мужик с двумя парами копыт! Ты уверен, что мы сможем создать видимость? - мои предположения оказались неверны и Аннабет мило объяснила мне почему.              На некоторое время воцарилось молчание. Мои доводы кончились, Аннабет ещё не придумала план действий, а Нико пытался вернуть потерянный аппетит и ковырял что-то в тарелочке. Мне показалось, что он уже достаточно подумал на этот счёт и перебрал всевозможных идей, но ни одна не удовлетворила его. Он немного отчаялся.        - Очевидно одно, - я уверенно заговорил, - Нам нужно что-то придумать.              Аннабет закатила глаза и посмотрела на меня так, словно я только что повторил фразу, которую успели произнести до меня. Раз таки пять.        - Я хочу сказать, что если никто нас ещё не призвал к новому поиску и, видимо, не собирается, нужно придумать что-то самим, - старательно объяснял я друзьям, пытаясь казаться чуть умнее, чем есть на самом деле, - Боги будут возиться с этим делом довольно долго, я полагаю, и ни к чему хорошему это в итоге не приведёт. (Как всегда, впрочем.) А когда они обратятся за помощью к полубогам - будет слишком поздно и мы опять будем разбираться с более сложными проблемами, как обычно. Поэтому моё предложение: начать всё делать прямо сейчас, чтобы потом меньше было расхлёбывать.              Молчание. Неужто я снова сморозил глупость?        - Гм.. Да, Перси прав, - внезапно очнулся от мыслительной комы Ди Анджело, - Но только что делать? - он в надежде посмотрел на меня, ожидая, что у меня уже созрел план.        - А вот этого я пока не знаю, - меня сконфузило.              Снова молчание. Нико тоже было нечего сказать. Он вообще находился в какой-то прострации, присутствуя тут только телом. Вдруг Аннабет дёрнулась и с глазами, похожими на четверть доллара посмотрела на нас.        - Зато я, кажется, знаю! - то ли радостно, то ли победоносно заявила она.              Мы с Нико приготовились слушать, но вместо рассказа о том, как мы снова спасём мир, Аннабет выпалила следующее:        - Пошли, поймёте всё сами! - в глазах девушки уже скакали огоньки. Она была полностью уверена в том, что план, о котором пока никто не знал (кроме неё, разумеется), непременно сработает. Она кто? Дочь Афины. Афина кто? Богиня мудрости и стратегии. Почему я сомневаюсь в том, что её план не сработает? Потому что я не сын богини мудрости. И это ещё мягко говоря.              Мы вышли из повильона для трапезы и направились в сторону домиков. К моему удивлению, мы шли не к домикам большой тройки и даже не к домикам остальных богов, мы направлялись к жилищам детей младших богов.