Самосожжение

      — Будь здоров!       Одиночество отчаянно затрясло головой, не желая верить в то, что где-то рядом раздался голос.       — Эй! Будь здоров! Слышишь?       Но нет. Одиночеству не послышалось. Как оно ни пыталось найти тихое место для отдыха, в этом здании всё же кто-то был.       — Не можешь чихание от кашля отличить? — Одиночеству хотелось бросить в голову наглеца что-нибудь очень тяжелое: стол, утюг, трактор; но в этом помещении из потенциальных орудий для убийств был только шарф, забытый Тоской.       Время громко рассмеялось, каким-то образом заражая своим смехом и Одиночество.       Этих двоих часто путали из-за рыжего цвета волос. Этих двоих резко различали из-за характеров.       Одиночество знало причину визита Времени и само ответило на так и не произнесенный вопрос:       — По её венам течет ртуть, но в голове продолжает гулять ветер. Найдешь её там, где и оставил.       И никакой благодарности. Лишь дверью хлопнули чуть тише, чем обычно.       Смерть снова решила играть в игру: сделай вид, что не проходили десятки лет и миллионы жизней. Времени так было легче, оно согласилось играть по правилам. Но в играх обычно есть и проигравший, так ведь?       Время не выдержало: закричало, разбило стаканы и хрупкие контуры прощения.       А Смерть молчала. Хоть голова и разрывалась от звучавшего в ней «всё будет хорошо».       Жизнь дружила только с Судьбой, избегая всякого общения с остальными. Эти дамы имели власть надо всем; но правильно ли они этой властью пользовались?       Смерть простила Времени всё.       Их конец оказался счастливым.       Только в людей они больше никогда не играли.