Забери меня с собой

      Время неумолимо шло. Люк с Мэдисон росли, взрослели, но не переставали общаться и доверять друг другу. Люк исполнил свою мечту и серьёзно занимается музыкой, играя на гитаре, также как и Калум с Майклом, Мэдисон поёт, а у Эштона обнаружились способности в игре на барабанах. Прошло около шести лет с того дня, когда случилось примирение Люка Хеммингса с Мэдисон Смит. Сейчас ребята в восьмом классе. POV Мэдисон       Я немного подумала и решила, что сейчас самое время направиться к пацанам. В это время они всегда репетируют в гараже у Кэла. Создали группу. Хм, почему-то мне кажется это хорошей идеей. Репетируют каждый день в течении двух недель. Надеюсь, что за это время они хоть что-нибудь выучили и это «хоть что-нибудь» сыграют мне. Крикнув маме, что скоро вернусь, я вышла из дома и направилась к дому Калума. Уже смеркается. Да, конечно, только Мэдисон Смит приспичит сходить погулять с друзьями в десятом часу вечера. Но сейчас это не важно. На уроки можно забить, так как конец учебного года – учебники сданы, оценки выставлены, экзамены не страшны. Пока что. Не вижу смысла ходить в школу.       На знакомых улицах было пустынно и тихо, но мне это даже нравилось. Я достала свой телефон и набрала Люку. Мучительные гудки, но ответа за ними не последовало. Либо он увлечён музыкой и не слышит, либо у него очередной перепад настроения. Вообще, Люк – мой лучший друг. Многие говорят, что дружбы между мужчиной и женщиной не существует, но мы знаем, что это не так. Мы можем говорить обо всём на свете, обсуждать девушек, которые ему нравятся, обсуждать парней, которые симпатичны мне, смеяться над нелепыми шутками, мы даже можем просто молчать, но понять друг друга.       Но, конечно, у меня есть и лучшая подруга – Лейла Дэвис. С ней я познакомилась благодаря Люку. У Хеммингса тоже есть лучшие друзья, по совместительству - коллеги новоиспечённой группы. Эштона, Майкла и Калума я тоже считаю своими лучшими друзьями, но всё же с Люком я общаюсь ближе, чем с ними.       Но сейчас не об этом, а об изменчивом характере Хеммингса. Наверно, это покажется странным, но Люк может без каких-либо причин наорать на меня трёхэтажным матом, послать куда подальше, а через некоторое время извиняться и быть до чёртиков милым. До сегодняшнего утра я терпела это, хотя даже не терпела, мне просто было плевать. Я знала, что всё наладится само собой, но сегодняшним утром в школе, когда Люк постебался надо мной, а его дружки грубо загоготали, я просто послала его на хер и не разговаривала весь день. Не, ну а долго я буду терпеть эти оскорбления в свой адрес? Целый день я общалась с Лейлой, но сейчас она с парнями. Именно туда я и направляюсь, ибо сидеть одной дома и читать книгу, как какой-то ботаник – невыносимо скучно.       Войдя в гараж, я обнаружила как три парня, среди которых Хеммингса не было, и Лейла сидели вокруг старенького журнального столика и играли в карты. До чего же я ненавижу азартные игры! Как только я вошла, все уставились на меня, будто бы я привидение.       - Чё уставились? – сейчас я не настроена на вежливую беседу даже с друзьями.       - И тебе привет, - пробасил Майкл и хохотнул.       - Где Хеммингс? – требовательно спросила я, потому что, признаться, я шла сюда, чтобы наладить общение с Люком. Такого никогда не было, чтобы мы не общались целый день! Мне как-то не по себе и я хочу поговорить с ним.       - Не знаю, - ответил Эштон.       - Что? – растерянно спросила я, так как именно этого ответа ожидала меньше всего.       - Что слышала. Он не отвечает на звонки, на репетицию не пришёл, а идти к нему нам лень. Наверно, он просто спит, - объяснил Калум. Отлично, блять.       В душе нарастала тревога, а в голове возникла идея отправиться к Люку. Но была одна проблема – уже поздно, а идти до дома Хеммингса минут пятнадцать, не меньше. А потом ещё домой возвращаться. Я застыла в нерешительности, но потом решила, что самое лучшее в данной ситуации – это идти домой. А завтра в школе я встречусь с Люком, и мы поговорим, если он, конечно, придёт. Утро вечера мудренее.       - Вы снова рубитесь в карты? – недружелюбно спросила я.       - А что нам ещё делать? – спросил Эштон, подходя к своей барабанной установке. Похоже, что он вышел из игры.       - Репетировать.       - Люка нет, - Ирвин сел, повертел в руках барабанные палочки и ударил ими по барабанам. Он барабанил какой-то ритм, мне безумно нравилось, как он это делал. Эштон за барабанами становился каким-то другим, более взрослым и серьёзным. У меня в животе что-то перевернулось, но… там же не может быть бабочек, как обычно говорит Лейла! Какие на хер бабочки? Там кишки и внутренние органы, и… не буду вдаваться в подробности. Да, Эштон нравился мне, но чувства были какими-то непостоянными. Люк знал об этом, но предупредил, что Ирвину нравится другая, и что там всё серьёзно, поэтому я не на что не надеюсь. Хорошо, что я хотя бы дружу с Ирвином, и он не догадывается о моих чувствах. Плюс ко всему, я знаю, что это скоро пройдёт. Кстати, не мне одной нравится Эштон. Он пользуется большой популярностью у девочек из нашей школы, все только и бредят о том, чтобы сходить погулять с ним или, хотя бы, поздороваться. Ирвин – местный мачо, и он, зная это, флиртует со всеми подряд. Но все мы уже привыкли к этому. Я села на стул неподалёку от барабанной установки Эштона и тупо наблюдала за ним. Майкл вдруг что-то крикнул, но я не расслышала из-за громких звуков, которые издавали барабаны Ирвина. Эштон перестал барабанить и спросил:       - Ты что-то сказал, Клиффорд?       - Да! Сейчас не время барабанить - уже поздно, прекращай выпендриваться, это сейчас не к месту, - Майкл в своём репертуаре. Он всегда грубо разговаривает, но и это в порядке вещей.       - Я и не выпендриваюсь, - спокойно ответил Эштон и, взглянув на меня, загадочно улыбнулся и подмигнул.       - Хочешь попробовать? – дружелюбно спросил он и протянул мне барабанные палочки. Я без раздумья взяла их в руки и встала. Эштон освободил мне место, а сам встал позади меня.       - Я думаю, что это плохая идея, - обернувшись к нему, проговорила я.       - Попробуй сначала, - он засмеялся, когда я просто бездумно барабанила по многочисленным барабанам. Затем он объяснил мне какой-то простой ритм, и, через несколько неудачных попыток, и у меня получилось отбарабанить простенькую композицию.       Мне нравилось играть на ударных, это намного проще, чем петь. Во время исполнения ритма на барабанах чувствуется какая-то свобода, и, чем больше ты делаешь это, тем больше хочется барабанить и барабанить, делать это громче и громче. Словом, охватывает азарт. Когда я почувствовала усталость в руках, то перестала барабанить и огляделась. Эштона уже не было рядом, зато передо мной стоял Люк. Это было весьма неожиданно, поэтому я не знала, что сказать.       - Неплохо получается, - проговорил он и вальяжно усмехнулся. Сарказм, конечно. На самом деле Люк не такой. Он сейчас специально будет вести себя так, чтобы взбесить меня. Я встала из-за барабанной установки и почувствовала себя карликом. Люк очень высокий, примерно на полторы головы выше меня, поэтому смотрел он на меня сверху вниз, на его лице всё ещё была эта ехидная усмешка. На нём были обыкновенные шорты, футболка и олимпийка, руки в карманах. Я просто стояла и пожирала его взглядом.       - Может, ты хоть что-нибудь скажешь? – спросил он, а я поняла, что не хочу мириться. Меня раздражает его пафосное поведение. Я только хотела снова послать его, но к нам подошёл Эштон. Парни поздоровались, пожав друг другу руки.       - Я, пожалуй, пойду домой. Пока, - я посмотрела на Эштона, он кивнул и по-дружески обнял меня на прощанье.       - Тебя проводить? – спросил Ирвин.       - Нет, спасибо, сама дойду, - крикнула я, выходя их гаража.       - Можешь не возвращаться! – крикнул Хеммингс, на это я показала фак из-за спины и даже не обернулась. Ну вообще, круто. Лучший друг выгоняет из компании. Но я всё равно вернусь, на зло ему.       По дороге я размышляла о том, что дома меня ждёт нагоняй от мамы, так как уже очень поздно. На улице было темно, а фонари не горели как назло, и я пожалела о том, что отказалась от предложения Эштона проводить меня. С ним было бы безопасней. Я прошла почти половину пути, как вдруг услышала позади себя, как кашляет мужчина. Ускорив шаг, я огляделась, но из-за того, что было темно, ничего не увидела. Только слышала его шаги – он не отставал. Мне стало страшно, я шла и вертелась, как юла. Я стала думать о том, как мне спастись и уже чуть ли не бежала, как вдруг чьи-то холодные руки опустились мне на плечи. Я зажмурилась и закричала.       - Блять! Какого хрена ты орёшь, как резаная?! Заткнись, Смит! – я услышала знакомый голос, который нецензурно выражался и почувствовала, как одна рука держит меня за шею, а другая закрывает мне рот ладонью.       - Ты, грёбанный мудак, Люк! Ненавижу! – я высвободилась из его объятий, если это можно так назвать и ударила его по плечу. Конечно, я знаю, что ему не больно. Он не проронил ни слова, надеюсь, что в такой темноте я не промахнулась.       - Всё взаимно! – ухмыльнулся он.       - Если ненавидишь, зачем надо было провожать меня, тем самым пугая?       - Если что, Смит, то мне по пути с тобой, – Как я могла забыть? Мы же всегда вместе возвращались из гаража, когда ещё нормально общались. Люк уже обогнал меня.       - До завтра, ущербная! – крикнул он, оборачиваясь. Кретин. История повторяется, только в этот раз Люк не собирается извиняться. Странный Хеммингс, его как будто подменили.