Может все было иначе?

После того случая с ребятами Наруто дал себе слово, что, пока он сам не разберется с собственным прошлым, Узумаки не будет даже упоминать о своих снах друзьям. Какое у него было прошлое — уж точно не их забота. Более того, у них и своих проблем хватает: на носу экзамен на чууина, и ребята решили принять участие. Да и не они единственные. Как только об экзамене упомянул Ирука-сенсей, у подростка тотчас же возникло желание поучаствовать. Если бы парень был откровенен до конца, он бы признался, что главной причиной столь огромного желания являлся никто иной, как Учиха Саске. С самого первого дня знакомства с гением клана Учиха между парнями возникла конкуренция. По крайней мере, так считал сначала Ирука, а потом уже и Какаши. Если первый уповал на то, что в будущем конкуренция между мальчиками будет здоровая, то второй очень сильно пожалел, ведь все стало только хуже. Учиха специально доводил Узумаки до белого каления (не прилагая никаких усилий), а второй, в свою очередь, охотно поддавался на провокацию. В такие моменты Какаши рассчитывал на благоразумие куноичи, но та лишь вторила саскиным словам, что неимоверно злило преподавателя и причиняло боль Наруто. Харуно, возможно, и была лучшей ученицей в академии, однако со стороны не скажешь, что она пользуется своими мозгами по назначению. Хотя Хатаке все это списывает на гормональное развитие. *** — Саске-кун, а может, потренируемся вместе? Ты и я, под луной и звездами, — щеки девушки зарделись, а взгляд был направлен точно на Саске. Они стояли на мосту и ждали Наруто. Учиха никогда этого не признает, но в данную минуту он молился всем богам, которых знал, чтобы те спасли его и поторопили копушу-добе. Лицо его было настолько непроницаемо, что можно было бы предположить, что ведешь беседу с мраморной статуей. — Саске-кун, ты сегодня особенно молчаливый. Тебя что-то беспокоит? — куноичи подошла непозволительно близко к предмету своего обожания, за что и получила полный раздражения взгляд черных глаз. Сакура умерила пыл и оставшееся время просто стояла рядом, сконфуженно смотря под ноги. Пока каждый витал в своих мыслях, один очень непунктуальный блондин, сделав последний прыжок, с шумом приземлился на мосту. — Сердечно молю о прощении, — выпалил блондин, виновато смотря на своих товарищей, — я тут встретил старушку знакомую, помог донести ей сумки. Мы же еще успеваем на вечернюю тренировку? — спросил блондин у Саске, который прожигал его недовольным взглядом. — Усаратонкачи, тебе никто сумки не доверит: неуклюже тебя в мире не сыскать, — проговорил брюнет, скептично глянув на Узумаки. — Не сомневаюсь, что Саске-теме всегда прав. А теперь, если вы не возражаете, пойдемте на полигон. Охота кое-чьи иллюзии развеять по поводу его самоуверенности, — и, не теряя ни секунды, Наруто сорвался с места в направлении тренировочного полигона. Мало того, что ему снова начали сниться эти кошмары с участием рыжеволосого парня, волосы которого сейчас приобрели кровавый оттенок, так ещё и Учиха ему соль на рану сыпет. Сон не понравился Наруто, ведь обыкновенно ему снились чистые изумрудные глаза и рыжие, словно обласканные солнцем, волосы. Сейчас же во взгляде того парня была сталь, апатия. Кто бы ни обладал таким взглядом, в душе человек очень одинок. Наруто понял это, лишь раз взглянув в его глаза. Как ни странно, но он понял его чувства. И его душило одиночество временами. Если бы не Учиха, Узумаки бы пришлось не сладко. Парень, поймав себя на мысли, опомнился. «Это я без теме жить не смог бы? Да ни за какие коврижки!» — Узумаки лишь ускорился. Как будто он сможет убежать от собственных мыслей.