Защити меня от стен

Прошло несколько месяцев, которые мало что изменили в жизни кадетского корпуса: все те же тренировки, занятия, дежурства, отбой. Но это если рассматривать в глобальном масштабе, а в частности: Бертольд прислушался к совету Брауна и перестал вообще с кем-либо общаться, кроме Райнера. Фубар и раньше не отличался особой общительностью, а теперь мог и слова за целый день никому не сказать. Он не соглашался ни с кем прогуляться перед сном, за столом сидел либо отдельно, либо рядом с Брауном, в паре на тренировках тоже стоял лишь с ним. Многие даже перестали замечать существование такого кадета, как Бертольд Фубар. Райнер в свою очередь старался уделять ему побольше времени, чтобы тот не испытывал желания найти общение на стороне, да и жалел его Браун. Пусть они и не возвращались к теме любви, после того одного случайного раза, Райнер ощущал, что чувства Бертольда не изменились, а , может, даже стали сильнее. Впрочем, Браун не торопился решать эту проблему: Берт пока молчал, не смотря на то, что знал, что Райнер иногда проводит вечера в компании Кристы. Обычный рядовой обед, все сидят в привычных компаниях, кроме Ренц, которая подсела за стол к Фубару с Брауном. - Не будете против? - улыбнулась парням Криста, садясь на скамейку рядом с Райнером. - Конечно, нет, - засиял ответной улыбкой Браун. Бертольд промолчал, даже не посмотрел в сторону девушки. Та вопросительно взглянула на Фубара, а затем пожала плечами. Она давно хотела спросить у Брауна, почему тот дружит с Бертом, который настолько отстранен от внешнего мира, о чем они вообще общаются? Но не при Фубаре же это обсуждать, правда? Поэтому Криста начала нести всякую ничего не значащую фигню. Райнер охотно поддерживал этот бессмысленный разговор, что в какой-то момент забыл, что напротив них сидит еще один человек. Когда Браун вспомнил о нем, то Фубар уже ушел. «Твою ж мать..» - Что-нибудь не так? - увидев выражение лица собеседника, поинтересовалась Ренц. - Он опять меня не подождал, - посмеялся Райнер, стараясь изобразить, что все отлично. - А Бертольд всегда такой молчаливый? - решилась выведать Криста. - В общем, да. Берт предпочитает словам действия. Поэтому я всегда знаю, что он не подведет, придет на помощь. Он моя личная стена. Криста удивленно вскинула брови. - Знаешь, ты такая хрупкая, что тебя хочется защищать...всем и каждому, а я сильный. Это все знают, и все ждут помощи от меня, а ведь даже самым крепким требуется поддержка и опора. Бывают и такие ситуации, но я знаю, что Берт рядом, - неожиданно разоткровенничался Райнер.- Мы дружим с детства. С ним тяжело. Он не афиширует свои эмоции и чувства, а угадать его состояние очень сложно. Иногда смотришь в его глаза, цвета осеннего пасмурного неба, и не понимаешь ни черта: ни его мысли, ни настроение! Ренц особенно впечатлило описание цвета глаз, для нее у Фубара они были просто серые, а тут вон какие сравнения. - Так он тебе ничего не рассказывает? - Рассказывает. Иногда, когда уже сам справится не может. Мне остается сокрушаться, почему он не сказал раньше. Но Берт, сука, слишком независимый. С одной стороны это хорошо, он не грузит меня своими проблемами, а с другой - какая нафиг это дружба, когда он ради меня хоть на край света, а я ему ничем помочь не могу? Хотя хочу...но он ..у него какой-то свой мир, в который он никого не пускает.. Ты когда-нибудь смотрела ему в глаза? - Нет, - похлопала глазками Криста. - Я с ним и не общалась особо. Не помню, говорила ли вообще. - Ты посмотри. Шадис всегда ругает его за безынициативность и некоторую аморфность, но почему-то он среди лучших кадетов числится, уступая лишь мне и Микасе.. Странно, да? - Ну да, - Ренц уже пожалела, что спросила. - Так вот посмотри ему в глаза, ты поймешь, что он не безвольное создание, что этот стальной блеск не что иное, как отражение его внутреннего стержня. Берт способен на очень многое, если ему, правда, это надо. В нем есть скрытая сила, он не будет орать на всю казарму, как Эрен, насколько крут. Как известно, пустая тара громче звенит. А Берт... он тяжелый человек, характерный...но с ним спокойно, надежно.. для меня он идеальный друг. Вечером того же дня. Кадеты собирались идти на ужин. Бертольд не торопился, раздражая своей медлительностью Райнера. - Ты скоро? Харе копошиться, как улитка, - не выдержал Браун.- Мы тут уже одни остались! - Да? Этого я и ждал,- Фубар огляделся по сторонам. - Райнер, ты влюблен в Кристу? - С чего такие вопросы? - С того, что если я тебе не нужен, если все, что было, оказалось ошибкой, то так и скажи. Не надо меня мучить. Дай мне спокойно жить и дышать, отпусти, - Фубар посмотрел на Брауна и плавно выдохнул. - Я знал, что у нас ничего не получится, но пока ты мне это прямо не скажешь, я, как дурак, буду верить. - Ну, Берт.. я не знаю. Мне, правда, с тобой хорошо было. Но я не гей и не могу ограничиться только нашей связью. Женское тело-это совсем другое. Ты не одобряешь мой выбор, тебе не нравится Криста? - Мне все равно, хоть Криста, хоть Энни, хоть кто-то другой. Это не имеет значения. Я хочу знать, как мне жить дальше? - Давай я буду пару дней в месяц полностью посвящать тебе? - Браун подошел и обнял Фубара.- А Кристе мы ничего не скажем. Губы Райнер нежно коснулись шеи Бертольда. - Ты..ты мне предлагаешь роль любовника?- Берт оттолкнул от себя Брауна. - Ты чего?- Райнер не оценил поступок. - Я же не могу открыто с тобой встречаться, Криста для этой роли подходит куда лучше. Ну если тебе нужно чаще, то давай раз в неделю искать уединения. - Я люблю тебя, но роль третьего лишнего -это хуже, чем одиночество. - Кто тебе сказал, что ты лишний?- Райнер снова заключил Фубара в объятья и горячо поцеловал его. Бертольд заплакал, ему не нравилось предложение Брауна, но он ничего не мог поделать с собой. Обняв Райнера за плечи, он ответил ему на поцелуй. - Тук-тук, - произнесла Имир, когда открыла дверь мужской казармы и узрела то, что не стоило видеть. Райнер отшатнулся от Бертольда и оглянулся: «О черт! Имир и Криста... Какого хера вы тут забыли?» - Ребята, сказали, что вы еще не ушли на ужин. Криста предложила зайти за вами, чтобы пойти вместе. Вы идете или продолжите? - Имир усмехнулась, произошедшее было ей на руку. Лицо Кристы выражало полное непонимание. - Идем, - сказал Браун. - И вы не так все поняли. - Да, конечно. Просто у тебя что-то в зубе застряло и Бертольд помогал тебе достать... своим языком, - Имир не упустила случая постебаться. - Что это было, Райнер? Ты же говорил, что любишь меня, - наконец-то подала голос Ренц. - Райнер не виноват. Он любит тебя, Криста. Прости меня, но я люблю его. Я его поцеловал, он был против. Такого больше не повторится, - сказав это, Бертольд вышел вон из казармы, понимая, что мог бы сейчас промолчать. Тогда бы Ренц и Браун точно поссорились, и, возможно, Райнер стал его. Но, увы, Фубар убедился, что друг любит не его, а для Бертольда главным было счастье Брауна, поэтому он сам спалил тот единственный мост к своему счастью. - Так много слов от него за один раз? Неожиданно, - посмотрела в след Фубару Имир, продумывая могут ли ей быть выгодны такие чувства парня. - Это правда? - уточнила Ренц. - Да, - согласно кивнул Райнер, отметив, что надо поблагодарить потом Берта. Ужин находился в самом разгаре, когда в столовую зашел Фубар. Их стол, за которым они всегда сидели с Райнером, оставался свободным, поскольку все уже выработали привычку занимать одни и те же места. Однако Бертольд решил нарушить обычный ход событий и, найдя взглядом Спрингера, подсел за его стол. - Конни, ты ведь вечно не доволен своим спальным местом, - сразу обозначил свои намерения Бертольд, вот только бедный Спрингер немного напугался. «Эээ, ну я же уже давно молча терплю.. не сердись только..и дверьми не хлопай». - Есть такое дело, - ответил Конни, отметив, что Фубар беседует с ним без злобы и агрессии, хотя черт его знает, в тот раз он тоже спокойно шел к выходу, а вон чем закончилось. - Давай поменяемся. - А вы поссорились, мальчики? - посмеялся Жан, за что удостоился легким толчком ноги под столом от Марко. Бертольд проигнорировал замечание Кирштайна, ожидая решение от Конни, которого удивил такой поворот. - Райнер в курсе?- решил лишний раз уточнить Спрингер, заметив как Браун явился на ужин в компании двух девушек. Криста отправилась вместе с Брауном, а Имир села рядом с Марко, чем вызвала удивление доброй половины находящихся за столом: что-то творилось неладное, не хватало только веселой и разговорчивой Энни. - Нет, но если тебя это так волнует, то я могу ему сообщить, - Берта ничто не отвлекало, он продолжал вести свой диалог. - Аааа, так это только на Конни снизошла такая благодать, что Бертольд с ним заговорил, - не унимался Кирштайн. - Жан, ты лучше ешь, а то все остынет, - на этот раз совсем не Марко остановил словесный понос друга, это оказалась Имир. Затем она чуть наклонилась веред, чтобы Ботт не закрывал вид на Фубара. - Дурак ты, Бертольд, - холодно и грубовато продолжила Имир. - Завтра на тренировке стоишь в паре со мной, мне есть,что тебе сказать. Только не натвори за ночь глупостей. Сказав все это, девушка удалилась за другой, более уединенный стол. - Мужик сказал, мужик сделал...разве что кулаком по столу не ударила, - проводил ее взглядом Кирштайн. - Короче, Бертольд, ты попал. Как ты к БДСМ относишься? Ай, Марко, больно! Хватит меня избивать под столом! Ботт смутился от криков Жана и от того, что на них покосились, хихикая, другие кадеты, почти все, только Бертольд невозмутимо сверлил взглядом Спрингера, будто и не подсаживалась к ним Имир и Кирштайна с его комментариями для Фубара не существовало. - Так что, Конни? - Ну если ни у кого от этого не будет проблем, то я за. «Хоть остаток учебы нормально посплю»,- помечтал Спрингер. В отличие от Имир, Бертольд никуда не ушел, а продолжил трапезу на этом же месте, чем напряг троих парней, у которых разговор никак не клеился из-за присутствия четвертого. Криста сидела напротив Райнера, ожидая от того, хоть каких-то объяснений, а тот не понимал, что Ренц еще не ясно. «Хорошо, что я в обед ей так много рассказал, в том числе и о том, что мне сложно понять Берта, что он мне ничего не рассказывает. По крайней мере, я могу косить под дурачка и делать вид, что не знал ничего о его чувствах». - Ты собираешься с ним общаться после этого? - напрямую спросила Криста. - Да. Он все равно мой друг, - Райнер пожал плечами. - Мне это неприятно. Тем более, что вы спите рядом, - надула губки блондинка. - Мы с ним с детства дружим, вот с такого возраста, - Браун показал рукой расстояние от пола где-то полметра. - Я не понимаю, что тебя так напрягает? Берт сказал, что больше не будет, значит не будет. Да и в конце концов, это наша с ним проблема, нам ее и решать, а ты живи спокойно. - Значит, он тебе дороже? Так может расстанемся? Живи с ним, вы же друг друга с детства знаете! - Не кричи. Другим не обязательно знать содержание нашего разговора, - Райнер начал заводиться. - Я не собираюсь выбирать между вами. Вы мне оба дороги. Закрыли эту тему. - Нет. Он меня напрягает своим присутствием. Решай: либо я, либо он, - Криста продолжила капризничать, разве что ножкой не топнула. «Сейчас его выберу, он мне мозг не выносит своей ревностью... Да и вообще с ним минимум проблем. Тихий, немногословный, надежный. Разве что ноет иногда, но это потому что у него нет меня. Каким он счастливым был после того раза. Да ни одна баба так не радовалась, что я ее выебал». - Твою ж мать! А меня Имир твоя напрягает. Она на мужика похожа, и я не уверен, что у нее к тебе исключительно дружеские чувства, - перешел в контратаку Браун.- Итого: мы квиты, и твои истерики неуместны. Давай я тоже покричу на всю столовую. что выбирай либо она, либо я! Заебали твои истерики! Держи себя в руках! Он мой друг, и я не собираюсь прекращать с ним общаться из-за прихоти какой-то девчонки! Криста притихла, она не ожидала, что Райнер может настолько взбеситься. Ренц тихонечко заплакала, а Браун, выдохнув, решил все-таки поесть. Для сторонних наблюдателей выдался очень веселый ужин. Вернувшись в казарму, Бертольд и Конни затеяли переселение. Спрингер теперь совсем не был уверен, что это хорошая идея. - Может стоит подождать Райнера? Ты же слышал, что он сказал Кристе за ужином? - Конни подумал, что лучше примирить этих двоих. - Да, слышал, но так будет лучше всем, - не прекращая деятельность, ответил Бертольд. - Не уверен, - буркнул Спрингер, опасающийся, что из-за их разборок может и ему достаться. - Я уверен. Спи спокойно. И вроде от души пожелал Фубар Конни хорошего сна, но как-то прозвучало зловеще, особенно в совокупности с выражением лица Бертольда. - Доброй ночи, - Спрингер забрался наверх и стал ловить кайф от новых ощущений, мир со второго яруса выглядел иначе: свобода, простор и никого сверху. Фубар не стал дожидаться отбоя и лег сразу, стараясь заснуть до того, как явится Райнер, надеясь так избежать прилюдных разборок. В общем, когда Браун пришел - оба спали, хотя все остальные достаточно весело проводили время: карты, шутки, споры... - Не понял, - взгляд на верхнюю, затем на нижнюю кровать. - Они решили поменяться, - сообщил Марко, державший кулачки за то, что Браун скажет: "Ну ладно", - и ляжет на свое спальное место. Однако Райнер разозлился и сорвал одеяло с Фубара с грозным вскриком: - Подъем! Бертольд, естественно, проснулся от крика над самым ухом. Какое-то время он старался понять, что происходит: уже утро или Райнер хочет объясниться прямо сейчас. Поскольку за окном царила тьма, то Фубар логично предположил, что второе. - Верни одеяло, - сонно произнес Берт. - Ага, только ответь: какого хрена ты забыл в постели Спрингера? - скрипнул зубами Браун. - Теперь я сплю здесь. А вы там с Конни разберетесь, кто с краю, кто у стенки, -сев на кровати, сообщил Фубар. - Пойдем в коридор поговорим, - выбросив одеяло, Браун нетерпеливо сделал несколько шагов к двери, думая, что Фубар послушно пойдет за ним. - Ночь на дворе - орать в коридоре не лучшая затея. Ложись спать, - лениво отозвался Берт и с места не сдвинулся. Райнер разозлился окончательно, он схватил Фубара за руку и выволок с кровати: - Идем. Или будем разговаривать прямо тут, пока ты мне все не объяснишь! - Не о чем разговаривать и нечего объяснять, - освободил свою руку Бертольд. - Я предлагал тебе принять решение, ты отказался, не стал ничего решать. Итого, я оставил право выбора за собой. - Блять, хорош паясничать. Возвращайся наверх, - как можно дружелюбнее произнес Райнер, надеясь, что Фубар передумает, если поговорить с ним ласково. - Нет, - на агрессию отказом отвечать проще, чем когда тебе предлагают помириться. Вот поэтому Бертольд и не пошел в коридор, ведь наедине Браун подключил бы и объятья, и поцелуи - попробуй тут устоять. - Какого хера ты творишь?! Я ничего не сделал такого, чтобы ты обижался. «Чего это он удумал именно сегодня? Ну он же и раньше знал, что я трахаюсь с Кристой. Застали они нас... да что с того? Мы уже с ней объяснились. Теперь все может быть, как раньше». - Да, конечно. Но в этом и проблема, что ты НИЧЕГО не сделал, - покачал головой Бертольд, которого не устраивала эта затянувшаяся история с его безнадежной любовью. Он хотел, чтобы Райнер ему помог своим решительным отказом, а тот, наоборот, продолжал издеваться, предлагая роль любовника, будто Фубару только секс от него нужен. - Прости, я не умею читать мысли и не в состоянии догадаться, что у тебя там в башке. А тебе самому очень сложно ведь сказать, да? Молчишь, как на допросе у врага. - А что толку говорить, если ты все равно меня не слышишь? Все остальные в казарме отложили свои споры и карты и стали наблюдать за происходящим. Конни притаился наверху; Томас, экс-сосед Спрингера по кровати, забился в самый дальний угол; Жан предложил Марко поспорить на то, кто победит в случае драки; Эрен думал, что кто-то занимается не тем, чем должен заниматься солдат; только Армин тихонько предложил разнять и успокоить ругающихся, только его никто не поддержал. - Я тебя не слышу?! А ты уверен, что ты что-то мне вообще говорил, шизофреник гребаный? - Уверен. Сегодня перед ужином я просил тебя о помощи, а ты...Тебя интересует только свое личное удобство! - Берт захотел уйти из казармы, чтобы остаться одному, и не продолжать эту ругань на глазах у всех. Все-таки они могли наговорить лишнего и сорвать свое задание из-за личных разборок. - Стой, - Райнер его не пропустил. - Сбегать не надо, а то потом мне еще сто лет ждать, когда ты заговоришь. - Хочешь, чтоб заговорил? А не боишься, что потом не замолчу? - Это угроза, Берт? И вообще, я предлагал тебе решение, но тебе оно не понравилось, - огрызнулся Райнер, даже не вспомнив, что, уходя из казармы, собирался поблагодарить друга за то, что тот не сдал его Кристе и взял всю вину на себя. - Это нечестно, - Фубар старательно сдерживал слезы, но голос предательски дрожал. Райнер рассмеялся: - Как давно ты о честности вспомнил? - а затем шепотом добавил. - Вспомни, кто ты есть на самом деле. Этого Берт никак не ожидал от человека, которого звал лучшим другом, которого любил и который знал его слабости, по этим слабостям и бил. - Заткнись и дай пройти, - Фубар сделал шаг в сторону двери. Однако Браун оказался против и снова преградил ему путь: - Ты никуда не пойдешь и вернешься на свое место. - Нет, Райнер. Никогда не будет, как прежде. Снова попытка обойти Брауна, но Райнера слишком сильно задели слова Бертольда, он с силой толкнул его в противоположную от выхода сторону. Фубар постарался схватиться за лестницу одной из кроватей, чтобы не упасть, но сделал только хуже, потому что разодрал себе и рукав и кожу на левом предплечье, зацепившись за какую-то неровность. Сев на полу, Берт посмотрел на свою окровавленную руку, какое-то время молча, будто не его конечность, а чья-то чужая, а затем взглянул на Брауна с совсем не доброй усмешкой на губах. - Не надо, Берт, - Райнер ужаснулся, что же он наделал. Все остальные испугались, смотря на выражение лица Брауна, а затем и услышав громкий и весьма нервный смех Фубара. Неприятный и странный момент, происходящее понимали только двое: Райнер, впервые угадавший мысли товарища, и , собственно, Бертольд, наслаждавшийся страхом в глазах Брауна. Но как бы ни хотелось Фубару сейчас все разнести, он понимал, что ответственен за судьбу операции, поэтому не должен себе такого позволять. Снова сжать зубы и терпеть. Бертольд прижал раненную руку к телу, а его смех перешел в рыдание, сначала глухое и прерывистое, а потом навзрыд. Райнер смотрел на Фубара, понимая, что, видимо, правда затянул с решение проблемы их отношений. Браун опустился на пол рядом с Бертольдом, обнял его за плечи и прижал к себе. - Прости, Берти. Прости меня идиота, - Райнер поцеловал друга в макушку. «Берти....он снова назвал меня так... второй раз в жизни...тогда я должен был терпеть, теперь прощать... я с радостью, но не могу...больше не могу...такое ощущение тяжести внутри, будто мое сердце залили бетонным раствором.. я больше ничего не чувствую...даже боль в руке...её тоже нет», - Бертольд отстранился от Брауна, поднялся с пола и медленно, пошатываясь, ушел в коридор. - Блять, - Райнер посмотрел ему в след, но догонять не стал, а отправился спать, мол сам успокоится и вернется. Марко оказался менее спокойным за судьбу Берта и даже собрался пойти за ним. - Куда ты? Команда «отбой» давно прозвучала, если попадешься начальству о военполе сможешь забыть, - остановил его Жан. Ботт лег обратно, все-таки не нянька он Фубару, а Кирштайн наконец-то дело сказал. На следующее утро все проснувшиеся сразу посмотрели на бывшую кровать Спрингера, а Томас, пользуясь положением, даже потрогал спальное место рукой, но там оказалось пусто. Армин заволновался: - Может стоит сообщить кому-нибудь? - Кому? Шадису? Чтобы если Бертольд вернется, то его на поля отправили? - Райнер проклинал себя, что вчера устроил такие разборки. - Это да...но если ему нужна помощь? - Арлерт взглянул на Брауна. - Я не знаю, что делать и как будет правильно. Я уже наломал дров, - Райнер раздраженно выдохнул. - Давайте подождем до начала тренировки, - предложил Марко. - Если Бертольд не придет на занятия, то ему грозит минимум изолятор. Так что мы сможем сообщить Шадису о том, что он ушел еще вечером, не боясь его подставить. - А Марко дело говорит, - поддержал Ботта Конни. - Пойдемте завтракать, за едой время быстрее проходит, - протянул Кирштайн. - Жан, предложи встречаться Саше. Будете жрать вместе, - съязвил Конни. Нельзя сказать, что в любой другой день, кто-нибудь заметил отсутствие Фубара на завтраке, но сегодня иная ситуация, Имир напряженно вглядывалась в толпу кадетов, желая найти Бертольда. Время трапезы уже закончилось, а он так и не появился, к тому же лицо Райнера выглядело слишком напряженным, складывалось ощущение, что тот тоже кого-то ждет. Имир подошла к нему: - Где потерял своего поклонника? - Не знаю, он сам ушел, - Браун нервно постучал пальцами по деревянной столешнице. - Видимо, давно ушел. Переживаешь? - С ума схожу, - огрызнулся Райнер. Имир посмеялась: - Вы бы неплохо вместе смотрелись. Зря ты так с ним, он тебя любит, это видно. А настоящая любовь -это великая редкость и наивысшая ценность. Тратишь себя на ветреных девчушек-хохотушек, а потом сам себе локти кусать будешь, что проебал свое счастье. - Мне кажется, что ты лезешь не в свое дело, - Браун прекратил этот разговор очень просто, он встал и ушел на площадь, где через несколько минут должна была начаться отработка боевых навыков. Все уже начинали разбредаться по парам, лишь Райнер стоял в стороне и ждал своего постоянного партнера. В следующий момент вся мужская часть кадетского корпуса выдохнула облегченно, Бертольд жив, здоров и снова с ними. Фубар прошел мимо Брауна, не взглянув и не поприветствовав того. Это поразило Райнера, но не так как то, что Берт прямым путем пошел к Имир, которая открыто улыбалась ему. «Они будут работать в паре?! Он знал это заранее?! Я убью тебя, сука гребаная. А я то думал к чему этот допрос в столовой», - Браун до боли сжал кулаки, смотря как те готовятся к разминочной части. - Развод и девичья фамилия? Кажись, он тебя окончательно кинул, - не удержался от комментария Кирштайн. - Что с рукой? - Имир властно провела по левому предплечью Фубара. - Болит? - Нет. Так что не бойся, работать я буду в полную силу, - конечно, Берт не строил иллюзий о заботе со стороны девушки. - Все -таки вчера вы что-то навыясняли с Райнером. Он сегодня такой хмурый весь завтрак сидел, а ты вон с травмами, - Имир медленно разминала плечевые суставы.- Только не говори, что бинты у тебя под формой для красоты. «Почти. Бутафория для тех, кто видел, как я получил повреждение», - мысленно ответил Бертольд, вспоминая, как вчера, вопреки своему желанию, покидал казарму, чтобы кто-нибудь не заметил скорость, с которой его раны затягиваются; как полночи сидел в подсобном помещении, гадая как ему вернуться с абсолютно здоровой рукой и не спалиться. В конце концов Фубар решил подождать, пока все уйдут на завтрак, вернуться в казарму, забинтовать руку и переодеться, а потом идти сразу на занятия. - Да так, ерунда, - Бертольд не собирался больше обсуждать свою руку. - О чем ты говорить хотела? - О вас с Райнером и о нас с Кристой, - Имир сделала захват, а затем произвела бросок.- Зачем ты вчера соврал? - Насчет чего? - поднимаясь, поинтересовался Фубар. - Что это ты поцеловал Райнера, - усмехнулась девушка. - По положению ваших рук было понятно, что он совсем не против, как это преподнес ты. Выгораживал его перед Кристой? Во дурак, а мог бы счастливым быть. И мне бы еще помог. Не напрягайся, при падении больно ударишься. - Уж простите, - Берт попробовал последовать совету Имир, но он долго привыкал к новому партнеру, поэтому некоторое время чувствовал себя достаточно скованно. - Я хочу, чтобы Райнер был счастлив. Так что если он любит Кристу, то я не собираюсь им мешать. - Кончай заботиться о других. О своем счастье надо думать, - Имир снова отправила Фубара полетать и полежать на земле. - Давай объединим усилия и заполучим желаемое? - Без меня, - Фубар без промедления поднялся с земли. - Я тебе помогать в этом не собираюсь. - Почему? - готовясь к новому броску, спросила Имир.- Неужели ты не хочешь быть вместе с Райнером? Разлюбил? - Не таким путем. Если когда-нибудь он расстанется с Кристой, нагуляется и придет ко мне, то я буду только рад. Прощу все и приму таким какой он есть. Но если он любит её, то я желаю им долгого совместного счастья. Если я ему безразличен, то с кем бы и сколько мы его не разлучали, это не пробудит у него чувств ко мне. А я хочу по любви, а не по принуждению. Девушка сделала подсечку, Берт упал и ударился спиной, достаточно болезненно. - Я ж говорила - расслабься.