Защити меня от стен

Небольшой домик среди развалин радушно приютил двух солдат. Бертольд не спрашивал, чей это дом и откуда у Райнера ключи. Какое сейчас это имело значение? Фубара приятно удивило то, что Браун позаботился заранее о возможности его перевода из Гарнизона в Легион и о том, где они продолжат сегодняшнее свидание. Берт лег спиной на мягкую поверхность кровати, настолько сильно отличающуюся от коек в казарме, что даже не сразу поверилось в существование столь удобных спальных мест. Райнер не спеша скинул с себя часть одежды и расположился рядом с товарищем, ласково погладив Берта по плечу. Правда милости продолжались недолго. - Ты ничего не хочешь мне сказать? - недовольно взглянул Браун. - Что это за поцелуйчики? Ты там на стене без меня не тосковал, я гляжу. - На прощание. Надеюсь, что мы с ней больше никогда не увидимся, - Бертольд посмотрел в окно, из которого, о, радость, стена не просматривалась.- Когда мы уже сможем вернуться домой? Мои силы заканчиваются, мне слишком дорого обошлась эта служба в Гарнизоне: утром, открывая глаза, первое что видишь - стена, днем работаешь на стене, вечером, засыпая, перед глазами стоит та же стена, и во сне опять она. И, вроде, должен ее защищать, а ненавижу... впрочем я уже запутался, кого я ненавижу больше: себя или её. - Скоро, скоро все кончится, - Райнер погладил Фубара по волосам. - Знаешь, я думал, что никогда тебя не прощу. В тот момент мне стало все настолько безразлично. Абсолютная рефрактерность. Пустота. К счастью, наше задание заставило меня одуматься. Я ухватился за эту соломинку, и как видишь выжил. - Ты о чем? О том, когда я предложил тебе отношения на троих? - Райнер стал перебирать в голове вариант за вариантом. - Нет, - апатично опроверг Берт. - Хм...скажи, что я сделал? А то сложно так сразу сориентироваться, - Браун немного впал в детство и, сделав из указательного и среднего пальцев ножки, пробежался ими по телу Фубара. - “Вспомни, кто ты есть на самом деле”(с), - не реагируя на баловство Райнера, процитировал Бертольд. “Черт..надо следить за своим языком, даже в запале ссоры. Как я вообще додумался такое сказануть, зная, как он парится по этому поводу?” - Брауну стало стыдно и не только за те обидные слова, но и за то, что забыл, что произносил их. Райнер приобнял Берта и покрепче прижался к нему. - А кто ты есть на самом деле? - Браун поцеловал Фубара в плечо, несмотря на то, что тот был в куртке.- Для меня ты всегда мой Берт из соседнего дома, с которым мы вместе лазили по крышам ночью, чтобы рассмотреть звезды получше; ходили в страшный темный лес, где держались за руки, чтобы не потерять друг друга... А помнишь, то озере, на которое мы однажды сбежали в тайне от родителей, чтобы увидеть восход солнца? - Но не дождались и уснули, а проснулись уже жарким днем. - Потом твои родители посчитали, что я плохо на тебя влияю, даже пришли разбираться к моим. Тогда я думал, что потерял тебя...ты ведь казался мне прилежным и послушным мальчиком, который не осмелится перечить старшим. А ты пришел, вопреки всему, и еще и сказал: “Никто не сможет запретить нам общаться”. - Помню. И помню, как мне за это влетело от отца, - мягко усмехнулся Бертольд. - Ага, в нашем доме тоже все было слышно: и его крики, и воспитательные побои и твой плач в вперемешку с криками: “Он мой друг”. Я хотел заступиться за тебя, но мама меня не пустила. В тот момент я гордился, что ты именно мой друг, - Райнер начал расстегивать ремни упм на Фубаре.- Ты всегда вводил в заблуждение противника своими слезами..они ж не знали, что это твоя нормальная реакция на нестандартную ситуацию, и что это не значит, что ты отступаешь или сдаешься. Ты лил слезы, но шел к цели. - Бывает. Сам себя ругаю за то, что не могу сдержаться, однако противостоять этому не получается. Слезы льются как-то непроизвольно. - Однажды я подслушал один умный разговор, там говорилось о скрытой эмоциональности людей, тех которые внешне строги, спокойны и сдержаны, но внутри у них такой шквал чувств и эмоций, что другие обзавидуются.. такие люди зачастую не умеют их выражать ни словами, ни действиями... а организм не может все время подавлять, иначе это верный путь к саморазрушению, вот и находит разные выходы - слезы один из них. Ты плачешь от переизбытка чувств, - решил поумничать Райнер, продолжая бороться с ремнями Фубара. - Возможно. Что с Энни? - безвольно валяясь на кровати, поинтересовался Берт. - Она жива, но ничего не получилось. К счастью, в военполе не заметили ее временного отсутствия, - Браун уже хотел перейти от разговоров к делу. -Давай снимем с тебя одежду? Мне не нравится эмблема Гарнизона. Она не подходит к твоим глазам, то ли дело сине-белые крылья свободы. Бертольду было хорошо и просто лежать рядом с Брауном, но если тот желал большего, то Фубар не видел причин ему отказывать. Берт сел на кровати и снял пиджак Гарнизона, затем ремни, уже расстегнутые Райнером, после футболку, оголив верхнюю часть тела. Браун не удержался при виде обнаженного тела и провел указательным пальцем по линии позвоночника от шейного отдела вниз, а затем обнял друга со спины. Слегка покусывая того за шею, Райнер помог Берту избавиться от брюк, ласково касаясь внутренней поверхности бедер партнера. Слезы вновь потекли по щекам Фубара: сейчас он чувствовал себя счастливым в объятиях Райнера, но его терзало чувство, что он не заслужил этого, что другим от его действий плохо, а ему, принесшему столько бед и страданий, хорошо. - Берт...- Браун заметил легкое подрагивание плеч и слабые всхлипывания друга. Райнер слегка помассировал ему спину, поглаживая от лопаток до плечевых суставов. Фубар развернулся и прижался к любимому,так что теперь Браун не только слышал как плачет друг, но и чувствовал, как слезы Берта капают ему на грудь и плавно скатываются по рельефу мышц вниз. Браун прижал к себе Фубара. - Берти, мы справимся, мы вернемся. Я сделаю все, чтобы забыл о происходящем, как о страшном сне. Мы не виноваты в том, что сейчас происходит с людьми: человечество обречено, ему не спастись. И вообще может уже займемся друг другом? Я не могу больше терпеть, но ты должен перестать плакать, а то я буду чувствовать себя насильником, - Райнер протер слезы с щек Берта тыльной стороной ладони. Но ненадолго пропали соленые капельки с лица - не смог Бертольд остановиться. - Берт, твою мать, ни ты, ни я не в силах что-либо изменить. Мы не спасем этот мир, его никто не спасет. Пусть люди думают о себе сами, а мы будем думать о себе. О том, что мы должны вернуться, мы вместе, и что нас больше никто не разлучит. Самое бесполезное дело - переживать за всеобщее благо. Это сказка и такого никогда не случится, всегда останутся недовольные. Куда продуктивнее сделать счастливым того, кто идет с тобой рядом, - Браун приподнял голову Берта за подбородок и заглянул в его глаза. - Позволь, мне сделать счастливым тебя, а ты можешь для этой цели выбрать меня. Райнер несколько раз подряд поцеловал губы Фубара, такие соленые от слез. - Я уведу тебя отсюда, очень скоро, нам надо всего лишь довыполнить задание, и мы вернемся, а пока я буду защищать тебя от всех невзгод..и от стен в том числе. Только будь рядом.

НОЧЬ. КАЗАРМА. ГАРНИЗОН.

Деревянные доски над головой отвлекали от мучительных мыслей рядового Хермана. Да, с ним и такое случалось: вроде нормально жилось, хорошо, а тут подумать решил, и все! Конец беззаботному времяпровождению, покинула душу веселость, тянет о смысле бытия порассуждать. Изредка он поглядывал на спящего рядышком Брендона, который так сладко посапывал, что хотелось заткнуть ему нос, чтоб не раздражал своим звуками. “Спит , как убитый. Может и не будить, не спрашивать? Если он не проснется, то и не узнает, - оглядевшись по сторонам, Люк сделал вывод, что и все остальные далеки от бодрствования. - Я один от бессонницы страдаю. Думать вредно... Но, черт! Эта мысль не дает мне покоя! Вот же ж нахрен”. Херман повернулся спиной к Нильсону, надеясь, что так будет проще. Увы и ах, крепкий сон напарника и собственные желания заставили его развернуться обратно и реализовать намерения. Накрыв и себя, и соседа одеялом, Люк коснулся губ Брендона. Нильсон сквозь сон, естественно, ничего не понял, но поцелуй оказался настолько нежный и приятный, что Брендон непроизвольно ответил на него, думая, что это ему снится, и он в постели с девушкой мечты. Реальность оказалась жестока. Нильсон открыл глаза и с трудом различил своего партнера в темноте под одеялом, который уже не только целовал его, но и обнимал. - Какого фига ты творишь?- Брендон отстранился от Люка. - А?....ну..типа это.. я тебя поцеловал, - растерялся Херман. -Я постеснялся тебе предложить в открытую... тем более ты спал, я не мог тебя спросить. А мне очень захотелось попробовать так же, как Фубар с тем легионером. Ну вот я и не удержался... ты не подумай только ничего такого. Это чисто по приколу. - Эээ...а знаешь, - потер свой лоб спросонья Нильсон. -Я тоже об этом думал. У них это неплохо выходило. Может попробуем еще раз? А то я спал и не прочувствовал в полной мере. - Ага!- охотно согласился Херман. И они поцеловались еще раз, а затем еще и еще. - Люк, а как ты думаешь, Фубар с этим блондином только целуется? - Не знаю, - Херман откинул одеяло в сторону, ибо стало слишком душно и абсолютно нечем дышать. - А давай спросим? - Брендон вдохнул свежий воздух, который предал ему активности и боевой настрой. - Дык он же в легион свинтил, - пожал плечами Люк. - Да и зачем тебе? - Мне просто интересно, как это происходит, когда оба парни, - задумчиво приложил руку к подбородку Нильсон. - Ты еще попроси их это при нас сделать, мол хотим повторить, - посмеялся Херман. - Боюсь, кабанчик не оценит нашу тягу к познанию. Он какой-то нервный в отличие от своего любовничка. - А ,собственно, почему бы и нет? - Брендон продолжал гнуть свою линию. - Девушек в Гарнизоне мало, война хз, когда закончится. Так что ж это выходит: онанизм единственный выход? - Бренд, я думаю, что мы сможем разобраться сами...ну в тонкостях однополой любви. -Так ты согласен?!- Брендон отозвался слишком радостно для человека, тупо желающего плотских утех. - Ага, только не кричи. Мы не одни в казарме.- Херман шепнул товарищу на ухо. - Давай завтра пойдем разбирать подсобку? Майор давно говорит, что там такой бардак, что слона можно потерять. А мы, типо, возьмемся победить этот срач, заодно и приобретем на практике новые знания. - Мммммм, ты гений, - подмигнул Люку Брендон.