Ранним утром.

Блевать кровью - это мерзко. Выташнивать собственную душу - еще менее приятно. Я захожусь в судорогах совсем рядом с небесным морем, а ты стоишь за моим плечом, но только не в этой жизни. Небо правда похоже на море, и я мог бы тебе об этом рассказать. Хочешь, я расскажу тебе об этом? Оно туманится, обнимает себя за плечи тучами, и я прыгаю в эти объятия. Я стану хмурым, дождливым небом, которое никто, кроме меня, не любил за успокаивающую близость. Сквозь стальные клубья прорывается нестерпимо яркий свет находящихся на небесах ангелов. Я бы много рассказал тебе о небе, потому что оно человечно. В ушах звенит испорченное ангельское радио. Я пал, теперь я слышу только помехи. Я пал из-за тебя, ради тебя, и вернусь только благодаря тебе. Если ты захочешь снова отправить меня на Небеса. Я смотрю на свое тело, и оно уже не отвратительно мне. Потому что оно слепок твоего. Можешь сказать, что я сделан по твоему образу и подобию, и это даже не будет богохульством. Я не буду вспарывать себе кожу и вены на сердце, потому что и так уже слишком больно. Я пытаюсь спрятаться от этой боли и думаю, что у нее, в отличие от Смерти, только одно имя. Боль безжалостна, а Смерть милосердна. Это все какие-то странные для тебя слова, написанные не то уставшим, ничего в жизни не добившимся офисным клерком кризисного возраста, не то максималистичным подростком, похожим на сотни других. Я пишу это кровью с трещинок твоих губ. И все же, я не дорассказал тебе про Небо? Небо примет меня. Небо умеет ждать. Я ложусь затылком на край окна и почти засыпаю. Голова кружится от голода и никотина. Сосед, вышедший на соседний балкон, считает, что я рехнулся. Мне немного страшно от мысли, что у меня может быть маниакально-депрессивный психоз или что-то в этом роде. Сколько-то лет назад я так и не стал спасать чужие души белым халатом и дежурной фразой. Я хочу окунаться лицом в мое Небо. Ломать хребет мой и любви не так уж или больнее, чем думаешь. Я сожмусь в свой вечный комок и прыгну лицом вверх. Давай на счет? Раз... два... Твои глаза становятся Небом.