Каленый бересклет

Уильям обхватывает его коленями, елозит, удобнее устраивается на чужих бедрах. Нутро, хоть и растянутое, с трудом принимает в себя крепкий член со взбухшими, оплетающими ствол венами, и Уилл сжимает крепко зубы, так что черты его лица искажает судорога боли, выдыхает рвано и через раз, но продолжает опускаться до конца. Ганнибал все еще одет, даже жилетка из костюма-тройки закрыта на все пуговицы и практически не помята, одни лишь штаны расстегнуты и открывают молочно-бледную кожу бедер и выступающие тазовые кости, что Уилл оглаживает пальцами и ведет вверх, забирается ладонью под рубашку, чувствуя, как от каждого его движения у Лектера поджимаются мышцы живота. Ганнибал вцепляется в его бедра стальной хваткой, - Уильям знает, потом нальются багровые гематомы, - и неотрывно смотрит на него, следит за ним потемневшими глазами, будто охотится, и от этого взгляда Уиллу хочется то ли стонать, то ли закрыться. Уильям движется резко, быстро, ненасытно, вскидывает голову и чувствует, что его самого ведет от взгляда, которым щедро одаривает его Ганнибал. Тот ничего не делает, лишь держит крепко, пригвождает к себе, вскидывает бедра навстречу и чуть ли не вколачивается в расслабленное тело, да смотрит жадно и сумасшедше, словно вгрызться готовится и ищет место посочней. Уилл уже готов кончить, его член пульсирует и требует разрядки, от этого практически больно, и тут он чувствует, что член самого Лектера начинает будто разбухать, расширяться, растягивать его изнутри еще сильнее, практически разрывая, и Уильям замирает, увязает, как муха на клейкой ленте, не может двинуться дальше, сцепляется с Ганнибалом воедино, и это одновременно и горячо, и больно, и грязно. Ганнибал ухмыляется безумно и жестко, втягивает носом воздух, подается вперед и дергает Грэма на себя, входит еще глубже, так что Уилл стонет удивленно и страдающе-пошло от боли, пряной, острой и приятной на грани. - Ликан? Это объясняет...твои...вкусовые...предпочтения, - выдыхает Грэм на высокой ноте, пытаясь удобней устроиться на кажущемся огромным узле. Ганнибал хмыкает и припадает ртом к его груди, ведет языком вверх, оставляет влажный след на ключице, лижет шею, будто укусит сейчас, но вместо этого обхватывает губами горячую мочку чужого уха и облизывает кончиком языка. И неожиданно укус все-таки происходит, когда Уильям сам наклоняется к нему, вцепляется зубами в плечо при очередном резком и глубоком движении, чувствует, как выступает отдающая сталью кровь и пачкает в ней губы. Ганнибал ведет бедрами по круговой, вкручивается в Уилла по миллиметру, хрипло стонет-рычит ему куда-то в адамово яблоко, проталкивает узел как можно дальше и движется, медленно и мало, покуда позволяет сцепка. Уильям оттягивает его за волосы назад, впивается окровавленными губами ему в рот и, наконец, кончает.