Ты в моих снах

Наши с Джаредом отношения были похожи на качели: сегодня все прекрасно, я везу Джея в университет, потом мы едем к нему и до одури трахаемся, а завтра он обижается на весь свет, а больше всего на меня, впадает в депрессию или закатывает мне сцены ревности, и я готов сам везти его к психиатру, потому что даже с девчонками мне не приходилось так туго. Я быстро понял одну вещь: у моего подопечного шаткие нервы, и нужно стараться держать его на краю, чтобы не сорвался и не наделал глупостей. А еще в его анамнезе были две попытки суицида. Через неделю после начала моей работы в качестве охранника Тай Олсен, мой предшественник, а ныне шеф службы безопасности «Genermet», передал мне официальное приглашение к мистеру Моргану. Я входил в кабинет отчима Джареда с некоторым трепетом и оказался прав, потому что меня встретил внимательный и недобрый взгляд темных, умных глаз. Когда Джеффри Дин не улыбался, он уже не казался приятным парнем. Предо мной сидел жесткий, бескомпромиссный руководитель огромной компании. - Мистер Эклз, садитесь, - Морган обошелся без приветствий. Я занял кресло напротив, предполагая, что получу разнос. Как ни странно, меня это слегка успокоило и заставило собраться с духом и мыслями. - Мистер Эклз, я, кажется, в прошлый раз объяснился предельно ясно. Вы не поняли меня? - Смотря что вы имеете в виду, сэр. - Вы спите с моим пасынком, но, хуже того, вы разбиваете ему сердце. - Ничего подобного у меня и в мыслях не было, поверьте! – я не очень понимал, к чему этот разговор. У нас с Джаредом порой было не все гладко, слишком мы разные, но я старался привыкнуть к его чудачествам и относиться к нему терпеливо и нежно. - За прошедшую неделю Джаред дважды поднимал службу безопасности и требовал найти вас хоть под землей. - Черт! – как я мог надеяться, что ему не донесут? Один раз я был на вечеринке у Дани, а второй вышло вообще забавно: я оставил зарядное устройство от телефона в машине, а вечером решил выйти в супермаркет и купить кофе и сигареты. В итоге получилось, что Джаред снова потерял меня, отправил ко мне своих церберов, но и они ломились в закрытую квартиру. Пришлось ехать самому и приводить любовника в чувство нежными уговорами и глубоким минетом. - Это вышло случайно и больше не повторится. Хрена с два я еще раз захочу увидеть, как Джей судорожно стискивает меня в объятьях и захлебывается слезами. - Надеюсь, - сурово ответил Морган, - потому что если с Джаредом по вашей вине случится что-то нехорошее, лучше вам сразу оплатить услуги похоронного бюро. Я кивнул, несколько опешив. У меня не было ни малейшего повода решить, что его угрозы несерьезны. - Мы с вами поняли друг друга, мистер Эклз? - Вполне, сэр. За нами следили все время. Я чувствовал спиной чужие взгляды, не то чтобы недобрые, скорее, какие-то отстраненно-любопытные. Скорее всего, за нами приглядывали с подачи мистера Моргана, и теперь я начинал его понимать. Несмотря на это, в целом все было неплохо. Работа у меня оказалась, что называется, отдыхай и получай удовольствие за деньги. Рано утром я приезжал к Джареду – я все еще отстаивал право жить в собственной квартире, хотя Джей не оставлял попыток уговорить меня переселиться к нему, - готовил завтрак и расталкивал этого соню. Надо сказать, Джаред охотно велся на запах вкусной еды и вставал легко, радуя меня утренним стояком и нежными поцелуями. В такие моменты я сходил от него с ума, удивляясь, как прежде жил без этого непосредственного и искреннего мальчишки. Потом мы ехали на лекции, я оставался ждать, а когда Джаред выходил, то всегда целовал меня прямо на университетской парковке. «Чтобы завидовали». Мы отправлялись обедать в какой-нибудь небольшой ресторанчик, где никого не шокировало наше откровенно гейское поведение. Джареду нравились нежности на людях. Я сперва раздражался, а потом привык к его забавному эксгибиционизму. Иногда к нам присоединялись мистер Гордон и Ариадна, тогда Джареду удавалось держать себя в рамках норм поведения. Они беседовали на свои скучные заумные темы, оживленно дискутируя и перебивая друг друга, будто университетских семинаров им было мало. Я часто ловил на себе внимательный, заинтересованный взгляд темных глаз преподавателя. - Слушай, а этот ваш Джозеф, он, часом, не гей? – спросил я как-то у Джареда. - Откуда ты знаешь? – удивился он. – У тебя как бы гей-радар, да? Вроде как своих за милю чувствуешь? Почему-то меня это задело. - Детка, я вообще-то би, так что мне вообще фиолетово, парень передо мной или девчонка. - Вот как? Мне начинать ревновать тебя к Ариадне? - Только не к ней. Здесь ты можешь быть спокоен, - поморщился я. Невзрачная девочка с громким истеричным голосом не вызывала во мне ничего, кроме глухого раздражения и жалости. - Тогда мистер Гордон? – с усмешкой спросил Джаред, демонстрируя хитрые ямочки на щеках. – Но тут облом, Дженс, у него кто-то есть. Каждый вечер его встречает какой-то небритый мужик на подержанной тачке. - Оу, теперь я слышу ревность в твоем голосе, - подколол я Джея, - признайся, тебе нравился этот Джозеф? Наш разговор зашел куда-то не туда, но умница-Джаред сам решил поставить в нем жирную точку. - Дженсен, - сказал он, глядя мне в глаза так, что внутри все скручивалось в тугой узел, - с тех пор, как ты со мной, я вообще никого не вижу. Но… ты же со мной, правда? - Конечно, я с тобой, - ответил я и сам уверенный в собственных словах. Джаред вошел в мою жизнь, как торнадо, которое обрушивается всей своей несокрушимой мощью, разбивая защитные укрепления в осколки. У меня не было грандиозных планов, когда возвратился домой из армии, но я подумывал открыть небольшой бизнес, автомастерскую или, там, небольшое кафе. Хотелось почаще встречаться с приятелями, собрать нашу старую школьную группу и играть вечерами старый добрый рок. Но я встретил Джареда, и все пошло по-другому. Через две недели я почти сдался напору и две ночи из трех проводил с ним, в его постели. Мы почти не спали, дурачились, целовались, смотрели на звезды и мечтали о лете. Джей хотел свозить меня в Малибу, чтобы научить кататься на серфе, и я тоже загорелся его идеей. Мне было хорошо с ним. Нет, не так, нам было хорошо вместе, и ничего, совершенно ничего уже не хотелось поменять. Жизнь сама внесла свои коррективы. У Джареда имелась одна привычка, которая бесила меня до безумия: он проводил много времени в соцсетях. С тех пор, как мы познакомились, он говорил, что стал меньше строчить в твиттере. Но это означало лишь, что раньше он в нем жил. Мало того, у него появилась потребность без конца хвастаться мной и нашими отношениями перед какими-то незнакомыми людьми. Это называлось у него: - Я тебя люблю, и пусть весь мир об этом знает! - Какое дело всему миру до нас двоих? – возмущенно ворчал я, обнаружив в ленте сообщений фотку, на которой я пью чай с заспанным поутру лицом. - Здесь так принято, Дженс, - с невозмутимым самодовольством сообщал мне Джаред, - все делятся своими впечатлениям, обмениваются мнениями о том, что происходит в жизни. Но я не готов был к подобной извращенной открытости, и мне порой хотелось сломать его изящные длинные пальцы, которые порхали, набирая что-то вроде: «пишу вам, пока мой сердитый медвежонок принимает душ». После одной из таких записей я молча оделся и ушел, громко хлопнув дверью. Джаред прибежал ко мне и чуть ли не на коленях клялся, что больше не напишет ни слова в твиттер. Я его простил, конечно, хоть и не особо поверил. Джаред общался в сети со множеством людей. Иногда общение выходило за рамки приятельского, у него было несколько, скрытых никами, друзей. Но почему-то Джей считал их именно друзьями. И вот один, а точнее одна из этих друзей появилась в нашей жизни, поставив все с ног на голову. - Ее зовут Жен. Женевьев Кортез, она приехала поступать в колледж, нужно показать ей город. - В Нью-Йорке полно профессиональных гидов, - пожал я плечами утром за чашкой кофе. Как всегда после шикарного секса доброжелательный и рассеянный. - Дженсен, это же та самая Жен, которая СеньоритаВамп, помнишь, я тебе рассказывал? - Неа, не помню. Что с того? - Ну, мы дружим, и я вызвался ей помочь. - Блядь! – добродушие как ветром сдуло. Я мало того, что отвечал за безопасность Джареда, и любое новое лицо в его окружении вызывало во мне подозрения, так я еще и жил с ним. Мы проводили двадцать четыре часа в сутки вместе, и я не хотел, чтобы рядом болталась какая-то СеньоритаВамп. - Дженсен, - сделал просительные глазки Джаред, - это только пара дней. Ну пожалуйста! А я потом тебе отработаю! - Рот заболит отрабатывать, - пригрозил я. - Ты моя любимая язва! – нежно пропел он, обнимая меня за шею и целуя в щеку. – Ладно, раз ты не хочешь, я позвоню Таю и попрошу другого шофера. - Не придумывай, - я тут же пошел на попятную, не хватало нам только постороннего мужика плюсом к посторонней девке. Да и Морган не обрадуется, узнав о таком казусе. – Поехали, большой босс, располагай своим верным слугой. СеньоритаВамп оказалась чернявенькой большеротой мексиканкой. Эта замухрышка походила на роковую женщину, как морковка на член. - Жен приехала из Сан-Франциско, но ее родственники с Корсики, здорово, правда? - поведал мне Джаред, искренне обрадованный появлением Кортез. Мой бедный мальчик, он совершенно не разбирался в женщинах, сначала Ариадна, теперь эта Женевьев. Ревновать тут не к чему, но раздражения это не убавляло. - Ну, что поедем смотреть? – весело поинтересовался Джаред, потрясая путеводителем. – Музей Метрополитен, Эмпайр Стейт Билдинг, статую Свободы? Но СеньоритаВамп оказалась хитрее, чем я думал. - А классные клубы у вас тут есть? – спросила она без малейшего смущения. – Я не прочь сегодня оторваться в честь встречи, а в музеи можно и завтра. - Ну… хорошо, как скажешь, - немного удивился Джаред, тут же обрадовано глядя на недовольного меня. Мол, смотри, какая молодец, не придется болтаться по городу, осматривая достопримечательности. Я присмотрелся внимательнее. Внешне Кортез выглядела невинной овечкой, но что-то мне подсказывало, что я подпустил к своему парню волчицу. Поехали мы не куда-нибудь, а в Copacabana, лучший ночной клуб Нью-Йорка, где несмотря на громкое имя Падалеки секьюрити просветили нас всевозможными сканерами и даже досмотрели лично. Я мстительно порадовался, глядя, как морщится Женевьев, когда ее щупают за отсутствие груди. Мне всегда казалось позорным ходить в клубы, есть и пить за чужой счет, а вот Кортез, кажется, не заботили подобные старомодные мелочи. Джаред платил за всю компанию, наивно радуясь, как его интернетная подружка веселится и заливает в себя разнообразные коктейли. Я смотрел на это безобразие сквозь пальцы. В принципе мне все равно, сколько денег у моего парня и на что он их тратит. Можете считать меня ненормальным, но денежный аспект наших отношений всегда тревожил меня. Мне казалось унизительным, что Джаред дал мне работу, что он платит мне за то, что я нахожусь с ним рядом. Будто я не стал бы беречь его как зеницу ока, если бы мне не платили за это зарплату. По большому счету, Джаред меня спас от больших неприятностей, в которые втянули меня Мэтт и моя собственная глупость. Работа, квартира, машина – все это было только благодаря ему. Я утешал себя тем, что мою работу оплачивает Морган, а не Джей, но оправдание было слабым. Я знал, что любил бы Джареда, даже будь он нищим. - Дженс, ты совсем ничего не пьешь, - Джаред покинул танцпол и прильнул ко мне, разгоряченный, вспотевший, безумно красивый с мокрыми прядками у висков и сверкающим, пьяным взглядом, - пойдем веселиться. - Я на работе вообще-то, - поднимая чашечку с кофе, ответил я. - Я даю тебе выходной, - Джаред поцеловал меня в ухо, не удержался и лизнул ушную раковину, посылая в пах знакомый импульс. Пришлось его немного охладить: - Ты не мой работодатель, и здесь, среди посторонних людей, я не могу себе позволить расслабиться. - Думаешь, мне что-то здесь угрожает? С такой охраной, как тут… - Все равно. Кстати, тебе не мешало был забронировать номер в отеле для своей подружки, если не хочешь, чтобы она спала в твоей постели, - небрежно посоветовал я. - Ты про Жен? Конечно, как же я сам об этом не подумал! Пойду спрошу, есть ли у нее где переночевать. Я проводил взглядом его спину и заказал еще кофе. Ну почему я такой? Почему не могу просто любить и принимать любимого человека таким, какой он есть? Откуда это стремление все переделывать? Иногда мне казалось, что я люблю не того Джареда, который рядом со мной, а другого, придуманного в ту, первую неделю после нашей встречи. И меня бесило, когда что-то шло не по плану. Я мог бы долго заниматься самокопанием, если бы вдруг не оглянулся. Взгляд, тот самый, изучающий, проницательный, как рентген, исходил от мужика за противоположной стойкой. Я никак не мог отследить его, и тут такая удача. Неужели наши невидимые друзья попались? Я сделал вид, что увлечен кофе и ревнивым подглядыванием за Джаредом и Кортез. Мужик на той стороне зала тоже наблюдал за ними. Он был похожим на профессионального шпиона – то есть никаким. Точнее, по нему невозможно было составить впечатления, кто он по профессии, сколько ему лет, отсутствие элементарного стиля в одежде сбивало с толку. Ему могло быть двадцать, а могло и сорок, он мог быть поваром, рекламным агентом, мелким служащим, если бы они имели средства на посещение Copacabana. Джаред и Жен, раскрасневшиеся и веселые, уже изрядно пьяные, ринулись к бару за выпивкой. Я улучил момент и смешался с толпой танцующих, надеясь, что сумел выпасть из поля зрения шпиона. Подкрался со спины, со всей силы хлопнул по плечу и заорал: - Джонни, приятель, ты? Это действовало безотказно, когда надо было быстро и непринужденно завязать с кем-нибудь знакомство. Потом обычно следуют извинения, что обознался, уверения, что «ничего-ничего», и вот ты уже с новым другом беседуешь на интересные тебе темы. Но подозрительный тип оглянулся и расплылся в улыбке: - Дженни? Вот встреча-то! Откуда ты здесь? Кажется, тут я прокололся. Я просто оказался не готов, что он назовет меня по имени. А парень, с неожиданно располагающим, хоть и простоватым лицом, которое украшала двухдневная русая щетина, радостно раскрыл мне объятья: - Дженни! Не могу поверить, Дженсен Эклз собственной персоной! Вторая дивизия, 10 полк, разведка? - Ну да. - А я из первого танкового. Только ты спутал, я Томми, Джонни был высоким и лысым, как твоя коленка. Он захохотал, похлопывая меня по плечу. Я напряженно улыбнулся, растерявшись от такого напора. Бормотать о том, что обознался, было еще нелепее, чем поддерживать разговор с неопознанным типом, который откуда-то хорошо меня знал. - Эй, бармен, - подозвал Томми служащего щелчком пальцев, - сделай нам два виски безо льда. Выпьем, Дженни, за нашего несгибаемого генерала Уильямса. - Я на работе, - возразил я, натянуто улыбаясь искренне довольному встречей Томми, которого я так и не вспомнил, равно как и лысого, как коленка, Джона. - Ммм, жаль, - Томми сочувственно кивнул, - охраняешь богатенького сосунка, который колбасится с мексиканкой? - Ага. Блин, чуть было не забыл о Джареде! Я тут же принялся вертеть головой, отыскивая его взглядом среди мельтешения дергающихся тел. Но ни его, ни Кортез не было видно. - Ах ты ж, черт! – высказался Томми. – Зря ты оставил мальчишку с этой шмарой, по ней сразу видно, что аферистка. Пойдем-ка… Мы ломанулись в толпу, расталкивая, распихивая танцующих. - Ищи своего молокососа, - сжав мой локоть, прокричал Томми, а сам шагнул к охранникам заведения и что-то быстро заговорил, указывая на меня и на танцпол. Я схватился за голову. Да тут не меньше тысячи человек, полутьма, как здесь отыскать Джареда? Вот идиот, - подумал я в следующий миг, - а камеры! Наверняка вся территория клуба просматривается. Я кинулся к администратору и сбивчиво объяснил, в чем проблема. Как ни странно, никакого противодействия мне не встретилось, напротив, обходительный начальник охраны уверил меня, что безопасность клиентов для них главное правило и отвел на пульт, где стояли мониторы. Я лихорадочно заглядывал в каждый из более чем тридцати мониторов, отыскивая знакомое лицо. Джей, Джей, Джей, только найдись, детка, больше я не выпущу тебя из виду! - Это не он? - Он! Я чуть не сполз на пол от внезапной слабости в ногах, когда увидел Джареда лежащим на широкой кровати в комнате «для отдыха». Побежал туда, за мной топал Томми и с ним трое или четверо охранников. Я ворвался в полутемное помещение, бросился к Джареду, ничком лежащему на кровати, уткнув лицо в подушку. Схватил его безжизненную руку, щупая запястье. На один страшный миг мне показалось, что он не дышит. - Бокал, - очень серьезно произнес за моей спиной Томми, - вызывайте копов, ребята, похоже, у нас тут клофелин. - Джей, Джаред, проснись! – я перевернул его, ударил по щеке, потом еще раз и еще. – Джей, проснись! Чего вы стоите?! Службу спасения вызывайте! - Они уже едут. - Пусти-ка меня, - вклинился Томми, устроился на кровати, переваливая безвольное тело на колени и впихивая два пальца в рот. Джаред дернулся от неприятного ощущения, его стошнило. - Хорошо. Помоги мне, - скомандовал Томми, перехватывая Джея под одно плечо, я закинул на шею вторую его руку. В туалете Джаред очнулся от тяжелого лекарственного сна. Он застонал, принялся вырываться, но Томми упрямо продолжал вливать в него воду и вызывать рвоту. - Джеееенс, - слезы лились из глаз все еще пьяного, очень плохо себя чувствующего Падалеки. Я кусал губы и винил во всем случившемся себя. Если бы сразу раскусил эту сучку Кортез, ничего бы не было. А так… Когда приехала машина парамедиков, и Джареда погрузили на носилки, я ощупал его карманы, под невеселую браваду Томми обнаружив отсутствие денег, карточек, удостоверения личности и дорогого айфона. Как ни странно, я был рад, что мы отделались так легко. Запрыгивая в машину, я крепко пожал руку Томми. - Спасибо, приятель. Без тебя неизвестно, чем бы все закончилось. - Ерунда, - широко улыбнулся он, - будь здоров. И я забыл о нем в ту же минуту, как закрылись двери микроавтобуса. Морган метал громы и молнии. Я сидел перед ним, как нерадивый ученик, опустив голову, и выслушивал нравоучения уже битый час. - …какую-то девку. Не мог проверить ее по базам данных? СеньоритаВамп! Достаточно смотреть новости на ютубе, чтобы знать, что этим и другими похожими никами пользуются преступники. За что я плачу тебе, Эклз? Я доверил тебе самое дорогое, а ты, бездарь, позволил отравить моего мальчика клофелином. Я опустил голову еще ниже. Сидящий рядом Джаред, все еще бледный и осунувшийся после интенсивной детоксикации, толкнул мое колено своим. Вроде как пытался утешить. Утешитель, блядь! Вообще-то не я рассказывал преступнице о миллионах на банковском счете. Интересно, почему она ограничилась наличными и айфоном? Заподозрила что-то? Поняла, что парень – гей, и ей не светит? Но тогда к чему эта отрава в бокале? Уверен, она могла и без химии обчистить все карманы доверчивого Джареда. - Еще один прокол, Эклз, и… - Джеффри! – вскрикнул Джаред неожиданно тонко, отчаянно. - Молчи уже. За месяц до вступления в должность председателя правления компании ты выкидываешь такое! Не смей покупать себе айфон! Интернет отключу лично. Сиди дома, раз не умеешь разбираться в людях. А ты, - обвинительный тычок пальцем мне в грудь, - затрахай его до полусмерти, чтобы неповадно было шляться по клубам. Не дай бог вам… …И дальше том же ключе. Наконец, Морган выпустил пар. - Девицу нашли, - уже почти спокойно проинформировал он нас, - оказывается, эта Кортез в международном розыске за десяток подобных эпизодов. Два со смертельными случаями. - Джеффри, это моя вина, - сокрушенно и немного испуганно проговорил Джаред, - Дженсен предупреждал меня насчет Жен, но я не послушался. Что ему оставалось? - Ладно, - смягчился Морган, - отправляйтесь домой и никакой активности. Мы пообещали, шаркая ножками, как два нашкодивших щенка. Когда выходили из приемной, Джаред оттащил меня в дальний угол зимнего сада за пальму и поцеловал. Глубоко, горячо, взасос. - Спасибо, ты меня спас, - шептал он сбивчиво, спутано, будто алкоголь и клофелин все еще не до конца выветрились. - Это моя работа. - Так люблю тебя! – колено Джареда пролезло между моими, он притерся ко мне, обвил руками. – Так тебя люблю! А я, как дурак, промолчал в ответ. На выходе нас тормознул Тай. - Дженсен, можно тебя на минутку? Я полагал, что бывший телохранитель Джареда должен был после нашего с ним «знакомства» испытывать ко мне стойкую неприязнь. Но, оказалось, я сильно ошибался. Благодаря моему появлению, Олсена повысили в должности до начальника охраны, кроме того, ему просто не нравилось охранять Падалеки. - Ты не представляешь, от какого геморроя меня избавил, приятель, - признался как-то Тай, - думаешь, мне очень нравилось возиться с этим капризным и взбалмошным пацаном? Да у него же не все дома. Сегодня ему весело, он отплясывает в клубе и тащится, как удав по стекловате, а завтра ему приснился дурной сон, и все – у малыша истерика, депрессия на весь день. Так что, если тебе такое в кайф, я только рад. Я пожал плечами на такие откровения. Оставалось надеяться, что Тай не был в курсе, насколько мне в кайф охранять Джареда. Но сегодня Олсен не трепал языком, сочувственно глянул на Падалеки и протянул мне пластиковое удостоверение. - Что это? - Разрешение на ношение оружия. Шеф распорядился выдать, ты как, нормально стреляешь? - Приятель, я был в трех горячих точках, как, по-твоему, я могу стрелять? – даже слегка обиделся я. - Ну хоть в этом нам повезло, - с некоторой мрачностью произнес Тай. - Ты на что это намекаешь? - Да на девку эту, клофелинщицу. Но я тебя не осуждаю, Эклз, тут невозможно предугадать. Они эту дрянь прямо в клубах покупают, хоть и обыскал бы все ее, хе-хе, щели, она могла и пустой прийти. А разжиться уже там. Я нервно оглянулся на прислушивающегося к разговору Джареда. - Что, даже в Copacabana? Это же закрытый клуб! – не поверил я. Это было еще хуже, значит, еще до разговора с Томми я умудрился пропустить момент, когда подозрительный объект успел законтачить с кем-то из обслуживающего персонала или завсегдатаев клуба. - А ты думал? С чего они такую панику навели? За репутацию свою боятся. Но если глубже копнуть… - он тоже посмотрел на Джареда и тут же слил тему, - ладно не буду парить тебе мозги. Лучше, пойдем, проверим. - А можно, я с вами? – попросился Джаред. Я только кивнул. Оставлять его одного не хотелось даже на минуту. Оказалось, в подвале здания компании располагался вполне приличный тир, где сотрудники охраны регулярно проходили огневую подготовку. - Держи, прикинь к руке,- Тай подал мне глок 17, - девятимиллиметровый, магазин на девятнадцать. Я подумал, тебе будет в самый раз. Я покрутил пистолет, ощущая знакомую приятную тяжесть в ладони. Джаред крутился рядом, с интересом заглядывая мне через плечо. - Наушники надень, - велел я ему. Джаред брезгливо поморщился, разглядывая наушники, но потом заметил, с какой насмешливой снисходительностью смотрит на него Тай, и все-таки послушался. Я расстрелял весь магазин, получая от каждого выстрела ощущения сродни оргазму. Все-таки это невероятная свобода – держать в руках оружие. На гражданке я скучал по нему. - Дай мне, - притерся к боку Джей, потянулся за глоком, а я машинально отодвинул руку, - можно, я тоже попробую? Тай заржал, Джаред состроил фирменные щенячьи глазки, и я, вздохнув, протянул ему пистолет. - Держи. Стрелял когда-нибудь? – в этот момент я смотрел на Олсена, тот красноречиво покачал головой. Джаред не ответил, он взял оружие без малейшего трепета и благоговения, которые вызывает оно у непосвященных. Спокойно подошел к столу и поменял обойму, вернулся к линии огня, почти профессионально вставая в правостороннюю стойку – все это под нашими офигевшими взглядами. Когда он выстрелил, я схватился за бинокль и не сдержал удивления: - Твою мать! - Я попал? – самодовольно спросил мой никогда не стрелявший золотой мальчик. - В девятку. - Ммм. Неплохо. Я отобрал у него глок, разрядил и сунул в кобуру. Тай таращился на Джареда, как на невиданную зверюшку. Когда тот взял пистолет, очевидно, предполагал развлекуху, а вышло все наоборот. И вид у начальника охраны был очень озадаченный и задумчивый. - Пойдемте, мистер Падалеки, вам надо отдохнуть, - поспешно выпихнул я Джареда из тира, а в коридоре, где не было посторонних взглядов, припер к стенке: - Что это было сейчас? - Где? - В тире. Ты где стрелять учился? Кто тебя, психа с суицидальными наклонностями, учил обращаться с оружием? Отвечай! – для убедительности я зафиксировал его горло предплечьем – хрен вырвешься. В глазах Джареда мелькнула паника. - Никто не учил. Оно… как-то само собой получилось. - Так я и поверил! Само собой! А ну брысь в машину, гениальный ты мой! Джаред нахмурился, но вид вышел совсем не грозный, а какой-то жалобный. Да и вообще, выглядел он все еще больным, бледно-зеленым. Надо срочно везти его домой, кормить и укладывать в постель. С его неожиданными талантами разберемся потом.